Если вы нашли ошибку на странице, выделите ее мышкой и щелкните по этой ссылке, или нажмите Ctrl+Alt+E

Русскій Порталъ- Церковный календарь- Русская Библія- Осанна- Святоотеческое наслѣдіе- Наслѣдіе Святой Руси- Слово пастыря- Литературное наслѣдіе- Новости

О старомъ стилѣ
-
Гостевая книга
-
Новости
-
Написать письмо
-
Поискъ

Православный календарь

Мѣсяцесловы

С. В. Булгакова
-
Прот. Алексія Мальцева

Житія святыхъ

Свт. Димитрія Ростовскаго
-
Д. И. Протопопова
-
Избранныя житія

Житія русскихъ святыхъ

Архим. Игнатія (Малышева)

Патерики

Аѳонскій
-
Кіево-Печерскій
-
Новгородскій
-
Троицкій

Новости сайта



Сегодня - пятница, 20 октября 2017 г. Сейчасъ на порталѣ посѣтителей - 17.

ЖИТІЯ СВЯТЫХЪ

Святитель Димитрій, митр. Ростовскій († 1709 г.)

Святитель Димитрий, митрополит Ростовский, чудотворецСвт. Димитрій, митрополитъ Ростовскій, чудотворецъ, родился въ 1651 г. въ мѣстечкѣ Макаровѣ, Кіевской губерніи. Въ мірѣ Даніилъ, сынъ казачьего сотника Туптало. Окончивъ Богоявленскую школу (Могилянскую Духовную Академію), принялъ въ 1668 г. постригъ въ Кіевскомъ Кирилловомъ монастырѣ. Въ 1675 г. — іеромонахъ. Былъ игуменомъ въ нѣсколькихъ монастыряхъ монастыряхъ. Архимандритъ Черниговскаго Елецкаго монастыря и Новгородсѣверскаго Преображенскаго монастыря. Въ 1701 г. поставленъ митрополитомъ Тобольскимъ; по болѣзни остался въ Москвѣ и занялъ освободившуюся въ 1702 г. каѳедру въ Ростовѣ. Много потрудился въ установленіи церковного благочестія и въ дѣлѣ обличенія старообрядцевъ. Подвизался въ подвигахъ поста, молитвы, милосердія. Двадцать лѣтъ трудился надъ составленіемъ Четьихъ-Миней, которыя началъ писать въ 1684 г. въ Кіево-Печерскомъ монастырѣ. Свт. Димитрій мирно скончался 28 октября 1709 г. и былъ погребенъ, по его завѣщанію, въ соборной церкви Ростовскаго Спасо-Яковлевскаго монастыря. Обрѣтеніе мощей — 21 сентября 1752 г. Прославленіе — 22 апрѣля 1757 г. Перенесеніе мощей въ новую раку — 25 мая 1763 г.

Житія святыхъ свт. Димитрія, митр. Ростовскаго

Житія святыхъ, на русскомъ языкѣ
изложенныя по руководству Четьихъ-миней св. Димитрія Ростовскаго.

Мѣсяцъ Іюнь.
День пятнадцатый.

Страданіе святаго мученика Дулы.

Однажды игемону донесено было, что Дула — исповѣдникъ Христовой вѣры, и послѣ того рабъ Христовъ былъ тотчасъ же вверженъ въ темницу; при этомъ нотарій [3] сказалъ игемону:

— «Правитель, согласно твоему приказанію, военачальники твои обошли всю Киликійскую страну до самыхъ зефиритскихъ городовъ [4], и за это время захватили нѣкоего послѣдователя нечестивой христіанской вѣры, и вотъ его-то и представили мы теперь праведному и пресвѣтлому суду твоему».

На это игемонъ сказалъ:

— «Когда я буду самъ обходить эти города, то прикажу узниковъ, находящихся теперь въ темницахъ, вести за собою и за это время, по дорогѣ, на нарочно устроенныхъ для того мѣстахъ, буду мучить ихъ».

