Если вы нашли ошибку на странице, выделите ее мышкой и щелкните по этой ссылке, или нажмите Ctrl+Alt+E

Русскій Порталъ- Церковный календарь- Русская Библія- Осанна- Святоотеческое наслѣдіе- Наслѣдіе Святой Руси- Слово пастыря- Литературное наслѣдіе- Новости

О старомъ стилѣ
-
Гостевая книга
-
Новости
-
Написать письмо
-
Поискъ

Православный календарь

Мѣсяцесловы

С. В. Булгакова
-
Прот. Алексія Мальцева

Житія святыхъ

Свт. Димитрія Ростовскаго
-
Д. И. Протопопова
-
Избранныя житія

Житія русскихъ святыхъ

Архим. Игнатія (Малышева)

Патерики

Аѳонскій
-
Кіево-Печерскій
-
Новгородскій
-
Троицкій

Новости сайта



Сегодня - вторникъ, 27 iюня 2017 г. Сейчасъ на порталѣ посѣтителей - 20.

ЖИТІЯ СВЯТЫХЪ

Святитель Димитрій, митр. Ростовскій († 1709 г.)

Святитель Димитрий, митрополит Ростовский, чудотворецСвт. Димитрій, митрополитъ Ростовскій, чудотворецъ, родился въ 1651 г. въ мѣстечкѣ Макаровѣ, Кіевской губерніи. Въ мірѣ Даніилъ, сынъ казачьего сотника Туптало. Окончивъ Богоявленскую школу (Могилянскую Духовную Академію), принялъ въ 1668 г. постригъ въ Кіевскомъ Кирилловомъ монастырѣ. Въ 1675 г. — іеромонахъ. Былъ игуменомъ въ нѣсколькихъ монастыряхъ монастыряхъ. Архимандритъ Черниговскаго Елецкаго монастыря и Новгородсѣверскаго Преображенскаго монастыря. Въ 1701 г. поставленъ митрополитомъ Тобольскимъ; по болѣзни остался въ Москвѣ и занялъ освободившуюся въ 1702 г. каѳедру въ Ростовѣ. Много потрудился въ установленіи церковного благочестія и въ дѣлѣ обличенія старообрядцевъ. Подвизался въ подвигахъ поста, молитвы, милосердія. Двадцать лѣтъ трудился надъ составленіемъ Четьихъ-Миней, которыя началъ писать въ 1684 г. въ Кіево-Печерскомъ монастырѣ. Свт. Димитрій мирно скончался 28 октября 1709 г. и былъ погребенъ, по его завѣщанію, въ соборной церкви Ростовскаго Спасо-Яковлевскаго монастыря. Обрѣтеніе мощей — 21 сентября 1752 г. Прославленіе — 22 апрѣля 1757 г. Перенесеніе мощей въ новую раку — 25 мая 1763 г.

Житія святыхъ свт. Димитрія, митр. Ростовскаго

Житія святыхъ, на русскомъ языкѣ
изложенныя по руководству Четьихъ-миней св. Димитрія Ростовскаго.

Мѣсяцъ Сентябрь.
День двадцать четвертый.

Житіе и страданіе святой первомученицы, равноапостольной Ѳеклы.

Въ то время въ Иконіи жила восемнадцатилѣтняя дѣвица, прекрасная собою, по имени Ѳекла, дочь Ѳеокліи, изъ рода знатнаго и славнаго. Она обручена была нѣкоему Фамиру, одному изъ самыхъ знатныхъ юношей въ городѣ, отличавшемуся своимъ богатствомъ и красотою. Видя чудеса, совершаемыя апостолами, Ѳекла вмѣстѣ съ другими слушала у окна бесѣды ихъ въ домѣ Онисифора, усердно внимая всему, что они проповѣдывали. На добрую почву пало сѣмя слова Божія, дѣйствіемъ Святаго Духа оно глубоко укоренилось въ сердцѣ Ѳеклы и произрасло: она увѣровала въ Сына Божія, возлюбила Его и прилѣпилась къ Нему всею душею. Павелъ же, по внушенію свыше, сталъ бесѣдовать о дѣвствѣ и цѣломудріи; онъ сказалъ между прочимъ, что отроковица, хранящая ради любви ко Христу свое дѣвство, подобна ангеламъ, она — невѣста Христу, а Христосъ есть ея Женихъ, вводящій ее въ чертогъ Свой небесный. Много говорилъ о семъ святый Павелъ и побудилъ Ѳеклу къ сохраненію дѣвства, такъ что святая дѣва тогда же твердо рѣшилась оставить жениха, презрѣть и всѣ сладости міра сего и служить Христу въ чистотѣ до самой кончины своей. Итакъ мудрая дѣва стала невѣстой Жениха Небеснаго и съ пламенною любовью послѣдовала Ему, стремясь къ нетлѣнному Жениху своему, она таяла какъ воскъ, такъ что на ней сбылось реченное Давидомъ: бысть сердце мое яко воскъ, таяй посредѣ чрева моего (Псал. 21, 15). Ѳекла была такъ восхищена бесѣдой Павловой, что три дня и три ночи совсѣмъ забыла о пищѣ и питіи и о покоѣ тѣлесномъ. Какъ нѣкогда Марія, сѣдши при ногу Іисусову (Лук. 10, 39), помышляя объ одномъ лишь Богѣ, такъ и Ѳекла питалась только словомъ Его, ибо въ Священномъ Писаніи сказано: не о хлѣбѣ единомъ живъ будетъ человѣкъ, но о всякомъ глаголѣ, исходящемъ изъ устъ Божіихъ (Матѳ. 4, 4). Когда же Ѳеоклія узнала, что ея дочь увѣровала во Христа и прилежно слушаетъ слово Божіе, то пришла и съ гнѣвомъ силою отвлекла ее отъ сего душеполезнаго занятія, а святыхъ проповѣдниковъ-апостоловъ укорила и, ругаясь имъ, отторгнула дочь свою, агнцу уже Христову, отъ стада Христова. Потомъ, призвавши жениха ея, Фамира, сказала ему:

