Если вы нашли ошибку на странице, выделите ее мышкой и щелкните по этой ссылке, или нажмите Ctrl+Alt+E

Русскій Порталъ- Церковный календарь- Русская Библія- Осанна- Святоотеческое наслѣдіе- Наслѣдіе Святой Руси- Слово пастыря- Литературное наслѣдіе- Новости

О старомъ стилѣ
-
Гостевая книга
-
Новости
-
Написать письмо
-
Поискъ

Православный календарь

Мѣсяцесловы

С. В. Булгакова
-
Прот. Алексія Мальцева

Житія святыхъ

Свт. Димитрія Ростовскаго
-
Д. И. Протопопова
-
Избранныя житія

Житія русскихъ святыхъ

Архим. Игнатія (Малышева)

Патерики

Аѳонскій
-
Кіево-Печерскій
-
Новгородскій
-
Троицкій

Новости сайта



Сегодня - суббота, 29 апрѣля 2017 г. Сейчасъ на порталѣ посѣтителей - 13.

ЖИТІЯ СВЯТЫХЪ

Святитель Димитрій, митр. Ростовскій († 1709 г.)

Святитель Димитрий, митрополит Ростовский, чудотворецСвт. Димитрій, митрополитъ Ростовскій, чудотворецъ, родился въ 1651 г. въ мѣстечкѣ Макаровѣ, Кіевской губерніи. Въ мірѣ Даніилъ, сынъ казачьего сотника Туптало. Окончивъ Богоявленскую школу (Могилянскую Духовную Академію), принялъ въ 1668 г. постригъ въ Кіевскомъ Кирилловомъ монастырѣ. Въ 1675 г. — іеромонахъ. Былъ игуменомъ въ нѣсколькихъ монастыряхъ монастыряхъ. Архимандритъ Черниговскаго Елецкаго монастыря и Новгородсѣверскаго Преображенскаго монастыря. Въ 1701 г. поставленъ митрополитомъ Тобольскимъ; по болѣзни остался въ Москвѣ и занялъ освободившуюся въ 1702 г. каѳедру въ Ростовѣ. Много потрудился въ установленіи церковного благочестія и въ дѣлѣ обличенія старообрядцевъ. Подвизался въ подвигахъ поста, молитвы, милосердія. Двадцать лѣтъ трудился надъ составленіемъ Четьихъ-Миней, которыя началъ писать въ 1684 г. въ Кіево-Печерскомъ монастырѣ. Свт. Димитрій мирно скончался 28 октября 1709 г. и былъ погребенъ, по его завѣщанію, въ соборной церкви Ростовскаго Спасо-Яковлевскаго монастыря. Обрѣтеніе мощей — 21 сентября 1752 г. Прославленіе — 22 апрѣля 1757 г. Перенесеніе мощей въ новую раку — 25 мая 1763 г.

Житія святыхъ свт. Димитрія, митр. Ростовскаго

Житія святыхъ, на русскомъ языкѣ
изложенныя по руководству Четьихъ-миней св. Димитрія Ростовскаго.

Мѣсяцъ Октябрь.
День двадцать восьмой.

Житіе преподобнаго отца нашего Іова, игумена Почаевскаго, чудотворца [1].

Родиной преподобнаго Іова была юго-западная часть Галиціи, — Покутье [2]. Здѣсь около 1551 года у благочестивой, вѣроятно дворянской, супружеской четы, по фамиліи Желѣзо, родился сынъ, названный при святомъ крещеніи Іоанномъ. Проникнутые духомъ Христовой любви родители Іоанна внушили ее и своему сыну: въ отрокѣ очень рано начала обнаруживаться наклонность къ тихой, уединенной иноческой жизни, рѣшительное стремленіе всецѣло посвятить себя на служеніе Богу. На десятомъ году Іоаннъ, оставивши «любимыхъ родителей», удаляется въ Угорницкій монастырь [3] и проситъ игумена «дозволить ему служить братіи». Опытный въ духовной жизни настоятель съ любовью принялъ юнаго пришельца, провидя въ немъ избранника Божія, и поручилъ монастырскому екклесіарху [4] научить его церковному послушанію. Кротостью, смиреніемъ, стремленіемъ «услужить каждому изъ наименьшихъ монастырскихъ работниковъ» Іоаннъ пріобрѣлъ всеобщую любовь и скоро былъ принятъ въ число иноковъ: на второмъ году со дня вступленія въ монастырь и на двѣнадцатомъ отъ рожденія игуменъ, съ согласія всей братіи, постригъ Іоанна «за его добрые нравы» въ иночество съ именемъ Іова.

Принявъ ангельскій образъ, преподобный Іовъ жилъ среди братіи дѣйствительно какъ ангелъ Божій и, несмотря на свою молодость, служилъ для всѣхъ примѣромъ добродѣтельной жизни. Поэтому какъ только подвижникъ достигъ совершенныхъ лѣтъ [5], игуменъ настоялъ, чтобы онъ принялъ священство, хотя преподобный, по своему смиренію, и отказывался, считая «себя недостойнымъ столь великаго сана». Спустя немного времени по рукоположеніи во пресвитера, преподобный Іовъ облекся въ великій «серафимскій образъ», то-есть въ схиму [6] и снова получилъ данное ему при крещеніи имя Іоанна: сердце подвижника горѣло любовью къ Богу, и онъ, подобно серафимамъ, желалъ непрестанно славословить своего Создателя.

Но не можетъ укрыться городъ, стоящій на верху горы (Матѳ. 5, 14). Слава о подвижникѣ начала распространяться по всѣмъ окрестностямъ обители, въ предѣлахъ Галиціи и Волыни, привлекая въ Угорницкій монастырь множество желавшихъ получить духовное наставленіе отъ преподобнаго; среди посѣтителей были простые и знатные, богатые и бѣдные. Тѣмъ болѣе такой свѣтильникъ благочестія, какимъ въ то мрачное время являлся преподобный Іовъ, не могъ утаиться отъ взора могущественнаго защитника православной церкви на Волыни, князя Константина Константиновича Острожскаго [7]. Въ борьбѣ съ врагами православія Константинъ Острожскій особенно заботился о благоустройствѣ монастырей, находивжихся въ его владѣніяхъ, и главное — о благочестивой жизни ихъ иноковъ; поэтому князь усердно просилъ игумена Угорницкой обители, «да сотворитъ любовь Божію и пошлеть сего блаженнаго трудолюбца» (преподобнаго Іова) въ его Дубенскій Крестный монастырь [8], гдѣ бы преподобный Іовъ, показалъ инокамъ образъ богоугоднаго житія; это было особенно необходимо тогда среди общей порчи нравовъ. Долго отказывался Угорницкій игуменъ, не желая лишать свою обитель великаго подвижника, но, уступая настоятельнымъ просьбамъ князя, онъ согласился. Благословивъ преподобнаго Іова на новое служеніе, игуменъ съ печалію отпустилъ его въ Дубенскій монастырь.

