Если вы нашли ошибку на странице, выделите ее мышкой и щелкните по этой ссылке, или нажмите Ctrl+Alt+E

Русскій Порталъ- Церковный календарь- Русская Библія- Осанна- Святоотеческое наслѣдіе- Наслѣдіе Святой Руси- Слово пастыря- Литературное наслѣдіе- Новости

О старомъ стилѣ
-
Гостевая книга
-
Новости
-
Написать письмо
-
Поискъ

Православный календарь

Мѣсяцесловы

С. В. Булгакова
-
Прот. Алексія Мальцева

Житія святыхъ

Свт. Димитрія Ростовскаго
-
Д. И. Протопопова
-
Избранныя житія

Житія русскихъ святыхъ

Архим. Игнатія (Малышева)

Патерики

Аѳонскій
-
Кіево-Печерскій
-
Новгородскій
-
Троицкій

Новости сайта



Сегодня - вторникъ, 27 iюня 2017 г. Сейчасъ на порталѣ посѣтителей - 9.

ЖИТІЯ СВЯТЫХЪ

Святитель Димитрій, митр. Ростовскій († 1709 г.)

Святитель Димитрий, митрополит Ростовский, чудотворецСвт. Димитрій, митрополитъ Ростовскій, чудотворецъ, родился въ 1651 г. въ мѣстечкѣ Макаровѣ, Кіевской губерніи. Въ мірѣ Даніилъ, сынъ казачьего сотника Туптало. Окончивъ Богоявленскую школу (Могилянскую Духовную Академію), принялъ въ 1668 г. постригъ въ Кіевскомъ Кирилловомъ монастырѣ. Въ 1675 г. — іеромонахъ. Былъ игуменомъ въ нѣсколькихъ монастыряхъ монастыряхъ. Архимандритъ Черниговскаго Елецкаго монастыря и Новгородсѣверскаго Преображенскаго монастыря. Въ 1701 г. поставленъ митрополитомъ Тобольскимъ; по болѣзни остался въ Москвѣ и занялъ освободившуюся въ 1702 г. каѳедру въ Ростовѣ. Много потрудился въ установленіи церковного благочестія и въ дѣлѣ обличенія старообрядцевъ. Подвизался въ подвигахъ поста, молитвы, милосердія. Двадцать лѣтъ трудился надъ составленіемъ Четьихъ-Миней, которыя началъ писать въ 1684 г. въ Кіево-Печерскомъ монастырѣ. Свт. Димитрій мирно скончался 28 октября 1709 г. и былъ погребенъ, по его завѣщанію, въ соборной церкви Ростовскаго Спасо-Яковлевскаго монастыря. Обрѣтеніе мощей — 21 сентября 1752 г. Прославленіе — 22 апрѣля 1757 г. Перенесеніе мощей въ новую раку — 25 мая 1763 г.

Житія святыхъ свт. Димитрія, митр. Ростовскаго

Житія святыхъ, на русскомъ языкѣ
изложенныя по руководству Четьихъ-миней св. Димитрія Ростовскаго.

Мѣсяцъ Октябрь.
День двадцать первый.

Житіе преподобнаго отца нашего Иларіона Великаго.

Къ преподобному Антонію стекалось множество людей: одни, чтобы исцѣлиться отъ своихъ недуговъ, другіе — чтобы получить отъ него благословеніе, третьи — чтобы послушать его боговдохновенныя и душеполезныя бесѣды. Не находя, такимъ образомъ, здѣсь полнаго уединенія и безмолвія, Иларіонъ не пожелалъ оставаться здѣсь, но рѣшилъ отыскать такое мѣсто, гдѣ бы онъ могъ пребывать наединѣ съ Богомъ и внѣ всякаго шума и суеты. Принявъ благословеніе отъ преподобнаго Антонія, онъ возвратился въ свое отечество, и, не найдя родителей въ живыхъ, раздѣлилъ свое имущество на двѣ части: одну онъ далъ родственникамъ, другую нищимъ, себѣ же не оставилъ ничего, вся уметы быти вмѣняя (Флп. 3, 8) [4] и отрекаясь отъ всего міра и самого себя, чтобы получить возможность стать ученикомъ Христовымъ и подражателемъ Его нищеты.

Освободивъ, такимъ образомъ, себя отъ суетныхъ заботъ, Иларіонъ пошелъ въ пустыню, находившуюся на разстояніи семи верстъ отъ Маіюмы Газской, и поселился тамъ между моремъ и озеромъ. Въ той пустынѣ жили разбойники, и нѣкоторые знакомые совѣтовали ему уйти оттуда, чтобы не попасть въ руки разбойниковъ и не быть убитымъ. Но преподобный не боялся тѣлесной смерти, желая избавиться лишь отъ смерти духовной.

— «Надо избѣгать разбойниковъ, убивающихъ душу, а убивающихъ тѣло я не боюсь, — говорилъ онъ: — Господь просвѣщеніе мое и Спаситель мой, кого убоюся? Господь защититель живота моего, отъ кого устрашуся?  (Псал. 26, 1).

И преподобный началъ жить тамъ въ безпрестанной молитвѣ и постѣ. Въ пищу онъ принималъ не болѣе пятнадцати смоквъ [5] въ день — и то по захожденіи солнца, а одежда его состояла — изъ власяницы [6] и короткой кожаной мантіи, данной ему преподобнымъ Антоніемъ.

Ненавистникъ всякаго добра — діаволъ, видя, какъ побѣждаетъ его юный инокъ, воздвигъ на него брань [7]. Желая побѣдить духовнаго воина плотскою похотью, онъ началъ распалять его молодое тѣло и смущать умъ нечистыми помыслами. Ощутивъ нечистаго змія, стремившагося уязвить его жаломъ грѣха, Иларіонъ посрамилъ его еще большимъ умерщвленіемъ тѣла и побѣдилъ врага, вооружившись прилежной молитвой къ Богу. Онъ приложилъ постъ къ посту и трудъ къ трудамъ, не вкушая пищи по три, а иногда и по четыре дня, изнуряя тѣло работой, то копая землю, то плетя корзины, и повторяя про себя слова апостола: аще кто не хощетъ дѣлати, ниже да ястъ (2 Сол. 3, 10). Нечистые же помыслы онъ изгонялъ изъ сердца, ударяя себя въ грудь, подобно мытарю, и воздыхая изъ глубины сердца. Плоть свою Иларіонъ называлъ осломъ и такъ бесѣдовалъ съ нимъ:

— «Я укрощу тебя, осле: буду кормить не ячменемъ, а мякиной, уморю голодомъ и жаждой, обременю тяжелой ношей, чтобы ты больше помышлялъ о пищѣ нежели о нечистотѣ».

Слова сіи, обращенныя къ своему тѣлу, онъ приводилъ въ исполненіе и до такой степени измождалъ свое тѣло, что отъ него остались только кости, покрытыя кожей.

Діаволъ же, увидѣвъ, что той бранію онъ не достигъ ничего и не только не побѣдилъ святаго, но и самъ потерпѣлъ пораженіе, задумалъ устрашить его призраками и привидѣніями. Однажды ночью, стоя на молитвѣ, святый Иларіонъ услышалъ плачъ дѣтей, рыданіе женъ, рыканіе львовъ и голоса другихъ дикихъ звѣрей и животныхъ, шумъ и смятеніе, какъ бы отъ великой битвы. Бѣсъ нарочно привелъ полкъ своихъ друзей, завопившихъ на разные голоса, чтобы Иларіонъ устрашился одного ихъ рева и бѣжалъ, покинувъ пустыню. Но, понявъ, что все сіе — только ужасы, наводимые бѣсами, святый осѣнилъ себя крестнымъ знаменіемъ, вооружился щитомъ вѣры и, павъ на колѣна, вознесъ къ Богу прилежную молитву, чтобы Онъ подалъ ему помощь свыше. Такимъ образомъ, припадая къ землѣ на молитвѣ [8], Иларіонъ обезсиливалъ нападавшаго на него врага. Но лишь только онъ немного приподнялся, желая увидѣть глазами то, что слышалъ ушами (а ночь была лунная, очень свѣтлая), какъ на него съ великимъ шумомъ устремилась громадная колесница съ ужасными и свирѣпыми конями.