И вотъ вскорѣ послѣ того онъ отправился въ одинъ изъ городовъ зефиритской страны, называемой Преторіада [5]; здѣсь игемонъ, сѣдши на судилищное мѣсто, прежде всего приказалъ представить ему блаженнаго Дулу. Рабъ Христовъ, идя на истязаніе, такъ молился Господу:

— «Господи Іисусе Христе, Сыне Божій, источникъ всякой милости, — Ты нѣкогда сказалъ чрезъ пророка Cвоего Давида: разшири уста твоя, и исполню я (Псал. 80, 11); да и въ евангеліи Своемъ Ты говоришь: не пецытеся, како или что возглаголете (Матѳ. 10, 19), — и такъ пошли ангела Твоего святаго и дай мнѣ слово, когда я буду говорить, дабы, представъ предъ нечестивѣйшимъ Максимомъ, я могъ обличить его нечестіе; а если мнѣ придется пострадать, я не устрашусь мученій, ибо буду имѣть Тебя предъ очами своими и съ охотою предамъ тѣло свое на истязаніе: вѣдь если я не предамъ тѣла своего на сожженіе, то какихъ благъ могу сподобиться? какой вѣнецъ воспріиму? и какія тогда я могу показать Тебѣ, Господу моему, язвы, чтобы Ты, видя ихъ, явилъ на мнѣ милость Твою и подалъ прощеніе прегрѣшеніямъ моимъ?»

Когда Дула такъ молился, воины совлекли съ него верхнюю одежду и связаннымъ представили игемону.

И сказалъ ему игемонъ Максимъ:

— «Скажи мнѣ, какъ ты прозываешься?»

Святый отвѣтилъ:

— «Я рабъ Христовъ».

На это игемонъ возразилъ:

— «Скажи намъ настоящее твое имя, а не христіанское: это имя тебѣ не можетъ принести никакого оправданія и облегченія».

Тогда блаженный Дула сказалъ;

— «Развѣ я неясно называю свое имя предъ тобою? Истинное мое имя — христіанинъ; то же имя мое, которымъ называютъ меня люди, есть Дула, — и я такъ называюсь потому, что поистинѣ есть рабъ Христа».

На это игемонъ произнесъ:

— «Ты еще не испыталъ страха предъ судилищемъ и всякихъ мукъ, потому такъ дерзко и говоришь съ нами. Итакъ, скажи намъ: изъ какой ты страны, изъ какого селенія и рода?»

Святый отвѣчалъ:

— «Родомъ я изъ сей Киликійской области, изъ зефиритскаго города — Преторіады; происхожу — изъ знатнаго рода и съ самыхъ малыхъ лѣтъ уже считаюсь христіаниномъ».

Тогда игемонъ сказалъ:

— «Если ты происходишь изъ славнаго рода, то долженъ повиноваться непобѣдимымъ царямъ; и потому иди теперь во храмъ и съ усердіемъ принеси тамъ жертву богамъ, и ты тогда — и отъ насъ будешь вознесенъ, и отъ великихъ царей получишь великую и преславную почесть».

Святый на это отвѣтилъ:

— «Ваши почести и вся власть, какою надѣляютъ людей цари, пусть останутся при васъ и при всѣхъ тѣхъ, которые не почитаютъ истиннаго Бога; отъ меня же да отвратитъ все это Господь Богъ мой, дабы мнѣ обогащаться не въ иномъ чемъ, какъ только въ вѣрѣ въ Господа нашего Іисуса Христа».

Услышавъ эти слова блаженнаго, игемонъ повелѣлъ положить его на землю и бить желѣзными прутьями; при этомъ онъ сказалъ своимъ слугамъ:

— «Убѣдите его оставить свое безуміе».

Святый же Дула, страдая отъ ударовъ, такъ взывалъ въ это время къ Господу:

— «Благодарю Тебя, Христе, что Ты сподобилъ меня претерпѣвать все это ради святаго имени Твоего!»

Услышавъ такія слова мученика, Максимъ сталъ укорять святаго Дулу и при этомъ такъ говорилъ ему:

— «Какъ можетъ теперь помочь тебѣ Христосъ, когда ты весь изъязвленъ? или еще этого ты не можешь понять, безумный человѣкъ?»

Мученикъ на это отвѣтилъ:

— «Не говорилъ ли учитель вѣры нашей, святый апостолъ Павелъ, что никто не можетъ увѣнчаться, аще не законно мученъ будетъ» (2 Тим. 2, 5)?