— «Или тебѣ нужды нѣтъ до невѣсты своей, что она находится въ какомъ-то изступленіи? Смотри: она прельстилась сими пришельцами-обманщиками, которые своими высокопарными рѣчами увлекаютъ безумныхъ людей; вотъ уже три дня, какъ она не отходитъ отъ нихъ, забывъ о домѣ своемъ».

Тогда Фамиръ началъ ласково и нѣжно говорить съ Ѳеклой; но она ни о чемъ не хотѣла говорить съ нимъ; даже и смотрѣть на него она не желала, ибо въ своемъ сердцѣ носила иного Жениха, краснѣйшаго добрóтою паче сыновъ человѣческихъ. Взирая на Него духовными своими очами, она бесѣдовада съ Нимъ въ умѣ своемъ; сей же тлѣнный и временный женихъ внушалъ ей только отвращеніе. Фамиръ, видя, что Ѳекла его отвергаетъ и не любитъ, сталъ очень скорбѣть, а Ѳеоклія въ гнѣвѣ стала бить дочь свою, таскала ее за волосы и топтала ногами; потомъ заперла ее одну и морила голодомъ. Впрочемъ, сама же она, побѣждаемая естественною материнскою любовію, плакала о своей дочери; обнявши, она стала цѣловать ее, со слезами умоляла, чтобы Ѳекла не отвергала своего жениха, красиваго, богатаго, благороднаго, всѣми почитаемаго; потомъ посадила ее за столомъ рядомъ съ Фамиромъ. Ѳекла же, отвернувшись отъ него, сидѣла молча, смотрѣла внизъ, ничего не вкушала, только постоянно вспоминала въ глубинѣ сердца о своемъ Женихѣ Небесномъ. Когда же Фамиръ, лаская ее, хотѣлъ насильно обнять и поцѣловать ее, она плюнула ему въ глаза и вырвалась изъ его рукъ, какъ птица изъ сѣти. Тогда мать опять пришла въ ярость, и снова стала бить ее, а Фамиръ, сильно опечаленный, пошелъ къ князю съ жалобой на апостола Павла.

— «Въ нашемъ городѣ, — говорилъ Фамиръ, — появился одинъ пришлецъ; своимъ волшебствомъ онъ прельщаетъ народъ и, отклоняя его отъ почитанія боговъ, обращаетъ ко Христу Іисусу, распятому на крестѣ іудеями. Онъ прельстилъ и дѣвицу Ѳеклу, мою невѣсту; сначала она сильно любила меня, а нынѣ не только не хочетъ смотрѣть на меня, но даже гнушается мною какъ прокаженнымъ и бѣгаетъ отъ меня какъ отъ какого-нибудь звѣря; такъ загасилъ тотъ волшебникъ въ ней любовь ко мнѣ; и не могу я понять, чтó онъ сдѣлалъ съ ней».

Князь призвалъ Павла и спросилъ его: откуда онъ и что такое сдѣлалъ у нихъ въ городѣ? Тогда Павелъ отверзъ апостольскія уста свои и по обыкновенію сталъ поучать его слову Божію, проповѣдуя объ Іисусѣ Христѣ. Однако князь не сталъ сейчасъ же разбирать дѣло, а отложилъ судъ надъ Павломъ до другого времени; онъ повелѣлъ связать Павла, посадить въ темницу и держать его тамъ до тѣхъ поръ, пока явится возможность допросить его подробнѣе. Ѳекла же, услышавъ, что Павла изъ-за нея посадили въ темницу, встала ночью, тайно удалилась изъ дому и пришла къ темницѣ. Отыскавши сторожа, охранявшаго двери темницы, она сняла съ себя ожерелье и другія золотыя вещи и отдала ихъ сторожу, прося его, чтобы онъ отворилъ ей двери и пропустилъ къ Павлу.

