Если вы нашли ошибку на странице, выделите ее мышкой и щелкните по этой ссылке, или нажмите Ctrl+Alt+E

Русскій Порталъ- Церковный календарь- Русская Библія- Осанна- Святоотеческое наслѣдіе- Наслѣдіе Святой Руси- Слово пастыря- Литературное наслѣдіе- Новости

О старомъ стилѣ
-
Гостевая книга
-
Новости
-
Написать письмо
-
Поискъ

Православный календарь

Мѣсяцесловы

С. В. Булгакова
-
Прот. Алексія Мальцева

Житія святыхъ

Свт. Димитрія Ростовскаго
-
Д. И. Протопопова
-
Избранныя житія

Житія русскихъ святыхъ

Архим. Игнатія (Малышева)

Патерики

Аѳонскій
-
Кіево-Печерскій
-
Новгородскій
-
Троицкій

Новости сайта



Сегодня - воскресенiе, 20 августа 2017 г. Сейчасъ на порталѣ посѣтителей - 17.

ЖИТІЯ СВЯТЫХЪ

Святитель Димитрій, митр. Ростовскій († 1709 г.)

Святитель Димитрий, митрополит Ростовский, чудотворецСвт. Димитрій, митрополитъ Ростовскій, чудотворецъ, родился въ 1651 г. въ мѣстечкѣ Макаровѣ, Кіевской губерніи. Въ мірѣ Даніилъ, сынъ казачьего сотника Туптало. Окончивъ Богоявленскую школу (Могилянскую Духовную Академію), принялъ въ 1668 г. постригъ въ Кіевскомъ Кирилловомъ монастырѣ. Въ 1675 г. — іеромонахъ. Былъ игуменомъ въ нѣсколькихъ монастыряхъ монастыряхъ. Архимандритъ Черниговскаго Елецкаго монастыря и Новгородсѣверскаго Преображенскаго монастыря. Въ 1701 г. поставленъ митрополитомъ Тобольскимъ; по болѣзни остался въ Москвѣ и занялъ освободившуюся въ 1702 г. каѳедру въ Ростовѣ. Много потрудился въ установленіи церковного благочестія и въ дѣлѣ обличенія старообрядцевъ. Подвизался въ подвигахъ поста, молитвы, милосердія. Двадцать лѣтъ трудился надъ составленіемъ Четьихъ-Миней, которыя началъ писать въ 1684 г. въ Кіево-Печерскомъ монастырѣ. Свт. Димитрій мирно скончался 28 октября 1709 г. и былъ погребенъ, по его завѣщанію, въ соборной церкви Ростовскаго Спасо-Яковлевскаго монастыря. Обрѣтеніе мощей — 21 сентября 1752 г. Прославленіе — 22 апрѣля 1757 г. Перенесеніе мощей въ новую раку — 25 мая 1763 г.

Житія святыхъ свт. Димитрія, митр. Ростовскаго

Житія святыхъ, на русскомъ языкѣ
изложенныя по руководству Четьихъ-миней св. Димитрія Ростовскаго.

Мѣсяцъ Сентябрь.
День девятнадцатый.

Житіе святаго благовѣрнаго князя Ѳеодора Ростиславича, Ярославскаго и Смоленскаго [1].

Въ 1249 году скончался Ярославскій князь Василій Всеволодовичъ [4], не оставивъ послѣ себя сыновей. Нѣкоторое время княжествомъ управляла жена его княгиня Ксенія. Но управленіе княжествомъ въ тѣ тяжелыя и тревожныя времена татарскаго ига [5] и княжескаго произвола въ рукахъ женщины не могло пойти успѣшно. И дѣйствительно въ 1262 году, народъ въ Ярославлѣ, выведенный изъ терпѣнія насиліями татарскихъ сборщиковъ дани, убилъ такого сборщика Зосиму. Этотъ Зосима раньше былъ христіаниномъ и даже монахомъ, а потомъ въ угоду Татарамъ принялъ магометанство. Ругаясь надъ вѣрой Христовой и хуже Татаръ утѣсняя своихъ прежнихъ братій, Зосима такъ ожесточилъ гражданъ Ярославскихъ вымогательствами, поруганіемъ и хулой христіанской святыни, что они убили отступника и бросили его тѣло на съѣденіе псамъ и воронамъ. Чтобы наказать взбунтовавшійся Ярославль и другіе русскіе города, выгнавшіе татарскихъ сборщиковъ, ханъ Беркай [6] уже сталъ собирать войско. Въ это тяжелое время великій князь святый Александръ Невскій [7] отправился въ Орду и при помощи просьбъ и подарковъ хану и его приближеннымъ вымолилъ пощаду Русской землѣ. Такъ какъ больше другихъ городовъ провинился передъ ханомъ Ярославль и ему грозила большая опасность разоренія, то вдовствующая княгиня Ярославская Ксенія, вѣроятно, теперь ясно увидѣла, что для порядка въ управленіи княжествомъ нужна твердая мужская рука и рѣшила принять въ домъ къ себѣ зятя. Съ своей стороны молодой князь Можайскій Ѳеодоръ не прочь былъ жениться на княжнѣ Ярославской Маріи Васильевнѣ. Онъ снесся съ княгинею Ксеніею и родственными ей князьями — Ростовскимъ Борисомъ Васильковичемъ и его братомъ Глѣбомъ Васильковичемъ Бѣлозерскимъ [8]. Названные князья посовѣтовались съ княгиней Ксеніей и согласились на предложеніе Можайскаго князя. Такимъ образомъ, Ѳеодоръ Ростиславичъ получилъ руку княжны Маріи Васильевны, а вмѣстѣ съ ней и княжество Ярославское. Это случилось, вѣроятно, вскорѣ послѣ 1262 года [9].

