Если вы нашли ошибку на странице, выделите ее мышкой и щелкните по этой ссылке, или нажмите Ctrl+Alt+E

Русскій Порталъ- Церковный календарь- Русская Библія- Осанна- Святоотеческое наслѣдіе- Наслѣдіе Святой Руси- Слово пастыря- Литературное наслѣдіе- Новости

О старомъ стилѣ
-
Гостевая книга
-
Новости
-
Написать письмо
-
Поискъ

Православный календарь

Мѣсяцесловы

С. В. Булгакова
-
Прот. Алексія Мальцева

Житія святыхъ

Свт. Димитрія Ростовскаго
-
Д. И. Протопопова
-
Избранныя житія

Житія русскихъ святыхъ

Архим. Игнатія (Малышева)

Патерики

Аѳонскій
-
Кіево-Печерскій
-
Новгородскій
-
Троицкій

Новости сайта



Сегодня - среда, 23 августа 2017 г. Сейчасъ на порталѣ посѣтителей - 12.

ЖИТІЯ СВЯТЫХЪ

Святитель Димитрій, митр. Ростовскій († 1709 г.)

Святитель Димитрий, митрополит Ростовский, чудотворецСвт. Димитрій, митрополитъ Ростовскій, чудотворецъ, родился въ 1651 г. въ мѣстечкѣ Макаровѣ, Кіевской губерніи. Въ мірѣ Даніилъ, сынъ казачьего сотника Туптало. Окончивъ Богоявленскую школу (Могилянскую Духовную Академію), принялъ въ 1668 г. постригъ въ Кіевскомъ Кирилловомъ монастырѣ. Въ 1675 г. — іеромонахъ. Былъ игуменомъ въ нѣсколькихъ монастыряхъ монастыряхъ. Архимандритъ Черниговскаго Елецкаго монастыря и Новгородсѣверскаго Преображенскаго монастыря. Въ 1701 г. поставленъ митрополитомъ Тобольскимъ; по болѣзни остался въ Москвѣ и занялъ освободившуюся въ 1702 г. каѳедру въ Ростовѣ. Много потрудился въ установленіи церковного благочестія и въ дѣлѣ обличенія старообрядцевъ. Подвизался въ подвигахъ поста, молитвы, милосердія. Двадцать лѣтъ трудился надъ составленіемъ Четьихъ-Миней, которыя началъ писать въ 1684 г. въ Кіево-Печерскомъ монастырѣ. Свт. Димитрій мирно скончался 28 октября 1709 г. и былъ погребенъ, по его завѣщанію, въ соборной церкви Ростовскаго Спасо-Яковлевскаго монастыря. Обрѣтеніе мощей — 21 сентября 1752 г. Прославленіе — 22 апрѣля 1757 г. Перенесеніе мощей въ новую раку — 25 мая 1763 г.

Житія святыхъ свт. Димитрія, митр. Ростовскаго

Житія святыхъ, на русскомъ языкѣ
изложенныя по руководству Четьихъ-миней св. Димитрія Ростовскаго.

Мѣсяцъ Январь.
День четырнадцатый.

Первое избіеніе преподобныхъ отцовъ въ Синаѣ и Раиѳѣ.

«Однажды, когда я сидѣлъ въ своей скромной келліи, въ странѣ Александрійской, въ мѣстѣ, называвшемся Каново, у меня явилась мысль пойти въ Палестину. Я не могь спокойно смотрѣть, какъ христіане терпятъ нескончаемыя страданія отъ нечестивыхъ мучителей, и святый отецъ нашъ, патріархъ Петръ [2], вынужденъ переходить съ мѣста на мѣсто и скрываться, лишенный возможиости твердо управлять своимъ словеснымъ стадомъ. Вмѣстѣ съ тѣмъ я желалъ поклониться святымъ мѣстамъ въ Іерусалимѣ, по которымъ ходилъ Господь нашъ Іисусъ Христосъ, совершая тайну Своего промышленія о насъ. Придя туда, я глубоко радовался о всѣхъ чудныхъ дѣлахъ Божіихъ и горячо благодарилъ милосердаго Господа, что Онъ удостоилъ меня поклониться святымъ мѣстамъ. Потомъ я отправился съ нѣкоторыми иноками въ пустыню и, съ помощію Божіею, достигъ чрезъ восемнадцать дней Синайской горы и поклонился тамъ святымъ мѣстамъ. Оставаясь тамъ, я наслаждался общеніемъ и бесѣдами съ ангелоподобными синайскими отцами и ежедневно, для своей душевной пользы, приходилъ въ келлію каждаго изъ нихъ. У нихъ былъ такой уставъ: безмолвными сидѣли они всѣ дни въ своихъ келліяхъ; вечеромъ же въ субботу, при наступленіи воскреснаго дня, всѣ собирались въ церковь и вмѣстѣ совершали всенощное бдѣніе; причастившись по утру, за святой литургіей, святыхъ безсмертныхъ Христовыхъ Таинъ, каждый изъ нихъ снова уходилъ въ свою келлію. Видъ ихъ былъ подобенъ ангельскому: отъ сильнаго воздержанія и непрестаннаго бодрствованія, тѣла ихъ были изнурены, и они жили подобно безплотнымъ, — не употребляя въ пищу ничего такого, что можетъ возбуждать и питать страсти. Они совсѣмъ не вкушали ни вина, ни масла, ни хлѣба, но довольствовались лишь небольшимъ количествомъ финиковъ или желудей, и только этимъ поддерживали свою жизнь. Однако, для странниковъ имѣлся иногда у настоятеля и хлѣбъ.