О семъ свидѣтельствуетъ святый Златоустъ, говоря:

«Послушай о святой Ѳеклѣ; та, чтобы видѣть Павла, дала свое золото темничному сторожу; ты же не хочешь дать ни одной цаты [2], чтобы узрѣть Христа» [3].

Темничный сторожъ исполнилъ ея просьбу — онъ обрадовался драгоцѣнному ожерелью и золотымъ вещамъ — и ввелъ ее къ святому Павлу. Ѳекла съ радостными слезами пала предъ нимъ и облобызала оковы узника Христова. Сначала Павелъ, увидѣвъ ее, пришелъ въ ужасъ, но потомъ, когда узналъ все, чтó она потерпѣла отъ матери и отъ жениха за свое цѣломудріе, онъ возрадовался великою радостію о мужествѣ юной дѣвицы и облобызалъ ее въ голову, благословляя ее и восхваляя ея вѣру и дѣвическое цѣломудріе, называлъ ея невѣстою Христовою и первою своею дщерью, которую онъ возродилъ благовѣствованіемъ. И Ѳекла сидѣла въ темницѣ съ Павломъ, какъ дочь съ отцомъ своимъ, слушая его отеческое ученіе и слагая въ сердцѣ своемъ слова его, какъ многоцѣнное сокровище; онъ же много поучалъ ее вѣрѣ въ Господа Іисуса Христа, наставлялъ въ любви къ Богу, убѣждалъ хранить цѣломудренное дѣвство и совершенно утвердилъ ее въ ученіи Христовомъ, какъ о томъ пишетъ святый Григорій Нисскій [4], говоря:

— «Такое нѣкогда мѵро (т. е. ученіе), съ бѣлымъ криномъ [5] цѣломудрія, Павелъ излилъ въ уши святой дѣвицы; сими каплями, исходящими отъ сердечнаго крина, Ѳекла умертвила внѣшняго человѣка — всѣ помышленія суетныя, и угасила вожделѣнія».

Также и святый Епифаній [6] пишетъ:

— «Ѳекла, имѣвшая жениха красиваго, перваго въ городѣ, весьма богатаго, очень чтимаго и знатнаго, обрѣла Павла, который отвратилъ ее отъ обрученія съ симъ женихомъ; такъ святая дѣва отказалась отъ всѣхъ земныхъ благъ, чтобы удостоиться небесныхъ».

Между тѣмъ въ домѣ Ѳеокліи стали искать Ѳеклу, но не находили ее. Тогда поднялся крикъ, плачъ и вопли; мать рыдала о своей дочери, Фамиръ — о невѣстѣ, рабы о госпожѣ своей; слуги разбѣжались въ разныя стороны, разыскивали, спрашивали и на улицахъ, и въ домахъ — но нигдѣ не находили ея. Лишь спустя довольно долгое время узнали, что она находится въ темницѣ; за ней тотчасъ же бросились; прибѣжавъ туда, посланные увидѣли, что онъ сидитъ около Павла и, какъ бы прикованная, съ величайшимъ смиреніемъ слушаетъ его наставленія; тогда ее схватили и вывели изъ темницы, а о всемъ случившемся донесли князю. Тотъ, возсѣвъ на судейское мѣсто, велѣлъ привести къ себѣ Павла. Лишь только народъ увидалъ, что его привели, закричалъ князю:

— «Князь, человѣкъ сей — волхвъ, казни его!»

Особенно Фамиръ настаивалъ, чтобы Павла казнили; въ своей жалобѣ онъ указывалъ на то, что Павелъ отвратилъ отъ него невѣсту. Когда призвали Ѳеклу, князь спросилъ ее:

— «Почему ты гнушаешься своимъ женихомъ, столь прекраснымъ и благороднымъ? Отчего ты не выходишь за него?»

Она же смотрѣла на Павла и ничего не отвѣчала. Тогда Ѳеоклія, забывши естественную любовь къ дочери, измѣнила своему материнскому чувству, и какъ свирѣпая львица или разъяренная медвѣдица стала неистово кричать князю:

— «Сожги сію злую рабу, ибо она достойна такой смерти; это не дочь моя, ибо не слушаетъ меня, матери своей; сожги ее въ примѣръ другимъ, — пусть всѣ городскія дѣвицы, видя сіе, убоятся, пусть не осмѣливаются онѣ ослушаться матерей своихъ и противиться имъ, какъ сія всезлобная и непокорная. Нѣтъ, это не чадо мое, не порожденіе утробы моей, но проклятый отродокъ и сухая вѣтвь. Сожги ее!»