— «Господи, Іисусе Христе, помоги мнѣ!» — воскликнулъ святый, — и тотчасъ же земля разступилась и поглотила всю бѣсовскую силу. Иларіонъ же воспѣлъ, какъ бы торжествуя побѣду надъ фараономъ (Исх. 15, 1-2) [9]:

— «Коня и всадника вверже въ море, простре десницу свою и пожре ихъ земля!.. Сіи на колесницахъ, и сіи на конѣхъ: мы же во имя Господа Бога нашего призовемъ. Тіи спяти быша и падоша: мы же востахомъ и исправихомся» (Псал. 19, 8-9) [10].

Но побѣжденный врагъ не переставалъ, однако, возставать и ополчаться на святаго, искушая его разными другими способами: когда Иларіонъ почивалъ, то рядомъ съ нимъ какъ будто ложились безстыдно глумившіяся нагія женщины; когда онъ былъ голоденъ или жаждалъ, бѣсы показывали ему различныя сладкія кушанья и напитки; когда онъ молился, то иногда являлся волкъ и вылъ, стоя передъ нимъ, иногда же прыгала лисица, или воины сражались, и одинъ изъ нихъ, пораженный на смерть, падалъ къ ногамъ святаго и молилъ, чтобы тотъ похоронилъ его.

Однажды, стоя на молитвѣ, Иларіонъ забылся, и умъ его, побѣжденный естественной немощью, помыслилъ о чемъ то постороннемъ. Бѣсъ тотчасъ же вскочилъ ему на плечи, подобно воину, и, ударяя его ногами по ребрамъ, а бичомъ по плечамъ и по шеѣ, сказалъ:

— «Бѣги, бѣги, что ты спишь!» — и, смѣясь, спросилъ: — «Не хочешь ли ячменя?» [11].

Святый же не обращалъ вниманія на всѣ сіи діавольскія козни и отгонялъ ихъ отъ себя, вооружаясь крестнымъ знаменіемъ.

Онъ устроилъ себѣ маленькую келлійку, наподобіе гроба, такъ что она едва вмѣщала его въ себѣ, и жилъ въ ней, подвизаясь въ борьбѣ съ невидимыми духами. Однажды ночью разбойники задумали напасть на него, въ надеждѣ найти что-нибудь у него, и всю ночь безуспѣшно проискали его. Найдя его на слѣдующее утро и увидѣвъ, что у него ничего нѣтъ, они спросили святаго:

— «Что бы ты сдѣлалъ, если бы на тебя напали разбойники?»

— «Нагой не боится разбоя», — возразилъ онъ имъ.

— «Но вѣдь они могли бы тебя убить», — снова сказали тѣ.

— «Я не боюсь разбойниковъ, потому что всегда готовъ къ смерти», — отвѣтилъ Иларіонъ.

Изумленные такимъ мужествомъ и вѣрой, разбойники признались ему, что всю ночь его искали, но не могли найти. Затѣмъ они ушли, давъ обѣтъ исправить свою жизнь.

Когда преподобный Иларіонъ прожилъ много лѣтъ въ той пустынѣ, слухъ о святости его жизни прошелъ по всей Палестинѣ, и къ нему начали стекаться люди, искавшіе помощи въ его святыхъ молитвахъ [12]. Первою пришла нѣкая женщина изъ Елевѳерополя [13], проведшая въ супружествѣ пятнадцать лѣтъ и оставшаяся бездѣтной. Терпя отъ мужа за неплодіе постоянные укоры и оскорбленія, она дерзнула прибѣгнуть къ святому и припасть къ его ногамъ. Иларіонъ, увидавъ ее, отвернулся. Тогда она начала со слезами молить его:

— «Зачѣмъ ты отвращаешься отъ меня, рабъ Божій, когда я нахожусь въ печали? Зачѣмъ бѣжишь отъ меня, когда я умоляю тебя съ рыданіямя? Воззри не на женщину, а на боль ея сердца и на ея слезы! Умилосердись надо мною, угодникъ Христовъ! Вспомни, что Спаситель почтилъ нашъ полъ, облекшись отъ него человѣческой плотью, что и самъ ты рожденъ женщиной. Посему не отвергни безъ помощи меня, притекшую къ тебѣ и ожидающую отъ твоихъ молитвъ разрѣшенія своему неплодію, за которое мой мужъ постоянно укоряетъ и оскорбляетъ меня».

Сіи слова преклонили святаго Иларіона на милость: онъ возвелъ очи свои къ небу и помолился о ней. Затѣмъ онъ велѣлъ ей возвратиться домой, и сказалъ:

— «Ступай съ непостыдной надеждой, и Господь исполнитъ твое прошеніе».

Женщина вернулась къ себѣ съ радостью и съ вѣрой къ словамъ святаго. Богъ же услышалъ молитву Своего раба, и въ скоромъ времени женщина, согласно пророчеству Иларіона, зачала и родила сына. На слѣдующій годъ она пришла къ нему съ младенцемъ на рукахъ и сказала:

— «Вотъ плоды твоихъ святыхъ молитвъ, угодникъ Божій; благослови сына, котораго ты испросилъ мнѣ у Бога».

Святый благословилъ младенца и мать и отпустилъ ихъ съ миромъ. Женщина ушла, хваля Господа и прославляя по всей той странѣ Его угодника.

Послѣ того явилась къ нему другая женщина, по имени Аристенета, христіанка, супруга нѣкоего вельможи Елпидія. Три сына ея, заразившись тлетворнымъ повѣтріемъ, въ одинъ день впали въ тяжкую болѣзнь, отъ которой никакіе врачи не могли излѣчить ихъ, и они были близки къ смерти. Услыхавъ о святомъ Иларіонѣ пустынникѣ, эта женщина пришла къ нему со своими рабынями и евнухами и съ плачемъ припала къ его ногамъ.

— «Заклинаю тебя Господомъ нашимъ Іисусомъ Христомъ и честнымъ крестомъ Его, — говорила она, — приди въ Газу и исцѣли отъ болѣзни трехъ умирающихъ сыновей моихъ, чтобы и въ языческомъ городѣ прославилось имя Господне и посрамился ложный богъ Газскій Марнасъ [14], почитаемый невѣрными».

Святый отказывался, говоря, что онъ никогда не выходитъ изъ пустыни и не приближается не только къ городу, но даже и къ селамъ. Но женщина до тѣхъ поръ докучала ему слезными мольбами, пока онъ не обѣщался прійти къ ней по захожденіи солнца. Позднимъ вечеромъ святый пришелъ въ Газу. Едва прикоснулся онъ къ больнымъ отрокамъ, призывая надъ ними имя Іисуса Христа, какъ у нихъ выступилъ обильный потъ, какъ бы нѣкій потокъ изъ источника. Они тотчасъ же встали здоровыми и, принявъ пищу, начали благодарить Бога и лобзать святыя руки своего врача. Слухъ прошелъ по всей Газѣ, и съ того времени больные разными недугами стали приходить въ пустыню къ преподобному Иларіону и, по его молитвамъ, получали исцѣленія, — вслѣдствіе чего множество язычниковъ обращалось къ вѣрѣ въ Господа нашего Іисуса Христа. Многіе пожелали соревновать его добродѣтельному житію и, покинувъ міръ, стали селиться около него въ пустынѣ. Въ скоромъ времени число учениковъ преподобнаго Иларіона умножилось и святый сталъ первымъ наставникомъ иноковъ въ Газѣ и Палестинѣ, подобно тому какъ преподобный Антоній въ Египтѣ.

Однажды къ преподобному привели женщину, потерявшую зрѣніе съ десятилѣтняго возраста и безъ всякой пользы растратившую на врачей все свое состояніе. Святый исцѣлилъ ее плюновеніемъ, уподобившись въ семъ Господу (Іоан. 9, 6): онъ плюнулъ на лицо ея, — и она тотчасъ прозрѣла, и всѣ прославили Бога.

Рабъ и возница нѣкоего Газскаго вельможи, уязвленный бѣсомъ во время управленія колесницей, весь оцѣпенѣлъ, такъ что не могъ двинуть ни однимъ суставомъ и только языкъ его остался свободнымъ. Раба этого принесли въ пустыню къ преподобному Иларіону. Увидѣвъ его, святый сказалъ:

— «Тебѣ нельзя исцѣлиться отъ недуга, пока не увѣруешь въ могущаго исцѣлить тебя Христа Господа».

— «Вѣрую въ Него, только пусть Онъ исцѣлитъ меня», — съ усердіемъ отвѣтилъ больной.