Спустя нѣсколько дней послѣ того, на эту страну внезапно напало множество варваровъ, называвшихся Влемміанами [3]. Они нещадно избили всѣхъ отцовъ, которыхъ нашли въ окрестностяхъ. Мы, жившіе близъ пирга [4], смутились и встревожились; поспѣшно собрались мы въ укрѣпленное мѣсто, вмѣстѣ съ своимъ святымъ отцомъ настоятелемъ, по имени Дулой, — ибо онъ поистинѣ былъ рабомъ Христовымъ, отличавшимся между всѣми особеннымъ терпѣніемъ и кротостію, почему нѣкоторые называли его и Моисеемъ. Упомянутые варвары избили всѣхъ отцовъ, жившихъ въ Хоривѣ [5], въ Тефровилѣ, много святыхъ погубили они въ Кидарѣ, опустошили и прочія окрестности Синайской горы. Подошли они и къ намъ и, не встрѣчая ни откуда сопротивленія, едва-было не погубили насъ. Но милосердный Богъ, являющій Свою помощь тѣмъ, которые призываютъ Его всѣмъ сердцемъ, ниспослалъ на вершину горы великій пламень, и мы видѣли, что вся гора была покрыта дымомъ, и изъ нея выходилъ огонь, поднимавшійся до неба. При видѣ этого, мы пришли въ трепетъ и едва не умерли отъ страха. Упавъ ницъ на землю, мы молились Господу, чтобы миновало насъ угрожающее намъ бѣдствіе. Ужасъ напалъ на варваровъ, когда они увидѣли огонь, и они тотчасъ же обратились въ бѣгство, при чемъ нѣкоторые побросали даже свое оружіе и оставили верблюдовъ, ибо видъ этого ужаснаго огня былъ для нихъ совершенно невыносимъ. Мы же благодарили и прославляли Бога, Который не оставляетъ до конца обращающихся къ Нему. Послѣ того мы сошли съ пирга и нашли въ различныхъ мѣстахъ убитыхъ мечемъ тридцать восемь отцовъ, изъ которыхъ каждый былъ убитъ тамъ, гдѣ былъ захваченъ. На тѣлахъ ихъ было множество разнообразныхъ ранъ, — и кто могъ бы описать образъ ихъ мученической смерти? Двое же изъ нихъ, Исаія и Савва, оставались еще живы, но были весьма изранены и еле дышали. Мы тотчасъ же съ великими слезами похоронили убитыхъ отцовъ и позаботились о живыхъ. Да и кто бы могъ быть настолько жестокимъ и немилосерднымъ, чтобы не оплакивать горько столь многихъ и таковыхъ отцовъ, — мужей праведныхъ и святыхъ, жалостнымъ образомъ распростертыхъ на землѣ? У одного голова была отрублена совсѣмъ, у другаго держалась только на кожѣ съ одной стороны; одинъ былъ перерубленъ пополамъ, у другого отсѣчены руки и ноги, у одного выколоты глаза, другой съ головы до ногъ разсѣченъ надвое. Да и кто могъ бы описать подробно все, что мы видѣли, убирая и погребая тѣла святыхъ? Двое еще живыхъ братьевъ лежали, тяжко страдая. Одинъ изъ нихъ, по имени Исаія, умеръ во второмъ часу ночи, другой же — Савва оставался живъ, и была надежда на его выздоровленіе, ибо раны его были не особенно тяжелыми. Онъ благодарилъ Бога за свои страданія, но скорбѣлъ, что не удостоился умереть вмѣстѣ со святыми отцами и съ плачемъ говорилъ:

— «Горе мнѣ грѣшному! горе мнѣ, не вошедшему въ число святыхъ отцовъ, пострадавшихъ и умершихъ за Христа! горе мнѣ, непотребному рабу, отвергнутому въ одиннадцатый часъ (Матѳ. 20, 6), стоявшему уже на порогѣ спасительнаго Царства Христова, но не вошедшему въ него!»

Со слезами молился онъ Богу и говорилъ:

— «Боже Вседержитель, ниспославшій для спасенія рода человѣческаго Своего Единороднаго Сына, единый и благій Человѣколюбецъ, не разлучай меня съ умершими прежде святыми отцами, но да восполнится чрезъ меня четыредесятное число ихъ! Соблаговоли на сіе, Господи Іисусе Христе, ибо я съ самаго рожденія былъ Твоимъ послѣдователемъ и Тебя единаго возлюбилъ!»

Среди такой молитвы, на четвертый день по избіеніи святыхъ отцовъ, онъ и предалъ свой духъ въ руки Господни.

Когда мы еще скорбѣли и плакали, пришелъ къ намъ одинъ измаильтянинъ [6] и сообщилъ, что варварами перебиты всѣ подвижники, жившіе во внутренней пустынѣ, называемой Раиѳой [7]. Эта пустыня, находившаяся отъ насъ на разстояніи болѣе двухъ дней пути, лежала въ приморскихъ мѣстахъ, по берегу Чермнаго моря. Тамъ было двѣнадцать источниковъ воды и, какъ говорится въ книгѣ Числъ (Числ. 33, 9), семьдесятъ финиковыхъ пальмъ, число которыхъ потомъ весьма увеличилось. Мы спрашивали этого человѣка, при какихъ обстоятельствахъ и сколько было избито отцовъ, но онъ ничего не могъ разсказать намъ объ этомъ, ибо и самъ онъ слышалъ отъ другихъ только то, что жившіе въ Раиѳѣ отцы избиты были всѣ безъ исключенія, — отъ старшаго до младшаго. Спустя нѣсколько часовъ, это извѣстіе подтвердилъ намъ и другой. А чрезъ нѣсколько дней пришелъ, чтобы поселиться на Синайской горѣ, одинъ изъ тамошнихъ иноковъ. Узнавъ о немъ, игуменъ Синайской горы, отецъ Дула, началъ тщательно разспрашивать его, желая въ подробности узнать о всемъ постигшемъ святыхъ отцовъ, также и о томъ, какимъ образомъ ему самому удалось спастись бѣгствомъ. Тогда инокъ разсказалъ слѣдующее:

— «Я, отцы, немного жилъ съ ними, — только около двадцати лѣтъ, — но были тамъ и такіе, которые жили подолгу: одни по сорока лѣтъ, другіе по шестидесяти, а нѣкоторые и по семидесяти. Мѣстность эта весьма ровная и очень широкая; въ длину она простирается на семьдесятъ поприщъ, съ востока ограничена горою, — какъ-бы какою либо стѣною, — до самаго Чермнаго моря [8]. Тамъ обитало много отшелышковъ, которые, согласно апостольскому слову (Евр. 11, 38), скитались по пустынямъ и горамъ, по пещерамъ и ущельямъ земли. У подошвы горы стояла церковь, въ которую еженедѣльно собирались эти поистинѣ небесные мужи. Живя на землѣ, они были похожи по душѣ и образу жизни на ангеловъ. Тѣла свои они такъ изнуряли, — какъ будто то были не ихъ тѣла, а чужія; души же они украшали не одною какою-либо добродѣтелью, но весьма многими. Желая изобразить ихъ страданія и смерть, вообще — все причиненное имъ бѣсами искушеніе, не могу, возлюбленные, разсказать по порядку о всѣхъ ихъ добродѣтеляхъ. Но я передамъ вамъ объ одномъ или о двухъ отцахъ, и этого будетъ довольно для васъ, чтобы имѣть понятіе о жизни и всѣхъ прочихъ.

Былъ между ними одинъ старецъ, по имени Моисей. Происходя по рожденію изъ сосѣдней страны Фаранской [9], онъ съ юности возлюбилъ иноческую жизнь. Онъ былъ настоятелемъ у жившихъ тамъ прежде отцовъ, пробывъ въ иночествѣ семьдесятъ три года. Живя въ одной пещерѣ, по близости отъ монастыря, онъ поистинѣ былъ вторымъ Иліей Ѳесвитяниномъ [10], ибо Господь подавалъ ему все, чего бы онъ ни просилъ у Него. Чудесными знаменіями и исцѣленіемъ всякихъ болѣзней онъ обратилъ въ христіанство всѣхъ жителей, находившихся въ предѣлахъ фаранскихъ, равно какъ и изиаильтянъ, жившихъ въ этой странѣ. Видя чудеса и совершаемыя Моисеемъ исцѣленія, всѣ преисполнялись вѣрой во Христа и, принимая крещеніе, вступали въ святую Церковь Христову. Много святый отецъ исцѣлялъ и бѣсноватыхъ, ибо, по благодати Христовой, имѣлъ власть и надъ бѣсами. Съ самаго начала своей подвижнической жизни онъ ни разу не вкусилъ хлѣба, хотя и имѣлъ его въ небольшомъ количествѣ для странниковъ; этотъ хлѣбъ давали ему навѣщавшіе его Египтяне. Самъ же онъ довольствовался нѣсколькими финиками и простой водой; изъ той же финиковой пальмы онъ приготовлялъ и одежду себѣ; время проводилъ въ строгомъ молчаніи — какъ никто другой, — нарушая его лишь ради приходившихъ къ нему для исповѣданія своихъ помысловъ; такихъ онъ принималъ со вниманіемъ и кротостію. Спалъ онъ очень немного, да и то уже послѣ утренней службы, ночь же всю проводилъ безъ сна. Въ продолженіе всего Великаго поста, до самаго Великаго Четверга, онъ не говорилъ ни съ кѣмъ. Во все это время пища его состояла приблизительно изъ двадцати финиковъ, питье — изъ одной кружки воды, и этого, по свидѣтельству его ученика, часто доставало ему до самыхъ Страстей Христовыхъ [11]. Однажды, Великимъ постомъ, къ нему привели, для исцѣленія, Ведіана, начальника одного еѳіопскаго племени, который былъ одержимъ нечистымъ духомъ. Когда подошли къ келліи старца на разстояніе одного поприща, нечистый духъ повергъ Ведіана на землю и началъ восклицать:

— «Горе мнѣ! къ кому ведутъ меня! ни на минуту не могъ я соблазнить и искусить этого человѣка!»

Послѣ такихъ словъ, онъ вышелъ изъ Ведіана, и тотъ тотчасъ выздоровѣлъ, увѣровавъ во Христа вмѣстѣ со многими другими, и потомъ удостоился святаго крещенія. Слѣдовало бы разсказать вамъ и многое другое объ этомъ праведникѣ, но по недостатку времени, приходится умолчать. Онъ умеръ отъ руки напавшихъ на насъ варваровъ.

У этого дивнаго и блаженнаго отца былъ одноименный ему ученикъ, называвшійся тоже Моисеемъ. Будучи родомъ изъ Ѳиваидской страны [12], онъ прожилъ при немъ въ безмолвіи сорокъ шесть лѣтъ, ни въ чемъ не отступая отъ правилъ своего отца, и былъ примѣромъ для прочихъ молодыхъ иноковъ. Вмѣстѣ съ нимъ первоначально жилъ и я, но потомъ, по причинѣ крайняго воздержанія его, отдѣлился отъ него. Вмѣстѣ со святыми отцами и онъ былъ также убитъ. Весьма полезно было бы вспомнить и разсказать о жизни и добродѣтеляхъ каждаго изъ этихъ отцовъ. Но, за недостаткомъ времени, умолчавъ о прочихъ, я скажу лишь объ одномъ еще праведникѣ.

Былъ между ними одинъ отецъ, по имени Іосифъ, родомъ Аналитинъ. Живя отъ моря на разстояніи двухъ поприщъ, онъ построилъ себѣ своими руками жилище; онъ былъ человѣкъ святой жизни и поистинѣ мужъ мудрый и добродѣтельный. Онъ пробылъ на томъ мѣстѣ около тридцати лѣтъ; ученикъ его жилъ не вмѣстѣ съ нимъ, но недалеко отъ него въ другой келліи; Къ сему преподобному Іосифу пришелъ однажды за наставленіемъ одинъ изъ братій. Онъ постучалъ въ дверь, но, не слыша отвѣта, заглянулъ въ оконце и увидѣлъ старца стоящимъ посреди келліи какъ бы въ пламени съ головы до ногъ. Онъ упалъ отъ страха и лежалъ въ оцѣпененіи, какъ мертвый, до двухъ часовъ. Придя въ себя, онъ сѣлъ у дверей келліи. Погруженный въ богомысліе, старецъ не зналъ о случившемся. Въ пять часовъ братъ этотъ снова постучалъ. Старецъ впустилъ его и спросилъ:

— «Когда ты, сынъ мой, пришелъ?»

