Если вы нашли ошибку на странице, выделите ее мышкой и щелкните по этой ссылке, или нажмите Ctrl+Alt+E

Русскій Порталъ- Церковный календарь- Русская Библія- Осанна- Святоотеческое наслѣдіе- Наслѣдіе Святой Руси- Слово пастыря- Литературное наслѣдіе- Новости

О старомъ стилѣ
-
Гостевая книга
-
Новости
-
Написать письмо
-
Поискъ

Православный календарь

Мѣсяцесловы

С. В. Булгакова
-
Прот. Алексія Мальцева

Житія святыхъ

Свт. Димитрія Ростовскаго
-
Д. И. Протопопова
-
Избранныя житія

Житія русскихъ святыхъ

Архим. Игнатія (Малышева)

Патерики

Аѳонскій
-
Кіево-Печерскій
-
Новгородскій
-
Троицкій

Новости сайта



Сегодня - четвергъ, 27 апрѣля 2017 г. Сейчасъ на порталѣ посѣтителей - 12.

ЖИТІЯ СВЯТЫХЪ

Святитель Димитрій, митр. Ростовскій († 1709 г.)

Святитель Димитрий, митрополит Ростовский, чудотворецСвт. Димитрій, митрополитъ Ростовскій, чудотворецъ, родился въ 1651 г. въ мѣстечкѣ Макаровѣ, Кіевской губерніи. Въ мірѣ Даніилъ, сынъ казачьего сотника Туптало. Окончивъ Богоявленскую школу (Могилянскую Духовную Академію), принялъ въ 1668 г. постригъ въ Кіевскомъ Кирилловомъ монастырѣ. Въ 1675 г. — іеромонахъ. Былъ игуменомъ въ нѣсколькихъ монастыряхъ монастыряхъ. Архимандритъ Черниговскаго Елецкаго монастыря и Новгородсѣверскаго Преображенскаго монастыря. Въ 1701 г. поставленъ митрополитомъ Тобольскимъ; по болѣзни остался въ Москвѣ и занялъ освободившуюся въ 1702 г. каѳедру въ Ростовѣ. Много потрудился въ установленіи церковного благочестія и въ дѣлѣ обличенія старообрядцевъ. Подвизался въ подвигахъ поста, молитвы, милосердія. Двадцать лѣтъ трудился надъ составленіемъ Четьихъ-Миней, которыя началъ писать въ 1684 г. въ Кіево-Печерскомъ монастырѣ. Свт. Димитрій мирно скончался 28 октября 1709 г. и былъ погребенъ, по его завѣщанію, въ соборной церкви Ростовскаго Спасо-Яковлевскаго монастыря. Обрѣтеніе мощей — 21 сентября 1752 г. Прославленіе — 22 апрѣля 1757 г. Перенесеніе мощей въ новую раку — 25 мая 1763 г.

Житія святыхъ свт. Димитрія, митр. Ростовскаго

Житія святыхъ, на русскомъ языкѣ
изложенныя по руководству Четьихъ-миней св. Димитрія Ростовскаго.

Мѣсяцъ Іюнь.
День семнадцатый.

Страданіе святыхъ мучениковъ Мануила, Савела и Исмаила.

Однажды они посланы были своимъ царемъ къ греко-римскому императору Юліану Отступнику [3] для заключенія съ нимъ мира. Юліанъ сперва принялъ ихъ съ честію и, всячески оказывая имъ свою милость, все время относился къ нимъ по-дружески; но потомъ, узнавъ, что они христіане, исполнился гнѣва на нихъ и, вопреки обычаямъ и законамъ, общимъ всѣмъ народамъ, предалъ сихъ братьевъ мукамъ за вѣру во Христа и умертвилъ ихъ послѣ самыхъ тяжкихъ истязаній.

Мученическій же подвигъ ихъ былъ таковъ.

