Если вы нашли ошибку на странице, выделите ее мышкой и щелкните по этой ссылке, или нажмите Ctrl+Alt+E

Русскій Порталъ- Церковный календарь- Русская Библія- Осанна- Святоотеческое наслѣдіе- Наслѣдіе Святой Руси- Слово пастыря- Литературное наслѣдіе- Новости

О старомъ стилѣ
-
Гостевая книга
-
Новости
-
Написать письмо
-
Поискъ

Православный календарь

Мѣсяцесловы

С. В. Булгакова
-
Прот. Алексія Мальцева

Житія святыхъ

Свт. Димитрія Ростовскаго
-
Д. И. Протопопова
-
Избранныя житія

Житія русскихъ святыхъ

Архим. Игнатія (Малышева)

Патерики

Аѳонскій
-
Кіево-Печерскій
-
Новгородскій
-
Троицкій

Новости сайта



Сегодня - воскресенiе, 20 августа 2017 г. Сейчасъ на порталѣ посѣтителей - 16.

ПАТЕРИКИ

АѲОНСКІЙ ПАТЕРИКЪ
или жизнеописаніе святыхъ, на Святой Аѳонской горѣ просіявшихъ.

Января 4.
Житіе и страданіе святаго новаго преподобномученика Онуфрія
[1].

Совѣтъ опытныхъ мужей былъ принятъ Манассіей съ охотою, и онъ началъ еще болѣе подвизаться въ постѣ, бдѣніи, молитвѣ и трудахъ; при этомъ, желаніе пострадать за Христа не только не охлаждалось въ его сердцѣ, но еще болѣе воспламенялось, особенно когда онъ узналъ о недавнемъ страданіи новыхъ преподобномучениковъ Евѳимія, Игнатія и Акакія [3].

Узнавъ, что сіи св. мученики, приготовляясь къ мученическому подвигу, пользовались совѣтами и руководствомъ духовника Никифора, онъ отправился въ Предтеченскіи скитъ, гдѣ чистосердечно исповѣдалъ предъ опытнымъ духовникомъ Никифоромъ свое намѣреніе, просилъ его принять въ свою келлію и приготовить къ страдальческому подвигу, подобно Евѳимію съ Игнатіемъ и Акакіемъ.

Согласенъ, чадо, принять тебя къ себѣ, — сказалъ ему ласково духовникъ Никифоръ, — но только съ тѣмъ, чтобы никто изъ постороннихъ не зналъ о твоемъ намѣреніи пострадать за Христа, и чтобы все время приготовленія твоего къ мученичеству ты совершалъ такъ, какъ бы уже находился въ страданіяхъ за Христа, предъ жестокими мучителями. Соглашаешься ли ты на это?

Согласенъ, святый отче, — съ радостію отвѣчалъ блаженный. И такимъ образомъ, получивъ желаемое — быть ученикомъ опытнаго мужа, Манассія возвратился въ свой монастырь, распорядился своими вещами и деньгами, изъ коихъ одну часть роздалъ въ милостыню, а другую оставилъ въ пользу монастыря съ тѣмъ, чтобы оный доставлялъ пропитаніе его родному отцу, который въ то время жилъ вмѣстѣ съ нимъ въ Хиландарскомъ монастырѣ, въ полномъ монашескомъ постриженіи.

Послѣ этого, онъ подъ видомъ, какъ будто бы хочетъ идти въ Іерусалимъ, для поклоненія святымъ мѣстамъ, скрылся отъ всѣхъ, и пришелъ къ духовнику Никифору, который съ отеческою любовію принялъ блаженнаго и помѣстилъ его въ отдѣльной келліи, при этомъ заповѣдалъ ему, чтобы онъ ни съ кѣмъ не имѣлъ никакого общенія, а одинъ наединѣ молился Богу.

Заключившись въ тѣсной и темной келліи, Манассія началъ подвизаться въ продолжительномъ бдѣніи и молитвѣ; при этомъ смирялъ свое тѣло земными поклонами, которыхъ въ теченіе сутокъ полагалъ по 3,500, а поясныхъ безъ числа. Молитва со слезами какъ бы сроднилась съ нимъ, которую онъ имѣлъ постоянно въ устахъ и въ умѣ, и такимъ образомъ блаженный подвижникъ въ сей тѣсной келліи, подобно золоту, искушался въ терпѣніи и мужествѣ. Для подкрѣпленія же тѣлеснаго употреблялъ въ пищу хлѣбъ съ водой чрезъ два, а иногда и чрезъ три дня; вареную же пищу во все время вкушалъ иногда только въ субботы и воскресные дни.

