Если вы нашли ошибку на странице, выделите ее мышкой и щелкните по этой ссылке, или нажмите Ctrl+Alt+E

Русскій Порталъ- Церковный календарь- Русская Библія- Осанна- Святоотеческое наслѣдіе- Наслѣдіе Святой Руси- Слово пастыря- Литературное наслѣдіе- Новости

О старомъ стилѣ
-
Гостевая книга
-
Новости
-
Написать письмо
-
Поискъ

Православный календарь

Мѣсяцесловы

С. В. Булгакова
-
Прот. Алексія Мальцева

Житія святыхъ

Свт. Димитрія Ростовскаго
-
Д. И. Протопопова
-
Избранныя житія

Житія русскихъ святыхъ

Архим. Игнатія (Малышева)

Патерики

Аѳонскій
-
Кіево-Печерскій
-
Новгородскій
-
Троицкій

Новости сайта



Сегодня - воскресенiе, 25 iюня 2017 г. Сейчасъ на порталѣ посѣтителей - 24.

ЖИТІЯ СВЯТЫХЪ

Святитель Димитрій, митр. Ростовскій († 1709 г.)

Святитель Димитрий, митрополит Ростовский, чудотворецСвт. Димитрій, митрополитъ Ростовскій, чудотворецъ, родился въ 1651 г. въ мѣстечкѣ Макаровѣ, Кіевской губерніи. Въ мірѣ Даніилъ, сынъ казачьего сотника Туптало. Окончивъ Богоявленскую школу (Могилянскую Духовную Академію), принялъ въ 1668 г. постригъ въ Кіевскомъ Кирилловомъ монастырѣ. Въ 1675 г. — іеромонахъ. Былъ игуменомъ въ нѣсколькихъ монастыряхъ монастыряхъ. Архимандритъ Черниговскаго Елецкаго монастыря и Новгородсѣверскаго Преображенскаго монастыря. Въ 1701 г. поставленъ митрополитомъ Тобольскимъ; по болѣзни остался въ Москвѣ и занялъ освободившуюся въ 1702 г. каѳедру въ Ростовѣ. Много потрудился въ установленіи церковного благочестія и въ дѣлѣ обличенія старообрядцевъ. Подвизался въ подвигахъ поста, молитвы, милосердія. Двадцать лѣтъ трудился надъ составленіемъ Четьихъ-Миней, которыя началъ писать въ 1684 г. въ Кіево-Печерскомъ монастырѣ. Свт. Димитрій мирно скончался 28 октября 1709 г. и былъ погребенъ, по его завѣщанію, въ соборной церкви Ростовскаго Спасо-Яковлевскаго монастыря. Обрѣтеніе мощей — 21 сентября 1752 г. Прославленіе — 22 апрѣля 1757 г. Перенесеніе мощей въ новую раку — 25 мая 1763 г.

Житія святыхъ свт. Димитрія, митр. Ростовскаго

Житія святыхъ, на русскомъ языкѣ
изложенныя по руководству Четьихъ-миней св. Димитрія Ростовскаго.

Мѣсяцъ Октябрь.
День двѣнадцатый.

Страданіе святыхъ мучениковъ Тараха, Прова и Андроника.

— «Какъ зовутъ тебя? Ибо тебя, какъ старѣйшаго возрастомъ слѣдуетъ допросить прежде другихъ».

— «Я — христіанинъ», — отвѣчалъ Тарахъ.

Проконсулъ сказалъ:

— «Не говори мнѣ о нечестивой вѣрѣ своей, а скажи свое имя».

— «Я — христіанинъ», — опять сказалъ Тарахъ.

Тогда Максимъ приказалъ слугамъ:

— «Бейте его по устамъ и говорите: не отвѣчай такъ судьѣ».

Тарахъ же, когда его били, говорилъ:

— «Какое мнѣ имя? Я скажу: я — христіанинъ; это имя мнѣ дороже имени, даннаго родителями моими; если же хотите и то имя мое узнать, то я своими родителями наименованъ Тарахомъ, а когда былъ воиномъ, звали меня Викторомъ» [3].

Проконсулъ спросилъ его:

— «Изъ какого ты рода, Тарахъ?»

— «Я происхожу, — отвѣчалъ Тарахъ, — изъ римскаго воинскаго рода въ Сирійскомъ городѣ Клавдіополѣ [4] и, сдѣлавшись христіаниномъ, оставилъ военное званіе».

Проконсулъ сказалъ:

— «Ты былъ недостоинъ служить воиномъ; однако скажи, какъ ты вышелъ изъ военнаго званія».

— «Я просилъ начальника Публіона, — сказалъ Тарахъ, — и онъ отпустилъ меня».

Проконсулъ сказалъ:

— «Пощади же старость свою и послушайся повелѣнія царей нашихъ, чтобы я уважалъ тебя; подойди и принеси жертву богамъ нашимъ, ибо и сами цари, обладающіе вселенною, покланяются имъ».

Тарахъ отвѣчалъ:

— «Они впали въ заблужденіе, прельщенные сатаною».

Послѣ такого отвѣта Тараха проконсулъ приказалъ слугамъ:

— «Разбейте ему челюсти, ибо онъ говоритъ на царей, что они прельстились и впали въ заблужденіе».

Тарахъ, когда его били, говорилъ:

— «Я какъ утверждалъ, такъ и продолжаю утверждать, что они впали въ заблужденіе какъ люди».