Такъ настойчиво требовала мать, чтобы сожжена была дочь ея, а Фамиръ — чтобы былъ казненъ Павелъ. Князь долго допрашивалъ святаго апостола, но не нашелъ въ немъ никакой вины, кромѣ проповѣди Христовой, и потому не осудилъ его на смерть, но повелѣлъ бить его и изгнать вонъ изъ города, дабы онъ не могъ и другихъ дѣвицъ склонять къ храненію дѣвства. Вмѣстѣ съ Павломъ были подвергнуты изгнанію Варнава и Онисифоръ съ его сыновьями. Впрочемъ, Павелъ и самъ стремился уйти изъ города, не потому только, что его преслѣдовали князь, Фамиръ и Ѳеоклія, но также и потому что народъ нападалъ на него и хотѣлъ его убить за проповѣданіе слова Божія и за свидѣтельство объ Іисусѣ Христѣ. О семъ упоминаетъ святый Лука въ Дѣяніяхъ Апостольскихъ, говоря: невѣрующіи іудеи воздвигоша и озлобиша души языковъ на братію (Дѣян. 14, 2). Раздѣлиша же ся множество града: и ови убо бяху со іудеи, ови же со апостолы. И егда бысть стремленіе языковъ же и іудеемъ съ начальники ихъ, досадити и каменіемъ побити ихъ, увѣдѣвше же, прибѣгоста во грады Ликаонскія, въ Листру и Дервію (Дѣян. 14, 4-6) [7] и оттуда въ Антіохію. Сначала они пробыли нѣсколько дней недалеко отъ города Иконіи, въ одной пещерѣ на пути въ Дафну [8], желая узнать, что будетъ съ Ѳеклою; тамъ они пребывали въ постѣ и усердно молились о ней, чтобы Господь укрѣпилъ ее и проявилъ милость Свою на ней, какъ сіе дѣйствительно и исполнилось.

Долго князь старался заставить Ѳеклу съ прежней любовью обходиться съ своимъ женихомъ, но старанія его не увѣнчалисъ успѣхомъ; тогда онъ по прошенію Ѳеокліи осудилъ святую дѣву на сожженіе. Для сего принесли множество сухихъ дровъ, сѣна и хвороста и сложили большой костеръ; потомъ слуги взяли святую, чтобы возвести ее туда; она же не позволила вести себя, но сама поспѣшно шла къ приготовленному костру и, сотворивъ крестное знаменіе, взошла и встала на верху костра, готовая сгорѣть, — не страшенъ былъ ей огонь вещественный, ибо сама она горѣла невещественнымъ огнемъ любви Божественной. Находясь на кострѣ, она смотрѣла впередъ и узрѣла въ образѣ Павла Господа, стоящаго и повелѣвающаго ей быть твердою. Посему святый Кипріанъ такъ выражается въ молитвѣ: «предстани намъ якоже во узахъ Павлу, и во огнѣ Ѳеклѣ» [9].

Между тѣмъ подложили огонь и подожгли костеръ со всѣхъ сторонъ; но къ удивденію всѣхъ пламя, высоко поднявшись, окружило Ѳеклу; еще болѣе были всѣ поражены, когда внезапно пролилъ большой дождь съ градомъ, погасившій огонь; князь и весь народъ въ страхѣ бѣжали въ дома свои отъ проливного дождя и отъ сильнаго града. Ѳекла же сошла невредимою: огонь нимало не коснулся чистой дѣвы. Послѣ сего она не пошла въ домъ своей матери и не стала медлить въ Иконіи, а отправилась изъ города искать своего отца духовнаго — Павла. На дорогѣ она встрѣтила одного ученика Павла изъ дома Онисифора, шедшаго въ городъ, чтобы купить хлѣба; святая дѣва узнала его и спросила:

— «Гдѣ находится Павелъ, апостолъ Іисуса Христа?»