Вскорѣ по прибытіи сюда преподобнаго, братія помимо его воли избрали его игуменомъ, и преподобный Іовъ управлялъ Дубенской обителью болѣе двадцати лѣтъ [9]. За это двадцатилѣтіе была подготовлена и провозглашена церковная унія [10] со всѣми ея печальными послѣдствіями для православной церкви западнаго края, — жестокимъ преслѣдованіемъ вѣрныхъ чадъ ея въ предѣлахъ Волыни, Подоліи и Украйны. Правда, самъ преподобный Іовъ, находясь подъ покровительствомъ близко стоявшаго къ Дубенской обители могущественнаго князя Острожскаго [11], можетъ быть и не испытывалъ всѣхъ горькихъ послѣдствій уніи, но весь проникнутый любовію ко Христу онъ не могъ безучастно относиться къ бѣдствію, постигшему православную Церковь, и дѣятельно выступилъ на ея защиту. Прежде всего преподобный Іовъ старался укрѣпить на пути евангельской жизни братію своего монастыря: свыше одаренный даромъ учительства, преподобный часто поучалъ иноковъ, подкрѣпляя словесныя наставленія живымъ примѣромъ — подвигами своей трудолюбной жизни; и, безъ сомнѣнія, Дубенская обитель въ описываемое время могла быть поставлена на ряду съ тѣми лучшими монастырями, какіе называетъ славный современникъ преподобнаго Іова, митрополить Кіевскій Петръ Могила [12], доказывая, что «убогіе православные монастыри» по жизни своихъ иноковъ стоятъ неизмѣримо выше богатыхъ уніатскихъ [13].

Затѣмъ, по примѣру своего покровителя, князя Острожскаго, преподобный Іовъ заботился о распространеніи духовныхъ и церковно-богослужебныхъ книгъ, ибо въ то время онѣ были едвали не главнымъ средствомъ борьбы православной юго-западной Церкви съ католиками. Преподобный игуменъ собралъ вокругь себя многочисленное братство, члены котораго ревностно изучали Священное Писаніе и творенія отцевъ церкви, дѣлали переводы святоотеческихъ твореній на славянскій языкъ. Избранные писцы переписывали лучшія книги подъ руководствомъ подвижника для распространенія ихъ среди православныхъ, при чемъ и самъ онъ «писаніемъ книгъ церковныхъ упражняшеся».

Слава о добродѣтельной жизни преподобнаго, о его дѣятельности по устроенію обители и о подвигахъ на защиту православія раснеслась по окрестнымъ странамъ, и жители ихъ начали собираться къ блаженному игумену и докучать ему честью и похвалами. Но суетная слава отъ людей только смущала стремившагося къ уединенію подвижника Христова; желая имѣть похвалу лишь отъ «Единаго Тайнозрителя Бога», преподобный рѣшилъ искать новаго мѣста для подвиговъ. Кромѣ этого желанію преподобнаго Іова удалиться изъ Дубенской обители могли содѣйствовать и нѣкоторые поступки князя Острожскаго, которыхъ преподобный не могъ одобрить, хотя поступки эти и вытекали изъ благочестивыхъ побужденій. Стремясь къ умиротворенію церкви, князь Острожскій вступалъ иногда въ столь близкія сношенія съ ея врагами, какихъ не могъ одобрить строго-православный дубенскій игуменъ, горѣвшій ревностію по Богѣ и чуждый политическихъ разсчетовъ. Не могъ сочуствовать преподобный Іовъ, любившій уединенную скитскую жизнь, и мысли князя Константина Острожскаго преобразовать всѣ свои монастыри въ общежительные: князь предпринялъ это преобразованіе въ тѣхъ цѣляхъ, чтобы строй монастырской жизни въ его обителяхъ не былъ ниже строя уніатскихъ монастырей, чтобы уніаты и католики не оскорбляли православныхъ иноковъ, жившихъ безъ строгихъ уставовъ, названіемъ «звѣрьми дивіими».

Улучивъ удобное время, преподобный Іовъ около 1600 года тайно оставляетъ Дубенскій монастырь и удаляется на сосѣднюю Почаевскую гору, «издревле свѣтлостію чудесъ многихъ сіяющую». Поселившись въ пустынной Пачаевской [14] обители, онъ думалъ совершенно скрыться отъ людскихъ взоровъ. Но Промыслъ Божій судилъ иначе: и въ Почаевской обители преподобный Іовъ не нашелъ уединенія, къ которому стремилась его душа. Въ это самое время Почаевская обитель была преобразована. До того времени она была обителью отшельниковъ-затворниковъ: иноки спасались отдѣльно въ горныхъ пещерахъ, сходясь только для молитвы въ храмъ Успенія Божіей Матери, стоявшій подъ Почаевскою горою. Теперь же она дѣлается общежительной.