Сотворивъ молитву, святый исцѣлилъ его силою Христовой и, научивъ святой вѣрѣ, повелѣлъ креститься. Такимъ образомъ этотъ рабъ вернулся домой свободнымъ отъ порабощенія бѣсу и здравымъ тѣломъ и душой.

Другой юноша изъ окрестностей Іерусалима, по имени Марситъ, обладалъ большой силой, такъ что могъ поднять и нести пятнадцать мѣръ шпеницы, и ему не нужно было имѣть осла для перевозки тяжестей. При такой силѣ въ него вошелъ бѣсъ и началъ мучить, гоняя по пустынямъ и полямъ. Поймавъ его, окрестные жители связывали ему руки и ноги желѣзными оковами и цѣпями и держали подъ крѣпкимъ запоромъ, зорко за нимъ наблюдая. Но онъ убѣгалъ, легко сокрушая оковы и запоры у дверей, по причинѣ удвоенной силы, бѣсовской и своей собственной, и избивалъ всѣхъ встрѣчавгаихся ему на пути людей: у однихъ онъ отгрызалъ носъ, уши и губы, другимъ ломалъ руки и ноги, третьимъ выкалывалъ глаза, четвертыхъ, наконецъ, убивалъ, перегрызая горло. Много другихъ звѣрствъ совершалъ онъ въ тѣхъ мѣстахъ, и никто не могъ его укротить. Собравшись въ большомъ числѣ, народъ, наконецъ, изловилъ его, связалъ по всему тѣлу желѣзными цѣпями и приволокъ къ преподобному, какъ дикаго вола. Увидавъ бѣсноватаго, Иларіонъ велѣлъ развязать его, и тотъ сталъ кротокъ, какъ ягненокъ. Усердно помолившись о немъ, святый сказалъ находившемуся въ немъ бѣсу:

— «Во имя Господа нашего Іисуса Христа, повелѣваю тебѣ, нечистый духъ, выйди изъ сего человѣка и удались въ безводныя мѣста».

Бѣсъ вышелъ, потрясши и повергши на землю больного, и онъ немедленно исцѣлѣлъ по благодати Господней и по молитвамъ святаго, и сталъ усердно прославлять преподобнаго Иларіона. Преподобный же запрещалъ ему и всѣмъ прочимъ присутствовавшимъ, говоря:

— «Не нашей силой совершилось сіе, но по человѣколюбію и благодати Спасителя, понесшаго наши страданія по неизреченной милости Своей къ намъ, рабамъ Своимъ. Его мы безпрестанно должны славить, благодарить и величать».

Когда онъ говорилъ это, къ нему привели другого мужа, по имени Оріона, одного изъ богатыхъ и знатныхъ гражданъ города Айлы [15]. Въ немъ былъ легіонъ бѣсовъ, и его привели связаннаго желѣзными цѣпями. Приблизившись къ святому, онъ вырвался изъ рукъ приведшихъ еіо людей и, подошедши сзади, схватилъ преподобнаго и поднялъ его на воздухъ выше своего роста. Всѣ закричали отъ страха, какъ бы онъ не ударилъ его о землю и не сокрушилъ его кости, высохшія отъ долгаго поста. Святый же улыбнулся и сказалъ:

— «Дайте моему противнику побороться со мной».

Простерши назадъ свою руку, онъ взялъ бѣсноватаго за волосы, поставилъ его передъ своими ногами, связалъ ему руки и, наступивъ на ноги, сказалъ:

— «Мучайся, легіонъ бѣсовскій, мучайся!»

Бѣсы же, находившіеся въ томъ человѣкѣ, завопили разными голосами, производя шумъ, какъ бы отъ многочисленной толпы. Тогда святый началъ молиться:

— «Господи, Іисусе Христе! Освободи несчастнаго отъ легіона бѣсовъ, ибо какъ ты одного изъ нихъ можешь побѣдить, такъ легко — и многихъ».

Бѣсы съ громкимъ воплемъ тотчасъ вышли изъ того человѣка, и онъ выздоровѣлъ, избавился отъ своихъ мученій и принесъ благодареніе Богу и Его угоднику, святому Иларіону, за свое исцѣленіе. Чрезъ нѣкоторое время онъ снова вернулся со своей женой и друзьями къ святому Иларіону съ богатыми дарами, въ благодарность за исцѣленіе. Но святый не принялъ ихъ и сказалъ:

— «Развѣ ты не слышалъ, какъ пострадалъ Гіезій (4 Цар. 5, 20-27) [16], принявшій плату отъ человѣка, исцѣлившагося отъ проказы. Благодать Господня не продается. Поди, раздай это нищимъ твоего города, намъ же, живущимъ въ пустынѣ, имущество не служитъ на пользу».

Такимъ образомъ онъ отослалъ его съ дарами обратно.

Послѣ сего къ святому принесли разслабленнаго каменотеса изъ города Маіюмы, по имени Занана, который тотчасъ же выздоровѣлъ по молитвамъ преподобнаго.

Затѣмъ была приведена изъ предѣловъ Газы бѣсноватая дѣвица. Бѣсъ вошелъ въ нее по слѣдующей причинѣ. Ее полюбилъ одинъ юноша и пожелалъ находиться съ нею въ плотскомъ сожительствѣ; но она сопротивлялась ему и не соглашалась на его нечистыя пожеланія. Увидѣвъ, что онъ не добьется успѣха ни льстивыми словами, ни дорогими подарками, юноша пошелъ въ Египетскій городъ Мемфисъ [17] къ волхвамъ Асклипія [18] и разсказалъ имъ о болѣзни, уязвившей его сердце любовью къ сей дѣвицѣ. Получивъ отъ нихъ какія то волшебныя слова, написанныя на мѣдной дощечкѣ, онъ возвратился домой и закопалъ дощечку подъ порогомъ дома, въ которомъ жила та дѣвица: такъ научили его сдѣлать волхвы. И тотчасъ же бѣсъ вошелъ въ дѣвицу и въ такой степени распалилъ ее блудной похотью, что она начала безстыдно кричать, призывая юношу по имени для удовлетворенія страсти, сбрасывать съ себя одежды, обнажаться, и всячески метаться, сгорая огнемъ любодѣянія. Видя сіе, родители ея поняли, что болѣзнь причинена ей діаволомъ, и повели въ монастырь къ преподобному (въ то время преподобный собралъ уже множество братій и устроилъ большой монастырь). Когда ее вели къ нему, бѣсъ внутри ея вопилъ и рыдалъ.

— «Мнѣ было лучше, — говорилъ онъ, — когда я въ Мемфисѣ прельщалъ людей сонными видѣніями, нежели теперь, когда я посланъ сюда».

Когда же ее привели къ святому, бѣсъ завопилъ:

— «Я неволей вошелъ въ сію дѣвицу, и насильно посланъ въ нее моимъ властелиномъ. Теперь же я жестоко мучаюсь и не могу выйти, такъ какъ привязанъ къ мѣдной дощечкѣ и закопанъ подъ порогомъ. Я не выйду, пока не разрѣшитъ привязавшій меня юноша!»

Святый слегка улыбнулся и сказалъ:

— «Такъ вотъ какъ велика твоя сила, діаволъ, что тебя связали ниткой и насильно удерживаютъ мѣдной доской? Почему же ты не вошелъ въ связавшаго тебя юношу?»

— «Въ немъ уже находится другъ мой, любострастный бѣсъ», — отвѣтилъ тотъ.

Помолившись, святый изгналъ его изъ дѣвицы и далъ ей наставленіе, чтобы она остерегалась вражьихъ сѣтей и избѣгала бесѣды съ безстыдными юношами.

Нѣкій князь, одержимый нечистымъ духомъ, пришелъ къ святому и получилъ исцѣленіе. Въ благодарность онъ принесъ своему безмездному врачу, святому Иларіону, десять фунтовъ золота и умолялъ его принять даръ. Тогда святый показалъ ему свой ячменный хлѣбъ.

— «Питающіеся такимъ хлѣбомъ считаютъ золото за болотную тину», — сказалъ онъ и, не принявъ золото, отпустилъ князя здоровымъ.

Преподобный Антоній, услыхавъ объ Иларіонѣ и о чудесахъ его, радовался духомъ и часто писалъ къ нему. Приходившимъ же къ нему для исцѣленія изъ Сиріи онъ говорилъ:

— «Зачѣмъ вы такъ утруждаете себя, совершая долгое путешествіе ко мнѣ, когда имѣете у себя вблизи моего сына о Христѣ, Иларіона, получившаго отъ Бога даръ исцѣлять всякія болѣзни».