Тогда онъ повелъ Ѳеклу въ пещеру, гдѣ находился Павелъ вмѣстѣ съ другими и, постясь, усердно молился о ней Богу. Увидѣвъ Ѳеклу живой и здоровой, всѣ возрадовались радостію великою и, возведя очи и простерши руки свои къ небу, возблагодарили Бога, сохранившаго рабу свою невредимою; затѣмъ предложили ей хлѣба и сами также подкрѣпились пищею. Отсюда Павелъ съ Варнавою прошли чрезъ Листру и Дервію, благовѣствуя Евангеліе и исцѣляя недужныхъ; за ними послѣдовала и Ѳекла до Антохіи. Когда они входили въ сей городъ, случайно встрѣтилъ ихъ нѣкто Александръ, старѣйшина того города. Онъ былъ молодъ, проводилъ жизнь въ сладострастіи предавался нечестивымъ дѣламъ, какъ обычно жили язычники. Увидѣвъ святую дѣву Ѳеклу и поразившись ея красотою, онъ воспылалъ къ ней нечистымъ вожделѣніемъ. Думая, что Ѳекла — жена Павла, Александръ сначала сталъ предлагать Павлу много золота, и склонялъ его, чтобы онъ не препятствовалъ его злымъ намѣреніямъ; потомъ когда узналъ, что Ѳекла не жена Павла, а незамужняя дѣвица, то еще бóльшею страстью возгорѣлся къ ней и пожелалъ взять ее себѣ въ жены. Онъ началъ уговаривать святую Ѳеклу, чтобы она полюбила его, но та бѣгала отъ него, какъ отъ льва рыкающаго и ищущаго поглотить душевную ея доброту. Александръ же всячески старался уловить ее. Такъ однажды, встрѣтивъ Ѳеклу на дорогѣ среди большой толпы, онъ не могъ сдержать любодѣйственнаго огня, пылавшаго въ его сердцѣ: забывъ всякій стыдъ, онъ насильно схватилъ ее и бросился ей на шею. Святая же дѣва со слезами стала умолять Александра оставить ее.

— «Не принуждай меня, странницу, не принуждай меня, рабу Божію, я отказалась отъ жениха; могу ли согласиться на твое желаніе?»

Говоря такъ, Ѳекла вырвалась изъ его рукъ, разорвала на немъ одежду при всѣхъ и нанесла ему тѣмъ бóльшое посрамленіе. Александръ сильно разгнѣвался и, узнавъ, что она къ тому же христіанка, привелъ ее на судъ къ князю. На вопросъ: почему она гнушается брака, — Ѳекла отвѣчала:

— «Женихъ мой — Христосъ Сынъ Божій, съ Нимъ я сочеталась духовнымъ бракомъ».

Князь сталъ принуждать ее, чтобы она отреклась отъ Христа и вышла замужъ. Когда же она рѣшительно отказалась, то князь осудилъ ее на съѣденіе звѣрямъ — за двѣ вины: за благочестіе и за цѣломудріе — за то, что во Христа вѣруетъ и за то, что отказалась отъ брака, будучи молода и красива. Сія казнь была отложена до утра, а пока для охраненія въ ту ночь взяла ее къ себѣ въ домъ одна женщина, по имени Трифена. Трифена происходила изъ царскаго рода, пользовалась большимъ почетомъ; впослѣдствіи и она увѣровала во Христа; о ней-то упоминаетъ святый Павелъ въ посланіи къ Римлянамъ: цѣлуйте — говоритъ онъ — Трифену и Трифосу (Рим. 16, 12) [10].

Трифена, взявши къ себѣ Ѳеклу, провела всю ночь съ ней въ духовной бесѣдѣ. На утро собралось множество народа посмотрѣть на сіе зрѣлище: пришелъ и князь, и всѣ начальники городскіе; святая Ѳекла была выведена какъ агнецъ на закланіе и стала на мѣстѣ, гдѣ должны были пожрать ее звѣри. Когда выпустили на нее звѣрей, всѣ они стали ходить вокругъ ея, но ни одинъ не коснулся ея, ибо Богъ заградилъ уста звѣрямъ, какъ нѣкогда во рвѣ Даніиловомъ. Всѣ зрители изумлялись дивному сему явленію: кровожадные звѣри оставили свою лютость и стали кротки, какъ овцы; и одни въ народѣ прославляли Бога, исповѣдуемаго Ѳеклою, другіе же хулили и говорили:

— «Она имѣетъ чары въ своей одеждѣ, и оттого не прикасаются къ ней звѣри».

Также и самъ князь съ городскими начальниками говорилъ, что она волшебница и заколдовала звѣрей, чтобы они не могли причинить ей вреда. Посему они рѣшили предать на слѣдующій день Ѳеклу звѣрямъ, болѣе многочисленнымъ и самымъ голоднымъ, а пока отослали ее опять къ Трифенѣ; та очень обрадовалась, увидѣвъ, что святая дѣва вернулась съ мѣста казни невредимой. Въ то время, какъ Ѳекла до утра пребывала въ домѣ Трифены, князь не велѣлъ давать ѣсть звѣрямъ, дабы они, будучи голодными, скорѣе бросились на свою жертву. И вотъ, на слѣдующее утро святая опять была отведена на мѣсто казни; вслѣдъ за ней шла и Трифена, плача о томъ, что такую святую дѣву безъ всякой вины предаютъ на смерть. Ѳеклу поставили на видномъ мѣстѣ, и безстыдный князь велѣлъ обнажить святую:

— «Въ одеждѣ ея, — говорилъ онъ, — имѣются чары, вотъ почему и не трогають ея звѣри; обнажите сію волшебницу и посмотримъ, будетъ ли она цѣла».