Въ мѣстечкѣ Орлѣ, близъ Почаева [15], жила благочестивая православная помѣщица, вдова Анна Гойская. Въ 1659 году греческій митрополитъ Неофитъ въ благодарность за гостепріимство подарилъ ей свою родовую икону Божіей Матери. Знаменія и чудеса, совершавшіяся отъ иконы, особенно исцѣленіе слѣпого отъ рожденія брата, побудили Гойскуто передать образъ Богоматери, какъ великую святыню, на Почаевскую гору, въ церковь во имя Успенія Богоматери «на вѣчное храненіе». При этомъ Анна Гойская пожертвовала въ стоявшую на ея землѣ и потому принадлежавшую ей Почаевскую обитель богатыя угодья: поля, сѣнокосы, лѣса и даже крестьянъ съ тѣмъ, чтобы при церкви Успенія содержалось на началахъ общежитія восемь православныхъ иноковъ доброй и набожной жизни. Переустройство обители изъ пустынной въ общежительную потребовало отъ иноковъ избранія игумена. Подвижники Почаевскіе единодушно, со слезными увѣщаніями, избрали въ игумена преподобнаго Іова: хотя онъ и скрывалъ званіе свое, но не могъ утаить отъ иноковъ своего благочестія и великихъ духовныхъ дарованій. «Тако бо, — замѣчаетъ списатель житія преподобнаго Іова, ученикъ его Досиѳей, — по истинѣ сицеваго стража зѣло подвижна и искусна изволи имѣти Пресвятая Дѣва Богородида Марія въ Своей, небеси подобящейся, обители». И по тому времени, дѣйствительно, нуженъ былъ мужъ особенно сильный духомъ и твердый вѣрою, чтобы стоять во главѣ Почаевской обители. Нуженъ былъ онъ какъ для устройства порядка въ самой обители, только что превращенной въ общежительную, такъ и для защиты православія. Для того и для другого требовалось отъ преподобнаго Іова несравненно болѣе заботъ и трудовъ, чѣмъ въ предыдущіе годы управленія Дубенскимъ монастыремъ. Враги православной Церкви еще болѣе усилились теперь и сосредоточили свою губительную дѣятельность главнымъ образомъ на Волыни, уничтожая здѣсь православные храмы и монастыри; они до того стѣснили православныхъ, что послѣдніе принуждены были собираться на молитву подъ покровомъ ночи, но и тогда уніатскія власти разгоняли ихъ. Между тѣмъ главные защитники православія — князь Константинъ Острожскій и Гедеонъ Болобанъ, еписковъ Львовскій [16], померли одинъ за другимъ, а съ ихъ смертью прекратили свою дѣятельность и лучшія училища на Волыни (Острожское и Львовское), служившія разсадниками поборниковъ православной вѣры. Дворянство начало измѣнять православію. Сынъ князя Острожскаго Іоаннъ (Янушъ) склонился на сторону латинства и примѣръ его увлекъ многихъ изъ православной знати. Къ довершенію несчастія въ 1612 году умираетъ послѣдній православный епископъ Волынскій Михаилъ Копыстенскій, такъ что православные не знали, къ кому теперь слѣдуетъ обращаться за рукоположеніемъ.

Искушенный въ борьбѣ съ врагами православія еще за время своего двадцатилѣтняго управленія Дубенской обителью, преподобный Іовъ и въ настоящіе, особенно тяжелые годы явился однимъ изъ главныхъ защитниковъ угнетаемой Церкви. Устройство обители, усиленіе ея просвѣтительной дѣятельности при помощи типографіи, личный примѣръ истинно-христіанской, подвижнической жизни, — вотъ тѣ орудія, какія противопоставилъ преподобный насиліямъ враговъ православной Церкви.

Святостью своей жизни преподобный Іовъ невольно привлекалъ къ себѣ сердца православныхъ обывателей Волыни, особенно изъ ближайшихъ окрестностей Почаевской обители. И нѣкоторые богатые дворянскіе роды на Волыни, твердо державшіеся православія, щедро жертвовали въ его монастырь средства на поминъ души изъ любви къ преподобному. Средства эти расходовалисъ на украшеніе храмовъ Божіихъ въ обители и на содержаніе иноковъ. При преподобномъ Іовѣ увеличилось и число братіи въ Почаевской обители; естественно, что теперь многіе поступали въ нее, ибо желали проходить путь монашеской жизни подъ руководствомъ столь опытнаго и славнаго своими подвигами игумена. Внѣшнее благоустройство обители, умноженіе числа иноковъ, молва о благочестіи настоятеля вскорѣ сдѣлали Почаевскій монастырь предметомъ особеннаго вниманія и почтенія со стороны православныхъ: изъ сосѣднихъ областей стекалось множество богомольцевъ для поклоненія чудотворному образу Богоматери. И малый деревянный храмъ монастыря скоро оказался тѣсенъ, почувствовалась нужда въ новомъ, болѣе обширномъ. Созданіе этого новаго храма — одно изъ наиболѣе важныхъ дѣлъ преподобнаго Іова по устроенію обители. Средства на постройку были пожертвованы. Супруги-дворяне Домашевскіе — Ѳеодоръ и Ева, пожелали на собственныя средства построить на Почаевской горѣ новый каменный храмъ во имя Пресвятой Троицы съ двумя придѣлами: въ честь Благовѣщенія Пресвятой Богородицы и святаго мученика Ѳеодора. Вѣроятно, по указанію преподобнаго Іова, храмъ былъ поставленъ выше Успенскаго собора, такъ что въ него вошла скала съ цѣльбоносною стопою [17]. Домашевскіе украсили новый храмъ «всѣми потребами, приличествующими таковой церкви» и пожертвовали большія денежныя средства вмѣстѣ съ наслѣдственными сокровищами изъ золотыхъ, серебряныхъ вещей и другихъ драгоцѣнностей съ тѣмъ, чтобы игуменъ и братія постоянно молились за отпущеніе грѣховъ ихъ. Храмъ окончили постройкою и освятили въ 1649 году и тогда же перенесена была въ него изъ Успенской церкви чудотворная икона Богоматери и поставлена въ иконостасѣ надъ царскими вратами главнаго престола.