— «Часа четыре или больше, — отвѣчалъ онъ, — прошло съ тѣхъ поръ, какъ я пришелъ, но не стучалъ до сихъ поръ, чтобы тебѣ, отче, не помѣшать».

Святый старецъ догадался, что братъ знаетъ о бывшемъ съ нимъ; ничего онъ не сказалъ ему объ этомъ и, давъ ему душеполезное наставленіе, съ миромъ отпустилъ его. Но, по уходѣ этого брата, дивный старецъ, боясь человѣческой славы, оставилъ свою келлію и скрылся. Спустя нѣсколько дней, ученикъ его Геласій, придя въ келлію старца, уже не нашелъ его. Сколько потомъ онъ ни искалъ его въ той пустынѣ, всѣ поиски его оставались тщетными. Съ горькими слезами возвратился онъ въ келлію старца и поселился въ ней, чтобы хотя въ этомъ найти утѣшеніе для своей души.

Прошло шесть лѣть, и вотъ однажды, въ девятомъ часу дня, кто-то постучался въ двери келліи. Выйдя, Геласій вдругъ увидалъ своего авву, стоящимъ около келліи. Изумленный неожиданному появленію его, онъ подумалъ, не духъ-ли это, но все же радостно сказалъ ему:

— «Сотвори, отецъ мой, молитву».

Старецѣ сотворилъ молитву, поцѣловался съ ученикомъ и потомъ сказалъ ему:

— «Хорошо ты сдѣлалъ, сынъ мой, что сначала попросилъ о молитвѣ, ибо многоразличны бываютъ козни діавола».

Братъ сказалъ ему:

— «Почему захотѣлъ ты уйти отъ отцовъ и оставить меня, своего сына, — и вотъ я до сихъ поръ былъ въ горѣ и слезахъ?»

— «Сынъ мой! — отвѣчалъ старецъ, — почему я уходилъ, сіе вѣдаетъ одинъ Богъ. Однако знай, что на самомъ дѣлѣ до этого самаго времени я не покидалъ ни сего мѣста, ни тебя, и не было ни одной недѣли, въ которую я не причащался бы въ церкви, вмѣстѣ съ отцами, святыхъ безсмертныхъ Таинъ Христа Бога нашего».

Братъ очень удивился, что старепъ жилъ среди нихъ, и никто не видѣлъ его.

— «Зачѣмъ же ты, отецъ мой, теперь пришелъ ко мнѣ, сыну твоему?» — спросилъ онъ.

Старецъ отвѣчалъ:

— «Уже настало, сынъ мой, время моей смерти, и я пришелъ, чтобы ты похоронилъ меня».

Преподавъ брату много душеполезныхъ наставленій и утвердивъ его въ благочестіи, старецъ поднялъ къ небу свои руки, помолился о немъ и потомъ съ миромъ почилъ о Господѣ. Тотчасъ же, послѣ того, какъ братъ разсказалъ намъ объ этомъ, мы собрались съ пальмовыми вѣтвями въ рукахъ, и съ пѣснопѣніями перенесли его въ церковь, при чемъ лицо почившаго сіяло, какъ въ древности — у пророка Моисея (Исх. 34, 29-30. 35). Мы похоронили его вмѣстѣ съ почившими раньше святыми и божественными отцами. Много и другаго я могъ бы еще разсказать вамъ, но не буду, ибо уже пора приступить къ разсказу о варварахъ: я вижу, что вы хотите знать, какъ они перебили святыхъ отцовъ.

Такъ добродѣтельны были эти блаженные отцы, которые, живя въ полной нищетѣ, твердо претерпѣвали ради Господа всякія скорби и непрестанно пребывали въ молитвѣ и богомысліи. Всѣхъ насъ жило тамъ сорокъ три человѣка. И вотъ однажды пришли къ намъ двое какихъ-то людей и сообщили, что изъ Еѳіопской страны приплыло чрезъ море на кораблѣ множество варваровъ.

— «Они схватили насъ, когда мы плыли на лодкѣ, — говорили пришельцы, — взяли въ плѣнъ и стали говорить: покажите намъ дорогу къ городу, и мы пощадимъ за это вашу жизнь». Мы, противъ своей воли, должны были дать обѣщаніе, но сами стали выжидать, не подуетъ ли южный вѣтеръ, чтобы намъ уплыть отъ нихъ. Съ Божіею помощію, намъ удалось ночью спастись на лодкѣ изъ ихъ рукъ. И вотъ мы предупреждаемъ васъ, чтобы вы побереглись на нѣкоторое время, — какъ бы эти варвары не открыли вашего убѣжища и не перебили васъ; ихъ триста человѣкъ».

Узнавъ объ этомъ, мы поставили при морѣ сторожей, чтобы тѣ извѣстили насъ, когда увидятъ корабль. Сами же мы собрались на всенощную службу и молились, чтобы Господь послалъ намъ то, что служить на пользу душамъ нашимъ.