Однажды беззаконный императоръ задумалъ отправиться въ Виѳинію, въ мѣстность, называемую Оргія Тригонъ [4], ибо тамъ скоро наступалъ одинъ изъ богомерзкихъ языческихъ праздниковъ. Когда онъ, переправившись на кораблѣ изъ Царьграда къ Халкидону [5], прибылъ въ названное мѣсто, то началъ тотчасъ же, со всѣмъ множествомъ собравшагося тамъ народа, совершать скверное свое празднованіе, покланяясь идоламъ и принося бѣсамъ безчисленныя жертвы: — и вотъ начались здѣсь непрерывныя пированія съ пѣніемъ и музыкой и тимпанными играніями, — и въ честь пагубныхъ языческихъ боговъ за это время совершено было много мерзкихъ беззаконій.

Рабы же Христовы Мануилъ, Савелъ и Исмаилъ, находясь тутъ же, вмѣстѣ съ императоромъ, не хотѣли даже и смотрѣть на это нечестивое празднество; отойдя какъ-то разъ въ сторону отъ ликующихъ и стоя вдали, они рыдали и плакали о прельщеніи и заблужденіи этихъ людей, и молились ко Господу Богу — и о себѣ, дабы имъ не оскверниться общеніемъ съ идолопоклонническими жертвами, — и о всѣхъ заблуждающихся, чтобы Господь привелъ ихъ познанію истины.

— «Не оставляй, Господи, молились они, людей этихъ пребывать въ столь великой пагубѣ золъ и не попусти разумному созданію Твоему находиться въ такомъ безуміи; — вѣдь они являются здѣсь болѣе неразумными, чѣмъ даже почитаемые ими камни и деревья: по крайней мѣрѣ деревянные идолы ихъ, какъ тварь безчувственная и неодушевленная, не знаютъ, что предъ ними дѣлаютъ; эти же люди, почтенные Тобою душею разумною и будучи Твоимъ образомъ и подобіемъ, не видятъ и не понимаютъ, что совершаютъ и кому воздаютъ божеское почтеніе: они во тьмѣ ходятъ, заблуждаются и идутъ въ вѣчную погибель».

Въ то время, какъ святые, находясь вдали, такъ плакали и молились, императоръ, смотря на приносящихъ жертвы и на пирующихъ съ ними и не видя при себѣ персидскихъ посланниковъ, приказалъ найти ихъ и позвать къ нему, чтобы они вмѣстѣ съ нимъ повеселились. Тогда одинъ изъ царскихъ постельничихъ, найдя ихъ отдѣльно стоящими, сталъ звать ихъ къ царскому торжеству: онъ думалъ, что они также принадлежатъ къ идолопоклонническому нечестію. Но рабы Христовы единодушно отвѣтили приглашавшему ихъ царскому постельничему:

— «Отойди отъ насъ: мы не отвергнемся той вѣры, въ которой воспитаны отъ юности, и потому не оставимъ Господа нашего и не поклонимся живущимъ въ васъ бѣсамъ; и да не будетъ съ нами того, чтобы мы стали причастными къ этому явному заблужденію: мы не настолько безумны и неразумны, чтобы, презрѣвъ живаго Бога Создателя нашего, стали покланяться бездушному созданію. Да и не ради того мы предприняли такой большой путь и пришли сюда, чтобы отречься отъ своей вѣры, но чтобы заключить миръ между персидскимъ и греко-римскимъ государствами. И царь твой, равно какъ и единолысленные съ нимъ, хорошо знаютъ, что не отвратятъ и не убѣдятъ насъ перейти къ своему нечестію, если даже и предадутъ насъ огню и мукамъ и лишатъ самой жизни».

Постельничій, отойдя отъ святыхъ, передалъ эти слова Юліану, и тотъ сразу же воспылалъ на нихъ гнѣвомъ и яростію; однако, онъ рѣшилъ не предавать ихъ сейчасъ-же мукамъ, чтобъ не помѣшать своему нечестивому празднеству, но отдожилъ это до утра, повелѣвъ только заключить рабовъ Божіихъ въ темницу.