Въ своей дѣятельности, направленной къ возвышенію Почаевской обители, преподобный Іовъ встрѣтился съ новымъ врагомъ православія — протестантизмомъ въ лицѣ внука основательницы монастыря Анны Гойской, Андрея Фирлея, къ которому, послѣ смерти Анны, перешли принадлежавшія ей имѣнія. Какъ протестантъ, Фирлей не могъ не относиться враждебно къ православной обители и ея святынямъ, а какъ человѣкъ завистливый не могъ мириться съ тѣмъ, что Гойская пожертвовала монастырю столько имѣній и доходовъ. И вотъ онъ задумалъ разрушить монастырь, чтобы все, что только было по благодати Божіей на горѣ Почаевской чудеснаго, пришло въ вѣчное забвеніе. Для этого Фирлей сначала отнялъ поля, лѣса и сѣнокосы монастырскіе; затѣмъ присвоилъ себѣ монастырскихъ крестьянъ, портилъ разные матеріалы, раскопалъ пограничные знаки для уничтоженія дарственной записи, ловилъ за монастыремъ иноковъ, билъ ихъ и тиранилъ. Наконецъ онъ запретилъ брать воду изъ колодцевъ мѣстечка Почаева, а своего колодца въ монастырѣ не было, такъ что дальнѣйшее пребываніе иноковъ на Почаевской горѣ становилось невозможнымъ. Тогда преподобный Іовъ, помолившись Пресвятой Богородицѣ, велѣлъ рыть колодезь въ самой обители, въ горѣ, и на глубинѣ 64 локтей нашли воду. Этотъ источникъ и доселѣ, при безводности лаврской мѣстности, доставляетъ прохладу инокамъ и богомольцамъ. Озлобленный безуспѣшностью своихъ усилій повредить монастырю Фирлей въ октябрѣ 1623 года приказалъ своимъ слугамъ, также лютеранамъ какъ и самъ онъ, разграбить монастырь и захватить образъ Богоматери, ибо, — думалъ онъ, — если возьму чудотворную икону, иноки не возмогутъ оставаться на этомъ мѣстѣ. Въ тотъ же день было произведено нападеніе, при чемъ грабители похитили не только украшенія церковныя, но и чудотворную икону. Отнесли ее въ городокъ Козинъ [18], во дворъ Фирлея вмѣстѣ съ золотомъ, серебромъ, фелонями и серебряными подвѣсками, на которыхъ изображены были чудеса отъ иконы Богоматери. Послѣ безуспѣшныхъ кроткихъ просьбъ возвратитъ похищенное и примириться съ обителью, преподобный Іовъ, въ теченіе долгихъ лѣтъ безропотно переносившій несправедливыя притѣсненія и обиды, наконецъ въ 1641 году обратился за защитою отъ своего лица и братіи въ Луцкій судъ. Но главнымъ образомъ онъ надѣялся на помощь Божію и вмѣстѣ съ братіей усердно молилъ Господа, чтобы Онъ вразумилъ святотатца. И особенно горячи были молитвы преподобнаго и иноковъ о возвращеніи неоцѣнимаго сокровища обители, — чудотворной иконы. Господь услышалъ рабовъ Своихъ. Однажды Фирлей, «не вѣдая, чтó болѣе дѣлать», нарядилъ свою жену въ священныя одежды, далъ ей въ руки святую чашу, и она вмѣстѣ съ присутствовавшими начала хулить Пресвятую Богородицу. Злой духъ тотчасъ же овладѣлъ обезумѣвшей женщиной и страшныя мученія ея прекратились только тогда, когда икона Божіей Матери была возвращена обители. Такимъ образомъ важнѣйшую свою драгоцѣнность Почаевская обитель получила не по суду человѣческому, а по суду Божію. Затѣмъ, благодаря неутомимой ревности преподобнаго Іова, Фирлей, несмотря на свое упорство въ исполненіи даже прямыхъ рѣшеній суда въ пользу Почаевской обители, все-таки въ концѣ концовъ принужденъ былъ возвратить часть захваченныхъ монастырскихъ сокровищъ и примириться съ православными иноками. А дѣла о земельныхъ угодьяхъ были окончены уже по смерти преподобнаго Іова его преемниками съ наслѣдниками Фирлея.

По преданію, въ Почаевской обители еще Анной Гойской была заведена типографія, которую преподобный Іовъ засталъ въ цвѣтущемъ состояніи. Конечно онъ съ радостью воспользовался ею для распространенія среди православныхъ необходимыхъ и полезныхъ книгъ, имѣя при этомъ въ виду главную нужду времени, — борьбу съ врагами православія. Такая дѣятельность преподобнаго была тѣмъ болѣе полезна, что остальныя древнія типографіи Волыни уже прекратили свое существованіе: оставалась только Почаевская. Однимъ изъ важнѣйшихъ трудовъ, изданныхъ по благословенію преподобнаго Іова, является направленное противъ латинянъ сочиненіе Кирилла Транквиліона, впослѣдствіи архимандрита Черниговскаго: «Зерцало Богословія», напечатанное въ 1618 году. Въ Почаевской типографіи кромѣ того печатались проскомидійные листы для разсылки въ православныя церкви [19], посланія православныхъ архипастырей, разныя молитвы. Наконецъ, преподобный Іовъ не только издавалъ чужія книги, но и самъ, какъ поборникъ православія, «писаніемъ книгъ церковныхъ упражняшеся» [20]: въ своихъ книгахъ, при свѣтѣ Христова ученія, преподобный выясняетъ чистоту и истинность вѣроученія православной Церкви по сравненію съ церковью католической и главнымъ образомъ различными протестантскими сектами. Какъ одному изъ видныхъ и всѣми уважаемыхъ членовъ православной Церкви, преподобному Іову приходилось принимать непосредственное участіе въ особенно важныхъ событіяхъ церковно-общественной жизни своего времени. Въ 1628 году онъ присутствовалъ на Кіевскомъ соборѣ западно-русскихъ епископовъ, архимандритовъ и игуменовъ: соборъ былъ созванъ Кіевскимъ митрополитомъ Іовомъ Борецкимъ [21] по дѣлу о Полоцкомъ епископѣ Мелетіи Смотрицкомъ, отпавшемъ въ унію. На соборѣ Милетій доставилъ православнымъ великое утѣшеніе, раскаявшись въ своемъ уклоненіи въ унію, совершенномъ изъ боязни смертной казни; но, къ сожалѣнію, его раскаяніе не было продолжительно [22]. 16 августа соборъ издалъ объявленіе, въ которомъ отцы, присутствовавшіе на соборѣ, оповѣщали, что они твердо стоятъ въ православной восточной вѣрѣ, не мыслятъ объ отступленіи въ унію, подъ клятвою обѣщаются бороться съ нею и увѣщавать къ тому весь народъ православный. Среди подписавшихъ это соборное объявленіе находится и имя «Іоанна [23] Желѣзо, игумена Почаевскаго».