Тогда игемонъ спросилъ его:

— «Значитъ мучимый сейчасъ, — ты послѣ сподобишься вѣнца?»

Святый на это отвѣтилъ:

— «Я нынѣ подвизаюсь противъ отца твоего діавола, и если я одержу побѣду надъ сатанинскою ратью, то есть, надъ тобою, слугою демона, то воспріиму на небесахъ нетлѣнный вѣнецъ».

Мучитель на это сказалъ:

— «Зачѣмъ ты такъ безумствуешь, вѣря въ Человѣка, пригвожденнаго къ кресту?»

На это святый Дула отвѣтилъ:

— «Что лучше, — вѣровать ли въ каменные и деревянные идолы, которые есть дѣло рукъ человѣческихъ, или въ живаго Богочеловѣка и въ истиннаго Господа, Который по Своей волѣ за насъ былъ распятъ?»

Тогда Максимъ сказалъ:

— «О, беззаконный! развѣ ты думаешь, что великій богъ Аполлонъ [6] есть дѣло рукъ человѣческихъ?»

На это святый отвѣтилъ:

— «Справедливо ты Аполлона назвалъ такимъ именемъ, ибо оно означаетъ — погубитель [7]: прилагая къ нему сердце свое, ты губишь душу свою, и не только свою, но и тѣхъ, кого заставляешь поклоняться ему; но знай, что пребывающій на небесахъ истинный Богъ взыщетъ отъ рукъ твоихъ души тѣхъ людей, которыхъ ты погубилъ, заставляя ихъ поклоняться идоламъ. — Каковъ же былъ нечестивый Аполлонъ, — объ этомъ я тебѣ сейчасъ разскажу: онъ былъ, какъ и ты теперь, невоздерженъ и объятъ нечистою любовію къ одной женѣ, по имени Дафна [8]; онъ ей давалъ много золота, но обѣщаннаго отъ нея не получилъ. Итакъ, я спрашиваю тебя: скажи мнѣ, — какой же онъ богъ, если, будучи охваченъ плотскою любовію, не могъ достигнуть расположенія у той женщины, которую весьма любилъ? Какъ же ты можешь въ чемъ-либо надѣяться на него? Поистинѣ все это, повѣствуемое между вами, достойно смѣха, а многое достойно даже и плача: въ самомъ дѣлѣ, скажи мнѣ, тому ли Аполлону ты покланяешься какъ богу, котораго даже мерзкая и исполненная всякой нечистоты блудница вмѣняла за ничто и плевала на лицо его? Видишь ли, сколь достойны плача ваши нечестивыя дѣла!»

Услышавъ это, Максимъ сказалъ слугамъ, избивающимъ мученика:

— «Поворотите его на спину и бейте по животу».

Тогда Аѳанасій, начальникъ воинской стражи, сказалъ святому:

— «Повинись правителю, — вѣдь развѣ ты не чувствуешь, какъ все тѣло твое покрывается ранами?»

Святый на это сказалъ:

— «Послушайся лучше меня, совѣтникъ діавола и слуга его, и лучше посовѣтуй самъ себѣ и игемону своему, — какъ бы поскорѣй убѣдить блудницу Дафну, чтобы она согласилась жить блудно съ богомъ вашимъ Аполлономъ и исполнить его желаніе, чтобы онъ, разжигаемый любовію и не получая исполненія своего желанія, не погибъ бы жестокою смертію; — я же имѣю одного совѣтника — Господа нашего Іисуса Христа».

Тогда мучитель приказалъ принести желѣзную доску и сказалъ слугамъ:

— «Раскалите ее посильнѣе на огнѣ и положите сюда этого хулителя нашихъ боговъ».

Блаженный, услышавъ это, сказалъ:

— «Находящійся въ гееннѣ твой Аполлонъ благодаритъ тебя за то, что ты еще болѣе усиливаешь тотъ геенскій огонь, въ какомъ онъ теперь страдаетъ; онъ воздастъ тебѣ за это тѣмъ, что и ты вмѣстѣ съ нимъ будешь низверженъ во тьму кромѣшную, — тогда и я посмѣюсь надъ тобою, нечестивый благодѣтель Аполлона».