Въ первомъ часу ночи показался корабль съ поднятыми парусами, который направлялся къ намъ. Жившіе въ Фаранѣ міряне приготовились къ битвѣ, чтобы защищать своихъ женъ и дѣтей. Ихъ было двѣсти человѣкъ, не считая женщинъ и дѣтей. Мы же собрались въ свою, обнесенную оградою, церковь. Корабль съ варварами, достигнувъ, подъ управленіемъ кормчихъ, пристани, оставался въ продолженіе ночи у западнаго берега, подъ прикрытіемъ горы, близъ источниковъ. При наступленіи утра, варвары, связавъ кормчихъ, удалили ихъ, оставивъ на кораблѣ только одного, а чтобы онъ не уплылъ съ кораблемъ, они оставили, для надзора за нимъ, своего товарища. Высадившись у источниковъ, они вступили въ бой съ мѣстными жителями, и съ обѣихъ сторонъ было пущено очень много стрѣлъ. Варвары, будучи болѣе опытными въ стрѣльбѣ, побѣдили и обратили жителей въ бѣгство, перебивъ изъ нихъ сто сорокъ семь человѣкъ; остальные же убѣжали — кто куда могъ, при чемъ женъ и дѣтей ихъ нечестивые варвары захватили себѣ. Послѣ этого они бросились, какъ дикіе звѣри, на нашу, упомянутую выше, ограду, разсчитывая найти у насъ много золота. Окруживъ стѣны ограды, они начали громко поносить насъ, намѣреваясь устрашить своими свирѣпыми криками. Среди такого бѣдствія и горя, мы не знали, что дѣлать, — только плакали и взывали къ Богу. Одни изъ насъ переносили эту скорбь мужественно, другіе плакали, иные же молились и благодарили Бога; всѣ же вмѣстѣ, утѣшая другъ друга, восклицали:

— «Господи, помилуй!»

Настоятель нашъ, святый Павелъ, сталъ среди церкви и сказалъ намъ:

— «Отцы и братія! послушайте меня, грѣшнаго и недостойнѣйшаго изъ всѣхъ. Всѣмъ вамъ хорошо извѣстно, что мы по любви къ Господу нашему Іисусу Христу удалились изъ суетнаго міра и, пребывая въ этой суровой пустынѣ, удостоились понести Его благое иго въ голодѣ, жаждѣ и крайней нищетѣ. Всяческую земную суету презрѣли мы, чтобы удостоиться участія въ Небесномъ Царствѣ Его, и ничего другаго мы не желаемъ, какъ чтобы постигла насъ сейчасъ смерть. Зачѣмь же намъ предаваться печали и скорбѣть, если нашъ Владыка хочетъ скорѣе освободить насъ отъ этой суетной жизни и взять къ Себѣ? не радоваться ли намъ должно, напротивъ? Радоваться и благодарить Господа должны мы, но отнюдь не унывать! Что можетъ быть для насъ болѣе любезнаго и сладостнаго, какъ созерцать славу Господню и видѣть Его святый Божественный Ликъ? Отцы и братія! вспомните, какъ мы всегда величали и прославляли святыхъ мучениковъ, жившихъ прежде насъ, какъ, разсказывая другъ другу о страданіяхъ ихъ за имя Христово, пылали желаніемъ послѣдовать имъ. Вотъ, наконецъ, время настало, и наше желаніе — пребывать вмѣстѣ съ ними въ будущей жизни — исполняется. Посему не унывайте, не скорбите и не бойтесь, но соберите всѣ свои силы и ободритесь, съ твердостію примите смерть, и Богъ съ любовію приметъ васъ въ Свое Царство».

Иноки единогласно отвѣчали:

— «Какъ ты сказалъ, честный отецъ, такъ мы и поступимъ, ибо что воздадимъ Господеви о всѣхъ, яже воздаде намъ? Чашу спасенія пріимемъ и имя Господне призовемъ (Псал. 115, 3-4).

Ставъ лицемъ къ востоку и поднявъ руки къ небу, святый отецъ нашъ возгласилъ:

— «Господи Іисусе Христе, Боже Вседержитель, упованіе и помощь наша! не забудь насъ, Своихъ недостойныхъ рабовъ, но вспомни о нашемъ бѣдствіи и нашей скорби, ибо весьма прискорбна душа наша. Укрѣпи насъ въ этотъ часъ бѣдствія нашего, прими съ благоволеніемъ, какъ пріятную жертву, наши души, ибо Тебѣ подобаетъ слава и честь, нынѣ и всегда, и во вѣки вѣковъ».

И лишь только успѣли всѣ сказать: «аминь», тотчасъ же изъ святаго алтаря во всеуслышаніе раздался голосъ:

— «Пріидите ко Мнѣ вси труждающіися и обремененніи, и Азъ упокою вы» (Матѳ. 11, 28).

Страхъ и ужасъ напали на насъ отъ этого голоса, у всѣхъ ослабѣли колѣна и сердца, ибо хотя духъ и бодръ, какъ сказалъ Господь (Матѳ. 26, 41), плоть же немощна; такъ что мы уже отчаялись въ своей жизни и только обращали лица наши къ небу. Между тѣмъ варвары, не встрѣчая никакого сопротивлонія, перелѣзли, съ помощію длинныхъ бревенъ, чрезъ стѣны нашей ограды. Открывъ двери, они ворвались внутрь, съ обнаженными мечами въ рукахъ, подобно дикимъ волкамъ и хищнымъ звѣрямъ. Въ дверяхъ церкви сидѣлъ одинъ святый, почтеннаго вида, старецъ, по имени Іеремія. Схвативъ его, они стали требовать:

— «Укажи намъ вашего начальника!»

Старецъ, нисколько не смутившись при видѣ ихъ свирѣпыхъ лицъ и обнаженныхъ мечей въ рукахъ, посмотрѣлъ на нихъ и сказалъ:

— «Что вы устрашаете меня, враги Христовы? Ничего не скажу я вамъ о томъ, о чемъ вы меня спрашиваете».

Стоялъ тамъ по близости и настоятель. Варвары удивились смѣлости этого мужа, — что онъ не только не боится ихъ, но еще болѣе раздражаетъ. Удивленіе ихъ перешло потомъ въ ярость. Они связали ему руки и ноги, поставили его посреди себя обнаженнымъ и стали пускать въ него стрѣлы. Все тѣло праведника было изранено стрѣлами. Возставъ, такимъ образомъ, мужественно на діавола и сокрушивъ главу змія, онъ прежде всѣхъ сподобился мученическаго вѣнца и показалъ примѣръ страданія старымъ и молодымъ.

Вслѣдъ за этимъ, вышелъ къ варварамъ и святый отецъ нашъ Павелъ и, указывая на себя перстомъ, воскликнулъ:

— «Вотъ я, кого вы ищете!»