Управляя обширною обителью, принимая участіе въ церковныхъ дѣлахъ своего времени, преподобный Іовъ въ своей внутренней, скрытой отъ взоровъ людскихъ, жизни не оставлялъ любимыхъ подвиговъ созерцанія и уединенія. Подъ схимнической одеждой онъ всегда носилъ власяницу и тяжелыя вериги. День посвящалъ труду, а ночь — молитвѣ. Днемъ подвижнакъ безпрестанно работалъ: садилъ деревья, дѣлалъ прививки, насыпалъ плотины, подавая братіи примѣръ трудолюбія. При этомъ съ его устъ не сходила молитва Іисусова: «Господи, Іисусе Христе, помилуй мя». Ночами преподобный любилъ уединяться для молитвы въ глубокую каменную пещеру въ Почаевской горѣ [24]; со всѣхъ сторонъ обросшая лѣсомъ, она представляла надежное убѣжище для уединенной, безмолвной молитвы. Въ этой тѣсной пещерѣ, нѣмой свидѣтельницѣ подвиговъ преподобнаго, игуменъ Почаевскій, затворившись, проводилъ въ молитвѣ по нѣскольку сутокъ, питаясь «только слезами, изливаемыми отъ чистаго сердца». Угодникъ Божій съ давнихъ лѣтъ поставилъ на уступѣ скалы, вдавшемся въ пещеру, лучшій снимокъ съ чудотворной Почаевской иконы Божіей Матери: устремляя къ ней свои духовные взоры, преподобный преклонялъ колѣна на жесткомъ каменномъ полу и молился Владычицѣ міра «о благосостояніи свѣта, во злѣ лежащаго». Однажды, когда преподобный Іовъ молился въ пещерѣ, вдругъ озарилъ ее необычайный свѣтъ и болѣе двухъ часовъ отражался изъ глубины пещеры на противолежащей церкви. Это небесное явленіе, вѣнчавшее подвиги преподобнаго, возбудило такой страхъ въ ученикѣ его Досиѳеѣ, удостоившемся быть свидѣтелемъ чуднаго явленія, что онъ упалъ на землю. — Отъ «таковаго плоти изможденія», а главное, отъ продолжительныхъ стояній на молитвѣ у преподобнаго Іова начали отекать ноги и тѣло кусками отпадало отъ костей, «о чемъ и до сего дне, — замѣчаетъ Досиѳей, — свидѣтельствуютъ честныя мощи нетлѣнныя, въ ракѣ лежащія».

Со всѣми преподобный Іовъ обходился кротко и милостиво; никто не слыхалъ отъ него рѣзкаго слова. Онъ велъ себя какъ послѣдній между старшими, какъ самый грѣшный между праведными. Слѣдующій случай можетъ свидѣтельствовать ясно о незлобіи и кротости подвижника. Проходя разъ ночью чрезъ монастырское гумно, преподобный Іовъ засталъ человѣка, кравшаго пшеницу. Въ испугѣ человѣкъ тотъ упалъ къ ногамъ игумена, умоляя не разглашать объ его поступкѣ, чтобы доброе имя его не обезчестилось между сосѣдями. Незлобивый старецъ не только не укорилъ ни единымъ словомъ кравшаго, но еще самъ поднялъ на его плечи мѣшокъ съ пшеницей, наставляя смиренномудрыми словами впередъ не совершать ничего подобнаго, «и приводя ему въ умъ заповѣди Божія и нелицемѣрный судъ, на которомъ надобно будетъ во всемъ отдать отчетъ Господу». Затѣмъ съ миромъ отпустилъ его.

Благочестивая жизнь преподобнаго Іова, его любящая, кроткая душа привлекали къ нему и здѣсь, въ Почаевѣ, какъ прежде въ Дубенской обители, многихъ почитателей: одни изъ нихъ ввѣряли свою совѣсть и душу его опытному руководству, — дѣлали его своимъ духовникомъ; другіе обращались къ нему за помощію въ трудныхъ обстоятельствахъ жизни и всегда находили утѣшеніе въ бѣдахъ и защиту въ напастяхъ. Во время войны Хмельницкаго съ Польшей, когда вслѣдствіе непріятельскихъ нападеній мало иноковъ было въ обители и изъ мірянъ только немногіе приходили на гору Почаевскую, преподобный Іовъ открылъ у себя убѣжище для всѣхъ сосѣднихъ обывателей. Изъ числа такихъ былъ панъ Жабокрицкій. Съ трогательною простотою названный панъ разсказываетъ въ своемъ завѣщеніи о томъ радушномъ пріемѣ, какой при тогдашнемъ бѣдствіи оказалъ ему преподобный Іовъ. Жабокрицкій «не могъ имѣть при себѣ не только пріятеля, но и собственныхъ дѣтокъ, разбѣжавшихся по разнымъ мѣстамъ». Въ эту тяжелую минуту «отецъ Іоаннъ Желѣзо, игуменъ Почаевскій, принять изволилъ какъ его, такъ и сына его младшаго», и ихъ обоихъ «достаточками своими содержалъ». Въ концѣ завѣщанія благодарный панъ проситъ похоронить его въ Почаевской обители и даруетъ ей небольшой вкладъ на поминъ души.

Неустанно украшаясь подвигами благочестія и неусыпно стоя на стражѣ православія, преподобный Іовъ управлялъ Почаевскою обителію до 1649 года, когда ему исполнилось 98 лѣтъ. Удрученный трудами и обремененный годами теперь преподобный началъ заботиться о достойномъ преемникѣ. Въ то время мрачныя тучи, висѣвшія надъ православною Церковію, сгущались все болѣе и болѣе: многіе православные изъ дворянъ уклонились въ латинство; почти всѣ древнѣйшіе православные монастыри и храмы на Волыни были разрушены. Поэтому преподобный Іовъ могъ опасаться, какъ бы и его обитель, остававшаяся почти единственнымъ оплотомъ православія въ предѣлахъ Волынской земли, не сдѣлалась достояніемъ уніатовъ. Опасаясь этого, преподобный пожелалъ избрать себѣ преемника при своей жизни и дѣйствительно избралъ іеромонаха Самуила Добрянскаго. Когда избраніе состоялось, то всѣ, принимавшіе участіе въ исполненіи воли преподобнаго Іова, скрѣпили его особымъ актомъ за подписями [25].

21 октября 1651 года преподобный Іовъ имѣлъ откровеніе свыше, что чрезъ семь дней онъ помретъ, о чемъ и сказалъ тогда братіи. И дѣйствительно, 28 октября, совершивъ послѣднюю литургію, святый старецъ, имѣвшій сто лѣтъ отъ рода, простился со скорбящей братіей и въ тоть самый часъ, который предсказалъ, мирно перешелъ отъ сей временной жизни къ вѣчному блаженству.