Когда мучившіе блаженнаго, едва совсѣмъ не сжегши его, все-таки ничего не добились и не могли ни льстивымъ совѣтомъ обольстить раба Божьяго, ни муками убѣдить его оставить вѣру во Христа, тогда игемонъ приказалъ воинамъ отвести святаго, уже столь измученнаго, въ отдѣльное темничное помѣщеніе и оставить его тамъ совершенно одного, безъ всякаго ухода за нимъ, — и при этомъ онъ добавилъ:

— «Пусть никто изъ нечестивыхъ христіанъ не называетъ его блаженнымъ, ибо, беззаконно надругавшись надъ нашими богами, вотъ теперь онъ подвергся великимъ мукамъ».

Но святый Дула пребывалъ въ той темницѣ, непрестанно славословя Бога и молясь, — да дастъ Онъ ему совершить добрый подвигъ мученичества.

По прошествіи пяти дней, Максимъ сѣдши снова на судилищное мѣсто, спросилъ:

— «Живъ-ли всезлобный послѣдователь нечестиваго христіанскато мудрованія? приведите его сюда!»

Военачальникъ Аѳанасій на это отвѣтилъ:

— «Онъ очень твердъ въ исповѣданіи своего ученія и при томъ такъ бодръ, что какъ-будто не имѣетъ ни одной раны на тѣлѣ своемъ».

И при этомъ онъ повелѣлъ ввести мученика.

Игемонъ, увидѣвъ, что все тѣло святаго Дулы невредимо и что лице его сіяетъ, сказалъ воинамъ:

— «О, окаянные стражи! не приказывалъ ли я вамъ, — чтобы вы не лѣчили его и не заботились объ немъ?»

На это Пигасій, начальникъ нотаріевъ, отвѣтилъ:

— «Клянемся величествомъ твоимъ, что согласно твоему повелѣнію, мы содержали его въ внутреннѣйшей части темницы и что на шеѣ его все время висѣло желѣзное изображеніе Геркулеса [9], тяжестію въ триста литръ [10]; какимъ же образомъ онъ теперь совершенно здоровъ, — этого никто изъ насъ не знаетъ».

Тогда святый мученикъ сказалъ:

Безумный игемонъ! это — Христосъ мой исцѣлилъ меня и далъ моему тѣлу здоровье и крѣпость для перенесенія даже и тѣхъ мукъ, которымъ ты сейчасъ снова подвергнешь меня; и это Онъ сдѣлалъ для того, чтобы ты позналъ, что Богъ нашъ — есть Врачъ, Который дивнымъ образомъ исцѣляетъ уповающихъ на Него людей, — а также и для того, чтобы я принялъ сугубый вѣнецъ мученичества, а ты бы былъ подверженъ сугубой вѣчной мукѣ; вѣдь если бы ты ради своего Аполлона претерпѣлъ такія мученія, — развѣ тогда этотъ твой богъ могъ бы исцѣлить тебя такъ же, какъ исцѣлилъ меня мой Христосъ?»

На это игемонъ, разъярившись, отвѣтилъ:

— «Такъ какъ человѣкъ этотъ не перестаетъ со злобою хулить нашихъ боговъ, то налейте на голову его масла и зажгите его».

Мученикъ на это сказалъ:

— «Если ты сожжешь мнѣ мозгъ, то чего этимъ достигнешь? Выдумай лучше иныя муки».

Игемонъ послѣ этого приказалъ вложить въ ноздри мученика множество горчичныхъ сѣмянъ.

Тогда святый Дула произнесъ:

— «Смѣюсь и теперь надъ всѣми твоими истязаніями!»

Послѣ этого игемонъ приказалъ слугамъ какъ можно сильнѣе бить святаго желѣзными когтями по хребту, и при этомъ поливать его язвы крѣпкимъ уксусомъ и растирать острыми черепками.

Когда все это, по приказанію Максима, совершалось, святый страстотерпецъ такъ молился:

— «Господи Іисусе Христе! предстань мнѣ, рабу Твоему; вотъ на хребтѣ моемъ дѣлаша грѣшницы, продолжиша беззаконіе свое» (Псал. 128, 3).