Проконсулъ сказалъ:

— «Оставь безразсудство свое, и принеси жертву богамъ нашимъ».

— «Я Единому Богу моему служу, — отвѣчалъ Тарахъ, — и въ жертву Ему приношу не кровь, но чистое сердце».

Проконсулъ сказалъ:

— «Щадя старость твою и оказывая снисхожденіе, совѣтую тебѣ оставить безумную вѣру христіанскую и принести жертву богамъ».

— «Не сдѣлаю такого беззаконія, — отвѣчалъ Тарахъ, — потому что люблю законъ Бога моего, и не отступлю отъ него».

Проконсулъ сказалъ:

— «Есть другой законъ, который нужно исполнять, о, злая голова».

Тарахъ отвѣчалъ:

— «Пагубенъ законъ вашъ, повелѣвающій вамъ, нечестивымъ, почитать камни и деревья, дѣла рукъ человѣческихъ, и покланяться имъ».

Проконсулъ приказалъ предстоящимъ ударить Тараха въ шею. Мученикъ, терпѣливо перенося удары, говорилъ:

— «Не отступлю отъ сего исповѣданія, которое спасаетъ меня».

— «Я заставлю тебя, — сказалъ проконсулъ, — отвратиться отъ этого безумія и сдѣлаю благоразумнымъ».

— «Дѣлай, чтó хочешь, — отвѣчалъ мученикъ, — ты имѣешь власть надъ моимъ тѣломъ».

Проконсулъ Максимъ сказалъ:

— «Снимите съ него одежды и бейте его прутьями».

Тарахъ же, когда его били, говорилъ:

— «Нынѣ ты сдѣлалъ меня поистинѣ мудрымъ и благоразумнымъ, ибо въ сихъ мученіяхъ я еще болѣе уповаю на Бога и на Христа Его».

— «Нечестивѣйшій и преступный, — сказалъ проконсулъ, — ты сначала говорилъ, что Единому служишь Богу, а вотъ теперь двухъ исповѣдуешь, — Бога и Христа Его; какъ же ты теперь двумъ служишь, а нашихъ многихъ боговъ отвергаешь?»

— «Я исповѣдую, — отвѣчалъ Тарахъ, — Единаго Истиннаго Бога».

Проконсулъ сказалъ:

— «Не назвалъ ли ты Бога и Христа Его?»

Тарахъ отвѣчалъ:

— «Христотъ есть Сынъ Божій (Единъ по Божеству со Отцемъ и Духомъ Святымъ), надежда всѣхъ христіанъ, и мы спасемся, страдая за Него».

Максимъ проконсулъ сказалъ:

— «Оставь многословіе и принеси жертву нашимъ богамъ».

— «Я не пустословлю, — сказалъ Тарахъ, — но говорю истину, уже шестьдесятъ пять лѣтъ живу, вѣруя такъ, и теперь отъ истины не отступлю».

Стоявшій тамъ одинъ сотникъ, именемъ Димитрій, сказалъ:

— «Пощади себя, старикъ, и поклонись богамъ, послушайся моего совѣта».

— «Отойди отъ меня, — отвѣчалъ Тарахъ, — со своимъ совѣтомъ, слуга сатаны».

Послѣ сего проконсулъ Максимъ, приказавъ связать страдальца Христова желѣзными цѣпями и бросить въ темницу, сказалъ слугамъ:

— «Приведите ко мнѣ другого».

На это сотникъ Димитрій сказалъ:

— «Вотъ, господинъ, онъ предстоитъ предъ тобою».

Проконсулъ Нумерій Максимъ, увидѣвъ другого христіанина, предстоящаго предъ нимъ, сказалъ ему:

— «Повѣдай мнѣ прежде всего имя свое».

Предстоящій отвѣчалъ:

— «Первѣйшее и почетнѣйшее мое имя — христіанинъ, а другое имя, данное людьми, — Провъ».

Проконсулъ спросилъ:

— «Изъ какого ты рода, Провъ?»

— «Отецъ мой, — отвѣчалъ Провъ, — былъ изъ Ѳракіи, а рожденъ я въ Пергіи Памфилійской [5], и я — христіанинъ».

Проконсулъ Максимъ сказалъ:

— «Никакой пользы тебѣ нѣтъ отъ сего имени; послушайся меня, принеси жертву богамъ, и ты получишь почесть отъ царей и станешь нашимъ другомъ».

Провъ отвѣчалъ:

— «Я ни отъ царей чести не хочу, ни дружества твоего не желаю, ибо у меня было немалое богатство, которое я оставилъ, чтобы служить Богу Живому».

Проконсулъ сказалъ:

— «Раздѣньте его и, разложивъ, бейте суровыми жилами».

Когда святаго били, Димитрій сотникъ сказалъ ему:

— «Пожалѣй себя; развѣ ты не видишь, что кровь твоя течетъ по землѣ».

— «Тѣло мое, — отвѣчалъ Провъ, — въ вашихъ рукахъ и вы мучайте его, а мнѣ мученія служатъ елеемъ».

Проконсулъ Максимъ сказалъ:

— «Оставишь ли ты безуміе свое или окаменѣешь въ своемъ упорствѣ?»

— «Я не суетенъ, — сказалъ Провъ, — но гораздо мужественнѣе васъ, ибо для мужества имѣю основаніе въ Господѣ».

Тогда проконсулъ сказалъ слугамъ:

— «Поверните и по чреву бейте его».