Тогда святую дѣву обнажили и поставили такъ, что народъ могъ ее видѣть; только одинъ стыдъ былъ ея покровомъ, и она повторяла слова пророка Давида: студъ лица моего покры мя... (Псал. 43, 16). На нее были выпущены голодные разъяренные звѣри, львы и медвѣди; вышедши изъ своихъ затворовъ и увидѣвши дѣвицу, стоящую безъ одежды, они преклонили головы свои до земли, опустили глаза внизъ и, какъ бы стыдясь дѣвической наготы, отступили отъ нея. Дивное зрѣлище! звѣри чувствовали стыдъ: они отвращали свои глаза отъ дѣвической наготы, а люди безстыдно смотрѣли на нее! Такъ безсловесныя животныя являлись обличителями и судіями людямъ на семъ зрѣлищѣ: будучи кровожадными по природѣ, звѣри приняли на себя нравъ цѣломудреннаго человѣка, — люди же, будучи разумными, уподобились дикимъ звѣрямъ. Но чего они достигли? Обнаживъ на глазахъ всѣхъ цѣломудренную дѣву, они хотѣли обезчестить ее, но только увеличили тѣмъ ея честь. Хорошо говоритъ святой Златрустъ, воспоминая объ обнаженіи двухъ женъ — Пентефріевой жены въ спальнѣ и Ѳеклы въ присутствіи всего народа: «какую получила пользу сладострастная жена египетская, что обнажилась въ спальнѣ? какой получила вредъ первомученица Ѳекла, что ее обнажили на глазахъ множества народа? Ѳекла, будучи обнажена, не согрѣшила такъ, какъ согрѣшила егинтянка, и не исполнилась безчестія, но была возвеличена какъ святая; нагота сей въ присутствіи многихъ увѣнчана, а нагота той и въ затворенной спадьнѣ посрамлена» [11].

Когда святая Ѳекла стояла обнаженной на томъ мѣстѣ, одна изъ львицъ, подойдя, легла передъ нею и лизала ноги ея, какъ бы воздавая честь ея дѣвственному цѣломудрію. О семъ упоминаетъ святый Амвросій [12], говоря: «можно было видѣть звѣря, который распростерся на землѣ и лизалъ ноги святой; тѣмъ онъ безмолвно свидѣтельствовалъ, что не можетъ причинить вреда дѣвственному тѣлу; поклонился звѣрь той, которую дали ему на разстерзаніе, и, забывъ естественныя свои свойства, воспринялъ нравъ, который люди утратили».

Между тѣмъ народъ, видя, что звѣри не осмѣливаются коснуться святой дѣвы, сталъ восклицать громкимъ голосомъ:

— «Великъ Богъ, исповѣдуемый Ѳеклой!»

Мучитель же, не познавъ силы Божіей, захотѣлъ инымъ способомъ погубить Ѳеклу: онъ приказалъ вырыть глубокую яму, наполнить ее различными гадами, змѣями и ехиднами и бросить туда святую. Но Тотъ, Кто нѣкогда заградилъ пасть львовъ, и теперь притупилъ жала змѣй, укротилъ ихъ ярость и уничтожилъ ихъ ядъ: святая вышла изъ ямы невредимою, такъ что всѣ изумлялись такому чуду. Долго злой мучитель не зналъ, чтó бы еще предпринять; наконецъ онъ велѣлъ привести двухъ сильныхъ быковъ, привязать Ѳеклу между ними за ноги и разожженными желѣзными прутьями колоть быковъ, дабы они, разбѣжавшись въ разныя стороны, растерзали ее. Но и послѣ сего святая осталась цѣла, ибо когда ее крѣпкими веревками привязали къ быкамъ и начали колоть быковъ раскаленнымъ желѣзомъ, то веревки разорвались какъ паутина, быки убѣжали, а святая осталась на томъ же мѣстѣ, не испытавъ никакого вреда. Тогда уже и самъ князь, удивляясь случившемуся, призналъ въ дѣвицѣ силу Божію и, позвавъ Ѳеклу, спросилъ ее:

— «Кто ты? И какую силу ты имѣешь, такъ что ничто не можетъ вредить тебѣ?»

Она же отвѣчала:

— «Я раба Бога Живаго!»

И больше ничего не говорила. Князь, убоявшись Бога, хранящаго Ѳеклу отъ всякаго вреда, повелѣлъ съ честію облечь ее въ одежду и отпустилъ ее, постановивъ такой приговоръ: «Ѳеклу, рабу Божію, отпускаю на свободу».