Ярославскимъ княжествомъ святый князь Ѳеодоръ управлялъ благочестиво и богоугодно. Заботясь всѣми силами о поддержаніи и сохраненіи правосудія, какъ самъ князь, сколько возможно, избѣгалъ всякой неправды, такъ и бояръ своихъ увѣщавалъ творить судъ правый и нелицепріятный, защищать убогихъ и не потворствовать богатымъ и сильнымъ. Домъ князя былъ открытъ для всѣхъ: всякому, какую бы кто нужду ни имѣлъ, онъ помогалъ по мѣрѣ силъ. Всѣмъ сердцемъ любя Бога и Его Пречистую Матерь, святый Ѳеодоръ неопустительно посѣщалъ службу Божію, почиталъ священниковъ, какъ слугъ Божіихъ, особенно же любилъ иноковъ. Господь благословилъ его благочестивую жизнь и даровалъ ему сына, котораго во святомъ крещеніи назвали Михаиломъ.

Въ 1277 году, когда ханъ Менгу-Темиръ [10] собрался противъ непокорныхъ Ясовъ (или Аланъ) [11], отказавшихся платить дань, онъ потребовалъ, чтобы и русскіе князья, какъ данники его, приняли участіе въ этомъ походѣ. Отказать хану въ помощи значило навлечь на себя его гнѣвъ и на землю Русскую новое опустошеніе. Поэтому князья — Андрей Александровичъ Городецкій [12] и Ѳеодоръ Ярославскій повиновались хану и отправились въ походъ со своими дружинами. Самъ ханъ пошелъ на Ясовъ вмѣстѣ съ русскими князьями. Они смирили Ясовъ, завоевали ихъ славный городъ Дедяковъ [13], взяли богатую добычу и много плѣнниковъ. Ханъ былъ очень доволенъ службой русскихъ князей; богато одарилъ ихъ в отпустилъ на Русь съ великою честью. Мужество и отвага, какими отличался святый князь Ѳеодоръ, обратили на него особенное вниманіе хана. Поэтому, едва успѣлъ Ѳеодоръ вернуться домой и въ іюлѣ мѣсяцѣ 1278 года отпраздновать свадьбу своей дочери, которую онъ выдалъ за Михаила Глѣбовича, сына Глѣба Васильковича Ростовскаго и Бѣлозерскаго, какъ осенью того же года, по волѣ хана, снова принужденъ былъ отправиться въ походъ, на этотъ разъ вмѣстѣ съ зятемъ своимъ въ Волжскую Болгарію, порабощенную татарами [14]. Тамъ возникло движеніе свергнуть татарское иго и вернуть Болгаріи независимость. Во главѣ его стоялъ человѣкъ изъ простото званія по имени Лаханъ, который выдавалъ себя за человѣка, посланнаго небомъ освободить Болгарію отъ ига Татаръ. Князья русскіе должны были помогать своимъ поработителямъ Татарамъ. При ихъ помощи Лаханъ былъ разбить и казненъ, а князь Ѳеодоръ за услуги, оказанныя хану, сталъ пользоваться еще большей его благосклонностю, вниманіемъ и уваженіемъ. Плѣненный красивою наружностью святаго князя, его мужествомъ и храбростью, повелитель Золотой Одры такъ полюбилъ его, что не хотѣлъ отпустить обратно на Русь. Въ знакъ особеннаго къ нему уваженія и благоволенія, ханъ повелѣлъ князю всегда предстоять предъ собою и принималъ чашу изъ рукъ его. Около трехъ лѣтъ онъ держалъ въ Ордѣ святаго Ѳеодора. А супруга хана хотѣла даже женить его на своей дочери. Но эти почести тяготили благочестиваго князя: онъ стремился на родину. На предложеніе же ханши отвѣчалъ, что у него есть законная супруга, княжеская дочь, и по закону христіанскому онъ не можетъ имѣть другую. Но такой отвѣтъ не убѣдилъ ханшу, потому что среди Татаръ, особенно знатныхъ, было распространено многоженство. Тогда князь сталъ усиленно проситься на родину то лично, то чрезъ вельможъ. Наконецъ, просьба его была уважена; ханъ отпустилъ его съ великою честью, съ дарами и грамотами, и святый Ѳеодоръ съ радостью возвратился въ отечество. Подходя къ Ярославлю, онъ узналъ, что супруга его — княгиня Марія скончалась, а городомъ управляютъ его сынъ Михаилъ и теща — княгиня Ксенія вмѣстѣ съ боярами. Ѳеодоръ хотѣлъ было войти въ городъ, но теща и бояре не пустили его.

— «Нѣтъ у насъ такого обычая, — сказали они, — чтобы принимать на княженіе пришельцевъ; у насъ уже есть законный князь Ярославскій, сынъ твой, Михаилъ».

Бояре, конечно, хотѣли воспользоваться малолѣтствомъ Михаила, чтобы управлять княжествомъ самимъ самовластно. Сильно опечаленный, святый князь поѣхалъ снова въ Орду искать правъ своихъ и тамъ молилъ хана возвратить ему Ярославское княженіе. Ханъ склонился на просьбы князя и даже отправилъ въ Ярославль своего посла, который долженъ былъ подѣйствовать страшными угрозами и предсказаніемъ царскаго гнѣва въ томъ случаѣ, если не примутъ святаго Ѳеодора на княженіе. Однако властолюбивая княгиня Ксенія и вѣроломные бояре не послушали даже ханскаго посла. Добрый князь не хотѣлъ призывать грознаго ханскаго гнѣва на свою отчину.

Въ 1279 году умеръ братъ святаго Ѳеодора, Смоленскій князь Михаилъ Ростиславичъ [15]. По праву старшинства Смоленскій столъ долженъ былъ перейти теперь къ святому Ѳеодору. Дѣйствительно, онъ получилъ въ 1280 году Смоленское княжество, которымъ управлялъ чрезъ намѣстника.