При этомъ жестокомъ мученіи Провъ воскликнулъ:

— «Помоги мнѣ, рабу Твоему, Господи!»

Проконсулъ сказалъ слугамъ:

— «Когда бьете его, спрашивайте: гдѣ помощникъ твой?»

И когда слуги спрашивали его, Провъ говорилъ:

— «Помогаетъ мнѣ Господь и поможетъ, и я настолько презираю мучительства твои, что не склонюсь предъ твоею волею».

Максимъ проконсулъ сказалъ:

— «Посмотри на тѣло свое, злосчастный, вѣдь, кровью твоею покрылась земля».

— «Знай, — отвѣчалъ Провъ, — что когда тѣло мое страдаетъ за Христа, тогда душа моя исцѣляется и оживляется».

Приказавъ перестать бить святаго, судья сказалъ:

— «Свяжите ему цѣпью руки и ноги и бросьте его въ темницу, и никого не допускайте къ нему, чтобы никто о немъ не заботился».

Послѣ сего, по приказанію проконсула, представленъ былъ на судъ третій христіанинъ. Спрошенный объ имени, онъ отвѣчалъ:

— «Я — христіанинъ».

Проконсулъ сказалъ:

— «Тѣ, которые были раньше тебя, никакой пользы не получили отъ сего имени, и тебѣ слѣдуетъ отвѣчать иначе».

Онъ сказалъ:

— «Обычное мое имя — Андроникъ».

Проконсулъ Максимъ сказалъ:

— «Изъ какого ты рода, Андроникъ?»

— «Я изъ почтеннаго рода, — отвѣчалъ Андроникъ, — сынъ одного изъ первѣйшихъ гражданъ Ефесскихъ».

Проконсулъ Максимъ сказалъ:

— «Пощади себя и послушайся меня какъ отца; ибо прежде тебя бывшіе здѣсь и говорившіе неразумное, ничего не пріобрѣли себѣ, а ты принеси жертву богамъ, которые суть владыки и отцы наши».

— «Справедливо ты назвалъ ихъ отцами, — сказалъ Андроникъ, — ибо отецъ у васъ — сатана, а вы — сыны діавола, совершающіе дѣла его».

Проконсулъ Максимъ сказалъ:

— «Ты — юноша, и безчестишь меня! Развѣ не знаешь, что уже приготовлены тебѣ великія мученія?»

— «Ты считаешь меня, тиранъ, — отвѣчалъ Андроникъ, — настолько безумнымъ, что будто я окажусь недостойнымъ прежнихъ страдальцевъ: я готовъ на всякія муки».

Мучитель сказалъ:

— «Обнажите его и, привязавъ, повѣсьте».

Сотникъ Димитрій сказалъ Андронику то же, что и первымъ двумъ:

— «Злосчастный, послушай, что тебѣ приказываютъ, прежде чѣмъ плотъ твоя не отпадетъ отъ костей твоихъ».

— «Лучше пусть погибнетъ тѣло мое, — отвѣчалъ Андроникъ, — лишь бы вы не сдѣлали душѣ моей того, что хотите».

Проконсулъ Максимъ сказалъ:

— «Уступи намъ и принеси жертву богамъ, прежде чѣмъ не погибнешь».

— «Отъ юности своей, — отвѣчалъ Андроникъ, — я никогда не служилъ идоламъ, и теперь не принесу имъ жертвы».

Проконсулъ Максимъ сказалъ:

— «Терзайте тѣло его».

Стоявшій тамъ сотникъ другого отряда, Анксій, сказалъ Андронику:

— «Послушайся проконсула; я отецъ тебѣ по лѣтамъ и добрый совѣтъ даю тебѣ».

— «Старъ ты, — отвѣчалъ Андроникъ, — а разума не имѣешь, — даешь мнѣ такой совѣтъ, чтобы я поклонился камню и принесъ жертву бѣсамъ».

Во время истязаній святаго мученика, проконсулъ говорилъ:

— «Злосчастный, развѣ ты не чувствуешь страданія при такихъ мученіяхъ? Почему же ты не пощадишь самого себя и не отступишь отъ той пустой вѣры, которая не можетъ спасти тебя?»

— «То, — отвѣчалъ Андроникъ, — что ты называешь безумной вѣрою, для имѣющихъ надежду въ Господѣ есть исповѣданіе самое дорогое, твое же временное мудрствованіе готовитъ вѣчную смерть».

Проконсулъ спросилъ:

— «Кто тебя научилъ такому безумію?»

— «Слово Божіе, — сказалъ Андроникъ, — которое живитъ и которымъ мы оживляемся, имѣя на небесахъ Господа, надежду воскресенія нашего».

Проконсулъ Максимъ сказалъ:

— «Оставь безразсудство свое прежде, нежели подвергну тебя жестокимъ мученіямъ, которыя приготовлены для тебя».

— «Тѣло мое, — отвѣчалъ Андроникъ, — лежитъ предъ тобою; власть твоя: дѣлай, что хочешь».

Проконсулъ сказалъ:

— «Какъ можно сильнѣе бейте его по устамъ».

— «Пусть Господь видитъ, — отвѣчалъ Андроникъ, — и да судитъ тебя, что ты мучишь меня, какъ человѣкоубійцу».

Проконсулъ сказалъ:

— «Ты царскихъ повелѣній не слушаешь и ни во что ставишь судъ мой».