И мужественный рабъ Христовъ безбоязненно предалъ себя врагамъ. Онъ не хотѣлъ и думать о тѣхъ ранахъ и мукахъ, которыя причинятъ ему нечестивцы, прежде чѣмъ умертвятъ его.

— «Скажи намъ, — гдѣ у тебя спрятано золото»? — спросили они.

Онъ отвѣчалъ имъ тихо и кротко, какъ всегда привыкъ говорить:

— «Повѣрьте мнѣ, что ничего земного я не пріобрѣлъ во всю свою жизнь, кромѣ этихъ ветхихъ одеждъ, которыя вы видите на моемъ тѣлѣ».

При этомъ, взявъ въ руку одежды, онъ показывалъ ихъ.

Тогда варвары изранили стрѣлами все тѣло его и пробили голову камнемъ, приговаривая: «отдай свое богатство». Не достигши ничего, послѣ долгихъ истязаній, они разрубили ему голову надвое, такъ что половины головы повисли на плечахъ, одна въ одну сторону, другая — въ другую. Получивъ множество и другихъ ранъ, онъ лежалъ мертвымъ у ногъ убитаго ранѣе отца — второй, послѣ него, побѣдитель діавола. Я же, недостойный, при видѣ мучительной смерти святыхъ, ихъ крови и распростертыхъ на землѣ тѣлъ, испугался и сталъ искать мѣста, чтобы скрыться и потомъ спастись бѣгствомъ. Замѣтивъ, что по лѣвую сторону отъ церкви лежатъ сучья финиковой пальмы, я побѣжалъ туда и, пока варвары были заняты истязаніемъ святаго отца нашего Павла, успѣлъ спрятаться подъ ней. При этомъ я думалъ, что со мной непремѣнно будетъ одно изъ двухъ: или я скроюсь здѣсь и избавлюсь отъ смерти, или меня найдутъ здѣсь и убьютъ вмѣстѣ съ отцами. Нечестивые варвары, оставивъ двухъ упомянутыхъ отцовъ, когда тѣ умерли, ворвались въ церковь; неистово крича и размахивая мечами, они бросились на отцовъ и безпощадно перебили всѣхъ безъ исключенія, отъ стараго до малаго».

Разсказывая намъ объ этомъ, инокъ горько плакалъ и рыдалъ; его разсказъ, — передаетъ Аммоній, — вызвалъ и съ нашей стороны громкій плачъ и рыданіе. Плакали всѣ много. Слезы, подобно ручьямъ, струились изъ нашихъ очей и омочали наши одежды.

— «О, братія, — продолжалъ со слезами этотъ инокъ свой разсказъ, — какъ мнѣ изобразить или какъ описать все горестное, что видѣли глаза мои! Былъ тамъ одинъ великій отецъ, по имени Адамъ. У него былъ молодой ученикъ Сергій, лѣтъ пятнадцати. Съ младенческаго возраста онъ воспитывалъ его, поучая иноческой жизни и борьбѣ съ бѣсами. Варвары сжалились надъ красотой и молодостью Сергія, и не умертвили его. Они вывели его за руку вонъ и хотѣли взять съ собою. Юноша, видя, что его не хотятъ убивать вмѣстѣ съ отцами и братіями, но что онъ долженъ сопутствовать нечестивымъ варварамъ, горько плакалъ и рыдалъ. Потомъ, воспылавъ духомъ и отбросивъ всякій страхъ, онъ смѣло подбѣжалъ къ варвару и, выхвативъ у него мечъ, ударилъ имъ въ плечо одного варвара; онъ хотѣлъ возбудить этимъ противъ себя злобу варваровъ, чтобы они убили его. Желаніе его исполнилось. Обезумѣвъ отъ злобы, варвары изрубили его въ куски. Подъ ударами мечей онъ улыбался и говорилъ:

— «Благословенъ Господь, Который не предалъ насъ живыми въ руки грѣшниковъ», — и потомъ почилъ о Господѣ.

Я видѣлъ все это и молилъ всемилостиваго и человѣколюбиваго Бога, чтобы нечестивые варвары не замѣтили меня, и чтобы, такимъ образомъ, было кому похоронить тѣла святыхъ.

Тѣла убитыхъ святыхъ отцовъ наполняли кровію всю святую церковь. Они приняли смерть безъ страха и скорби, радуясь и благодаря Бога за свою участь. Мысли ихъ были обращены къ своему Владыкѣ. Чрезъ праведную жизнь они содѣлали себя храмами для Святаго Духа. Презрѣвъ прелесть и суету мірскую, они послѣдовали одному Богу и, наконецъ, умерли за имя Его среди разнаго рода мученій.

Между тѣмъ варвары, перебивъ отцовъ, стали объискивать весь монастырь, разсчитывая найти въ немъ много всякихъ богатствъ. Нечестивцы не знали, что святые отцы не заботились о пріобрѣтеніи ничего земнаго, но, живя во плоти, были подобны ангеламъ.

Пока все это происходило, я, хотя не имѣлъ на себѣ ни одной капли крови, лежалъ, однако, какъ мертвый. Я боялся, что варвары, ища сокровищъ, могутъ приподнять сучья. Часто я высматривалъ изъ-подъ нихъ, и ждалъ, когда, наконецъ, придутъ ко мнѣ и, найдя, убьютъ меня, какъ прочихъ. Смерть стояла предъ глазами моими, и я молилъ Бога спасти меня, если сіе угодно Ему. Дѣйствительно, варвары подошли къ сучьям, но Богъ ослѣпилъ ихъ сердца и глаза: вещь эта показалась имъ нестоющей вниманія, и они ушли. Затѣмъ, оставивъ мертвыхъ святыхъ отцовъ и не найдя никакой добычи, они снова возвратились къ пристани, чтобы отправиться моремъ въ свой путь. Но когда они пришли на мѣсто, то нашли свой корабль разбитымъ, ибо оставленный для охраны корабля кормчій, перерѣзалъ, тайно отъ бывшаго съ нихъ варвара, веревку корабля. Вѣтеръ прибилъ корабль къ берегу, и онъ разбился объ него, кормчій же, убивъ варвара, убѣжалъ и скрылся въ горахъ. Потерявъ корабль, варвары не знали, что имъ дѣлать и какъ возвратиться въ свою землю. Въ отчаяніи и свирѣпой злобѣ, они бросились съ мечами на своихъ плѣнниковъ и перебили ихъ всѣхъ, не исключая женщинъ и дѣтей, потомъ развели огонь и пожгли всѣ финиковыя деревья.