Святый Ѳеодоръ продолжалъ проживать въ Ордѣ. Царица, еще больше полюбившая Ѳеодора, хотѣла выдать за него дочь свою. Много разъ она просила объ этомъ хана. Но тотъ не соглашался и говорилъ:

— «Можетъ ли быть, чтобы мы отдали нашу дочь за нашего данника и служебника, тѣмъ болѣе, что онъ не одной съ нами вѣры?»

Царица со слезами просила хана:

— «Царь! я уже давно имѣю желаніе, чтобы наша дочь вѣровала въ Того Бога, Который сотворилъ небо и землю и всю тварь, въ Котораго вѣруютъ христіане».

Видя настойчивость жены, ханъ согласился выдать дочь свою за князя Ѳеодора Ростиславича. Съ своей стороны и святый князь Ѳеодоръ былъ согласенъ жениться на ханской дочери, если только она обратится въ христіанство.

— «Царь, господинъ мой! — сказалъ святый князь хану: — по заповѣди Творца Бога и Спаса нашего Іисуса Христа, по ученію Апостоловъ и по правиламъ Святыхъ Отецъ, намъ, христіанамъ, запрещено брать въ супружество невѣрныхъ; если же крестится дочь твоя, то я не отказываюсь взять ее въ супруги по христіанскому закону церковному».

Ханъ пожелалъ испросить благословенія на бракъ своей дочери у Константинопольскаго патріарха и послалъ въ Царьградъ грамоту. Патріархъ вскорѣ же прислалъ свое благословеніе на бракъ и въ отвѣтной грамотѣ своей упоминалъ о крещеніи ханской дочери [16]. Невѣста князя Ѳеодора была крещена, наречена во святомъ крещеніи Анною и вступила въ бракъ со святымъ княземъ Ѳеодоромъ. Въ знакъ особеннаго благоволенія къ зятю ханъ чрезъ особыя посланія приказалъ всѣмъ подвластнымъ ему царямъ, князьямъ и вельможамъ принести почетные дары новобрачнымъ; назначилъ имъ на содержаніе тридцать шесть городовъ [17], и подарилъ имъ много золота, серебра и драгоцѣнныхъ камней. Ханъ приказалъ выстроить своему зятю особый домъ, снабдилъ всѣмъ въ изобиліи и свою любовь и уваженіе къ князю каждодневно доказывалъ тѣмъ, что приказывалъ ему всегда сидѣть противъ себя, надѣвалъ на голову его царскій вѣнецъ и другія царскія одѣянія.

Однако не смотря на всѣ эти почести, на весь блескъ, окружавшій святаго князя Ѳеодора, онъ не возгордился своимъ положеніемъ: слава міра сего не удалила его отъ любви Христовой. Среди раболѣпства и роскоши онъ оставался истиннымъ христіаниномъ: всегда исполнялъ заповѣди Божіи, еще больше преуспѣвалъ въ постѣ, молитвѣ и милостынѣ; по прежнему любилъ онъ Господа и еще болѣе старался о славѣ имени Его. Въ Ордѣ всегда было много христіанъ или состоявшихъ въ свитѣ русскихъ князей, или изъ кавказскихъ епархій, находившихся вблизи Орды, изъ пріѣзжихъ купцовъ, или же, наконецъ, изъ русскихъ плѣнниковъ, обращенныхъ Татарами въ рабство и разсѣянныхъ по улусамъ [18]. Для всѣхъ этихъ христіанъ въ 1261 году въ Ордѣ открыта была епархія въ столицѣ ханской — Сараѣ. Но храмовъ въ Ордѣ было мало и тысячи христіанъ лишены были самаго дорогого утѣшенія для человѣка — утѣшенія вѣры; они не имѣли возможности собраться на общую молитву, услышать церковную службу, причаститься святыхъ Христовыхъ Таинъ. Исполненный глубокой вѣры и благочестія, святый князь Ѳеодоръ болѣе другихъ чувствовалъ тяжесть такого лишенія и рѣшилъ, сколько возможно, облегчить участь христіанъ въ Ордѣ. Съ дозволенія хана, онъ устроилъ много храмовъ въ татарскихъ улусахъ и снабдилъ ихъ необходимою церковною утварью.

Въ Ордѣ святый Ѳеодоръ прожилъ не одинъ годъ. У него родились тамъ одинъ за другимъ два сына, — святые Давидъ и Константинъ. Но вотъ пришло въ Орду извѣстіе, что старшій сынъ святаго Ѳеодора Михаилъ, княжившій въ Ярославлѣ, умеръ [19]. Тогда святый Ѳеодоръ рѣшилъ возвратиться въ Ярославль и упросилъ хана отпустить его на Русь [20]. Ханъ съ честью отпустилъ его, и благовѣрный князь Ѳеодоръ отправился на Русь съ своею супругой Анной, съ сыновьями Давидомъ и Константиномъ и большимъ войскомъ, состоявшимъ изъ русскаго и татарскаго отрядовъ. Жители Ярославля и теперь не хотѣли принять святаго Ѳеодора, но князь силою принудилъ ихъ къ покорности, и, согласно волѣ хана, наказавъ виновниковъ возмущенія, съ честью отпустилъ Татаръ въ Орду.

Благовѣрному князю предстояло трудное дѣло управленія сразу двумя княжествами — Смоленскимъ и Ярославскимъ. И онъ, съ Божьей помощію, управлялъ ими благочестно и богоугодно, всѣми силами заботясь о благѣ, счастіи и выгодахъ своихъ подданныхъ.