— «Я терплю сіи страданія за то, — отвѣтствовалъ Андроникъ, — что уповаю на Бога и надѣюсь на Его милосердіе и правду».

Судія возразилъ:

— «Такъ развѣ согрѣшили цари? Ты достоинъ смерти».

— «Согрѣшили они дѣйствительно, — отвѣчалъ Андроникъ, — ибо если захочешь разсудить здравымъ умомъ, то узнаешь, что приносить жертвы богамъ — великій грѣхъ и беззаконіе».

Тогда мучитель сказалъ біющимъ:

— «Оборотивъ оружіе, колите ему бока».

Андроникъ же повторялъ:

— «Вотъ, я передъ тобою: предавай же тѣло мое какимъ тебѣ угодно мученіямъ».

Во время сего мученія Андроникъ промолвилъ:

— «Закалилась ранами плотъ моя».

— «Медленными страданіями, — сказалъ мучитель, — истреблю тебя».

— «Я не боюсь твоей угрозы, — отвѣчалъ Андроникъ, — разумъ мой выше замысловъ злобы твоей; потому и пренебрегаю мученіями».

Тогда мучитель сказалъ слугамъ:

— «Надѣньте на него оковы и, заковавъ ему ноги, держите его подъ стражею».

По прошествіи нѣкотораго времени, проконсулъ Нумерій Максимъ опять сѣлъ на судилищѣ, и христіане поставлены были на допросъ [6]. И сначала Тараха, какъ старѣйшаго лѣтами, судья принуждалъ къ языческому жертвоприношенію, обѣщая ему почести. Когда же Тарахъ не только не повиновался, но и сурово отвѣчалъ судьѣ, тогда тотъ приказалъ сокрушить уста его камнями и выбить ему зубы; затѣмъ сказалъ слугамъ:

— «Принесите огонь и, протянувъ руки Тараха, положите на нихъ».

Тарахъ же сказалъ:

— «Не боюсь я временнаго огня твоего, а боюсь какъ бы, уступивъ тебѣ, нечестивцу, я не впалъ въ огонь неугасаемый».

И когда положенъ былъ огонь на руки его, проконсулъ сказалъ:

— «Вотъ сожигаются огнемъ руки твои; почему же ты не оставишь безразсудства своего и не принесешь жертвы богамъ?»

— «Ты хочешь, — отвѣчалъ Тарахъ, — привести меня своею жестокостію къ такому безразсудству, чтобы я подчинился твоей волѣ; но знай, что я, съ помощію Бога моего, съ твердостію готовъ претерпѣть всѣ мученія, какія ты мнѣ готовишь».

Послѣ сего проконсулъ велѣлъ повѣсить его внизъ головою и развести подъ нимъ огонь, а затѣмъ вливать въ ноздри его крѣпкій уксусъ, смѣшанный съ солью и горчицей. Мучилъ онъ различнымъ образомъ и Прова, также и Андроника, — біеніемъ, жженіемъ, строганіемъ острыми желѣзными орудіями и посыпаніемъ ранъ солью; но не достигнувъ никакого успѣха, велѣлъ до утра стеречь ихъ въ оковахъ.

Утромъ проконсулъ сказалъ сотнику Димитрію:

— «Зови ко мнѣ нечестивыхъ христіанъ».

Сотникъ сказалъ:

— «Вотъ они предстоятъ предъ тобою, господинъ».

— «Неужели еще не истерзали тебя, — сказалъ проконсулъ Тараху, — мученія, раны и оковы? Послушайся меня, Тарахъ, и оставь свою вѣру, которая безполезна для тебя; принеси жертву богамъ, чрезъ коихъ все произошло».

— «Какъ могли, — отвѣчалъ Тарахъ, — устроить міръ тѣ, коимъ уготованъ огонь и вѣчныя муки, — и не только имъ, но и всѣмъ, исполняющимъ ихъ волю».

Проконсулъ продолжалъ:

— «Перестанешь ли ты злословить, нечестивецъ? Развѣ не знаешь, что за безстыдныя слова твои тотчасъ сниму съ тебя голову, и такимъ образомъ скорѣе получишь конецъ мученіямъ?»

Тарахъ же отвѣчалъ:

— «Вначалѣ было у меня такое желаніе, чтобы скорою смертію сокращены были мои страданія; а теперь продли мнѣ мученія, чтобы возрасталъ о Господѣ подвигъ вѣры моей».

— «Съ тобою, — сказалъ проконсулъ, — и друзья твои должны страдать и умереть, по закону».

Тарахъ отвѣчалъ:

— «Безумно ты говоришь, обѣщая намъ смерть, ибо умираютъ только тѣ, которые дѣлаютъ зло, а мы, невѣдующіе зла, но страдающіе за Господа нашего, ожидаемъ получить отъ Него воздаяніе».

— «Преступный и негодный, — сказалъ проконсулъ, — какого воздаянія вы ожидаете, живя худо и беззаконно?»

— «Не слѣдуетъ тебѣ, язычнику, знать, — отвѣчалъ Тарахъ, — какое Господь уготовалъ намъ на небесахъ воздаяніе, ради котораго мы терпимъ яростный гнѣвъ твой».

— «Имѣешь ли ты право, — сказалъ Максимъ, — такъ смѣло говорить со мною, какъ будто ты — другъ мнѣ?»