Они же, идя къ темницѣ, такъ воспѣвали Господу:

— «Пріидите, возрадуемся Господеви, воскликнемъ Богу Спасителю нашему: предваримъ лице Его во исповѣданіи, и во псалмѣхъ воскликнемъ Ему» (Псал. 94, 1-2).

И потомъ:

— «Кто Богъ велій, яко Богъ нашъ? (Псал. 76, 14) Мы же — люди Его и созданіе рукъ Его и будемъ всегда призывать Его».

На другой день Юліанъ, взойдя на судилищное мѣсто, велѣлъ позвать къ себѣ персидскихъ посланниковъ и началъ имъ такъ говорить:

— «Васъ, добрые мужи, царь вашъ прислалъ сюда, какъ людей вѣрныхъ себѣ и къ намъ хорошо расположенныхъ, чтобы между обоими царствами возстановить давно ожидаемый всѣми миръ. Но этотъ миръ можетъ быть возстановленъ между нами только при помощи любовнаго согласія и взаимной пріязни. Однако, какое же у васъ можетъ быть согласіе съ нами и гдѣ же ваша любовь къ намъ, если вы не захотѣли вчера вмѣстѣ съ нами совершить празднества и насладиться веселія въ честь тѣхъ же боговъ, какихъ и вы, персы, чтите [6]? Вѣдь персы, такъ же, какъ и мы, почитаютъ солнце, луну и звѣзды, — всесвѣтлѣйшую огненную силу и прочихъ нашихъ боговъ; — почему же вы отказались почтить ихъ вмѣстѣ съ нами и не захотѣли участвовать въ нашемъ служеніи имъ, — хоть бы ради того, чтобы наши условія относительно заключенія мира были болѣе крѣпкими и прочными? Но если вы презираете и уничижаете нашихъ боговъ, и если вы не единомысленны съ нами, то значитъ, пришли къ намъ не для утвержденія мира, но для нарушенія его и для возобновленія вражды и войны».

На это святые мужи отвѣтили:

— «Мы пришли къ тебѣ отъ нашего царя ради заключенія мирныхъ условій, чтобы ваши воины не переступали нашихъ предѣловъ, а наши — вашихъ, дабы намъ не опустошать бы землю другъ друга, — и чтобы наши купцы всегда имѣли свободный доступъ въ ваше государство, а ваши — въ нашу землю и чтобы тѣ и другіе безъ всякой бы обиды возвращались къ себѣ домой; — вотъ для условій объ этомъ мы и присланы къ тебѣ, а вовсе не для разсужденія о богахъ. Пусть всякій почитаетъ того бога, какого хочетъ, и такъ именно, какъ ему нравится. Да изъ-за вѣры никогда и не бываетъ войны между царствами; но распри, ссоры и битвы всегда происходятъ изъ-за городовъ, областей и изъ-за ихъ границъ и предѣловъ. Ты же, оставивъ всякіе переговоры о мирѣ, ради которыхъ мы и присланы къ тебѣ, начинаешь говорить о другомъ, объ чемъ намъ съ тобою и не должно говорить. Вѣдь ты говоришь съ нами не о благосостояніи имперіи своей, — не о мирномъ отношеніи къ нашему государству, которое сопредѣльно съ твоимъ, но все время разспрашиваешь о богахъ и толкуешь о вѣрѣ. Если тебѣ ужъ такъ угодно, то знай, что мы, хотя родомъ и Персы, но по вѣрѣ христіане, воспитаны матерью нашею въ благочестіи и наставлены въ истинной вѣрѣ отцомъ нашимъ духовнымъ, пресвитеромъ Евноикомъ. И въ нашемъ отечествѣ ужъ много было такихъ, которые хотѣли отвратить насъ отъ Господа нашего Іисуса Христа къ идолопоклонству, но не успѣли въ этомъ: благодатію нашего Владыки мы остались непоколебимы и тверды въ исповѣданіи своей вѣры; надѣемся и нынѣ на помощь Господню, — что и теперь никто насъ здѣсь не отвратитъ отъ нашей вѣры святой и никто не убѣдитъ перейти къ службѣ бѣсовской, которая поистинѣ есть суетна и преисполнена всякаго обольщения, и заблужденія, и лжи».