Между тѣмъ изъ города Фарана пришло множество отборныхъ воиновъ, числомъ до шестисотъ, ибо до нихъ уже дошелъ слухъ объ избіеніи святыхъ отцовъ въ Раиѳѣ. Узнавъ объ этомъ, варвары приготовились къ битвѣ и, съ восходомъ солнца, встушли на берегу моря въ бой съ пришедшими. Съ обѣихъ сторонъ было пущено множество стрѣлъ, при чемъ фаранскіе жители, какъ болѣе многочисленные, стали одерживать верхъ и перебили уже много варваровъ. Такъ какъ для послѣднихъ не было надежды на спасеніе, то они защищались и держались до девятаго часа. Ими было убито восемьдесятъ четыре фаранскихъ жителя, не считая многихъ раненыхъ. Варвары же пали всѣ поголовно, отнюдь не сдаваясь врагамъ и не сходя съ своего мѣста. Пока это происходило, я, собравшись понемногу съ духомъ, выползъ изъ мѣста, въ которомъ скрывался. Когда я ощупалъ тѣла убитыхъ святыхъ, то оказалось, что умерли уже всѣ, кромѣ лишь троихъ: Домна, Андрея и Оріона. Изъ нихъ Домнъ мучился жестоко отъ тяжкой раны въ боку. Андрей, хотя имѣлъ и много ранъ, но не очень тяжелыхъ, почему и остался живъ. Оріонъ же совсѣмъ не былъ раненъ. Варваръ ударилъ его мечемъ въ правйй бокъ, и мечъ, совсѣмъ не коснувшись его тѣла, вышелъ чрезъ одежду съ лѣвой стороны. Варваръ, думая, что Оріонъ убитъ, оставилъ его и обратился къ другимъ; Оріонъ же легъ между убитыми и лежалъ какъ мертвый. Вставъ теперь, онъ обходилъ вмѣстѣ со мною тѣла святыхъ, плача и рыдая о постигшемъ ихъ бѣдствіи.

Послѣ этого фаранскіе жители, оставивъ тѣла варваровъ у морскаго берега, на растерзаніе звѣрямъ и хищнымъ птицамъ, собрали тѣла своихъ друзей и съ плачемъ похоронили ихъ подъ навѣсомъ горы, гдѣ были источники. Потомъ они возвратились къ намъ; пришелъ съ ними и князь ихъ Ведіанъ, котораго, какъ раньше было сказано, преподобный Моисей исцѣлилъ отъ бѣснованія. Войдя вмѣстѣ съ нимъ въ церковь, мы рыдали, били себя въ грудь и горько плакали, видя стадо Христово поверженнымъ на землю, — подобно овцамъ, растерзаннымъ звѣрями. Почтенные старцы, украшенные честными сѣдинами, казались юными, подобно ангеламъ, ибо добродѣтельность ихъ жизни сіяла на ихъ лицахъ, какъ свѣтъ утренней зари. Рабы и мученики Христовы лежали, покрытые страшными и тяжкими ранами: одинъ имѣлъ рану отъ плеча до живота, другой лежалъ перерубленный пополамъ; у одного была отсѣчена голова, у другого выколоты глаза, третьему отрубили руки и ноги, четвертому въ сердце вонзилось копье. Такъ скончались они всѣ съ различными ранами на своихъ тѣлахъ. При жизни, они всегда носили въ тѣлѣ мертвость Господа Іисуса, чтобы и жизнь Іисусова открылась въ тѣлѣ ихъ (2 Кор. 4, 10). Послѣ богоугодно проведенной жизни, они просвѣтились при кончинѣ своею кровію и причислились чрезъ то къ сонму святыхъ.

Мы собрали тѣла святыхъ въ одно мѣсто. Благочестивый князь Ведіанъ принесъ, вмѣстѣ съ другими, изъ Фарана свѣтлыя одежды, и мы похоронили тридцать девять святыхъ отцовъ. Всѣ, кто оказался тамъ въ то время, взяли вербы и финиковыя вѣтви и понесли честныя мощи святыхъ съ пѣніемъ псалмовъ, вмѣстѣ — и съ горькими слезами. Ихъ похоронили всѣхъ вмѣстѣ, кромѣ лишь Домна. Вышеупомянутый же Домнъ, по происхожденію римлянинъ, былъ еще живъ; къ вечеру же и онъ почилъ о Господѣ. Его похоронили рядомъ со святыми отцами. Святые мученики Христовы скончались четырнадцатаго числа мѣсяца января, въ девятомъ часу дня. Отецъ Андрей и отецъ Оріонъ колебались, не зная, на что рѣшиться — оставаться ли тамъ, или уходить. Я же не могъ вынести печали и запустѣлаго вида этого мѣста, не могъ осилить слезъ объ убитыхъ отцахъ, и вотъ пришелъ къ вамъ, хотя благочестивый Ведіанъ и уговаривалъ меня остаться тамъ, обѣщая часто посѣщать меня и приносить намъ все нужное. Прошу васъ, отцы, въ свою очередь, разсказать мнѣ о всемъ случившемся здѣсь, подобно тому какъ сами подробно узнали отъ меня обо всемъ».