Городъ Смоленскъ велъ оживленную торговлю съ нѣмцами и святый Ѳеодоръ заботился о томъ, чтобы поддерживать ее на пользу своимъ подданнымъ. Въ 1284 году отъ имени князя была составлена присяжная [21] грамота, посланная Рижскому епископу о свободной торговлѣ между Смоленскомъ и нѣмецкимъ городомъ Ригой [22], — между русскими и нѣмецкими купцами. Въ томъ же году Ѳеодоръ Ростиславичъ подтвердилъ эту грамоту и самъ явилъ образецъ безпристрастнаго суда. Князь самъ производилъ судъ между нѣмецкимъ купцомъ Бирелемъ и русскимъ Армановичемъ по спорному дѣлу изъ-за неправильныхъ вѣсовъ. Онъ призналъ нѣмца Биреля правымъ, а Армановича, своего подданнаго, виноватымъ и выдалъ Армановича со всѣмъ его имѣніемъ Нѣмцамъ. Но произведя судъ правый и нелицепріятный и рѣшивъ это дѣло въ пользу нѣмецкаго купца, благовѣрный князь въ то же время строго вступался за обиды своихъ подданныхъ, ведшихъ торговыя дѣла съ нѣмцами [23].

Не менѣе заботился святый князь о процвѣтаніи и благосостояніи и другого своего княжества — Ярославскаго. Въ самомъ городѣ Ярославлѣ онъ построилъ много святыхъ храмовъ, снабдилъ ихъ книгами и церковною утварью, святыя иконы украсилъ драгоцѣнными камнями и жемчугомъ.

Святый князь Ѳеодоръ велъ жизнь истинно благочестивую. Старался исполнять заповѣди Божіи, неопустительно присутствовалъ на богослуженіи, раздавалъ щедрую милостыню нищимъ. Благочестивый князь любилъ святыя книги и день и ночь занимался чтеніемъ Божественнаго писанія. Любимымъ мѣстомъ его молитвы былъ Спасо-Преображенскій монастырь [24], который онъ посѣщалъ очень часто. Здѣсь онъ молился, кормилъ братію и раздавалъ щедрую милостыню нищимъ и убогимъ. Заботясь о процвѣтаніи обители, князь утвердилъ грамотой жалованье каждому иноку изъ своихъ средствъ [25]. И супруга святаго князя, княгиня Анна устроила соборный храмъ въ Ярославлѣ, во имя святаго Архистратига Михаила, поставила въ немъ чудно украшенную икону Богоматери и дала богатыя средства на содержаніе при семъ храмѣ полнаго церковнаго причта.

Среди частыхъ смутъ и междоусобій благочестивый князь Ѳеодоръ оберегалъ свое Ярославское княжество и долженъ былъ принимать участіе въ печальныхъ событіяхъ того времени. Въ 1293 году снова вспыхнула вражда между сыновьями святаго Александра Невскаго: великимъ княземъ Димитріемъ и Андреемъ изъ-за великаго княженія. Святый Ѳеодоръ всегда держалъ сторону князя Андрея. Союзники-князья обратились за помощью въ Орду. Ханъ далъ имъ войско и Татары разграбили и опустошили главные города Суздальской земли. Великій князь Димитрій бѣжалъ. Одержавъ верхъ надъ Димитріемъ, князь Андрей, чтобы еще болѣе привязать къ себѣ святаго Ѳеодора, далъ ему городъ Переяславль Залѣсскій [26], принадлежавшій къ удѣлу Димитрія. Однако чрезъ годъ Андрей помирился съ братомъ, великимъ княземъ Димитріемъ и уступилъ ему названный городъ. Вслѣдствіе этого мирнаго договора Ѳеодоръ Ярославскій долженъ былъ оставить Переяславль. Оставляя городъ, князь сжегъ его.

Въ 1296 году князь Ѳеодоръ присутствовалъ на съѣздѣ враждовавшихъ князей во Владимірѣ на Клязьмѣ. Разобрать споры князей былъ присланъ отъ хана посолъ Неврюй. Князья стали на двѣ стороны: на одной Андрей Александровичъ съ Ѳеодоромъ Ростиславичемъ и княземъ Ростовскимъ, на другой князья — Московскій, Тверской и Переяславскій. Они заспорили и разгорячились до того, что взялись было за мечи, — и только благодаря посредничеству владыкъ Симеона Владимірскаго и Измаила Сарайскаго [27] дѣло не дошло до кровопролитія: князья мирно разъѣхались по своимъ удѣламъ.

Пользуясь смутами и усобицами въ Суздальской землѣ, участіе въ которыхъ пришлось принимать и святому Ѳеодору, племянникъ его князь Александръ Глѣбовичъ [28] лестію склонилъ Смольнянъ признать его своимъ княземъ и въ 1297 году завладѣлъ Смоленскомъ, нарушивъ права своего дяди и его дѣтей. Благовѣрный князь уже былъ не молодъ годами, утомленъ трудностями жизни, но ему не хотѣлось, чтобы дѣти его лишились законной части въ Смоленскомъ княжествѣ. Глубоко огорченный коварствомъ племянника и непостоянствомъ Смольнянъ, святый Ѳеодоръ рѣшилъ силою возвратить ихъ къ повиновенію. Въ 1298 году, собравъ многочисленное войско, онъ двинулся къ Смоленску, долгое время бился подъ городомъ, но не могъ взять его укрѣпленій, и возвратился въ Ярославль.

По возвращеніи изъ подъ Смоленска благовѣрный князь Ѳеодоръ прожилъ недолго. Въ сентябрѣ мѣсяцѣ 1299 года онъ сильно заболѣлъ и пожелалъ предъ смертію принять монашеское постриженіе, что было обычаемъ въ древней Руси. Но ранѣе постриженія святый князь призвалъ свою супругу и дѣтей и завѣщалъ имъ пребывать въ любви, мирѣ и единеніи.