Братія, опрятавши трудолюбное тѣло святаго, изсохшее отъ поста и трудовъ, и отпѣвши его по чину православной церкви, съ великой скорбью и слезами предали его землѣ.

Только семь лѣтъ тѣло преподобнаго Іова находилось въ землѣ, при чемъ надъ могилою его весьма часто являлся необычайный свѣтъ. Наконецъ въ 1659 году въ одну ночь преподобный въ сонномъ видѣніи явился Кіевскому митрополиту Діонисію Болобану [26], говоря:

— «Извѣствую твоему преосвященству, яко тобою хощетъ Богъ открыти кости моя».

Митрополитъ узналъ старца, такъ какъ еще при жизни хорошо зналъ образъ лица и богоугодное житіе его, но счелъ видѣніе за обыкновенный сонъ. Спустя нѣкоторое время оно повторилось еще. Угодникъ Божій, «не давая покоя митрополиту», явился и въ третій разъ, «уже отмщеніемѣ грозя ему, если не исполнитъ повелѣннаго». Послѣ этого митрополитъ Діонисій уразумѣлъ, что видѣніе — дѣло Божія Промысла, и, ни мало не медля, со всѣмъ клиромъ своимъ въ то же утро отправился въ Почаевскую обитель. Здѣсь, на мѣстѣ, «извѣдавъ благія дѣла преподобнаго, Богу угодныя», митрополитъ велѣлъ открыть гробъ, въ которомь и обрѣли святыя мощи, «безъ всякаго измѣненія, какъ бы въ тотъ часъ погребенныя и исполненныя неизреченнаго благоуханія». При многочисленномъ стеченіи народа митрополитъ съ подобающею честію 28 августа 1659 года перенесъ останки святаго въ церковь Живоначальныя Троицы и поставилъ въ притворъ, по древнему обычаю [27]. Торжество это сопровождалось множествомъ чудесъ.

И въ послѣдующее время, по молитвамъ Своего угодника, преподобнато Іова, Господь являлъ многочисленныя чудеса и знаменія. Изъ нихъ упомянемъ здѣсь только тѣ, въ которыхъ съ особенною силою проявлялись всемогущество и милосердіе Божіи.

Черезъ нѣсколько дней по открытіи мощей преподобнаго Іова, предъ самымъ праздникомъ Воздвиженія Честнаго Креста, игуменъ Почаевскій Досиѳей [28] заболѣлъ «огнемъ презѣльнымъ», такъ что утратилась надежда на его выздоровленіе. Тогда же на праздникъ прибыла въ Почаевъ благотворительница обители Домашевская. Въ полночь она услышала изъ своей келліи, гдѣ проводила ночь, необыкновенное пѣніе, исходившее изъ храма, а въ окнахъ его увидѣла необычайный свѣтъ. Думая, что это иноки совершаютъ всенощное бдѣніе, Домашевская послала свою прислугу Анну разузнать, дѣйствительно ли это такъ. Анна нашла церковныя двери отворенными и вошла въ храмъ. Здѣсь она увидѣла тотъ же необычайный свѣтъ, а въ немъ среди двухъ свѣтлыхъ юношей преподобнаго Іова, совершающаго молитву. Въ страхѣ Анна остановилась, но преподобный, обратившись къ ней, оказалъ:

— «Не бойся, дѣвушка, — пойди и позови ко мнѣ игумена обители».

— «Онъ лежитъ на смертномъ одрѣ», — отвѣчала Анна. Преподобный далъ ей шелковый платокъ, омоченный въ мѵро, и велѣлъ отнести къ больному. Подойдя къ двери, ведущей въ келлію игумена, Анна отъ имени преподобнаго Іова стала звать его въ храмъ. Больной сначала принялъ это за мечту, но потомъ, оградивъ себя крестнымъ знаменіемъ, наложилъ на себя платъ, данный преподобнымъ и, почувствовавъ выздоровленіе, пошелъ въ храмъ. Небесное явленіе уже прекратилось и екклесіархъ отпиралъ церковныя двери для утрени. Увидѣвъ настоятеля онъ изумился и сказалъ:

— «Что это, отче всечестнѣйшій? Ради великой болѣзни твоей я не пошелъ къ тебѣ и за благословеніемъ, а вотъ ты здоровъ и спѣшишь на утреннее пѣніе».

— «Спѣшу, — отвѣчалъ игуменъ, — исполняя повелѣніе блаженнаго отца нашего Іова, который, исцѣливши меня, немедленно повелѣлъ мнѣ идти въ церковь».

И какъ только екклесіархъ отперъ двери, Досиѳей вошелъ въ храмъ и припалъ съ благодарною, горячею молитвою къ ракѣ чудотворца.

Сама обитель Почаевская въ 1675 году заступленіемъ Богородицы, по молитвамъ преподобнаго Іова, была избавлена отъ разоренія татарскаго. Это случилось во время Збаражской войны Польши съ Турціей. Полчища Татаръ, союзниковъ Турокъ, обложили обитель съ трехъ сторонъ, угрожая ей совершеннымъ разрушеніемъ. Въ такой бѣдѣ игуменъ обители Іосифъ убѣдилъ братію и мірянъ, затворившихся въ стѣнахъ монастыря, обратиться къ единственной Заступницѣ Божіей Матери и преподобному Іову, и всѣ «непрестанно молились Богу, теплыя слезы отъ очей проливающи и припадая къ образу Пресвятыя Богородицы и къ ракѣ блаженнаго Іова». На третій день осады Татары рѣшили овладѣть монастыремъ. Игуменъ велѣлъ пѣть акаѳистъ Божіей Матери, и только что начали первый кондакъ «Взбранной Воеводѣ», какъ надъ церковію Пресвятыя Троицы явилась, «омофоръ бѣло-блестящійся распуская», Богоматерь съ ангелами, имѣющими обнаженные мечи; близъ Нея находился преподобный Іовъ, который, кланяясь Пречистой Дѣвѣ, молилъ не предавать Татарамъ монастыря, гдѣ онъ былъ игуменомъ. Татары приняли явленіе за привидѣніе и пустили цѣлую тучу стрѣлъ въ Богородицу и угодника Божія, но стрѣлы, возвращаясь назадъ, ранили ихъ же самихъ. Непріятели пришли въ ужасъ и, бросая оружіе, побѣжали отъ Почаевской обители. Православные же, ободренные небеснымъ. заступленіемъ, погнались за Татарами, взяли много плѣнныхъ, изъ которыхъ нѣкоторые потомъ приняли христіанство.