По всей Палестинѣ начали возникать монастыри съ благословенія святаго Иларіона, и всѣ иноки приходили къ нему, чтобы услышать его поучительное слово. И онъ всѣхъ наставлялъ на путь спасенія.

Однажды братія упросили его пойти посѣтить умножившіеся его молитвами и благословеніемъ монастыри, утвердить ихъ и дать имъ уставъ иноческой жизни. Когда онъ собрался въ путь, къ нему стеклось множество братій, около трехъ тысячъ, кои слѣдовали за нимъ, наслаждаясь его сладчайшими поученіями. Обходя монастыри и посѣщая братію, святый совершилъ множество чудотвореній. У одного брата, отличавшагося страннопріимствомъ, былъ свой виноградникъ, отъ котораго онъ всякій годъ имѣлъ около ста мѣръ винограда. Онъ съ любовью принялъ святаго Иларіона и умолялъ братію зайти къ нему въ виноградникъ и нарѣзать себѣ гроздьевъ, сколько кто захочетъ, такъ какъ виноградъ уже созрѣлъ. Каждый нарѣзалъ себѣ сколько хотѣлъ; братій же было, какъ сказано выше, около трехъ тысячъ. Видя такую любовь брата того, преподобный благословилъ его виноградникъ, и въ томъ году братъ собралъ изъ своего виноградника болѣе трехсотъ мѣръ винограда. Такъ благословеніе преподобнаго увеличило плодородіе виноградника за страннолюбіе брата. Другой же братъ, скупой и жестокій, увидавъ проходившаго мимо святаго съ его духовнымъ стадомъ, приставилъ къ своему виноградницу сторожа, чтобы кто-нибудь не сорвалъ себѣ хотя бы одной кисти; сторожъ бросалъ въ братію камнями, говоря, чтобы никто не приближался къ винограднику, такъ какъ онъ чужой. Сей братъ лишился благословенія святаго и собралъ очень мало винограда, да и тотъ былъ кислый.

Однажды преподобный отправился въ пустыню Кадисъ [19] посѣтить одного ученика. На пути Иларіону случилось проходить чрезъ языческій городъ Елусу [20]. Здѣсь онъ засталъ бѣсовскій праздникъ, на который собралось изъ окрестныхъ селъ множество языческаго народа, ликовавшаго и приносившаго въ храмѣ нечестивыя жертвы своей богинѣ Афродитѣ [21]. Услыхавъ о приближеніи святаго Иларіона, они вышли къ нему на встрѣчу съ женами и дѣтьми, такъ какъ до нихъ уже давно дошелъ слухъ, что онъ — великій чудотворецъ. Увидавъ его, они наклонили головы и закричали на сирійскомъ языкѣ: «Варахъ! Варахъ!» — что значитъ: благослови, благослови! Затѣмъ они привели къ нему множество больныхъ и бѣсноватыхъ, и преподобный силою Христовой исцѣлилъ ихъ. Научивъ язычниковъ познанію Единаго истиннаго Бога, онъ всѣхъ ихъ привелъ къ вѣрѣ Христовой и не прежде покинулъ городъ, какъ они разорили идольскій храмъ, сокрушили идоловъ, построили святую церковь и крестились во имя Господне. Утвердивъ ихъ въ вѣрѣ и преподавъ благословеніе, святый отправился въ дальнѣйшій путь.

Преподобный Иларіонъ получилъ отъ Бога такую благодать, что посредствомъ обонянія и осязанія вещей узнавалъ, кто какою одержимъ страстью. Разъ одинъ скупой и сребролюбивый братъ прислалъ святому плодовъ изъ своего сада. Когда наступилъ вечеръ, и святый сѣлъ за трапезу, ученики предложили ему плодовъ, присланныхъ скупымъ братомъ. Увидавъ ихъ, Иларіонъ отвернулся.

— «Уберите ихъ отсюда, — сказалъ онъ, — я не могу выносить смрада, исходящаго изъ этихъ плодовъ».

Ученикъ его, блаженный Исихій, сталъ настаивать на томъ, чтобы онъ вкусилъ и благословилъ любовь брата.

— «Не гнушайся отче, — говорилъ онъ, — приношеніемъ брата, такъ какъ онъ съ вѣрою принесъ тебѣ первые плоды своего виноградника».

— «Развѣ ты не чувствуешь, — отвѣтилъ святый, — что отъ сихъ плодовъ исходитъ смрадъ скупости?»

— «Какъ же могутъ плоды, кромѣ своего естественнаго запаха, издавать еще смрадъ какой-нибудь страсти?» — спросилъ Исихій.

— «Если ты не вѣришь мнѣ, то дай эти плоды воламъ, и смотри, будутъ ли они ѣсть?»

Исихій отнесъ и положилъ плоды въ ясли передъ волами, но волы, понюхавъ, начали неистово мычать и, будучи не въ состояніи выносить смрада, исходившаго отъ тѣхъ плодовъ, оторвались отъ яслей и убѣжали.

Въ это время святому было уже 63 года. Братіи около него собралось очень много, такъ что нужно было расширить монастырь. Многочисленныя заботы мѣшали безмолвію преподобнаго. Кромѣ того, къ нему приходило множество людей, искавшихъ — кто исцѣленія, кто — благословенія. Приходили и епископы и священники съ прочими служителями Церкви, приходили князья и вельможи изъ многихъ городовъ и областей, чтобы услышать отъ Иларіона слово Божіе и получить его благословеніе. Святый очень огорчался, что приходившіе не давали ему безмолвствовать и плакалъ, вспоминая молчаніе первыхъ дней, когда онъ былъ одинъ въ пустынѣ. Видя его постоянно скорбящимъ и плачущимъ, братія спрашивали его:

— «Отчего ты такъ скорбишь и плачешь, отче?»

Онъ же отвѣчалъ:

— «Оттого я такъ скорблю и плачу, что снова возвратился въ міръ и получилъ на землѣ свою награду, потому что всѣ палестинскіе и окрестные города прославляютъ меня, вы тоже чтите, какъ владыку, и зовете господиномъ всѣхъ живущихъ въ монастырѣ».

Услыхавъ отъ преподобнаго такія слова, братія догадались, что онъ хочетъ тайно уйти отъ нихъ, и стали тщательно смотрѣть, чтобы онъ не оставилъ ихъ. Старецъ скорбѣлъ такимъ образомъ въ теченіе двухъ лѣтъ.

Однажды пришла къ нему Аристенета, жена епарха [22] Елпидія, у коей нѣкогда святый исцѣлилъ трехъ умиравншхъ сыновей ея. Она просила у него благословенія и молитвъ на дорогу, такъ какъ намѣревалась пойти въ Египетъ — поклониться преподобному Антонію. Услыхавъ объ Антоніи, святый вздохнулъ и сказалъ:

— «О, если бы и мнѣ можно было пойти туда и увидѣть во плоти святаго и любимаго отца моего Антонія. Но братія насильно удерживаютъ меня здѣсь, и я не могу пойти къ нему».

Помолчавъ немного, онъ горько заплакалъ.

— «Вотъ уже второй мѣсяцъ, — промолвилъ онъ, — какъ весь міръ скорбитъ о потерѣ великаго свѣтильника, ибо преподобный Антоній уже покинулъ свое тѣло».

Услыхавъ это, женщина и всѣ присутствовавшіе поняли, что ему дано было отъ Бога откровеніе о преставленіи преподобнаго Антонія. Аристенета вернулась домой, а черезъ нѣсколько дней пришла вѣсть о кончинѣ Антонія.

Не вынося молвы и людского почета, притомъ зная, по откровенію отъ Бога, что Онъ соизволяетъ на его отшествіе оттуда, святый Иларіонъ призвалъ нѣкоторыхъ изъ своихъ учениковъ и велѣлъ имъ идти съ нимъ. Приведя осла, они посадили на него преподобнаго отца, такъ какъ отъ старости онъ уже не могъ идти пѣшкомъ, и, поддерживая его, пошли вмѣстѣ съ нимъ. Когда остальные братія, а также жители окрестныхъ селъ и городовъ узнали, что преподобный покинулъ ихъ, они собрались въ числѣ десяти тысячъ человѣкъ и, погнавшись за нимъ, настигли его. Съ плачемъ припали они къ святому и молили не оставлять ихъ.