Тогда мучитель, исполнившись гнѣва, сказалъ имъ:

— «Какъ вы, будучи людьми простыми и невѣжественными, — не знающіе даже и нашего языка, — какъ вы осмѣливаетесь такъ нагло и столь безумными рѣчами своими хулить нашу вѣру, которую исповѣдуемъ мы, люди образованные и прошедшіе въ совершенствѣ все книжное любомудріе? Знакомы мы и съ вашимъ ученіемъ. Вѣдь вы знаете, что я изучалъ и ваши христіанскія книги, но, увидѣвъ, что въ нихъ одна только ложь и нѣтъ ничего истиннаго, тотчасъ же отвергъ ихъ, чтобы по причинѣ неясности написаннаго въ нихъ не впасть въ какое-либо заблужденіе. И кто изъ тѣхъ людей, которые вѣрятъ вашимъ книгамъ и по нимъ поступаютъ, — кто изъ такихъ показалъ себя когда-либо славнымъ и совершеннымъ и что сдѣлалъ въ своей жизни доблестнаго? Поэтому совѣтую вамъ: — оставьте это дѣтское и ложное умствованіе и вѣрьте лучше тому, о чемъ издавна уже учили лучшіе философы. Если же вы не пожелаете принять моего добраго вамъ совѣта, то, и вопреки воли своей, послушаетесь тѣхъ мукъ, которымъ я тотчасъ же васъ предамъ».

На это святые отвѣтили:

— «Мы научились отъ Господа нашего — не бояться убивающихъ тѣло и не думать, что должно отвѣчать желающимъ мучить насъ, ибо Самъ Духъ Святый укрѣпитъ насъ въ страданіи и дастъ слово и дерзновеніе для отвѣта. Мы же спросимъ тебя, что видишь ты въ насъ безумнаго, — ты, считающій себя мудрѣйшимъ изъ всѣхъ людей? и кто вообще неразумнѣе, — тотъ ли, кто позналъ истиннаго Бога и Создателя всяческихъ и благочестно почитаетъ Его, или тотъ, кто, удалившись отъ Бога живаго, покланяется бездушной твари, камнямъ и дереву, или чему-либо подобному имъ? Поистинѣ тотъ безуменъ, кто вмѣсто Бога чтитъ мертвую вещь; — разуменъ же тотъ, кто служитъ Богу живому. Вѣдь вотъ — что прежде всего есть дѣло разума человѣческаго — это познать Творца своего, Подателя всѣхъ даровъ, и вѣровать въ Него, и усердно служить Ему; а не знать Его — Творца и Благодѣтеля своего и работать врагу своему — душепагубному бѣсу, — это есть крайнее неразуміе. И древніе философы ваши, находившіеся въ такомъ зловредномъ заблужденіи, только казались мудрыми, а на самомъ дѣлѣ были самыми неразумными людьми, — по слову святаго апостола: глаголющеся быти мудри, объюродѣша (Рим. 1, 22), и омрачилось ихъ неразумное сердце; вотъ имъ-то ты и сталъ подобенъ, если только не хуже: вѣдь тѣ пребывали въ своемъ безуміи, не зная и никогда ранѣе не исповѣдуя истинной вѣры, ты же, просвѣщенный святымъ крещеніемъ и воспитанный въ христіанствѣ, отвергся отъ Христа Бога, и теперь всѣми, истинно вѣрующими въ Господа, прозываешься вмѣсто христіанина еллиномъ, и вмѣсто благочестиваго — нечестивымъ и безбожнымъ».