Спустя четыре мѣсяца, въ его душѣ, уже очищенной и горящей пламенною любовію къ сладчайшему Іисусу, явилась рѣшимость вступить въ давножеланный подвигъ пострадать за Православную вѣру и принять мученическую кончину. Въ это время старецъ Никифоръ постригъ его въ великій ангельскій образъ съ именемъ Онуфрія, и рѣшено было духовникомъ съ другими старцами отправить его на островъ Хіосъ, который блаженный Онуфрій долженъ избрать поприщемъ мученическихъ подвиговъ. И такимъ образомъ бывъ напутствованъ общими молитвами и благословеніями, мужественный воинъ Христовъ вмѣстѣ съ инокомъ Григоріемъ, тѣмъ самымъ, который до этого сопутствовалъ тремъ мученикамъ Христовымъ: Евѳимію, Игнатію и Акакію, — съ этимъ-то любвеобильнымъ Григоріемъ Онуфрій оставилъ св. Аѳонскую гору. Отправились въ путь и будучи управляемы Промысломъ Божіимъ, вскорѣ благополучно прибыли въ Хіосъ. Здѣсь они остановились въ домѣ у одного христіанина, гдѣ въ отдѣльной комнатѣ провели семь дней въ постѣ, бдѣніи и молитвѣ, подкрѣпляя свою душу частымъ причащеніемъ Св. Христовыхъ Таинъ. И такимъ образомъ вооружившись во вся оружія духовныя, Онуфрій рѣшился въ грядущую пятницу, какъ день спасительныхъ страданій Господа нашего Іисуса Христа, выйти на брань противъ духа злобы и пролить свою кровь за Іисуса Христа. Какъ бы въ подкрѣпленіе и утѣшеніе блаженнаго Онуфрія въ одну изъ проведенныхъ въ молитвѣ ночей, онъ сѣлъ отдохнуть и будучи въ изнеможеніи, погрузился въ легкій и тонкій сонъ. Въ это время онъ видитъ ликъ стоящихъ предъ нимъ архіереевъ, священниковъ и воиновъ, которые сказали ему: «встань и иди къ Царю, который хочетъ видѣть тебя».

Для чего, — отвѣчалъ имъ блаженный съ робостью, — Царь желаетъ видѣть меня, и что я за человѣкъ, который понадобился ему? Умоляю васъ, оставьте меня.

Невозможно, — сказали ему небесные посѣтители, — вставай и иди за нами. Въ сопутствіи сихъ свѣтоносныхъ мужей, Онуфрій всталъ и пошелъ за ними. Потомъ пришли они въ нѣкое открытое и обширное мѣсто, которое было все залито необыкновеннымъ свѣтомъ, гдѣ на прекрасномъ и сіяющемъ какъ бы отъ солнечныхъ лучей тронѣ, въ величіи возсѣдалъ Царь, къ которому блаженный подошелъ и поклонился до земли. Въ это время Царь обратился къ предстоящимъ и указывая рукою на одно свѣтлое мѣсто сказалъ: «вотъ для него готова уже обитель». При сихъ словахъ Онуфрія оставилъ тонкій сонъ, и онъ проснулся, чувствуя въ сердцѣ своемъ небесную радость. Прославивъ Бога, утѣшившаго его чуднымъ видѣніемъ, онъ усердно просилъ въ молитвѣ своей и святаго Василія Великаго, такъ какъ эта ночь была его памяти, чтобы и онъ походатайствовалъ за него у престола Божія своими благопріятными молитвами. Но каковая же печаль объяла его сердце, когда онъ въ слѣдующую ночь уже не ощущалъ той небесной радости, и вмѣсто оной наступилъ страхъ и трепетъ, и онъ сталъ чего-то страшиться. Видя себя въ такомъ состояніи, онъ со слезами обратился къ старцу Григорію: Отче! Божественный огнь, который согрѣвалъ сердце мое, угасъ! За что я окаянный лишился этого утѣшенія?