— «Послѣ Бога мы тебя имѣли въ Палестинѣ отцомъ, укрѣпляющимъ насъ и помогающимъ намъ. Не оставляй же насъ однихъ, какъ овецъ безъ пастыря».

— «Зачѣмъ вы, чада мои, сокрушаете мое сердце? — увѣщавалъ ихъ святый. — Да будетъ вамъ извѣстно, что я ушелъ не безъ Господней на то воли: я молился Господу, и Онъ повелѣлъ мнѣ уйти отсюда, чтобы не видѣть скорби, имѣющей постигнуть Божію Церковь, не смотрѣть на разореніе святыхъ храмовъ, на попраніе алтарей и на пролитіе крови моихъ чадъ. Не удерживайте же меня, чада мои».

Услыхавъ, что ему было открыто объ угрожающемъ имъ бѣдствіи, они еще усиленнѣе стали молить его — тѣмъ болѣе не покидать ихъ, но помочь имъ въ скорби своими молитвами. Огорчившись, святый ударилъ въ землю жезломъ и сказалъ:

— «Не буду ни ѣсть, ни пить, пока вы меня не отпустите; если же хотите увидѣть меня мертвымъ, то удерживайте».

Въ теченіе семи дней удерживали они преподобнаго своими мольбами и, наконепъ, убѣдившись въ непреложности его намѣренія, съ миромъ отпустили. Все множество народа съ плачемъ далеко провожали его. Подойдя къ городу Веѳиліи [23], святый преклонилъ колѣна, помолился со всѣми и, поручивъ ихъ Господу, отпустилъ домой. Выбравъ 40 человѣкъ братіи, о которыхъ ему было извѣстно, что они въ состояніи вынести трудъ путешествія, постясь и вкушая немного пищи, только по захожденіи солнца, онъ взялъ ихъ съ собою. Послѣ пятидневнаго пути, святый прибылъ въ Пилусію [24]. Посѣтивъ братію, жившую въ ближней пустынѣ въ мѣстности, извѣстной подъ названіемъ Лихносъ, онъ ушелъ оттуда и черезъ три дня пришелъ въ городъ Ѳавастъ. Здѣсь онъ видѣлся съ епископомъ Драконтіемъ-исповѣдникомъ, находившимся въ заточеніи, и оба утѣшились боговдохновенной бесѣдой [25]. Послѣ новаго пути, длившагося нѣсколько дней, старецъ съ великимъ трудомъ дошелъ до Вавилона, чтобы посѣтить епископа Филона [26] исповѣдника. Сихъ двухъ мужей изгналъ въ тѣ мѣста царь Констанцій, помогая злочестивымъ аріанамъ. Повидавшись съ блаженнымъ Филономъ и побесѣдовавъ съ нимъ, преподобный продолжалъ свой путь и пришелъ въ городъ Афродитополь, а затѣмъ, послѣ трехдневнаго пути по страшной и суровой пустынѣ, достигъ высокой горы, гдѣ было пребываніе преподобнаго Антонія.

Здѣсь преподобный Иларіонъ нашелъ двухъ учениковъ своихъ, Исаака и Пелусіана, которые очень обрадовались, увидавъ святаго. Мѣстность та была очень красива, и святый съ большимъ усердіемъ обошелъ ее. Исаакъ же и Пелусіанъ показывали Иларіону всѣ мѣста, освященныя трудами преподобнаго Антонія.

— «На этомъ мѣстѣ пѣлъ святый отецъ нашъ Антоній, — разсказывали они, — а на этомъ предавался безмолвію; здѣсь молился, а тамъ сидѣлъ и плелъ корзины; здѣсь имѣлъ онъ обыкновеніе отдыхать отъ трудовъ, а тамъ спать; этотъ виноградъ и эти деревья онъ самъ насадилъ, а это гумно устроилъ своими руками; этотъ прудъ для поливки сада онъ выкопалъ самъ, съ большимъ трудомъ и обливаясь потомъ; вотъ лопатка, которою святый долгое время пользовался для копанія земли».

Сіе и многое другое показывали они святому Иларіону. Онъ же, придя на мѣсто, гдѣ Антоній имѣлъ обыкновеніе отдыхать, со страхомъ и радостью облобызалъ его ложе и возлегъ на немъ. На верху горы были двѣ каменныя келліи, куда святый Антоній уходилъ для безмолвія, скрываясь отъ докучливости приходившихъ къ нему посѣтителей. Приведя туда по ступенямъ Иларіона, ученики показали ему виноградныя лозы и разныя плодовыя деревья, изобиловавшія плодами, и сообщили, что ихъ насадилъ святый Антоній только три года тому назадъ.

Отдохнувъ здѣсь съ своей братіей, преподобный Иларіонъ снова возвратился въ Афродитополь и отпустилъ братій, велѣвъ имъ вернуться въ Палестину въ свой монастырь, при себѣ же оставилъ только двоихъ. Съ ними онъ отправился въ находившуюся недалеко отъ того города пустыню, въ которой и поселился, пребывая въ безмолвіи, постѣ, молитвѣ и въ подвигахъ, столь великихъ, — какъ будто только сейчасъ началъ свое иноческое о Христѣ житіе.

По смерти преподобнаго Антонія, въ теченіе трехъ лѣтъ въ сей мѣстности было бездождіе, и по всей странѣ свирѣпствовалъ голодъ, потому что почва выгорѣла отъ зноя, какъ отъ огня. Народъ говорилъ, что не только люди скорбятъ о смерти преподобнаго, но и земля, небо же не даетъ дождя. Люди и домашнія животныя умирали отъ голода и жажды. Услыхавъ, что въ тѣхъ мѣстахъ живетъ святый Иларіонъ, ученикъ Антонія, множество народа съ женами и дѣтьми собралось и отправилось къ нему въ устыню. Придя, они начали усердно молить его:

— «Богъ послалъ намъ тебя вмѣсто Антонія: умилосердись и помолись Господу, чтобы Онъ по великой Своей милости послалъ дождь нашей изсохшей отъ бездождія землѣ».

Видя несчастіе этихъ людей, погибающихъ отъ голода и жажды, святый Иларіонъ возвелъ очи и руки къ небу и началъ со слезами молиться. Тотчасъ же пошелъ великій дождь и досыта напоилъ всю землю [27]. Съ того времени народъ сталъ ходить къ преподобному, принося своихъ больныхъ. Видя, что и здѣсь ему докучаютъ и не даютъ безмолвствовать, святый захотѣлъ удалиться въ пустыню Оасимъ [28] и, собравшись, отправился въ путь со своими двумя учениками. Миновавъ Александрію, онъ пришелъ въ Брухію, гдѣ нашелъ знакомыхъ братьевъ, которые съ радостью приняли его. Побывъ у нихъ немного, онъ вознамѣрился уйти, но братія не хотѣли его пустить и умоляли остаться съ ними. Тогда онъ рѣшилъ уйти отъ нихъ тайно ночью, но когда ученики готовили для него осла, братія провѣдали о семъ и, придя, легли у дверей.

— «Лучше намъ умереть, лежа у ногъ твоихъ, — говорили они — нежели такъ скоро лишиться тебя»!

— «Встаньте же, чада мои, — молилъ ихъ преподобный — полезнѣе и для васъ самихъ и для меня, чтобы вы меня скорѣе отпустили, потому что мнѣ было откровеніе Божіе, повелѣвающее уйти отсюда. Потому-то я и стараюсь поскорѣй удалиться отъ васъ, чтобы изъ-за меня васъ не постигла печаль. Воистинну вы потомъ поймете, что не напрасно я спѣшу и уклоняюсь отъ пребыванія съ вами».

Услыхавъ эти слова, братія поднялись, а святый сотворилъ молитву, обнялъ ихъ и ушелъ. Благодать Божія охраняла его на пути чрезъ непроходимую пустыню.

На другой день по уходѣ его изъ Брухіи, сюда пришли изъ Газы тамошніе язычники съ палачами и спрашивали, гдѣ Иларіонъ. Узнавъ, что онъ ушелъ, они сказали другъ другу:

— «Посмотрите на сего волшебника: онъ узналъ, что ожидаетъ его отъ насъ, и убѣжалъ».