Сильно раздраженный такими словами мучениковъ, Юліанъ, исполнившись безмѣрной ярости, повелѣлъ тотчасъ же жестоко мучить ихъ. Прежде всего ихъ обнажили и, положивъ на землю, безъ пощады били суровыми ремнями по хребту и животу, а потомъ повѣсили на мучилищномъ мѣстѣ, высоко пригвоздивъ къ дереву ихъ руки и ноги, и желѣзными зубцами строгали все тѣло ихъ. Мученики же Христовы, доблестно перенося эти тяжкія муки, возведя очи свои къ небу и молясь Господу, такъ взывали къ Нему:

— «О, Владыко! Ты и Самъ, нѣкогда пригвожденный невѣрными іудеями къ древу и загладившій грѣхи міра страстію на крестѣ и смертію, — призри на насъ, висящихъ теперь на деревѣ изязвленными, и такъ какъ естество наше немощно, то пошли намъ помощь Свою свыше и дай намъ облегченіе въ страданіяхъ нашихъ, ибо только въ надеждѣ на Тебя, мы дерзнули принять этотъ мученическій подвигъ. Какъ жестоки и ужасны эти муки, — Ты Самъ, Господи, знаешь и видишь, но по любви къ Тебѣ, о, сладчайшій Іисусе, онѣ пріятны намъ!»

Когда святые такъ молились, внезапно предсталъ предъ ними ангелъ Господень; но его видѣли одни только святые мученики, омраченные же глаза нечестивыхъ не были достойны того. Ангелъ, утѣшивъ страждущихъ, даровалъ имъ такую отраду въ ихъ страданіяхъ, что они какъ будто бы уже болѣе не чувствовали боли отъ ранъ своихъ и, казалось, — даже и не переносили никогда всѣхъ этихъ мукъ. Потомъ Юліанъ велѣлъ снять съ дерева святыхъ мучениковъ, и когда ихъ сняли, онъ, какъ бы издѣваясь надъ ними, сказалъ имъ:

— «Видите, какъ я васъ щажу, не предавая васъ еще большимъ мукамъ. Надѣюсь, что вы послѣ этого сравнительно небольшого наказанія станете теперь единомысленными съ нами».

Святые же мученики, хорошо понявъ всю лесть его словъ, еще съ большимъ дерзновеніемъ отвѣтили ему:

— «Не думай и не надѣйся, врагъ Христовъ, чтобъ мы измѣнили вѣрѣ въ Господа. Итакъ, продолжай терзать тѣла наши, если хочешь еще болѣе мучить насъ: мы готовы все претерпѣть. Подвергнешь ли ты насъ ранамъ, огню, мечу или чему-либо еще болѣе ужасному — все это сочтемъ для себя скорѣе радостію, нежели мукою: все это мы съ веселіемъ претерпимъ за возлюбившаго насъ Іисуса!»

Тогда беззаконный Юліанъ, видя, что Мануилъ, какъ старѣйшій изъ братьевъ, говоритъ больше и смѣлѣе, чѣмъ другіе братья, велѣлъ отвести его въ сторону, а самъ, начавъ бесѣду съ двумя оставшимися, — съ Савеломъ и Исмаиломъ, съ лукавствомъ сталъ такъ говорить имъ:

— «Вы дѣти хоть и однихъ родителей, но люди совсѣмъ не одного нрава: старшій вашъ братъ не достоинъ даже и называться вашимъ братомъ, такъ какъ онъ упрямъ, золъ, безстыденъ, много говоритъ и споритъ и, оставаясь непреклоннымъ въ безуміи своемъ, и васъ увлекаетъ за собою и не даетъ вамъ избрать лучшаго для себя; а вы, какъ я вижу, люди нрава добраго, кроткаго, и не сварливаго и вообще — благоразумны. Итакъ, послушайтесь теперь моего добраго совѣта, — оставьте своего брата погибать въ суетномъ его заблужденіи и въ безумномъ сопротивленіи, — принесите жертву нашимъ богамъ, и тогда вы получите — отъ нихъ великую милость, а отъ насъ — богатые дары и честь».

Святые же, не желая даже и слушать этихъ льстивыхъ словъ, громко начали обличать коварство Юліана и хулить безуміе его.