Святая пошла въ домъ Трифены, и велика была радость во всемъ домѣ Трифены объ освобожденіи Ѳеклы. Пребывая здѣсь нѣкоторое время, Ѳекла проповѣдывала слово Божіе и многихъ научила вѣрѣ во Христа. Она сильно желала видѣть Павла, своего отца и учителя, и, отыскавши его, хотѣла посдѣдовать за нимъ, но онъ не позволилъ ей, сказавъ:

— «Никто не идетъ на борьбу съ невѣстою».

Тогда она, принявъ благословеніе отъ апостола, пошла въ Селевкію [13], и поселилась въ пустынѣ на одной горѣ близъ Селевкіи; подвизаясь тамъ въ постѣ, молитвѣ и богомысліи, она творила много чудесъ и исцѣляла всякія болѣзни. Жители окрестныхъ мѣстъ, узнавъ о семъ, приходили къ ней и приносили своихъ больныхъ, коихъ святая Ѳекла научала вѣрѣ въ Господа нашего Іисуса Христа и исцѣляла. Однажды мимо того мѣста, гдѣ жила святая, изъ Селевкіи ѣхалъ верхомъ языческій жрецъ. Увидѣвъ Ѳеклу, собиравшую въ то время травы на пищу себѣ, онъ прельстился ея красотою и возгорѣлся нечистымъ желаніемъ: ударивъ коня, онъ устремился къ ней, чтобы исполнить свое злое намѣреніе. Святая же укрѣпляемая силою Божіею, схватила его, повергла внизъ и такъ сильно ударила его о землю, что онъ три дня лежалъ нѣмъ и недвижимъ. Проходившіе мимо, видя, что жрецъ лежитъ какъ мертвый, недоумѣвали, чтó съ нимъ сдѣлалось. На третій день стало извѣстно о семъ и въ городѣ; тогда множество народа пришло оттуда посмотрѣть на случившееся съ нимъ и взять его домой. Жрецъ, какъ только пришелъ въ себя, тотчасъ, всталъ на ноги и сказалъ:

— «Я видѣлъ нѣкую богиню и отъ нея потерпѣлъ сіе».

Лишь съ большимъ трудомъ, сильно страдая отъ боли, могъ онъ дойти до своего дома. Призвавъ живописца, онъ велѣлъ ему изобразить на доскѣ восемнадцатилѣтнюю дѣвицу. Когда тотъ началъ писать, то, по устроенію Божію, ему удалось очень хорошо изобразить подобіе святой Ѳеклы: изображеніе было чрезвычайно живо; окончивъ свою работу, тотъ человѣкъ принесъ икону къ жрецу; послѣдній, видя столь вѣрное изображеніе, сказалъ: — «Такую именно я видѣлъ дѣвицу!»

Принявъ икону, онъ облобызалъ ее и тотчасъ совершенно выздоровѣлъ, а сіе изображеніе святой Ѳеклы и послѣ хранилъ честно въ своемъ домѣ; потомъ онъ, подъ вліяніемъ проповѣди святой дѣвы, увѣровалъ во Христа со всѣмъ своимъ семействомъ. Равноапостольная Ѳекла долгое время жила въ той мѣстности, многихъ наставила на путь спасенія, многимъ помогла въ несчастіяхъ и много недуговъ уврачевала. Врачи и волшебники въ Селевкіи видѣли, что всякій заболѣвшій какимъ-либо недугомъ идетъ не къ нимъ, а прямо къ Ѳеклѣ, такъ что хитрымъ уловкамъ ихъ пришелъ конецъ. Лишившись своихъ выгодъ, они обѣднѣли; посему они очень опечалились и стали негодовать на добрую цѣлительницу Ѳеклу, которая безмездно исцѣляла всѣхъ приходившихъ къ ней. Движимые завистію и гнѣвомъ, они замыслили научить нѣкіихъ порочныхъ юношей, чтобы они насильно ее обезчестили; ненавистники тáкъ говорили между собою:

— «Чиста дѣвица Ѳекла, и посему угодна воликой богинѣ Артемидѣ; богиня слушаетъ прошенія ея и подаетъ ей силу къ врачеванію недужныхъ. А если она будетъ осквернена, то отступится отъ нея Артемида; отнимется у нея цѣлебная сила, и тогда опять врачебное искусство наше возвысится».

Раздумывая такъ, они постарались отыскать безстыдныхъ юношей для такого гнуснаго дѣла и, напоивши виномъ, упросили ихъ идти и обезчестить Ѳеклу. При семъ дали имъ много денегъ и обѣщали дать еще болѣе, если они исполнятъ ихъ просьбу. Безумные и невѣрующіе они не знали, что Ѳекла не Артемидиною силою, но благодатію Христовою исцѣляетъ всякій недугъ и всякую болѣзнь!