Тогда игемонъ сказалъ ему:

— «Хотя нынѣ убѣдись и исповѣдуй нашихъ боговъ!»

Святый Дула на это отвѣтилъ:

— «Боги твои, а особенно Афродита [11] и Артемида [12], да помогутъ тебѣ и злобѣ твоей; если же хочешь, я разскажу тебѣ и про другихъ твоихъ богинь и про все ихъ безстыдство».

Послѣ того игемонъ приказалъ слугамъ:

— «Разбейте челюсти его, чтобы онъ не хулилъ боговъ и, переломивъ голени, оставьте его такъ, дабы онъ не могъ и слова сказать».

На это святый мученикъ сказалъ:

— «О, пребеззаконнѣйшій игемонъ! за что ты меня бьешь, если я говорю тебѣ истину, что твоя Афродита и прочія богини проводили жизнь свою въ скверныхъ похотяхъ, блудодѣяніяхъ, и даже въ спорѣ своемъ о томъ, кто изъ нихъ сладострастнѣе, однажды поставили надъ собой судьею какого-то пастуха Париса [13]? И зачѣмъ ты гнѣваешься, когда тебѣ говорятъ о мерзостнѣйшихъ дѣлахъ скверныхъ богинь твоихъ? Только мой Богъ истиненъ: Онъ восхотѣлъ стать человѣкомъ и былъ распятъ на крестѣ, потомъ былъ погребенъ, черезъ три дня воскресъ и сѣлъ одесную Бога Отца, чтобы послѣ пріити со огнемъ, — дабы потребить всѣхъ твоихъ боговъ!»

Услышавъ это, игемонъ сказалъ святому:

— «Видишь ли, окаянный, и ты двухъ Боговъ имѣешь?»

Блаженный на это отвѣтилъ:

— «Не погрѣшай и не заблуждайся, говоря о двухъ Богахъ: троично есть Божество, нами почитаемое».

Тогда сказалъ игемонъ:

— «Итакъ, у васъ, значитъ, три Бога?»

Мученикъ на это отвѣтилъ:

— «Я исповѣдую и почитаю Троицу: вѣрую во Отца, исповѣдую Сына и поклоняюсь Святому Духу».

Послѣ этого игемонъ сказалъ:

— «Повѣдай мнѣ, какъ ты вѣруешь въ одного Бога, а трехъ исповѣдуешь?»

На это святый мученикъ отвѣтилъ такъ:

— «Хотя ты и плотской человѣкъ и не разумѣешь того, яже есть Духа Божія (1 Кор. 2, 14), однако ради предстоящихъ людей я тебѣ отвѣчу на твой вопросъ. Какъ ты, будучи человѣкомъ, имѣешь слово и дыханіе, такъ и всесильный Богъ Отецъ имѣетъ Свое Слово и всесвятаго Духа Своего; Сей Богъ нашъ въ началѣ создалъ человѣка и почтилъ его Своимъ образомъ, вдохнувъ въ него духъ жизни, и поселилъ его въ раю; но когда сатана, исполняющій нынѣ чрезъ тебя свою волю, принудилъ человѣка къ преступленію заповѣди Божіей, какъ онъ и теперь чрезъ тебя это дѣлаетъ, — и такимъ образомъ отторгъ его отъ исполненія повелѣній Божіихъ, — тогда Богъ, желая возстановить погибшее созданіе рукъ Своихъ и привести его на путь истинный, послалъ на землю Сына Своего, то есть — Слово; и такъ, сіе Слово Божіе вселилось въ Пречистой Дѣвѣ и родилось отъ Нея: — чрезъ Него-то Богъ Отецъ и даровалъ спасеніе міру».

Послѣ этого игемонъ спросилъ:

— «Развѣ какое-либо слово рождаетъ человѣка?»

Святый на это отвѣтилъ:

— «Не разумѣешь ты тайнъ Божіихъ. Но если бы ты позналъ силу всесильнаго Бога, то уразумѣтъ бы, что Тотъ, кто отъ персти создалъ человѣка и основалъ на водахъ землю, утвердилъ небеса и сотворилъ все естество, — что Тотъ-то именно и есть Христосъ. Но такъ какъ естество человѣческое не можетъ зрѣть Божества, то поэтому милосердый Господь, изъ-за Своей любви къ роду человѣческому, сталъ человѣкомъ и принялъ на Себя человѣческое естество, дабы — какъ единымъ первозданнымъ человѣкомъ смерть вошла въ міръ, такъ чрезъ единаго Человѣка Господа нашего Іисуса Христа произошло бы воскресеніе мертвыхъ» (Рим. 5, 12).