— «Бога бойтеся, — говорилъ онъ дѣтямъ, — и страхъ Его имѣйте всегда предъ глазами вашими; не чуждайтесь церкви; святителей и весь священный и монашескій чинъ почитайте и любите; ученію святыхъ Писаній внимайте. Старѣйшинъ чтите; между собой въ мирѣ и любви живите; не стремитесь къ хищенію чужого достоянія; убогихъ милуйте; помогайте безпомощнымъ. Матери своей достойную честь воздавайте».

18-го сентября въ 3 часа дня [29] зазвонили во всѣ колокола въ Успенской церкви. Весь народъ отъ мала до велика собрался на княжій дворъ, и поднялся плачъ. Болящаго князя понесли, по желанію его, чрезъ весь городъ въ любимый имъ Спасскій монастырь. Неутѣшенъ былъ плачъ народа и трудно было слышать толоса поющихъ за воплемъ и крикомъ людскимъ. Принесши князя въ монастырь, поставили его въ притворѣ церковномъ. Вышелъ навстрѣчу князя игуменъ и тотчасъ же началъ обрядъ постриженія. Онъ спрашивалъ святаго Ѳеодора:

— «Что пришелъ, брате, припадая къ святому жертвеннику и святой дружинѣ сей? желаешь ли быть причисленъ къ ангельскому образу?»

Благовѣрный князь, въ умиленіи поднявъ руки къ небу, воскликнулъ:

— «Всею душою, Владыка и Творецъ мой, готовъ работать Тебѣ!»

И обратясь къ игумену, прибавилъ: «да, честный отче».

По окончаніи обряда иноческаго постриженія, вынесли князя къ игумену на дворъ и онъ пробылъ здѣсь весь день. Князь исповѣдалъ грѣхи свои предъ всѣми, противъ кого согрѣшилъ, кого обидѣлъ; примирился съ тѣми, съ кѣмъ былъ во враждѣ, прося прощенія у Бога и людей и самъ прощая всѣхъ. Наконецъ, позвавъ княгиню и дѣтей своихъ, святыхъ Давида и Константина, святый Ѳеодоръ простился съ ними, умоляя ихъ не забывать и исполнять его наставленія.

— «Дѣти мои, — говорилъ онъ сыновьямъ, — если кто соблюдетъ слово мое, благословеніе мое пребудетъ на немъ; если же кто изъ васъ не соблюдетъ моего слова, не послушаетъ наставленія, тотъ будетъ лишенъ моего благословенія».

Около 10 часовъ вечера, уже совсѣмъ изнемогая, князь попросилъ игумена облечь себя въ великую схиму и сказалъ, чтобы кромѣ игумена и немногихъ изъ братій, всѣ вышли. Во время пѣнія заутрени святый князь оградилъ себя крестнымъ знаменіемъ и тихо предалъ духъ свой Богу. Кончина святаго Ѳеодора послѣдовала 19 сентября 1299 года. Тѣло благовѣрнато князя, горько оплакиваемаго всѣмъ народомъ, было погребено въ Спасскомъ монастырѣ. Сыновья его Давидъ и Константинъ наслѣдовали благочестіе отца. Старшій изъ нихъ святый Давидъ княжилъ въ Ярославлѣ 22 года и скончался въ 1321 году, оставивъ послѣ себя двухъ сыновей — Василія и Михаила. Младшій же святый Константинъ, по прозванію Улемецъ, умеръ бездѣтнымъ [30].

Богу угодны были добродѣтели и благочестивая жизнь благовѣрнаго князя Ѳеодора и дѣтей его Давида и Константина. И Господь вскорѣ прославилъ праведниковъ въ ликѣ святыхъ открытіемъ ихъ святыхъ мощей и многими чудесами, совершившимися по молитвамъ ихъ у ихъ гроба.

Открытіе цѣльбоносныхъ мощей святаго Ѳеодора и чадъ его произошло неизвѣстно когда до 1463 года [31]. Мощи святыхъ князей покоились въ одномъ гробѣ поверхъ земли въ Спасо-Преображенскомъ монастырѣ подъ церковью Входа Господня во Іерусалимъ [32]. Въ 1463 году игуменъ Христофоръ съ братіею, по совѣщанію съ соборными Ярославскими священниками, рѣшили положить мощи тутъ же въ землю, въ самой церкви. Когда извѣстили объ этомъ князя Ярославскаго Александра Ѳеодоровича [33], онъ не только согласился на это, но даже хотѣлъ устроить надъ могилою каменную гробницу, покрыть ее дорогимъ покровомъ и поставить большія свѣчи. Въ присутствіи самого князя, при большомъ стеченіи народа 5 марта 1463 года духовенство открыло мощи святыхъ князей. Во время пѣнія паннихиды, молитвами святыхъ получили исцѣленіе священникъ и его сынъ. Всѣ видѣвшіе это чудо вознесли благодарственную молитву и славословіе Богу, дивному во святыхъ Своихъ, и тотчасъ же начали пѣть молебенъ. Отъ окропленія водою, освященною при святыхъ мощахъ, прозрѣли двѣ слѣпыя женщины. Тогда зазвонили во всѣ колокола; сошлось множество народа. Всѣ плакали отъ радости и цѣловали святыя мощи. Послѣ этого ихъ рѣшили не опускать въ землю, а положили открыто въ Спасо-Преображенской церкви.