— «Мы, — говоритъ Аммоній, — разсказали ему обо всемъ, что произошло здѣсь, и дивились чуднымъ судьбамъ Божіимъ, — какъ въ одинъ день и въ одно число и тамъ и здѣсь были убиты святые отцы, — и снова всѣ вмѣстѣ стали плакать и рыдать. Преподобный отецъ нашъ Дула всталъ и сказалъ:

— «Возлюбленные мои! святые мученики, какъ избранные рабы Христовы, поистинѣ удостоились теперь, когда запечатлѣли свои подвиги мученическимъ вѣнцомъ, блаженства въ Царствѣ Небесномъ, великой славы и чести. Мы же, уцѣлѣвшіе отъ недавняго бѣдствія, позаботимоя о себѣ и будемъ просить ихъ молитвъ за насъ ко Господу, чтобы и намъ унаслѣдовать вмѣстѣ съ ними Царство Небесное; теперь же вознесемъ благодарственное пѣніе Богу, спасшему насъ отъ руки варваровъ».

Такими словами онъ ободрилъ всѣхъ насъ, обратилъ въ радость печаль нашихъ сердецъ и утѣшилъ наши души.

Я, грѣшный Аммоній, съ помощію Божіею возвратился въ Египетъ и написалъ разсказъ обо всемъ этомъ. Я не пошелъ уже снова на прежнее мѣсто, называемое Кáново, но поселился въ небольшой келліи, близъ Мемфія [13]. Живя въ ней, часто съ благоговѣніемъ я вспоминаю о мученіяхъ и подвигахъ преподобныхъ мучениковъ Христовыхъ. Вмѣстѣ съ ними, да подастъ Господь и намъ удостоиться участія въ Его Небесномъ Царствѣ и насладиться неизреченными и нетлѣнными благами со всѣми любящими Его, ибо Ему подобаетъ всякая слава, честь и поклоненіе, со Безначальнымъ Его Отцемъ, и Всесвятымъ и Благимъ и Животворящимъ Его Духомъ, нынѣ и присно, и во вѣки вѣковъ, аминь.

Примѣчанія:
[1] Гора Синай находится въ срединѣ Синайскаго полуострова; она представляетъ собою собственно группу горъ, состоящихъ изъ гранитныхъ скалъ, прорѣзана и окружена крутыми и шероховатыми долинани; у арабовъ нынѣ называется горой «Туръ» или «Джебель-Туръ-Сина». Въ Ветхомъ Завѣтѣ при горѣ Синаѣ Израильтяне вотупили въ завѣтъ съ Богомъ и получили огь Него заповѣди закона (Исх. гл. 20). Въ IV и V-мъ вѣкахъ по Рождествѣ Христовѣ гора Синай славилась обиліемъ христіанскихъ пустынножителей, жившихъ въ ущельяхъ и пещерахъ ея.
[2] Святый Петръ, патріархъ Александрійскій, правилъ церковію отъ 300 до 311 года; память его празднуется 25 ноября.
[3] Влемміане — теперешніе бедуины, ливійскій разбойничій народъ, жившій на югъ и на западъ отъ Египта; этихъ варваровъ опасались даже римскіе императоры, такъ что Діоклитіанъ старался обезпечить себя отъ нихъ деньгами и уступкою земель.
[4] Пиргъ (отъ греч. πύργος) — крѣпость, башня; такъ назывались укрѣпленныя сторожевыя мѣста въ монастыряхъ.
[5] Хоривъ — гора въ пустынѣ Аравійской, западная возвышенность того же горнаго хребта, восточную часть которой составляотъ Синай. Здѣсь было явленіе Бога Моисею въ купинѣ, которая горѣла и не огорала (Исх. гл. 3). Близъ этой горы находились и упоминаемыя здѣсь Кидаръ и Тефровилъ.
[6] Измаильтяне — потомки Измаила, сына патріарха Авраама отъ Агари. (См. Быт. 25, 12 и слѣд.).
[7] Раиѳа — мѣсто близъ Фарана на восточномъ берегу Краснаго моря, на разстояніи двухъ дней пути отъ Синая.
[8] Чермное, или, такъ называемое, Красное море представляетъ собою длинный узкій проливъ Индѣйскаго моря, отдѣляющій Аравійскій полуостровъ отъ Египта и Азію отъ Африки.
[9] Фаранъ — пустыня и гористая страна между Палестиной, Египтомъ, Идумеей и Синайскимъ полуостровомъ. У горы Фарана явился Богъ въ Духѣ Святомъ, сошедшемъ на 70 старѣйшинъ Израилевыхъ (Числ. 9, 10-30); здѣсь же скрывался Давидъ отъ преслѣдованій Саула.
[10] Илія Ѳесвитянинъ — славнѣйшій изъ пророковъ ветхозавѣтныхъ, родомъ изъ Галилейскаго города Ѳесви — въ колѣнѣ Нефѳалимовомъ, ревностнѣйшій чтитель Бога Истиннаго и грозный обличитель нечестія и идолопоклонства во времена Ахава в Іезавели, прославившійся многими чудесами. Онъ удостоился бесѣдовать съ Богомъ на горѣ Хоривѣ (3 Цар. гл. 19); по чудесномъ переходѣ чрезъ Іорданъ, на огненной колесницѣ взятъ живой на небо, перодавъ съ своею милотію даръ чудотворенія преемнику своему Елисею. Память св. пророка Иліи — 20 іюля.
[11] Т. е. до утрени Великой Пятницы, когда воспоминаются Страсти, т. е. страданія Христовы.
[12] Ѳиваида — область знаменитаго въ древности египетскаго города Ѳивы; этимъ же именемъ назывался, по главному городу, и вообще весь верхній (южный) Египетъ.
[13] Мемфій или Мемфисъ — древняя могущественная столица Египта; — находился въ среднемъ Египтѣ у Нила между главной рѣкой и ея притокомъ, омывавшимъ западную сторону города.

Источникъ: Житія святыхъ, на русскомъ языкѣ изложенныя по руководству Четьихъ-миней св. Димитрія Ростовскаго съ дополненіями, объяснительными примѣчаніями и изображеніями святыхъ. Книга пятая, часть первая: Мѣсяцъ Январь. — М.: Синодальная Типографія, 1904. — С. 427-444.

/ Къ оглавленію /


Цитата «Торжество Православія»


Наверхъ / Къ титульной страницѣ

0