Нечестивые обитатели Газы съ самаго начала завидовали святому, что народъ стекался къ нему и переставалъ покланяться ихъ богу Марнасу. Въ особенности изъ-за сего были озлоблены на преподобнаго жрецы Марнасовы; они всячески старались погубить его, но не могли, такъ какъ всѣ окрестные города и села очень почитали святаго. Когда же умеръ царь Констанцій и на престолъ вступилъ злочестивый служитель бѣсовъ, Юліанъ Отступникъ, беззаконники сочли сіе время удобнымъ для исполненія своего давно задуманнаго злого замысла. Язычники города Газы приступили къ нечестивому царю, оклеветали передъ нимъ преподобнаго Иларіона и учениковъ его и выпросили письменный указъ, повелѣвавшій разорить его монастыри близъ Газы, изгнать изъ предѣловъ той области его учениковъ, предварительно избивъ ихъ, а самого Иларіона, также какъ и помощника его Исихія, убить. Нечестивые такъ и поступили: разорили монастыри и разогнали стадо Христово. Исихій же, наиболѣе любимый Иларіономъ за его усердное послушаніе, коимъ онъ превосходилъ остальныхъ учениковъ, скрывался по пустынямъ, бѣгая отъ рукъ невѣрныхъ.

Тѣмъ временемъ преподобный Иларіонъ, хранимый Богомъ, жилъ въ Оасимской пустынѣ. Когда онъ пробылъ тамъ уже около года, къ нему пришелъ ученикъ его Адріанъ съ извѣстіемъ, что царь Юліанъ убитъ, — и звалъ его въ Палестину на прежнее мѣсто, такъ какъ въ Церкви снова водворился миръ. Любя безмолвіе, святый не захотѣлъ вернуться въ Палестину, но, видя, что и въ Оасимской пустынѣ не можетъ укрыться отъ людей, отправился пустыней въ Ливійскіе края съ однимъ ученикомъ своимъ Зинономъ; Адріанъ же съ другимъ ученикомъ возвратился въ Палестину.

Придя въ приморскій городъ Паретонъ [29], Иларіонъ сѣлъ на корабль и отплылъ въ Сицилію, чтобы избѣжать человѣческой славы. У хозяина корабля былъ сынъ, мучимый нечистымъ духомъ, который завопилъ въ немъ:

— «Рабъ Божій Иларіонъ! Почему ты и на морѣ не даешь намъ покоя? Потерпи, пока мы пристанемъ къ берегу, чтобы мнѣ отсюда не пришлось низвергнуться въ пропасть».

Святый отвѣчалъ:

— «Если Богъ велитъ тебѣ оставаться въ Своемъ созданіи, оставайся, если же Онъ изгонитъ тебя, то что намъ до того: я человѣкъ грѣшный».

Услыхавъ сіе, отецъ больного отрока вмѣстѣ со всѣми бывшими на кораблѣ, припалъ ко святому, моля его помиловать сына и изгнать изъ него бѣса. Но святый не соглашался, называя себя грѣшнымъ.

— «Если вы мнѣ обѣщаетесь, — сказалъ онъ, наконецъ, — не говорить никому обо мнѣ въ той странѣ, куда мы плывемъ, то я помолюсь моему Владыкѣ, чтобы Онъ изгналъ лукаваго духа».

Тѣ клятвенно обѣщались. Тогда, сотворивъ молитву, преподобный изгналъ изъ отрока бѣса, и всѣ прославили Бога.

Когда корабль присталъ къ Сицилійской горѣ Пихону [30], святый отдалъ корабельщику за провозъ Евангеліе, переписанное имъ собственноручно во дни юности: ему нечего было дать другого, потому что онъ былъ настолько же нищъ имуществомъ, какъ и духомъ. Но хозяинъ корабля не принялъ отъ него платы, хотя святый очень настаивалъ на томъ, чтобы онъ взялъ.

— «Не будетъ того, чтобы я взялъ что-нибудь у васъ, такъ какъ вы сами нищи и ничего не имѣете», — отвѣчалъ хозяинъ корабля.

Святый же радовался духомъ, видя себя совершенно нищимъ и не имѣющимъ ничего суетнаго. Отойдя отъ берега, приблизительно на двадцать поприщъ, онъ поселился здѣсь со своимъ ученикомъ. Ученикъ собиралъ ежедневно вязанку дровъ, относилъ ее въ ближнее село и на вырученныя деньги покупалъ себѣ ломоть хлѣба, которымъ они оба и питались, благодаря Бога.

Но не можетъ градъ укрытися верху горы стоя (Матѳ. 5, 14). Одинъ бѣсноватый въ церкви святаго Петра въ Римѣ воскликнулъ:

— «Недавно прибылъ въ Сицилію рабъ Христовъ Иларіонъ; никто его не знаетъ, и онъ думаетъ, что можетъ утаиться: но я пойду туда и укажу его».

Такъ и случилось. Этого человѣка привели въ Сицилію; въ Пихонѣ онъ нашелъ святаго Иларіона, палъ передъ его келліей и получилъ, по молитвамъ преподобнаго, исцѣленіе. Съ того времени узнали о немъ жители той страны. Множество людей стало приходить къ нему, ища исцѣленія отъ своихъ болѣзней, и никогда не возвращались обратно, не получивъ искомаго. Вышеупомянутый же человѣкъ, пришедшій изъ Рима и исцѣлившійся отъ бѣснованія, предлагалъ святому богатые дары въ благодарность за исцѣленіе; но святый не принялъ ихъ, говоря:

— «Написано: туне пріясте, туне дадите» (Матѳ. 10, 8) [31].

Пока преподобный пребывалъ въ Сициліи, его возлюбленный ученикъ, блаженный Исихій, въ продолженіе трехъ лѣтъ искалъ по всему міру своего любимаго отца духовнаго, преподобнаго Иларіона: тщательно обошелъ онъ много странъ, горъ и пустынь, но нигдѣ не нашелъ его. Будучи затѣмъ въ Пелопонесѣ [32], въ приморскомъ городѣ Метонѣ, онъ услышалъ отъ одного еврейскаго купца, что въ Сициліи появился какой-то христіанскій пророкъ, совершающій много чудесъ.

— «А какъ зовутъ его, и каковъ онъ видомъ»? — спросилъ Исихій.

— «Я не видалъ его и не знаю по имени, — отвѣтилъ еврей, — я только слышалъ о немъ».

Понявъ, что этотъ пророкъ — тотъ самый, кого онъ ищетъ, Исихій сѣлъ на корабль и отплылъ въ Сицилію. Съ трудомъ удалось ему разузнать кое-что о святомъ отъ спутниковъ, единогласно утверждавшихъ, что онъ сотворилъ много чудесъ и ни отъ кого изъ нихъ не взялъ за это даже ломтя хлѣба. Найдя святаго въ Пихонѣ, Исихій упалъ къ его ногамъ, цѣлуя ихъ и омывая слезами. Старецъ съ трудомъ могъ поднять съ земли плакавшаго отъ радости ученика и утѣшилъ его душеспасительной бесѣдой.

Увидавъ спустя нѣкоторое время множество приходившихъ къ нему и прославлявшихъ его людей, старецъ сказалъ своимъ ученикамъ, Зинону и Исихію:

— «Невозможно намъ оставаться здѣсь, чада; пойдемте въ другую страну, гдѣ бы никто не зналъ о насъ».

Собравшись, онъ тайно удалился съ ними въ далматскій городъ Епидавръ [33], куда направилъ его Богъ для облагодѣтельствованія имъ многихъ. Не успѣлъ онъ пробыть нѣсколько дней въ одномъ безмолвномъ мѣстѣ близъ Епидавра, какъ жителямъ страны стало уже извѣстно о пришествіи къ нимъ угодника Божія, бывшаго раньше въ Сициліи. Богъ явилъ людямъ Своего раба и прославилъ его. Услыхавъ о немъ другъ отъ друга, жители собрались и пришли къ нему; поклонившись, они начали молить его помочь имъ въ ихъ великой бѣдѣ: въ тѣхъ мѣстахъ обиталъ страшный змѣй, столь огромный, что онъ пожиралъ большихъ воловъ и поглощалъ людей. Такимъ образомъ онъ погубилъ безчисленное количество людей и домашняго скота. Услыхавъ о немъ, святый велѣлъ сложить множество дровъ и разжечь большое пламя, а самъ, преклонивъ колѣна, помолился Богу, чтобы Онъ помиловалъ Своихъ людей и во славу Своего святаго Имени избавилъ ихъ отъ пагубнаго змѣя. Затѣмъ онъ началъ призывать змѣя. И вотъ змѣй явился, какъ бы влекомый какою силой на закланіе. Веѣ смотрѣли и ужасались. Святый же велѣлъ ему войти въ пламя, и тотчасъ, повинуясь его словамъ, змѣй вошелъ въ огонь и сгорѣлъ. Тогда люди прославили Бога и принесли благодареніе святому Иларіону.