Донесли о новоявленныхъ чудотворцахъ епископу Ростовскому Трифону [34], такъ какъ городъ Ярославль принадлежалъ тогда къ Ростовской епархіи [35]. Но епископъ, не вѣря чудесамъ святыхъ князей, не обратилъ никакого вниманія на это донесеніе. Между тѣмъ многочисленныя чудеса у раки святыхъ князей продолжались: въ апрѣлѣ 1463 года исцѣлились слѣпой и бѣсноватый; прозрѣла слѣпая на одинъ глазъ дѣвица, освободились отъ мученія немилостивыхъ бѣсовъ мужъ и жена; въ маѣ исцѣлилась совершенно слѣпая, и больной отрокъ, который такъ окрѣпъ тѣломъ, какъ будто никогда и не болѣлъ; въ іюнѣ молитвами святыхъ прозрѣли три слѣпыя женщины и исцѣлилась одна бѣсноватая, которая въ припадкѣ болѣзни грызла плоть свою. Слава о новыхъ чудотворцахъ распространилась далеко за предѣлы Ярославля, и много людей изъ другихъ городовъ приходили на поклоненіе святымъ мощамъ угодниковъ Божіихъ, привозили своихъ больныхъ, которые и получали исцѣленіе.

Слышалъ о чудесахъ, проистекающихъ отъ новоявленныхъ Ярославскихъ чудотворцевъ, и епископъ Трифонъ, но все еще сомнѣвался. Чтобы удостовѣриться въ нетлѣніи мощей и испытать истинность чудесъ, онъ послалъ въ Ярославль въ 1467 году Ростовскаго соборнаго протоіерея Константина. Протоіерей Константинъ — человѣкъ грамотный, голосистый и рѣчистый, представительный наружностью и заслуженный, былъ въ то же время очень гордъ и тщеславенъ и такъ же, какъ епископъ Трифонъ, не вѣровалъ въ чудеса, совершавшіяся при мощахъ благовѣрныхъ князей.

Прибывъ въ Ярославль, протоіерей Константинъ сильно разсердился на игумена за то, что тотъ не встрѣтилъ его, какъ архіерейскаго посла, съ подобающею честью.

— «Развѣ ты не знаешь, — выговаривалъ Константинъ, — что воздающій честь мнѣ, послу владычнему, самому владыкѣ честь воздаетъ? Я скажу объ этомъ своему господину епископу».

Игуменъ приглашалъ Константина въ свою келлію, но тотъ не пошелъ, а сейчасъ же захотѣлъ произвести освидѣтельствованіе мощей. Онъ заявилъ:

— «Я посланъ осмотрѣть вашихъ чудотворцевъ: въ тѣлѣ они лежатъ или это не правда. Правда ли и то, что они творятъ исцѣленія, или это только обманъ людей».

Сейчасъ же отперли церковь, гдѣ покоились мощи святыхъ князей. Съ гнѣвомъ приступилъ Константинъ къ освидѣтельствованію святыхъ мощей. Но когда онъ, желая лучше удостовѣриться въ ихъ нетлѣніи и гнѣваясь на игумена, котораго считалъ обманщикомъ и корыстолюбцемъ, съ дерзостью сталъ разрывать иноческую схиму святаго князя Ѳеодора и порвалъ кисти у схимы, внезапно, пораженный чудесною силою, былъ поверженъ на землю, онѣмѣлъ и тѣло его какъ бы помертвѣло. Видѣвшіе это пришли въ ужасъ и побѣжали доложить игумену. Собравъ священниковъ, игуменъ, тотчасъ же началъ пѣть молебенъ предъ ракою чудотворцевъ и окропилъ больного протоіерея освященною съ мощей водою. Только чрезъ нѣсколько часовъ, милостію Божіею и молитвами святыхъ, Константинъ какъ бы пробудился отъ сна, ожилъ и, придя въ себя, сталъ плакать и молиться. Каясь въ согрѣшеніяхъ своихъ, Константинъ долго не хотѣлъ отступить отъ раки чудотворцевъ и послалъ въ Ростовъ разсказать о происшедшемъ.

Когда донесли объ этомъ епископу Трифону, онъ пришелъ въ ужасъ, содрогнулся всѣмъ тѣломъ и сдѣлался разслабленнымъ. Отказавшись отъ каѳедры, онъ удалился въ монастырскую келлію, чтобы оплакивать свое невѣріе. Потомъ онъ прибылъ въ Ярославль и, получивъ исцѣленіе у раки благовѣрныхъ князей, остался въ Спасскомъ монастырѣ до своей смерти. Послѣ этихъ чудесъ, совершившихся по молитвѣ святаго князя Ѳеодора и чадъ его, святость новоявленныхъ угодниковъ Божіихъ была признана. Вѣроятно сначала установлено было мѣстное празднованіе святымъ князьямъ, но оно скоро получило значительную распространенность и въ половинѣ XVI столѣтія было признано празднованіемъ общецерковнымъ.

Господь продолжалъ прославлять угодниковъ Своихъ, источая рѣки чудесъ съ вѣрою приходящимъ къ ракѣ мощей ихъ. Приведемъ лишь немногія изъ сихъ чудесъ.

Василій, сынъ богатыхъ и знатныхъ родителей, ослѣпъ. Много врачей приходило лѣчить его, но не помогли ему нисколько. Услыша о чудесахъ, совершающихся по молитвѣ святыхъ князей Ѳеодора, Давида и Константина, Василій приказалъ вести себя въ Спасскій монастырь. И когда привели его ко гробу святыхъ, онъ только прикоснулся къ ракѣ, какъ вдругъ прозрѣлъ.

Нѣкій Михаилъ долго болѣлъ зубами и такъ сильно, что ему казалось, будто и челюсти у него сокрушены: отъ сильной боли не могъ онъ ни пить, ни ѣсть, ни спать. Все время былъ въ полузабытьи, молясь мыслью святому Ѳеодору объ исцѣленіи. И вотъ однажды святый князь явился Михаилу и сказалъ:

— «Если хочешь быть здоровымъ, иди въ монастырь Святаго Спаса и тамъ получишь облегченіе».