Тогда игемонъ сказалъ:

— «Что ты говоришь? Развѣ будетъ воскресеніе мертвыхъ?»

На это святый мученикъ отвѣтилъ:

— «Да, будетъ; иначе какъ же Богъ станетъ судить міръ, если мертвые не возстанутъ?»

Максимъ сказалъ:

— «Не хочу, чтобы ты мнѣ говорилъ эти лживыя слова; итакъ, повѣрь: какъ умремъ, такъ мертвыми и будемъ лежать».

— «Ты это правду сказалъ, — отвѣтилъ мученикъ, — что вы мертвы, ибо вѣруете въ мертвыхъ идоловъ, и потому никогда не пріидете въ воскресеніе живота, но войдете лишь въ воскресеніе суда и вѣчной муки; но только подобаетъ всѣмъ людямъ предстать предъ судище Христово и дать отвѣтъ о всемъ содѣланномъ» (2 Кор. 5, 10).

Тогда мучитель повелѣлъ воинамъ связать мученика желѣзными оковами и держать его заключеннымъ въ темницѣ.

На другой день, рано утромъ, Максимъ снова повелѣлъ раба Божія Дулу представить на судъ, и когда мученикъ явился, онъ сказалъ ему:

— «О, нечестивый, какая тебѣ польза хулить нашихъ боговъ?»

Блаженный на это ему отвѣтилъ:

— «Я великую награду пріемлю отъ Бога моего, когда укоряю вашихъ боговъ; а тебя еще живымъ постигнетъ казнь Божія».

Тогда Максимъ, желая осквернить святаго жертвоприношеніемъ, сказалъ предстоящимъ слугамъ:

— «Вложите въ ротъ его жертвенное мясо и вино».

Послѣ этого блаженный сказалъ:

— «Если ты и весь свой богомерзскій жертвенникъ измоешь и все это вольешь въ уста мои, — то и тогда нимало этимъ не осквернишь раба Божьяго».

На это мучитель воскликнулъ:

— «Вотъ смотри, окаянный человѣкъ, ты уже вкусилъ жертвеннаго отъ нашихъ алтарей!»

Святый мученикъ на это отвѣтилъ:

— «Все это нисколько не безчеститъ меня, мерзостный и безумный правитель».

Тогда игемонъ приказалъ повѣсить святаго на дерево и строгать его тѣло до внутренностей, челюсти же его вмѣстѣ съ подгортаніемъ оторвать совершенно.

Послѣ этого святый мученикъ сказалъ:

— «Безумный, развѣ ты не знаешь, что отецъ твой сатана научилъ тебя сдѣлать это?»

Когда тѣло мученика было изъязвлено до костей и челюсти были оторваны, игемонъ приказалъ снова посадить его въ темницу; потомъ, отправляясь въ Тарсъ Киликійскій [14], Максимъ повелѣлъ вести за собою и узника. Когда они прошли около двадцати поприщъ [15], святый мученикъ Дула, оградивъ себя крестнымъ знаменіемъ, предалъ Господу страдальческую душу, и его повезли уже мертвымъ. Когда же они были на четырнадцать поприщъ отъ Тарса, комментарисій [16] возвѣстилъ игемону, что Дула, укорявшій безчестно боговъ, уже умеръ и теперь везется уже мертвое тѣло его: — что же съ нимъ дѣлать? Игемонъ приказалъ тѣло бросить въ глубокій ровъ, чтобы оно осталось безъ погребенія. Воины же, взявши тѣло святаго, повергли его въ рѣку, текущую въ Зефиритскую страну. И когда тѣло приплыло къ нѣкоему селенію, отстоящему недалеко отъ города Преторіады, и лежало тамъ на берегу, собаки тамошнихъ пастуховъ почуяли тѣло святаго и одинъ изъ псовъ, охраняя его, не допускалъ ни одной птицѣ коснуться тѣла мученика; другой же песъ, взявъ въ зубы пастушескую одежду, принесъ ее и покрылъ мощи мученика.