Въ 1711 тоду пришелъ въ Почаевскую обитель панъ Каменскій съ двумя братьями и всѣ трое молились въ монастырскомъ храмѣ. Одинъ изъ братьевъ Владиславъ усомнился въ святости мощей преподобнаго Іова и помышлялъ, что иноки прославили его ради корыстныхъ видовъ. За это онъ былъ наказанъ: въ слѣдующую же ночь явился ему во снѣ грозный старецъ и Владиславъ проснулся и вопилъ, говоря своему брату:

— «Или ты не видишь страшнаго старца съ палицей, грозящато мнѣ, чтобы не смѣлъ я говорить хульно о святомъ? Спасите меня изъ рукъ блаженнаго Іова Желѣза».

На другой день братья помолились предъ ракою преподобнаго о прощеніи грѣха и съ клятвой засвидѣтельствовали предъ игуменомъ явленіе преподобнаго. Прошло 20 лѣтъ послѣ того; пришелъ въ Почаевскую лавру одинъ изъ Каменскихъ и, спросивъ, записано ли чудо въ книгѣ житія преподобнаго Іова, снова повторилъ, что чудотворецъ наказалъ его брата за хульныя мысли.

Вѣрная завѣтамъ преподобнаго Іова обитель Почаевская и послѣ его смерти была твердымъ оплотомъ православія, но въ 1720 году перешла въ руки уніатовъ. Уніаты, не почитая преподобнаго Іова, скоро закрыли мощи его, прекративъ въ первое время почти всякій доступъ къ нимъ. Но угодникъ Божій не переставалъ являть свою силу и врагамъ православія, и чудеса его засвидѣтельствованы самими уніатами.

Въ 1737 году помѣщица Понтовская съ семействомъ и слугами пришла въ Почаевскую обитель. Когда прибывшіе вошли въ храмъ, гдѣ покоятся мощи преподобнаго Іова, старшій сынъ Понтовской, мальчикъ десяти лѣтъ, спросилъ екклесіарха:

— «Гдѣ почиваетъ Іовъ Желѣзо, о которомъ говорятъ, что онъ не святый?»

— «Кто же это говорилъ тебѣ, что онъ не святый?» — возразилъ екклесіархъ.

Мальчикъ указалъ на слугъ, а затѣмъ всѣ подошли къ ракѣ преподобнаго и не воздавъ никакой чести мощамъ его, хотѣли уйти. Вдругъ мальчикъ, «злѣ глаголавшій о блаженномъ», оцѣпенѣлъ, руки его скорчило; у него отнялся при этомъ языкъ и все тѣло одеревенѣло. Въ ужасѣ мать и слуги вынесли мальчика изъ храма и насилу привели его въ чувство, окропивъ его водою изъ цѣльбоносной стопы и вливши ея немного ему въ ротъ, и такимъ образомъ въ домъ свой принесли еле живаго. А между тѣмъ многіе, приходившіе съ вѣрою, получали у раки преподобнаго исцѣленіе. Вслѣдствіе этого сами уніаты стали съ уваженіемъ относиться къ памяти преподобнаго Іова, признали его святость, нетлѣніе его мощей, начали ставить свѣчи предъ его гробомъ и даже совершать тайкомъ молебны. Во второй половинѣ XVIII вѣка они даже хлопотали предъ Римскимъ папою Климентомъ XIV [29] о признаніи святымъ преподобнаго Іова, но папа не рѣшился объявить святымъ ревностнаго защитника православія.

Въ 1831 году Почаевская обитель по высочайшему повелѣнію императора Николая Павловича, послѣ болѣе чѣмъ вѣковаго пребыванія въ рукахъ уніатовъ, была возвращена православнымъ. А черезъ два года, 28 августа мощи преподобнаго Іова были торжественно открыты для всеобщаго поклоненія. Въ 1858 году было постановлено день преставленія преподобнаго Іова — 28 октября, праздновать мѣстно, «наравнѣ со всѣми остальными важнѣйшими праздниками (на Волыни)».

Такъ прославилъ Господь угодника Своего, преподобнаго Іова Почаевскаго.