Пробудившись отъ тяжелой дремоты, Михаилъ тотчасъ же пошелъ въ обитель и, припавъ къ ракѣ мощей святыхъ угодниковъ Божіихъ, получилъ внезапное и полное исцѣленіе.

У Тверскаго боярина Бориса Захарьина сошелъ съ ума любимый слуга Ѳеодоръ. Напрасно бояринъ лѣчилъ его, приглашалъ къ нему врачей, — ничто не помогало. Тогда онъ послалъ Ѳеодора съ другими слугами въ Ярославль ко гробу святыхъ чудотворцевъ. Дорогою болѣзнь Ѳеодора такъ усилилась, что онъ грызъ свою плоть, сбрасывалъ спутниковъ. Они никакъ не могли удержать больного и потому заковали въ желѣзо его руки и ноги. Больной кричалъ, чтобы везли его назадъ, и изрыгалъ хулы на святаго Ѳеодора и на обитель. Закованнаго привезли его въ монастырь и привели ко гробу святыхъ. Архимандритъ отслужилъ молебенъ, окропилъ Ѳеодора святой водой и тотчасъ, по молитвѣ святыхъ, возвратился здравый смыслъ его и онъ молился со слезами. Когда же исцѣленный прикоснулся къ святымъ мощамъ, то немедленно спали съ него оковы.

Князь Романъ Димитріевичъ, племянникъ князя Іосифа Андреевича Дорогобужскаго [36], былъ нѣмъ отъ рожденія. Родители Романа померли, когда онъ былъ еще очень малъ; его пріютила бабка, жившая въ монастырѣ, и содержала тамъ со всею пышностью, обычной для князей. Когда княжичу Роману было 15 лѣтъ, бабка послала его со слугами въ Ярославль приложиться къ мощамъ святыхъ чудотворцевъ Ѳеодора и чадъ его, а сама усердно день и ночь молилась объ исцѣленіи его, раздавала милостыню по церквамъ и кормила нищихъ. Прибывъ въ Ярославскій Спасскій монастырь, бояре и слуги, сопровождавшіе князя Романа, просили архимандрита съ братіею отслужить молебенъ. Они молились усердно о выздровленіи отрока и самъ князь Романъ всталъ у гроба чудотворцевъ и съ умиленіемъ въ душѣ молился. Послѣ молебна архимандритъ осѣнилъ его святымъ крестомъ, приложилъ къ святымъ мощамъ и далъ ему выпить святой воды. И вдругъ, къ общему изумленію, князь Романъ получилъ исцѣленіе и заговорилъ такъ свободно, какъ будто никогда и не былъ нѣмъ.

Многими и другими славными чудесами угодно было Господу Богу прославить святыхъ благовѣрныхъ князей Ѳеодора, Давида и Константина, даруя въ лицѣ ихъ небесныхъ ходатаевъ и вѣрныхъ защитниковъ всѣмъ съ вѣрою къ нимъ притекающимъ [37].