Тарахъ отвѣчалъ:

— «Я — не другъ тебѣ, но говорить имѣю право и никто не можетъ запретить мнѣ сіе, когда Богъ укрѣпляетъ меня».

— «Право твое, — сказалъ Максимъ, — которое ты имѣешь, я уничтожу, нечестивецъ!»

Тарахъ отвѣчалъ:

— «Никто права сего отнять у меня не можетъ, ни ты, ни цари твои, ни отецъ вашъ — сатана».

Проконсулъ Максимъ сказалъ:

— «Свяжите его, потому что онъ безумный».

— «Если бы я былъ безумный, — отвѣчалъ Тарахъ, — склонился бы къ нечестію твоему».

Когда святый былъ связанъ, проконсулъ сказалъ:

— «Принеси жертву богамъ, прежде чѣмъ не подвергну тебя мученіямъ по дѣламъ твоимъ».

— «Дѣлай, что хочешь, — отвѣчалъ Тарахъ, — хотя не слѣдуетъ тебѣ подвергать меня обычнымъ мученіямъ, потому что я былъ воиномъ; однако, чтобы ты не подумалъ, будто я боюсь мученій и хочу покориться волѣ твоей, обрати на меня всѣ ухищренія твоей злобы».

Проконсулъ сказалъ:

— «Воины всегда приносятъ жертвы богамъ за здравіе царей своихъ и удостоиваются заслуженной ими чести, а ты самый дурной изъ всѣхъ, потому что бѣжалъ изъ военнаго званія, и не хочешь принести жертвы; за то тебѣ готовятся жесточайшія мученія».

Тарахъ сказалъ:

— «Зачѣмъ ты сердишься? Говорю тебѣ, — дѣлай, чтó хочешь, нечестивецъ!»

— «Не думай, — сказалъ Максимъ, — что я однимъ разомъ погублю тебя, я не перестану мучить и истощать тебя, а останки тѣла твоего отдамъ звѣрямъ на растерзаніе».

— «Не обѣщай на словахъ, — сказалъ Тарахъ, — но на дѣлѣ поскорѣе исполни тó, чтó хочешь дѣлать».

Максимъ сказалъ:

— «Ты думаешь, что по смерти твоей какія-нибудь женщины съ благовоніями похоронятъ тѣло твое; но я постараюсь о томъ, чтобы въ конецъ уничтожить твои останки».

— «И теперь, — отвѣчалъ Тарахъ, — и по смерти надъ тѣломъ моимъ дѣлай, что хочешь».

— «Сначала принеси жертву», — сказалъ Максимъ.

— «Безумный, — сказалъ Тарахъ, — я говорилъ много разъ, что не принесу».

Тогда мучитель Максимъ сказалъ слугамъ:

— «Избейте ему лицо и уста».

Когда слуги били Тараха, онъ говорилъ:

— «Лицо мое ты обезобразилъ, но за то душу мою оживилъ».

— «Несчастный, — сказалъ мучитель, — оставь безумныя мысли свои и принеси жертву богамъ, чтобы избавиться отъ сихъ мученій».

Тарахъ отвѣчалъ:

— «Ты считаешь меня безумнымъ потому, что я, надѣясь на Господа, увѣренъ въ томъ, что буду жить на небесахъ; но ты, угождая плоти, живешь временно, а душу свою погубишь на вѣки».

Тогда проконсулъ сказалъ слугамъ:

— «Раскалите желѣзо и приложите къ его челюстямъ».

Терпя такое мученіе, Тарахъ сказалъ:

— «Если что и большее сдѣлаешь, не принудишь раба Божія принести жертву богамъ».

Затѣмъ судья велѣлъ принести бритву, отрѣзать мученику уши и содрать съ головы кожу, а на голову положить горящіе уголья. Тарахъ же говорилъ:

— «Если и со всего тѣла моего прикажешь содрать кожу, не отступлю отъ Бога моего, Который укрѣпляетъ меня въ перенесеніи орудій злобы твоей».

Когда все это происходило, проконсулъ сказалъ:

— «Соберите желѣзныя орудія и, раскаливъ ихъ еще болѣе, подложите ему подъ мышцы!»

Тарахъ же, терпя сіе, говорилъ:

— «Да видитъ сіе Господь съ небеси, и да судитъ тебя!»

Проконсулъ спросилъ:

— «Какого Господа призываешь ты, преступный?»

— «Того, Коего ты не знаешь, — отвѣчалъ Тарахъ, — Того, Кто воздастъ каждому по дѣламъ».

Тогда проконсулъ велѣлъ взять Тараха подъ стражу, а на допросъ привести другого. Когда привели къ проконсулу Прова, то сотникъ Димитрій сказалъ:

— «Вотъ, господинъ, предъ тобою предстоитъ Провъ».

— «Совѣтую тебѣ, Провъ, — сказалъ проконсулъ, — не подвергать себя прежнимъ мученіямъ, ибо тѣ, кои прежде тебя упорствовали, раскаялись въ томъ; а ты теперь принеси жертву, и будешь почтенъ и отъ насъ, и отъ боговъ».

Провъ отвѣчалъ:

— «У насъ единомысліе, и мы единымъ сердцемъ работаемъ Богу; не надѣйся услышать отъ насъ что-либо другое, ибо ты уже слышалъ и видѣлъ, что не можешь отвратить насъ отъ Бога. Вотъ, я теперь предстою предъ тобою и не боюсь твоихъ угрозъ; чего еще ждешь болѣе?»