Примѣчанія:
[1] Древнее житіе преп. Іова написано его ученикомъ и преемникомъ по игуменству Досиѳеемъ.
[2] Эта мѣстность лежитъ между Карпатами и Днѣстромъ.
[3] Угорницкій монастырь находился въ Покутьи, на родинѣ преп. Іова.
[4] Екклесіархъ слово греческое — ἐϰϰλησίαρχης, начальникъ церкви. Екклесіархъ былъ главнымъ блюстителемъ церкви и ея принадлежностей, ея убранства и главнымъ надзирателемъ за богослуженіемъ.
[5] Вѣроятно не менѣе тридцати лѣтъ, какъ это полагается по церковнымъ правиламъ (Неокессар. соб. правило 11; Шест. вселен. прав. 14); слѣдовательно, рукоположеніе преп. Іова было около 1581 г.
[6] Есть мнѣніе, что преп. Іовъ принялъ схиму послѣ 1642 г., значитъ спустя продолжительное время послѣ принятія священнаго сана. Но это мнѣніе стоить въ прямомъ противорѣчіи со свидѣтельствомъ списателя житія преп. Іова, ученика его Досиѳея: послѣдній прямо говоритъ, что преп. Іовъ принялъ «серафимскій образъ не по многомъ времени» по рукоположеніи; на Кіевскомъ соборѣ 1628 г. преп. Іовъ уже подписался своимъ схимническимъ именемъ Іоанна.
[7] Константинъ Константиновичъ Острожскій — богатый и могущественный вельможа и ревностный защитникъ православія въ Польско-Литовскомъ королевствѣ. Сами враги православія отдавали ему должное: его не только уважалъ, но и боялся король польскій Сигизмундъ III, а папа римскій Климентъ VIII относился къ нему съ почтеніемъ.
[8] Этотъ монастырь существуетъ доселѣ на островѣ, образуемомъ рѣкою Иквою; время основанія его неизвѣстно; въ началѣ XVII в. онъ былъ закрытъ, но въ 1860 г. возстановленъ.
[9] Не сохранилось точнаго указанія ни на время перехода преподобнаго въ Дубно, ни на время его избранія въ игумена; можно думать, что то и другое было не позднѣе 1582-1583 гг. По прямому свидѣтельству Досиѳея, преп. Іовъ пробылъ въ санѣ дубенскаго игумена болѣе двадцати лѣтъ, а между тѣмъ въ 1604 г. мы видимъ въ Дубенской обители новаго игумена Виталія, вѣроятно преемника преп. Іова. Такимъ образомъ несомнѣнно, что преп. Іовъ игуменствовалъ въ Дубенскомъ монастырѣ два послѣднихъ десятилѣтія XVI в. и первые годы XVII стол. Правда, въ лѣтописяхъ Дубенскаго монастыря въ 1582 г. значится игуменъ Василій, который упоминается и въ 1598 г. и 1602 г., но въ послѣднихъ случаяхъ наряду съ нимъ называются другіе игумены Глѣбъ (1598 г.) и Алексѣй (1602 г.); они управляли обителью за престарѣлаго игумена Василія; на такихъ же условіяхъ могъ управлять ею и преп. Іовъ.
[10] Въ 1596 г. на cоборѣ въ Бреcтѣ.
[11] Константинъ Острожскій любилъ уединяться для молитвы на Дубенскій островъ въ монастырь преподобнаго и дѣлалъ Креcтной обители значительныя пожертвованія землями и угодьями.
[12] Управлялъ Кіевской митрополіей съ 1597 по 1647 гг.
[13] Такое замѣчаніе онъ дѣлаетъ въ своемъ сочиненіи Λιϑος; или Камень.
[14] Почаевская обитель, по преданію, основана около половины XIII в. иноками, бѣжавшими изъ Кіева во время нашествія Татаръ.
[15] Орля — деревня Урля въ 13-ти верстахь на сѣверо-востокъ отъ Почаева. — Почаевъ — мѣстечко Волынской губ., Кременецкаго уѣзда.
[16] Гедеонъ, еп. Львовскій умеръ въ 1607 г.; Константинъ Острожскій въ 1608 г.
[17] Разумѣется отпечатокъ стопы Богоматери. По преданію, въ 1240 году двое иноковъ жившихъ на горѣ Почаевской, да житель Почаева пастухъ Іоаннъ Босый видѣли на скалѣ явленіе Богоматери въ столпѣ огненномъ и послѣ явленія на камнѣ остался отпечатокъ цѣльбоносной стопы.
[18] Козинъ — мѣстечко Волынской губ., Дубенскаго уѣзда.
[19] Проскомидійный листъ — чинъ проскомидіи, напечатанный на одномъ листѣ. Листъ этотъ вѣшается въ алтарѣ, близъ жертвенника для удобства совершителя проскомидіи — священника.
[20] Памятникомъ писательской дѣятельности преп. Іова служитъ доселѣ хранящаяся въ Почаевской обители рукопись съ надписью: «Книга блаженнаго Іова Желѣза, игумена Почаевскаго, власною рукою его писанная». Здѣсь находимъ житія и сказанія на праздничные дни за мѣсяцы августъ, сентябрь, декабрь; выписки изъ патериковъ и особенно изъ Лѣствицы преп. Іоанна Синайскаго; поученія на страстную и свѣтлую седмицы и на нѣкоторые праздничные дни; выписки изъ книгъ, замѣтки, краткія поученія, заимствованныя и составленныя самимъ преп. Іовомъ. Въ своихъ поученіяхъ преп. Іовъ, имѣя въ виду главнымъ образомъ различныя протестантскія секты, распространявшія въ его время въ Западномъ краѣ свои заблужденія, излагаетъ ученіе о важнѣйшихъ догматахъ православной церкви, напримѣръ, о Пресвятой Троицѣ, Божествѣ Іисуса Христа. При этомъ преп. Іовъ повсюду стремится обосновать свои мысли ученіемъ Священнаго Писанія и святыхъ отцевъ.
[21] Іовъ Борецкій управлялъ Кіевской митрополіей съ 1622 г. по 1631 г.
[22] Выѣхавъ изъ Кіева, Мелетій отказалcя отъ своего покаянія и оставался вѣрнымъ уніи до самой смерти своей въ 1633 г.
[23] Іоаннъ — схимническое имя преподобнаго, но обычно онъ называется по первому монашескому имени — Іовомъ.
[24] Эта пещера до сихъ поръ сохранилась въ Почаевской обители и находится въ такъ называемой пещерной лаврской церкви во имя преп. Іова. Входъ въ нее такъ узокъ, что приходится спускаться согнувшись и вытянувъ впередъ руки; самая пещера едва можетъ вмѣстить семь человѣкъ и настолько низка, что стоять въ ней можно лишь наклонившись.
[25] Грамота подписана 13 марта 1649 года. Конечно, и послѣ этого преп. Іовъ не переставалъ въ особенно важныхъ случаяхъ управлять дѣлами обители. Такъ въ 1650 г., спустя годъ послѣ избранія Самуила, въ одной оффиціальной бумагѣ встрѣчаемъ названіе преподобнаго Іова «игуменомъ Почаевскимъ».
[26] Діонисій Болобанъ управлялъ Кіевскою митрополіею съ 1657 г. по 1663 годъ.
[27] Впослѣдствіи мощи преп. Іова были перенесены въ его пещеру, гдѣ 1858 г. былъ устроенъ особый храмъ во имя преподобнаго.
[28] Этотъ Досиѳей — ученикъ преп. Іова, описавшій житіе угодника Божія.
[29] Климентъ ХІѴ управлялъ Римскою церковію съ 1769 по 1771 гг.

Источникъ: Житія святыхъ, на русскомъ языкѣ изложенныя по руководству Четьихъ-миней св. Димитрія Ростовскаго съ дополненіями, объяснительными примѣчаніями и изображеніями святыхъ. Книга дополнительная, первая: Мѣсяцы Сентябрь-Декабрь. — М.: Синодальная Типографія, 1908. — С. 257-273.

/ Къ оглавленію /


Цитата «Торжество Православія»


Наверхъ / Къ титульной страницѣ

0