Съ того дня многіе начали прибѣгать къ нему за помощію. Старецъ жв скорбѣлъ и размышлялъ, гдѣ ему найти такое мѣсто, въ которомъ бы онъ могъ укрыться отъ людей и пребывать въ безмолвіи. Въ то время случилось великое землетрясеніе, отъ котораго море сильно взволновалось и выступало изъ своихъ береговъ. Волны поднимались такъ высоко, что покрывали большія горы, и корабли, заносимые водой, оставались на высокихъ мѣстахъ. Жители расположеннаго у моря Епидавра, видя эти бѣдствія, подумали, что начинается второй потопъ, и въ ужасѣ, ожидая погибели всей земли и своей неминуемой смерти, громко рыдали. Вспомнивъ о святомъ Иларіонѣ, всѣ поспѣшили къ нему, большіе и малые, жены и дѣти, и съ плачемъ умоляли его помолиться о нихъ Богу, чтобы Онъ отвратилъ отъ нихъ Свой праведный гнѣвъ.

Святый всталъ и пошелъ съ ними къ городу. Пришедши, онъ сталъ между городомъ и моремъ; море же поднялось высоко на воздухъ надъ Епидавромъ, такъ что казалось, что оно касается облаковъ, и уже готово было потопить городъ. Святый начерталъ на пескѣ три креста и, поднявъ руки къ небу, сталъ прилежно умолять Человѣколюбца Бога, чтобы Онъ помиловалъ Свое созданіе. Когда онъ такъ молился, Богъ явилъ Свое человѣколюбіе: повелѣніемъ Господнимъ, море понемногу утихло и вошло въ свои берега, землетрясеніе прекратилось и вѣтры улеглись. О сей великой силѣ Господней и молитвенномъ предстательствѣ преподобнаго Иларіона въ городѣ Епидаврѣ отцы изъ рода въ родъ разсказывали потомъ своимъ дѣтямъ.

Между тѣмъ святый Иларіонъ, избѣгая людской славы, ночью вышелъ оттуда и, найдя корабль, отправлявшійся въ Кипръ, сѣлъ на него съ своими учениками. Во время плаванія на нихъ напали разбойники, и всѣ бывшіе на кораблѣ очень испугались; Иларіонъ же утѣшалъ ихъ.

— «Развѣ разбойниковъ больше, чѣмъ сколько было воинства у фараона? — говорилъ онъ: — но Богъ и его потопилъ въ морѣ».

Когда морскіе разбойники приблизились къ кораблю на такое разстояніе, на какое можно забросить камень, святый съ корабля, грозя на нихъ рукою, сказалъ:

— «Довольно съ васъ, что доплыли до сего мѣста».

Разбойничьи корабли тотчасъ остановились, будучи не въ состояніи плыть дальше и приблизиться къ кораблю, на которомъ былъ святый. Разбойники потратили много труда, напрасно гребя, и со стыдомъ возвратились, отброшенные Божіей силой отъ корабля.

Приплывъ къ острову Кипру [34] святый Иларіонъ поселился въ пустынномъ мѣстѣ въ двухъ верстахъ отъ города Пафы [35]. Но и здѣсь ему не удалось укрыться: сами бѣсы, обитавшіе въ людяхъ, возвѣстили народу о его приходѣ. По Божію повелѣнію, собрались бѣсноватые со всей страны, числомъ до 200, мужчины и женщины, пришли къ святому и, по его молитвамъ, всѣ освободились отъ бѣснованія. Пробывъ здѣсь два года, преподобный рѣшилъ удалиться отсюда, ища пустыннаго мѣста, гдѣ бы ему можно было въ безмолвіи окончить свою жизнь. Отойдя верстъ на двѣнадцать отъ моря, онъ нашелъ уединенное, дикое мѣсто среди высокихъ горъ. Вокругъ него росло много плодовыхъ деревьевъ (плода которыхъ онъ, однако, ни разу не вкусилъ), годная для питья вода стекала съ горы; тутъ же былъ цвѣтущій садъ и заброшенный идольскій храмъ, въ которомъ жило множество бѣсовъ. Это мѣсто понравилось святому по своей чрезвычайной пустынности, и онъ прожилъ тамъ пять лѣтъ. Бѣсы днемъ и ночью громко вопили, желая устрашить святаго и прогнать его оттуда; онъ же боролся съ ними посредствомъ непрестанной молитвы и отдыхалъ въ безмолвіи, такъ какъ по причинѣ труднаго доступа къ нему и множества населявшихъ то мѣсто бѣсовъ, никто не осмѣливался приходить къ нему.

Выйдя однажды изъ своей хижины, старецъ увидалъ лежавшаго передъ нею разслабленнаго и спросилъ Исихія:

— «Кто этотъ человѣкъ и кто принесъ его?»

— «Это — владѣлецъ того мѣста, гдѣ мы живемъ», — отвѣтилъ Исихій.

Святый прослезился, простеръ надъ нимъ руку и сказалъ:

— «Во имя Господа нашего Іисуса Христа, встань и ходи!»

И разслабленный тотчасъ же всталъ совершенно здоровый и началъ ходить, хваля Бога. Послѣ сего чуда всѣ окрестные жители начали приходить ко святому, не страшась болѣе ни враждебныхъ духовъ, ни труднаго и опаснаго пути.

Вспомнивъ о Палестинскихъ братьяхъ, преподобный послалъ блаженнаго Исихія навѣстить ихъ и привѣтствовать отъ своего имени. Самъ же онъ сталъ помышлять объ уходѣ, видя себя и здѣсь почитаемымъ и утруждаемымъ приходившими людьми, но дожидался возвращенія Исихія. Въ это время умеръ ученикъ его блаженный Зинонъ, да и для него самого пришла пора окончить свое многотрудное земное странствованіе (ему было уже 80 лѣтъ).

Предузнавъ о своемъ отшествіи къ Богу, преподобный собственной рукою написалъ свое завѣщаніе братіи, причемъ оставилъ Исихію святое Евангеліе, писанное собственноручно, власяницу и куколь [36]. Послѣ сего онъ сталъ изнемогать тѣломъ.

Когда слухъ о болѣзни святаго Иларіона достигъ до жителей Пафы, то всѣ благочестивые мужи тотчасъ пришли навѣстить его, а съ ними и нѣкая богоугодная женщина, по имени Констанція, больную дочь которой преподобный исцѣлилъ, помазавъ елеемъ.

Видя, что Господь призываетъ его къ Себѣ, святый сталъ просить своихъ посѣтителей, чтобы по смерти его они, нимало немедля, погребли его тѣло въ томъ саду, гдѣ онъ жилъ. Уже умирая, Иларіонъ говорилъ, созерцая очищеннымъ умомъ разлученіе души отъ тѣла:

— «Выйди, душа моя, что ты боишься! Выйди, что ты смущаешься! Восемьдесятъ лѣтъ служила ты Христу, — и боишься смерти?»

Съ сими словами онъ предалъ духъ свой Богу [37]. Плача по немъ, какъ по отцѣ и учителѣ, присутствовавшіе погребли его на томъ мѣстѣ, гдѣ онъ заповѣдалъ.

Вернувшись изъ Палестины и не найдя своего наставника, блаженный Исихій много дней рыдалъ надъ его гробомъ. Онъ намѣревался перенести тѣло въ Палестину къ братіи, но не могъ, такъ какъ всѣ окрестные жители стерегли тѣло, чтобы кто-нибудь не унесъ изъ ихъ страны такое сокровище.

Тогда Исихій притворился, что хочетъ поселиться на этомъ мѣстѣ и сказалъ:

— «Пусть я умру и буду погребенъ здѣсь вмѣстѣ съ моимъ отцомъ».