— «Вы согласились, — сказалъ проконсулъ, — въ злобѣ своей отвергнуть боговъ».

Затѣмъ, приказывая связать и повѣсить его внизъ головою, онъ продолжалъ:

— «Пощади свое тѣло, пока еще не мученъ; ибо видишь, какія мученія приготовлены тебѣ».

— «Дѣлай, — отвѣчалъ Провъ, — что хочешь; все то зло, какое ты приготовилъ для меня, будетъ въ утѣшеніе душѣ моей».

Проконсулъ сказалъ слугамъ:

— «Раскалите прутья и опалите ему бока, чтобы не безумствовалъ».

Провъ же говорилъ:

— «Насколько ты считаешь меня безумнымъ, настолько я премудръ въ законѣ Господнемъ».

Опять сказалъ проконсулъ слугамъ:

— «Раскаленные прутья воткните въ спину его».

Провъ же, претерпѣвая сіе, говорилъ:

— «Пусть видитъ съ неба Господь мое смиреніе и терпѣніе!»

Послѣ сего мучитель, повелѣвъ принести жертвеннаго мяса и вина, сказалъ:

— «Влейте вино и вложите мясо въ уста его».

Когда слуги дѣлали сіе, Провъ сказалъ:

— «Да видитъ Господь съ высоты престола Своего сіе мучительство и сотворитъ приговоръ надъ судомъ твоимъ!»

— «Много пострадалъ ты, злосчастный, — сказалъ судья, — а вотъ все же принялъ идоложертвенную пищу».

— «Ничего важнаго, — отвѣчалъ Провъ, — ты не сдѣлалъ, причинивъ мнѣ насиліе; Господь знаетъ мою волю».

— «Ты, — сказалъ судья Максимъ, — и ѣлъ и пилъ жертвенное».

— «Господь знаетъ, — отвѣтилъ на сіе Провъ, — и видитъ насиліе, которое я терплю».

Проконсулъ Максимъ сказалъ:

— «Раскаленными прутьями колите голени его».

Провъ же повторялъ:

— «Ни огонь, ни мученія, ни отецъ твой — сатана не могутъ отторгнуть раба Божія отъ исповѣданія Его».

— «Раскалите, — сказалъ проконсулъ, — острые гвозди и вбейте ихъ въ руки его».

— «Благодарю Тебя, Господи, — сказалъ Провъ, — за то, что и рукамъ моимъ далъ Ты страдать за имя Твое».

Проконсулъ сказалъ:

— «Отъ многихъ мученій ты лишился ума».

— «Большая власть твоя, — отвѣчалъ Провъ, — не только сдѣлала тебя безумнымъ, но и ослѣпила, ибо ты самъ не знаешь, чтó дѣлаешь».

Проконсулъ сказалъ:

— «Изувѣченный, ты смѣешь мнѣ говорить такія слова? Такъ какъ я оставилъ цѣлыми глаза его, то — выколите ему ихъ».

Когда сіе было исполнено, Провъ сказалъ:

— «Хотя ты и отнялъ мои тѣлесныя очи, но никогда не сможешь отнять живыхъ очей вѣры».

Проконсулъ сказалъ:

— «Послѣ такихъ мученій, надѣешься ли быть живымъ? Или думаешь, что мы оставимъ тебя умереть спокойно?»

— «Для того я и подвизаюсь, — отвѣчалъ Провъ, — чтобы совершать доброе и цѣлое исповѣданіе и быть умерщвленнымъ тобою безъ милосердія».

Тогда проконсулъ сказалъ слугамъ:

— «Возьмите его отсюда и, связавъ, стерегите подъ стражею, чтобы кто-нибудь изъ знакомыхъ его не пришелъ къ нему и не почтилъ его за безбожное непокорство».

Послѣ сего онъ сказалъ:

— «Представъ те мнѣ Андроника».

— «Вотъ онъ, — отвѣчалъ сотникъ, — предстоитъ предъ тобою, господинъ».

И сказалъ проконсулъ Андронику:

— «Принеси жертву богамъ, и получишь освобожденіе отъ оковъ».

— «Не будетъ того никогда, мучитель, — отвѣчалъ Андроникъ, — чтобы я сдѣлалъ что-либо противное закону Бога моего».

Проконсулъ сказалъ:

— «Ты бѣснуешься, Андроникъ».

— «Если бы я бѣсновался, — отвѣтилъ Андроникъ, — то послушался бы тебя; но, исповѣдуя Господа моего, не бѣснуюсь, — а ты самъ бѣсноватъ и слѣпъ, такъ какъ творишь бѣсовскія дѣла».

Тогда проконсулъ сказалъ слугамъ:

— «Надѣлайте пучковъ изъ рогожи, пропитайте ихъ масломъ и сожгите на чревѣ его».

И тотчасъ слуги, обнаживъ Андроника и разложивъ его на землѣ, зажгли на чревѣ его множество мочала, пропитаннаго масломъ. Онъ же говорилъ:

— «Если и всего сожжешь, не побѣдишь меня, нечестивецъ, ибо стоитъ предо мною укрѣпляющій меня Господь, Коему я служу».

Проконсулъ сказалъ:

— «Раскалите прутья и вложите между перстами его».