Тогда Юліанъ, снова возгорѣвшись гнѣвомъ, приказалъ отвести ихъ на мучилищное мѣсто и опалять ребра ихъ горящими свѣчами. Мученики же, доблестно перенося эти муки, все время — Господа славили, а мучителя — укоряли. Потомъ Юліанъ вторично велѣлъ привести Мануила и — то ласками, то угрозами — опять сталъ принуждать его поклониться идоламъ. Наконецъ, видя, что онъ, какъ скала, непоколебимъ въ исповѣданіи Христовомъ, началъ мучить его, какъ и братьевъ: онъ велѣлъ въ голову каждаго изъ мучениковъ вбить по желѣзному гвоздю, а за ногти рукъ и ногъ — острыя спицы, и потомъ имъ, столь уже изъязвленнымъ, приказалъ мечемъ отсѣчь головы, а тѣла ихъ — сжечь.

И вотъ святыхъ мучениковъ повели на мѣсто казни, — на мѣсто называемое Константиново, гдѣ предъ изліяніемъ крови своей они въ послѣдній разъ вознесли такую молитву къ Господу:

— «Боже праведный, безначальный, все приведшій изъ небытія въ бытіе, во послѣдняя же лѣта нашего ради спасенія умалившій Себя, пребывавшій съ людьми въ образѣ раба и претерпѣвшій крестъ, чтобы освободить насъ отъ узъ грѣховныхъ и содѣлать насъ наслѣдниками Царствія Своего, — пріими въ мирѣ рабовъ Твоихъ и сопричти насъ къ лику отъ вѣка угодившихъ Тебѣ, ибо мы ради имени Твоего святаго добровольно пріемлемъ это мечное посѣченіе и отшествіе отъ настоящей жизни, — и обрати къ Себѣ, всемилосердый Владыко, этотъ порабощенный діаволу народъ, который въ такомъ множествѣ окружаетъ насъ, и пошли ему просвѣщеніе ума и разумъ къ познанію истины, дабы, познавъ Тебя, Единаго истиннаго Бога, Тебѣ единому и служить и отъ Тебя получить вѣчное спасеніе».

Въ то время, какъ святые мученики такъ молились, — свыше услышанъ былъ голосъ:

— «Пріидите, дабы получить вѣнецъ славы, такъ какъ вы доблестно совершили подвигъ свой».

Святые мученики усѣчены были въ 17 день мѣсяца іюня.

Но когда нечестивые слуги хотѣли исполнить другое приказаніе своего беззаконнаго царя — сжечь тѣла Христовыхъ страстотерпцевъ, — мгновенно, по повелѣнію Божію, земля потряслась, и мѣсто, на которомъ лежали святые, глубоко осѣлось, и такимъ образомъ образовавшаяся бездна пріяла тѣла мучениковъ и сокрыла ихъ, дабы болѣе не прикасались къ нимъ скверныя руки мучителей и сила огня не превратила бъ ихъ въ пепелъ; — а всѣ слуги отъ страха бѣжали.

Тогда многіе изъ народа, тамъ стоявшаго, видя такое чудо, увѣровали во Христа и, отвергши еллинское заблужденіе, присоединились къ обществу христіанъ.

По прошествіи двухъ дней, въ продолженіе которыхъ христіане непрестанно день и ночь возносили на этомъ мѣстѣ мольбы ко Господу, земля снова разступилась и вознесла на верхъ тѣла святыхъ, и вотъ, — повсюду излилось несказанное благоуханіе.

Тогда вѣрные, исполнившись великой радости, съ любовію взяли тѣла святыхъ и съ честію погребли ихъ на этомъ дивномъ мѣстѣ; послѣ того отъ гроба святыхъ мучениковъ въ изобиліи стали изливаться исцѣленія для всѣхъ недужныхъ.

А нечестивый богоотступникъ Юліанъ вскорѣ же послѣ того погибъ знаменательною и грозною смертію.