Развратные юноши, упившись виномъ, послушались врачей и чародѣевъ; они поспѣшно направились къ Ѳеклѣ, разжигаемые похотью и полные скверныхъ мыслей и злого намѣренія.

Увидя ихъ, Ѳекла спросила:

— «Чада! Что вамъ нужно?»

Они стали говорить ей въ отвѣтъ срамныя слова. Услышавъ сіе и уразумѣвпш ихъ злое намѣреніе, святая Ѳекла убѣжала отъ нихъ; та, которая никогда не страшилась дикихъ звѣрей, обратилась въ бѣгство отъ безстыдныхъ людей. Они погнались за Ѳеклою и преслѣдовали ее, какъ волки овцу; когда они уже настигали ее, она помолилась Богу, чтобы Онъ избавилъ ее ота рукъ беззаконниковъ. Тотчасъ бывшая на томъ мѣстѣ каменная гора Божіимъ повелѣніемъ разступилась, приняла святую въ свои нѣдра и защитила дѣвство ея. Сія гора сдѣлалась гробомъ честнаго тѣла ея: тамъ она предала душу свою въ руки Божіи. Всѣхъ лѣтъ жизни ея было девяносто. Нынѣ она въ нескончаемой жизни прославляетъ Жизнодавца Христа Бога, со Отцемъ и Святымъ Духомъ славимаго, нынѣ и присно и во вѣки вѣковъ. Аминь.

Примѣчанія:
[1] Сіе происходило въ 45-46 году по Рождествѣ Христовѣ во время перваго путешествія св. апостола Павла. Городъ Иконія находился въ Ликаоніи, области Малоазійской къ юго-западу отъ Каппадокіи. О первомъ путешествіи св. апостола Павла повѣствуется въ книгѣ Дѣяній Апостольскихъ съ 13 гл. по 14 гл. Въ Иконію св. апостолъ прибылъ изъ Антіохіи Писидійской.
[2] Цата — монета, равная 10 коп. серебромъ.
[3] Сіе свидѣтельство о Ѳеклѣ находится въ 25-й бесѣдѣ св. Іоанна Златоустаго на Дѣянія Апостольскія.
[4] Въ 14-й бесѣдѣ на Пѣснь пѣсней.
[5] Кринъ — лилія.
[6] Св. Епифаній — современникъ св. Іоанна Златоуста; былъ епископомъ на о. Кипрѣ въ теченіе 36 лѣтъ.
[7] Въ русскомъ переводѣ мѣсто сіе читается такъ: «между тѣмъ народъ въ городѣ раздѣлился: и одни были на сторонѣ іудеевъ; а другіе на сторонѣ апостоловъ. Когда же язычники и іудеи съ своими начальниками устремились на нихъ, чтобы посрамить и побить ихъ камнями, они, узнавши о семъ, удалились въ Ликаонскіе города Листру и Дервію». — Города Листра и Дервія находились въ Ликаонской области въ Малой Азіи, недалеко отъ Иконіи.
[8] Предмѣстіе Антіохіи.
[9] Сіи слова находятся въ бесѣлѣ св. Кипріана о мученикахъ.
[10] Объ обѣихъ сихъ женахъ упоминается въ Римскихъ мѣсяцесловахъ подъ 10 днемъ ноября, а именно: — «Память святыхъ женъ Трифены и Трифосы, жившихъ во Иконіи Ликаонской; наставляемыя проповѣдью святаго Павла и назидаемыя примѣромъ святой Ѳеклы, онѣ много успѣли въ христіанскомъ ученіи».
[11] Сіи слова Златоустаго заключаются въ бесѣдѣ о сдѣпорожденномъ.
[12] Святый епископъ Медіоланскій Амвросій извѣстенъ побѣдоносной борьбою съ аріанами и заботами о благѣ своей паствы. Онъ скончался въ 397 г. Память его 7-го декабря. — О св. Ѳеклѣ упоминается во 2-й книгѣ о дѣвствѣ.
[13] Селевкія — приморскій городъ въ Сиріи, на берегу Средиземнаго моря.

Источникъ: Житія святыхъ, на русскомъ языкѣ изложенныя по руководству Четьихъ-миней св. Димитрія Ростовскаго съ дополненіями, объяснительными примѣчаніями и изображеніями святыхъ. Книга первая: Мѣсяцъ Сентябрь. — Изданіе второе. — М.: Синодальная Типографія, 1903. — С. 466-478.

/ Къ оглавленію /


Цитата «Торжество Православія»


Наверхъ / Къ титульной страницѣ

0