За гордость, — отвѣчалъ ему Григорій, — ты возмечталъ о себѣ нѣчто великое, и за это скрылась отъ тебя благодать Божія.

Увы мнѣ окаянному! — съ рыданіемъ и стономъ, сказалъ Онуфрій. — Какого я лишился драгоцѣннаго дара! Что теперь скажутъ св. отцы и братія Аѳонскіе, вмѣсто того, чтобы услышать имъ о новомъ мученикѣ и порадоваться за мое спасеніе, услышатъ о вторичномъ моемъ отреченіи отъ Христа. Увы мнѣ грѣшному! Увы мнѣ несчастному!

Выплакавъ свое горе, онъ упалъ къ ногамъ Григорія и лежа у его ногъ, укорялъ себя за то, что не могъ сохранить Божественнаго утѣшенія. Потомъ сталъ на молитву и до тѣхъ поръ изливалъ оную предъ Сердцевѣдцемъ, пока опять не почувствовалъ въ сердцѣ своемъ той угасшей теплоты, которая было его оставила.

Чувствуя себя въ мирномъ устроеніи, онъ съ дѣтскою простотою обратившись къ Григорію съ радостными на глазахъ слезами, сказалъ: «Отче! благословенъ Богъ, мнѣ теперь опять хорошо».

На утро Григорій, взялъ предосторожность, дабы опять Онуфрій не впалъ въ духовную гордость, такъ какъ коварства злобнаго врага сильны, который рыкая, какъ левъ, ищетъ кого поглотити, и тѣмъ болѣе и сильнѣе вооружается на тѣхъ, которые мужественно отражаютъ всѣ его нападенія. Древняя злоба не дремлетъ и готова воздвигнуть тучи своихъ коварствъ, лишь бы только найти въ подвижникахъ Христовыхъ хотя малѣйшую часть слабою. Поэтому опытный старецъ Григорій, дабы смирить всѣ помыслы Онуфрія и чтобы онъ отнюдь не надѣялся на себя, повелѣлъ ему просить у всѣхъ, въ томъ домѣ находившихся, за себя молитвъ, припадая къ ихъ ногамъ и лобызая оныя. Послѣ этого въ тотъ же день блаженный Онуфрій заключился въ Церковь, гдѣ началъ молиться съ воплемъ, изливая предъ Сердцевѣдцемъ скорбь тоскующей своей души. Григорій, слыша Онуфрія молящагося съ воплемъ, на сей разъ не препятствовалъ ему явно изливать свою печаль предъ Отцемъ Небеснымъ, ибо видѣлъ, что его гласная молитва исходила изъ сердца согрѣтаго Божественною теплотою; и чтобы не смутить молящагося, то уже послѣ, когда блаженный кончилъ свою молитву, Григорій для предосторожности замѣтилъ ему говоря:

Развѣ ты не слышалъ, чтó сказалъ Господь въ Евангеліи: да не увѣсть шуйца твоя, что творитъ десница твоя (Матѳ. 6, 3). Для чего это ты тщеславишься и творишь твою молитву гласно? Конечно, для того, чтобы тебя всѣ слышали и хвалили. Несчастный! опять ты впалъ въ гордость и погубилъ трудъ свой. Опять ослѣпила тебя духовная гордость!

Блаженный, слыша отъ старца Григорія сіи слова, съ кротостію отвѣчалъ ему: «согрѣшилъ, отче! прости меня и помолись за меня Богу, чтобы Онъ избавилъ меня отъ сѣтей діавольскихъ». Но опытный Григоріи, видя глубокое смиреніе Онуфрія, въ душѣ радовался за него, такъ какъ выговоръ сдѣланъ былъ ему собственно для того, чтобы вести блаженнаго къ подвигу мученическому путемъ смиренія и такимъ образомъ низложить всезлобнаго и гордаго діавола. Цѣль его была достигнута, и теперь-то онъ началъ приготовлять его къ подъятію страданій за исповѣданіе имени Христова. Всю предшествующую ночь провели они вмѣстѣ на молитвѣ, потомъ пріобщившись св. Христовыхъ Таинъ, Григорій одѣлъ Онуфрія въ мірскія одежды (волосы на головѣ и бородѣ были обриты еще съ вечера), и какъ только забрезжало утро, отпустилъ его съ пожеланіемъ совершить благополучно мученическій подвигъ.