По убіеніи персидскихъ посланниковъ, святыхъ мучениковъ Мануила, Савела и Исмаила, онъ отправился со всѣмъ войскомъ своимъ въ Персію [7]. На это прельстили его бѣсы чрезъ своихъ волшебниковъ — лжепророковъ, предсказавшихъ ему побѣду и покореніе персовъ. Царь же персидскій, услышавъ объ избіеніи своихъ пословъ, исполнился глубокой печали и великаго гнѣва: узнавъ, что на него идетъ законопреступный Юліанъ, онъ также собралъ все войско и, ставъ на границѣ своего государства, ополчился на гордаго своего врага. И когда оба войска сошлись, началась великая битва. Но персы скоро превозмогли и побѣдили римское войско, сокрушивъ, такимъ образомъ, всю силу Юліана.

Вотъ при этой-то битвѣ богоотступника Юліана и поразилъ гнѣвъ Божій: нечестивый императоръ пораженъ былъ невидимою рукою и погибъ въ великихъ мукахъ, ставъ подъ конецъ посмѣшищемъ для всѣхъ персовъ, на которыхъ онъ такъ гордо выступилъ, съ своею суетною надеждою, — на радость бѣсамъ, въ которыхъ онъ вѣровалъ и на которыхъ такъ надѣялся.

Христіане же, освободившись, такимъ образомъ, отъ жестокаго гоненія и мученій, прославили Избавители своего, Христа Бога, Которому и отъ насъ да будетъ честь и слава, со Отцемъ и Святымъ Духомъ, нынѣ и присно, и во вѣки вѣковъ. Аминь [8].

Примѣчанія:
[1] Персидское государство занимало въ то время громадное пространство между Тигромъ, Персидскимъ заливомъ и Каспійскимъ моремъ.
[2] Аламундарь, какъ царь персидскій, совсѣмъ неизвѣстенъ въ исторіи; нѣкоторые думаютъ, что это былъ одинъ изъ полководцевъ персидскихъ.
[3] Юліанъ, сынъ Констанція, брата Константина Великаго, родился въ 331 г. по Р. Хр.; сначала онъ былъ обученъ въ христіанской религіи, но, ставъ кесаремъ въ 355 г., онъ открыто отторгся отъ христіанства, за что и получилъ названіе Отступника.
[4] Какъ думаютъ, Тригонъ былъ, собственно, храмъ, посвященный идоламъ, близъ Халкидона.
[5] Халкидонъ — городъ Виѳиніи, на южномъ концѣ Босфора, противъ Византіи.
[6] По своимъ философско-религіознымъ убѣжденіямъ Юліанъ былъ эклектикъ, т.-е. — онъ изъ всѣхъ религіозныхъ ученій выбиралъ себѣ все то, что ему нравилось и было вообще согласно съ его міросозерцаніемъ, онъ вѣровалъ и во единаго верховнаго Бога, но отожествлялъ Его съ Митрой или солнечнымъ богомъ восточнаго культа; а персы, какъ извѣстно, тоже чтили солнце, какъ свое главное божество.
[7] Юліанъ выступилъ въ походъ противъ персовъ 5 марта 363 года.
[8] Торжественное празднованіе памяти сихъ святыхъ весьма древне; спустя 30 лѣтъ послѣ ихъ кончины, Ѳеодосій Великій († 395 г.) построилъ въ честь ихъ въ Константинополѣ церковь, а монахъ Германъ, впослѣдствіи патріархъ († 740 г.). написалъ въ память ихъ канонъ.

Источникъ: Житія святыхъ, на русскомъ языкѣ изложенныя по руководству Четьихъ-миней св. Димитрія Ростовскаго съ дополненіями, объяснительными примѣчаніями и изображеніями святыхъ. Книга десятая: Мѣсяцъ Іюнь. — М.: Синодальная Типографія, 1908. — С. 390-401.

/ Къ оглавленію /


Цитата «Торжество Православія»


Наверхъ / Къ титульной страницѣ

0