Увидѣвъ это, пастухи разсказали обо всемъ въ селеніи и городѣ, и тотчасъ же множество вѣрныхъ людей отправилось къ мощамъ святаго мученика и благочестно приняли ихъ, благодаря Бога, не лишившаго ихъ столь драгоцѣннаго сокровища. Взявъ благоговѣйно тѣло святаго мученика, они погребли его съ честію, славя Господа нашего Іисуса Христа, со Отцемъ и Святымъ Духомъ славимаго во вѣки. Аминь.

Примѣчанія:
[1] Киликія — въ древности юго-восточная область Малой Азіи, получившая, вѣроятно, свое названіе отъ семитическаго племени Киликовъ и своимъ плодородіемъ рано привлекавшая греческихъ поселенцевъ.
[2] Δοῦλος, по греч. значитъ рабъ.
[3] Нотарій — чиновникъ, на обязанности котораго, между прочимъ, было слѣдить за точнымъ исполненіемъ законовъ въ судахъ: а младшіе нотаріи вели переписку по такимъ дѣламъ.
[4] Т.-е. — до самаго округа киликійскаго приморскаго города Зефиріи.
[5] Преторіада — собственно одно изъ мѣстечекъ Киликіи, недалеко отъ города Зефиріи.
[6] Аполлонъ, по греч. миѳологіи, богъ свѣта, и именно — солнечнаго свѣта, со всѣми его благодѣтельными и вредными вліяніями.
[7] Слово Аполлонъ происходитъ отъ греческаго глагола: ἀπόλλυμι, что значитъ: губить, умерщвлять.
[8] Дафна, по греч. миѳологіи, дочь рѣчного бога Ладона и Геи (земли), одновременно любимая и Аполлономъ, и Левкиппомъ. Послѣдній, переодѣтый дѣвушкой, слѣдовалъ за Дафною въ числѣ ея подругъ, но былъ убитъ Аполлономъ. Тогда мать Дафны, Гея, превратила ее въ лавровое дерево.
[9] Геркулесъ или Ираклій, Гераклій — національный греч. герой, считался у древнихъ идеаломъ физической силы и мощи.
[10] Литръ — равнялся нашимъ 72 золотникамъ. Слѣдовательно, на шеѣ мученика висѣла тяжесть болѣе, чѣмъ въ 5 пудовъ.
[11] Афродита, греческое названіе Венеры — богини любви. Празднества въ честь ея такъ назыв. — Афродизіи устраивались во многихъ мѣстахъ Греціи и Малой Азіи.
[12] Артемида — по греч. миѳологіи, дочь Зевса и Леты. — была богиней свѣта и луны, почему ей, какъ богинѣ свѣта, давали въ аттрибуты лукъ и стрѣлы, а какъ богинѣ ночи — факелъ.
[13] По греч. миѳологіи, родители Париса оставили его, еще ребенкомъ, на произволъ судьбы. Но его воспитали въ своей средѣ пастухи. Однажды къ нему пришли три богини — Афродита, Гера и Аѳина и просили его разрѣшить ихъ споръ, — кто изъ нихъ прекраснѣе. Парисъ нашелъ красивѣйшею изъ нихъ Афродиту.
[14] Тарсъ — главный городъ Киликіи, малоазійской области; въ христіанской церкви особенно извѣстенъ, какъ родина св. апостола Павла (Дѣян. 22, 3).
[15] На наши мѣры разстоянія поприще равно приблизительно 690 саженямъ.
[16] Комментарисій — начальникъ надъ тюрьмами.

Источникъ: Житія святыхъ, на русскомъ языкѣ изложенныя по руководству Четьихъ-миней св. Димитрія Ростовскаго съ дополненіями, объяснительными примѣчаніями и изображеніями святыхъ. Книга десятая: Мѣсяцъ Іюнь. — М.: Синодальная Типографія, 1908. — С. 324-334.

/ Къ оглавленію /


Цитата «Торжество Православія»


Наверхъ / Къ титульной страницѣ

0