На дорогѣ онъ встрѣтился съ однимъ христіаниномъ, и при разговорѣ съ нимъ, видя его благонамѣреннымъ, открылъ ему свое желаніе пострадать за Христа. Добрый христіанинъ порадовался, и при этомъ замѣтилъ, что у него къ довершенію всей турецкой одежды недостаетъ красныхъ башмаковъ, которые въ этомъ случаѣ были необходимы, и купилъ ему оные. Потомъ пошли они въ храмы Пресвятой Богородицы, именуемой Обрадованной, и св. Матроны Хіоградской, гдѣ отслужили молебенъ Царицѣ Небесной, прося подкрѣпленія и помощи у Богоматери, и уже отсюда Онуфрій пошелъ въ Мехкемé (судилище).

Пришедши въ Мехкемé, онъ спросилъ у сторожа: можно мнѣ видѣть предсѣдателя?

На что тебѣ онъ, — отвѣчалъ сторожъ.

Имѣю къ нему заявить давá [4].

А есть у тебя фетуфá?

Нѣтъ, — въ замѣшательствѣ отвѣчалъ Онуфрій.

Въ такомъ случаѣ невозможно видѣть предсѣдателя, — отвѣчалъ ему сурово сторожъ.

Не достигнувъ цѣли, Онуфрій со скорбію пришелъ обратно въ домъ къ тому доброму христіанину, который купилъ ему башмаки. Но сей благонамѣренный христіанинъ успокоилъ его и посовѣтовалъ идти опять въ Мехкемé, и тамъ никому не сказавшись, поднять занавѣсъ, отдѣляющій присутствующихъ отъ просителей, и такимъ образомъ можно проникнуть въ ихъ засѣданіе.

Выслушавъ совѣтъ, Онуфрій пошелъ въ Мехкемé, гдѣ безбоязненно поступилъ по совѣту добраго христіанина, и вошедши въ присутствіе, обратился къ судьямъ съ слѣдующими словами.

Назадъ тому 15 лѣтъ, въ этомъ мѣстѣ я получилъ опасную рану, и съ того времени обошедши разные города и врачей, не получилъ исцѣленія, и всѣ, какъ бы согласившись между собою, сказали: что рану мою никто не можетъ залѣчить, какъ только одно лишь то мѣсто, гдѣ я оную получилъ, поэтому я опять пришелъ сюда, чтобы совершенно залѣчить ее.

Какая же твоя рана, — спросилъ его Кади (судья), — и что именно ты хочешь отъ насъ получить?

Рана моя, — отвѣчалъ мученикъ, — такого рода: будучи отрокомъ я, по своему неразумію, отрекся христіанской вѣры предъ вашими мусульманами, впрочемъ никогда не послѣдовалъ ей, а всегда былъ истиннымъ христіаниномъ и исполнялъ всѣ христіанскіе обряды. Но когда я пришелъ въ совершенный возрастъ, тогда ясно, какъ день, открылось предо мною мое паденіе, которое считалъ какъ бы глубоко нанесенную въ душу мою рану. Послѣ этого, я обошелъ многія святыя мѣста для уврачеванія себя покаяніемъ, но помыслы мои не успокоились, а сердце до сихъ поръ не находитъ покоя. Итакъ, проклинаю вашу вѣру съ ложнымъ вашимъ пророкомъ Магометомъ, и дерзновенно исповѣдую себя предъ вами христіаниномъ.

Говоря это, онъ бросилъ предъ ними головную зеленую повязку, которой одна часть попала въ лице Кади, а другая Муфти.

Судьи, видя такое дерзновеніе святаго, удивились, какъ это могъ рѣшиться на такую дерзость христіанинъ; одинъ же изъ нихъ съ гнѣвомъ началъ говорить святому: что ты несчастный дѣлаешь? подними и опять положи себѣ на голову эту святую вещь. Но мученикъ осклабившись началъ укорять всѣ ихъ вещи, которыя они называютъ святыми и самую ихъ вѣру со всѣми ея обрядами.

Слыша хулу на свою вѣру, судьи злобно закричали: смерть этому человѣку! и приказали ввергнуть его въ темницу, забивши ноги въ колоды. Когда святый мученикъ введенъ былъ въ мрачное заключеніе, то томившіеся тамъ въ узахъ, нѣкоторые изъ христіанъ съ участіемъ спрашивали о его имени и отечестѣ, но страдалецъ Христовъ, скрывая истину, чтобы не дать подозрѣнія, что онъ инокъ, отвѣчалъ имъ, что онъ изъ Тернова, а имя ему Матѳей. Но однако святому долго не пришлось сидѣть въ темницѣ, ибо судьи въ этотъ же день осудили его на смерть.