Андроникъ же говорилъ:

— «Безумный врагъ Божій, ты весь исполненъ бѣсовскихъ замысловъ; ты видишь тѣло мое, истощаемое отъ твоего мучительства, и думаешь, что я боюсь тебя; я имѣю при себѣ Христа Сына Божія и пренебрегаю тобою».

— «Беззаконникъ, — сказалъ проконсулъ, — ты не знаешь, Кого зовешь, — Человѣка, Который былъ казненъ Понтіемъ Пилатомъ и о мученіи Котораго существуютъ письменные акты».

— «Умолкни, нечестивецъ, — отвѣчалъ Андроникъ, — ибо не слѣдуетъ тебѣ говорить о Немъ худо».

Проконсулъ сказалъ:

— «Какая тебѣ польза надѣяться на Того Человѣка, Котораго ты называешь Христомъ?»

— «Поистинѣ большая польза, — отвѣчалъ Андроникъ, — и великая награда, почему все сіе и переношу съ терпѣніемъ».

Тогда проконсулъ сказалъ слугамъ:

— «Откройте ему ротъ и вложите туда жертвеннаго мяса и влейте вина».

Когда такъ сдѣлали, Андроникъ сказалъ:

— «Господи, Господи! Посмотри на насиліе, которое я терплю».

Проконсулъ сказалъ:

— «Доколѣ ты будешь страдать, подвергаясь мученіямъ? Вѣдь вотъ уже вкусилъ ты отъ жертвы богамъ нашимъ».

Андроникъ сказалъ:

— «Да погибнутъ поклоняющіеся идоламъ, ты и цари твои!»

— «Ты поносишь, злая голова, царей, — сказалъ проконсулъ, — которые надолго умиротворили міръ».

— «Я проклялъ губителей и кровопійцъ, — отвѣчалъ Андроникъ, — нарушающихъ миръ, которыхъ Господь крѣпкою рукою Своею низложитъ и истребитъ».

Тогда проконсулъ сказалъ слугамъ:

— «Вложите желѣзо въ ротъ его, и зубы ему выбейте, богохульный языкъ его вырѣжьте, чтобы не хулилъ царей, и сожгите языкъ его».

И сдѣлали слуги все, что приказано было мучителемъ. Послѣ сего Андроникъ отведенъ былъ подъ стражу.

Этимъ оканчивается сказаніе о страданіи св. мучениковъ, заимствованное изъ судебныхъ записей, сдѣланныхъ писцами въ то самое время, когда святые были пытаемы и мучимы; о прочихъ же страданіяхъ и смерти святыхъ три благочестивые мужа: Макарій, Феликсъ и Берій, смотрѣвшіе на кончину святыхъ мучениковъ, записали въ своемъ посланіи къ вѣрующимъ слѣдующее [7]:

— «Нумерій Максимъ, проконсулъ Киликійскій, призвавъ Терентіана, жреца Киликійскаго, велѣлъ на утро приготовить въ тысячѣ шагахъ отъ города амфитеатръ [8], на которомъ предположено было отдать мучениковъ на съѣденіе звѣрямъ. Когда амфитеатръ былъ наполненъ народомъ, пришедшимъ посмотрѣть мученія, прибылъ и Максимъ смотрѣть на зрѣлище, а мы [9] въ скрытомъ мѣстѣ стояли и смотрѣли съ большою боязнію. И вотъ, сначала отданы были на съѣденіе звѣрямъ другіе осужденные, коихъ было множество; затѣмъ Максимъ велѣлъ воинамъ ввести христіанскихъ мучениковъ — Тараха, Прова и Андроника. Воины заставили людей донести мучениковъ на плечахъ, ибо отъ многихъ ранъ они не могли ходить. Мы же, когда увидѣли ихъ несомыми на зрѣлище, отвернувшись, заплакали. И брошены были святые среди арены. Тогда напалъ страхъ на всѣхъ и стали роптать на Максима за такой его судъ; и многіе съ того зрѣлища разошлись, понося Максима и звѣрскую его лютость. Увидѣвъ это, Максимъ велѣлъ предстоящимъ воинамъ замѣтить ушедшихъ, чтобы ему послѣ разслѣдовать виновность ихъ.

И вотъ приказалъ онъ выпустить звѣрей на мучениковъ, и когда тѣ не прикоснулись къ нимъ, велѣлъ бить устроителей зрѣлища, требуя отъ нихъ, чтобы они выпустили звѣрей самыхъ лютыхъ. Выпущенъ былъ медвѣдь, который въ тотъ день умертвилъ трехъ человѣкъ; и когда онъ подошелъ къ Андронику, сѣлъ и началъ лизать раны его. Андроникъ же сталъ раздражать его, чтобы онъ его съѣлъ, но тотъ былъ кротокъ. Разгнѣванный проконсулъ приказалъ копьеносцамъ убить медвѣдя. Тогда Терентіанъ, боясь проконсула, поспѣшилъ выпустить на мучениковъ львицу, которая прислана была изъ Антіохіи. Выпущенная на арену, львица бѣгая вокругъ, страшно напугала собравшихся зрителей, но, подойдя къ мученикамъ, преклонилась и легла предъ Тарахомъ. Онъ, доставъ ее рукою своею, тащилъ ее, чтобы, такимъ образомъ раздраженная, она съѣла его; львица же оставалась при Тарахѣ кроткою какъ овца.