Примѣчанія:
[1] Свѣдѣнія о св. Ѳеодорѣ содержатся въ древнихъ лѣтописяхъ, въ составленной до пол. XV в. повѣсти о его кончинѣ, въ описаніи обрѣтенія мощей святаго князя, наконецъ въ житіяхъ его, особенно въ болѣе древнемъ, написанномъ въ 1471 г. и 1473 г. Антоніемъ, іеромонахомъ Спасскаго Ярославскаго монастыря.
[2] Годъ смерти князя Ростислава неизвѣстенъ, равно какъ точно неизвѣстно время вступленія его на Смоленское княжество. Вѣроятно онъ вступилъ на Смоленское княженіе послѣ 1240 г.
[3] Нынѣ уѣздный городъ Московской губерніи.
[4] Княжествомъ Ярославскимъ управлялъ Василій Всеволодовичъ съ 1238 г., — съ года татарскаго нашествія.
[5] Татары, предводительствуемые ханомъ Золотой орды Батыемъ, завоевали Русскую землю въ 1238-1240 годахъ. Они разграбили и сожгли главные Русскіе города и всю Русь обложили данью. Дань собиралась посылавшимися изъ Орды особыми сборщиками. Съ этого времени и великіе и удѣльные князья русскіе, чтобы удержать за собою наслѣдственныя княжества, принуждены были ѣздить въ Орду къ хану и получать бумагу (ярлыкъ) на княженіе.
[6] Ханъ Беркай или Берке царствовалъ съ 1257 г. или 1258 г. по 1266 г.
[7] Святый благовѣрный князь Александръ Невскій былъ великимъ княземъ съ 1252 г. по 1263 г. Память его 23 ноября и 30 августа.
[8] Эти князья доводились двоюродными братьями умершаго мужа Ярославской княгини, князя Василія Всеволодовича. Глѣбъ Бѣлозерскій умеръ въ 1278 г., Борисъ Ростовскій въ 1277 г.
[9] Годъ брака св. князя Ѳеодора съ Маріею и вступленія его на Ярославскій княжескій столъ точно не извѣстенъ. «Ярославскимъ» кн. Ѳеодоръ называется первый разъ въ 1276 г. Однако онъ женился и получилъ княжество Ярославское гораздо ранѣе, вѣроятно послѣ 1262 г. Въ 1278 г. св. Ѳеодоръ выдалъ замужъ уже вторую дочь отъ этого брака за князя Михаила Глѣбовича Бѣлозерскаго.
[10] Ханъ Менгу-Темиръ царствовалъ съ 1266 г. по 1281 г.
[11] Ясы (или Яссы) — древній народъ, жившій на Кавказѣ. Современными потомками ихъ считаютъ осетинъ.
[12] Князь Андрей былъ сынъ св. Александра Невскаго. Два раза занималъ великокняжескій столъ — съ 1282 г. по 1284 г. и съ 1293 г. по 1304 г. Городъ Городецъ — большое торговое село Нижегородской губ., Балахнинскаго уѣзда.
[13] Дедяковъ или Тетяковъ находился въ южномъ Дагестанѣ, недалеко отъ города Дербента.
[14] Болгарское царство образовалось не позднѣе IX столѣтія. Оно обнимало большое пространство по нижней Волгѣ и Камѣ. Столицей своей имѣло г. Великіе Болгары (нынѣ село Болгаръ Спасскаго уѣзда, Казанской губ.).
[15] Старшій братъ св. Ѳеодора — Глѣбъ Ростиславичъ умеръ годомъ раньше, въ 1278 г.
[16] Во главѣ этого посольства, какъ предполагаютъ, былъ Ѳеогностъ, епископъ Сарайскій.
[17] То-есть, предписалъ, чтобы дань, собираемая татарами съ городовъ, поступала въ пользу кн. Ѳеодора Ростиславича и его супруги.
[18] Это слово у кочевниковъ означаетъ родовой союзъ, управляемый наслѣдственнымъ старѣйшиной. Во время войны улусъ представлялъ военную дружину и дѣлился на сотни, сорока и десятки. А въ обычное время мирно кочевалъ, перемѣняя мѣсто своего пребыванія въ зависимости отъ времени года и урожая кормовъ для скота.
[19] Годъ смерти князя Михаила Ѳеодоровича неизвѣстенъ. Предполагаютъ, что случилось это въ 1287 или 1288 годахъ.
[20] Такъ разсказывается въ древнемъ житіи. Лѣтописи указываютъ и другую причину возвращенія св. Ѳеодора изъ Орды. Въ 1281 г. пришелъ сюда братъ великаго князя Дмитрія Александровича, князь Андрей Городецкій (см. выше 12-е примѣч.) и, благодаря усиленнымъ просьбамъ, подкупамъ и подаркамъ, выпросилъ себѣ у хана ярлыкъ на великое княженіе. Ханъ Менгу-Темиръ далъ ему большое татарское войско. Кромѣ того Андрей, пригласивъ себѣ союзниковъ изъ русскихъ князей, двинулся на брата. Князь Ѳеодоръ былъ также въ числѣ союзниковъ Андрея. Онъ вмѣстѣ съ Андреемъ вышелъ изъ Орды, помогъ ему получить великое княженіе и потомъ уже направился въ Ярославль.
[21] Грамота подтвержденная присягой.
[22] Нынѣ губернскій городъ Лифляндской губерніи.
[23] Это видно изъ письма къ нему Рижскаго епископа.
[24] Спасо-Преображенскій монастырь въ гор. Ярославлѣ основанъ княземъ Ростовскимъ Константиномъ Всеволодовичемъ въ 1216 г. Въ 1787 г. монастырь упраздненъ и обращенъ въ архіерейскій домъ.
[25] Каждому иноку выдавалось по 2 рубля. Эту грамоту св. князя Ѳеодора впослѣдствіи подтвердилъ внукъ его Василій Давидовичъ Грозный, княжившій въ Ярославѣ съ 1321 г. по 1345 г.
[26] Переяславль Залѣсскій — уѣздный городъ Владимірской губерніи.
[27] Симеонъ посвященъ на Владимірскую епархію въ 1296 г., а въ 1299 г. переведенъ въ Ростовъ; въ 1311 г. оставилъ Ростовскую епархію и скончался въ 1314 г. — Епископъ Измаилъ, неизвѣстно когда посвященный, отставленъ въ 1312 г.
[28] Сынъ старшаго брата святаго Ѳеодора — Глѣба Ростиславича, князя Смоленскаго.
[29] То-есть около 9 часовъ утра. Въ древности на Руси часы дня считали съ восхода солнца, а не съ полночи.
[30] Годъ его смерти неизвѣстенъ.
[31] По однимъ лѣтописнымъ извѣстіямъ, мощи святыхъ князей были совершенно нетлѣнны: «цѣлы всѣ и ничѣмъ неврежени». По разсказу же Степенной книги, онѣ представляли «удрученныя кости».
[32] Придѣльный храмъ Спасо-Преображенскаго собора.
[33] Князь Александръ Ѳеодоровичъ, изъ племени св. Ѳеодора, — послѣдній князь Ярославскій, въ томъ же 1463 г. уступившій свои владѣльческія права великому князю Московскому.
[34] Епископъ Трифонъ посвященъ въ 1462 г., въ 1467 г. отказался отъ епархіи. Скончался 30 декабря 1468 г.
[35] Въ настоящее время, наоборотъ, Ростовъ принадлежитъ къ Ярославской епархіи.
[36] Княжество Дорогобужское было удѣломъ Тверскаго княжества. Въ настоящее время не сохранилось даже и города съ именемъ Дорогобужа. Князь Іосифъ Андреевичъ въ 1485 г. поступилъ на службу къ великому князю Московскому.
[37] Въ настоящее время святыя мощи благовѣрныхъ князей почиваютъ въ церкви, устроенной во имя ихъ на мѣстѣ древней церкви въ честь Входа въ Іерусалимъ.

Источникъ: Житія святыхъ, на русскомъ языкѣ изложенныя по руководству Четьихъ-миней св. Димитрія Ростовскаго съ дополненіями, объяснительными примѣчаніями и изображеніями святыхъ. Книга дополнительная, первая: Мѣсяцы Сентябрь-Декабрь. — М.: Синодальная Типографія, 1908. — С. 104-118.

/ Къ оглавленію /


Цитата «Торжество Православія»


Наверхъ / Къ титульной страницѣ

0