Когда вывели святаго узника изъ темницы, то судьи еще разъ спросили его, какъ онъ думаетъ о себѣ, и когда узнали, что мужественный страдалецъ непоколебимъ въ своемъ исповѣданіи, приказали ему отрубить голову, а тѣло съ одеждою бросить въ море.

Послѣ этого повели св. Онуфрія на смертную казнь. Пришедши на то самое мѣсто, гдѣ незадолго предъ этимъ былъ обезглавленъ новый преподобномученикъ Маркъ, Онуфріи преклонилъ колѣна и закланъ былъ ножемъ въ гортань подобно кроткому агнцу, чистая же и непорочная его душа отлетѣла въ небесныя обители 4-го января 1818 года, въ пятницу въ 9 часовъ дня, на 32 году отъ рожденія.

Такимъ образомъ совершился дивный подвигъ святаго страстотерпца Онуфрія, котораго онъ такъ долго ждалъ, для примиренія себя съ сладчайшимъ Іисусомъ, за Котораго излилъ свою кровь, омывъ себя отъ того пятна, которое нѣкогда тяготило его душу. Теперь только вполнѣ залѣчилась та смертельная рана, о которой преподобномученикъ говорилъ предъ турецкими судьями.

Послѣ казни, святыя мощи мученика были положены въ куль, а въ другой куль насыпали ту землю, на которой лежали мощи, дабы христіане не могли взять что-либо для освященія, и такимъ образомъ положили въ лодку, отвезли въ открытое море и тамъ бросили въ морскую пучину. Что же сдѣлалось съ св. мощами по вверженіи ихъ въ море, для насъ осталось тайной. Знаемъ только, что Тотъ, за Котораго онъ пострадалъ, сохранилъ ихъ невредимыми и въ волнахъ морскихъ, ибо въ Св. Писаніи говорится: хранитъ Господь вся кости ихъ, и ни едина отъ нихъ сокрушится (Псал. 33, 21), и что онъ сподобился получить отъ Христа Бога мученическій вѣнецъ, за исповѣданіе Его предъ магометанами.

Молитвами святаго преподобномученика Онуфрія, Христе Боже, сподоби и намъ получить христіанскую кончину и небесное Царство, которое Ты уготовалъ Своимъ послѣдователямъ отъ сложенія міра. Аминь.

Примѣчанія:
[1] Съ рукописи скита св. Предтечи.
[2] Можетъ быть онъ не исповѣдалъ духовнику о своемъ бывшемъ отреченіи отъ Христа, или духовникъ не счелъ оное препятствіемъ къ принятію діаконскаго сана. Но по 10-му правилу 1-го Вселенскаго собора не могутъ быть удостоиваемы священнослужительскаго сана отрекшіеся христіанскія вѣры и приносившіе жертву идоламъ. См. изъясненіе сего правила на 305 стр. Опытъ курса церковнаго законовѣдѣнія, архим. Іоанна. Т. 1. СПб. 1851 г.
[3] Пострадали въ 1816 году; память ихъ 1-го мая.
[4] «Давá» процессъ тяжущихся о чемъ-либо лицъ, разсматриваемый низшимъ судебнымъ мѣстомъ; когда же одно изъ тяжущихся лицъ бываетъ недовольно рѣшеніемъ этого мѣста, а желаетъ перевести свое дѣло въ какое-нибудь высшее судилище, то, въ удостовѣреніе на это права, выдается ему изъ низшаго судилища фетуфá (свидѣтельство).

Источникъ: Аѳонскій патерикъ или жизнеописаніе святыхъ, на Святой Аѳонской горѣ просіявшихъ. Часть I-я. — Изданіе седьмое, исправленное и переработанное, иждивеніемъ Русскаго Пантелеимонова монастыря на Аѳонѣ. — М.: Типо-Литографія И. Ефимова, 1897. — С. 13-24.

/ Къ оглавленію /


Цитата «Торжество Православія»


Наверхъ / Къ титульной страницѣ

0