Видя сіе чудо, народъ поднялъ большой крикъ. Пристыженный и раздраженный этимъ чудомъ, проконсулъ велѣлъ своимъ слугамъ раздразнить львицу, но она, сильно рыкая, пошла къ дверямъ и начала грысть ихъ зубами. Весь народъ, въ страхѣ, кричалъ:

— «Отворите львицѣ, ибо уже и двери сломались».

Тогда Максимъ, разгнѣвавшись, призвалъ Терентіана и велѣлъ убить святыхъ мучениковъ. Тарахъ, Провъ и Андроникъ были заколоты мечами и разсѣчены на части, и такъ скончались [10]. Уходя со зрѣлища, Максимъ оставилъ десять воиновъ стеречь тѣла мученическія, приказавъ положить ихъ съ трупами нечестивыхъ, чтобы они не были узнаны и унесены христіанами. Мы же, видя сіе, молили Господа подать намъ благопріятное время, когда бы можно было тайно взять ихъ. Послѣ сего, подойдя ближе, мы увидѣли сторожей ужинаюшихъ и огонь, разведенный для ночной стражи; тогда, преклонивъ колѣна, молили Господа и Христа Его, чтобы Онъ исполнилъ наше желаніе, — послалъ съ неба помощь и далъ намъ тѣла святыхъ. Внезапно сдѣлалось землетрясеніе, съ громомъ, молніею и дождевой бурею. Мы опять помолились и, приблизившись къ тѣламъ, нашли огонь угасшимъ, и не было ни одного изъ воиновъ, ибо они убѣжали отъ дождя и бури. Тогда мы подняли къ небу руки, съ моленіемъ, чтобы Господь особымъ знакомъ открылъ намъ мощи святыхъ мучениковъ, такъ чтобы можно было узнать ихъ среди множества прочихъ труповъ. Ночь же была очень темная. Вдругъ три свѣчи, точно звѣзды, явились надъ мощами святыхъ. Взявъ тайно мощи святыхъ мучениковъ, мы ушли, въ предшествіи тѣхъ свѣчей небесныхъ. Слѣдуя за ними, зашли мы на другую сторону горы, — и свѣчи небесныя стали невидимы. Найдя тамъ выкопанную въ скалѣ пещеру, мы положили въ ней тѣла святыхъ, и входъ крѣпко задѣлали, чтобы они не были найдены кѣмъ-либо изъ невѣрныхъ [11]. Послѣ сего пошли мы въ городъ узнать, что дѣлается, и услыхали, что стражи убиты Максимомъ. Мы же возблагодарили Господа нашего Іисуса Христа, живущаго во вѣки вѣковъ.

Я — Макарій, Феликсъ и Герій — хотимъ провести здѣсь остальное время жизни нашей, чтобы здѣсь вмѣстѣ съ св. мучениками погребены были тѣла наши. Души же наши да сподобятся на небѣ насыщаться вѣчною жизнію со святыми страдальцами. А тѣхъ, кого мы къ вамъ отправляемъ съ симъ посланіемъ, пріимите съ почтеніемъ, ибо они суть рабы Господа нашего Іисуса Христа. Умоляемъ васъ поминать насъ въ молитвахъ. Да будетъ съ вами благодать Божія. Аминь».

Примѣчанія:
[1] Помпеополь — иначе Солы — значительный древній городъ Киликіи; въ настоящев время отъ него остались лишь развалины.
[2] Приведенныя ниже сказанія о страданіятъ св. мучениковъ — подлинные акты мучениковъ, которые, какъ видно изъ письма христіанъ города Аназарва (въ Киликіи), гдѣ претерпѣли кончину св. мученики, къ христіанамъ города Иконіи, пріобрѣтены аназарвскими христіанами чрезъ одного посредника за 200 динаріевъ (40 руб. по курсу 1913 года).
[3] Викторъ съ греческаго — значитъ побѣдитель.
[4] Клавдіополь — городъ Исавріи, составлявшей часть Киликіи.
[5] Пергія — городъ въ Малой Азіи.
[6] Второй допросъ св. мучениковъ происходилъ въ Мопсуестіи — городѣ области Киликіи въ Малой Азіи.
[7] Указаніе относительно кончины св. мучениковъ находится также въ Посланіи аназарвскихъ христіанъ.
[8] Амфитеатръ — овальное, открытое зданіе, предназначенное для боя звѣрей и людей. Въ самой срединѣ помѣщалась, усыпанная пескомъ, арена (мѣсто, гдѣ происходили самыя побоища). Кругомъ арены шла ограда. Позади этой ограды возвышались ступеньками ряды скамеекъ для публики.
[9] Рѣчь идетъ отъ лица христіанъ.
[10] Кончина святыхъ мучениковъ относится къ 304 году.
[11] Велика была слава мучениковъ въ древности. Епископъ Мопсуестіи Авксентій II, въ половинѣ V вѣка, выстроилъ въ этомъ городѣ храмъ во имя этихъ святыхъ мучениковъ и, получивъ изъ Аназарва части мощей ихъ, положилъ ихъ въ этомъ храмѣ.

Источникъ: Житія святыхъ, на русскомъ языкѣ изложенныя по руководству Четьихъ-миней св. Димитрія Ростовскаго съ дополненіями, объяснительными примѣчаніями и изображеніями святыхъ. Книга вторая: Мѣсяцъ Октябрь. — Изданіе второе. — М.: Синодальная Типографія, 1904. — С. 260-278.

/ Къ оглавленію /


Цитата «Торжество Православія»


Наверхъ / Къ титульной страницѣ

0