Повѣривъ ему, люди оставили его жить на мѣстѣ, гдѣ былъ погребенъ святый Иларіонъ. Исихій же, по прошествіи 10 мѣсяцевъ, открылъ гробъ преподобнаго и увидѣлъ святое тѣло его, какъ бы только что умершее, свѣтлое лицомъ и благоухающее. Онъ взялъ его и тайно ушелъ въ Палестину. Палестинскіе иноки и міряне услышали о принесеніи Исихіемъ мощей святаго Иларіона и собрались изо всѣхъ монастырей и городовъ со свѣчами и кадилами и, проводивъ ихъ съ честью, положили въ Маіюмѣ, въ его первомъ монастырѣ.

Не слѣдуетъ умолчать и о томъ, что сдѣлала вышеупомянутая Констанція. Будучи добродѣтельной и имѣя великое усердіе къ преподобному Иларіону, она, по смерти его, стала часто ходить къ его гробу, молиться по цѣлымъ ночамъ и бесѣдовать съ нимъ какъ съ живымъ, прося молитвъ за себя. Когда она узнала, что тѣло святаго украдено, то отъ горести упала и умерла, и сіюей смертью показала, какую она имѣла вѣру и любовь ко святому.

Жители Кипра и Палестины спорили между собой, хвалясь святымъ Иларіономъ. Жители Палестины говорили:

— «У насъ тѣло святаго Иларіона».

— «А у насъ его духъ», — отвѣчали кипряне.

Въ обоихъ мѣстахъ, и въ Кипрѣ, гдѣ онъ былъ погребенъ, и въ Палестинѣ, куда былъ перенесенъ, совершалось много чудесъ святыми его молитвами, и подавались безчисленныя исцѣленія во славу Бога, Единаго въ Троицѣ, Емуже да будеть и отъ насъ честь и благодареніе и поклоненіе во вѣки. Аминь.

Примѣчанія:
[1] Наимеиованіе родителей преп. Иларіона Великаго еллинами здѣсь нужно разумѣть главнымъ образомъ въ смыслѣ образованныхъ язычниковъ, преданныхъ греко-римской религіи. Отсюда и получаетъ значеніе дальнѣйшее сравненіе ихъ съ шипами.
[2] Преп. Иларіонъ былъ крещенъ св. Петромъ, епископомъ Александрійскимъ (скончавшимся въ 311 году).
[3] Преп. Иларіонъ пришелъ къ Антонію Великому въ 306 г., будучи 15 лѣтъ отъ роду, и сдѣлался однимъ изъ первыхъ учениковъ его по времени, и по духу, хотя пробылъ у него только около двухъ мѣсяцевъ.
[4] «Все почитая за соръ».
[5] Смоква у насъ извѣстна подъ именемъ винной ягоды; растетъ на смоковницахъ или смоковничныхъ деревьяхъ, изъ семейства тутовыхъ деревьевъ и принадлежитъ тропическому климату. Смоквы составляютъ на востокѣ обычную пищу, особенно у христіанскихъ аскетовъ.
[6] Власяница — жесткая одежда изъ конскаго волоса, которую подвижники носили прямо на тѣлѣ.
[7] Брань — монашеское аскетическое выраженіе, означающее упорное и продолжительное искушеніе, которому діаволъ подвергаетъ сопротивляющихся ему иноковъ. По причинѣ сей борьбы съ діаволомъ, иноки на языкѣ аскетовъ часто зовутся духовными воинами.
[8] Древніе христіане падали для молитвы на землю, распростерши руки, и изображая своимъ положеніемъ крестъ.
[9] Эту пѣснь воспѣли по переходѣ черезъ Красное море Моисей и Израильтяне, когда Господь избавилъ ихъ отъ погони фараона: «Коня и всадника ввергнулъ въ море. Ты простеръ десницу Твою: поглотила ихъ земля». Фараономъ у древнихъ отцовъ Церкви и христіанскихъ писателей образно назывался діаволъ, преслѣдующій вѣрующихъ въ земной жизни, которая на языкѣ тѣхъ же писателей часто называется пустыней.
[10] «Иные колесницами, иные конями, а мы именемъ Господа Бога нашего хвалимся: они поколебались и пали, а мы встали и стоимъ прямо».
[11] Бѣсъ, очевидно, намекалъ на прозвнще, данное св. Иларіономъ своему тѣлу.
[12] Это наступило чрезъ 22 года пустынныхъ подвиговъ его, начиная съ 328 года.
[13] Елевѳерополь — городъ южной Палестины, на дорогѣ между Іерусалимомъ и Газою. Въ настоящее время здѣсь расположено селеніе, близъ коего лежатъ развалины древняго города.
[14] Марнасъ почитался язычниками богомъ города Газы и владыкою дождей; во время засухи для умилостивленія его совершались торжественныя религіозныя процессіи. Храмъ Марнаса въ Газѣ разрушенъ былъ только въ 401 г. по Р. X.
[15] Айла — крайній южный городъ Палестины, находившійся въ глубинѣ залива Краснаго моря.
[16] Гіезій, ученикъ пророка Елисея, взялъ плату отъ Неемана Сиріянина, исцѣленнаго пророкомъ отъ проказы, за что пророкъ поразилъ его и его потомство проказой Неемана.
[17] Мемфисъ — древняя могущественная столица Египта — находился въ Среднемъ Египтѣ у Нила, между главной рѣкой и ея притокомъ, омывавшимъ западную сторону города. Отъ блестящей столицы древняго Египта нынѣ сохраняются лишь самые ничтожные остатки при деревняхъ Метрасани и Моганнанъ.
[18] Асклипій или Эскулапъ — греко-римскій богъ врачебной науки и исцѣленій отъ всякаго рода недуговъ. Почитаніе его впослѣдствіи перешло и въ Египетъ. Христіане разумѣли подъ этимъ именемъ одного изъ бѣсовъ.
[19] Кадисъ — иначе Кадесъ — пустыня на самомъ югѣ Палестины.
[20] Елуса — нынѣ Ель-Куласа — городъ на югѣ Палестины, на сѣверѣ пустыни Кадисъ, близъ Аравійской границы на юго-западъ отъ Мертваго моря.
[21] Афродита — греческая богиня любви и красоты. Празднества въ честь ея сопровождались проявленіями крайней разнузданности и разврата.
[22] Епархъ — правитель города или области.
[23] Веѳилія — иначе Ветулія — городъ Палестины, лежащій къ югу отъ Газы.
[24] Пилусія, или Пелуза, а также упоминаемые дальше: Лихносъ, Ѳавастъ, Вавилонъ (Египетскій; нынѣ часть Каира), Афродитополь и Брухія — города и мѣстечки нижняго (сѣвернаго) Египта.
[25] Драконтій — епископъ Ермопольскій (въ Египтѣ), ученикъ преп. Памвы.
[26] Филонъ — епископъ Киринейскій (Киринея — область верхней Ливіи по сѣверному берегу Африки на западъ отъ Египта).
[27] Это было въ 359 году.
[28] Оасимъ — или Великій Ливійскій оазисъ лежитъ къ западу отъ пустыни Ѳиваиды; — древняя греческая колонія, служившая также мѣстомъ ссылки: такъ сюда былъ сосланъ еретикъ Несторій.
[29] Паретонъ — приморскій городъ нижняго Египта.
[30] Пихонъ — мысъ на югѣ острова Сициліи.
[31] «Даромъ получили, даромъ давайте». Этими словами Спаситель запретилъ продавать полученную отъ Святаго Духа благодать.
[32] Пелопонесъ — южная часть Греціи на Балканскомъ полуостровѣ.
[33] Епидавръ — городъ на берегу Адріатическаго моря, разрушенный въ VI вѣкѣ. Нынѣ — Рагуза.
[34] Около сентября 365 года.
[35] Пафа — приморскій городъ Кипра, ознаменовавшійся проповѣдью апостола Павла. Здѣсь онъ поразилъ слѣпотой сопротивлявшагося ему волхва Елиму (см. Дѣян. гл. 13).
[36] Куколь — монашеская шапочка, служившая символомъ чистоты и незлобія. Иногда на куколь нашивался крестъ.
[37] Скончался 371 или 372 года, 21-го октября.

Источникъ: Житія святыхъ, на русскомъ языкѣ изложенныя по руководству Четьихъ-миней св. Димитрія Ростовскаго съ дополненіями, объяснительными примѣчаніями и изображеніями святыхъ. Книга вторая: Мѣсяцъ Октябрь. — Изданіе второе. — М.: Синодальная Типографія, 1904. — С. 468-492.

/ Къ оглавленію /


Цитата «Торжество Православія»


Наверхъ / Къ титульной страницѣ

0