Если вы нашли ошибку на странице, выделите ее мышкой и щелкните по этой ссылке, или нажмите Ctrl+Alt+E

Русскій Порталъ- Церковный календарь- Русская Библія- Осанна- Святоотеческое наслѣдіе- Наслѣдіе Святой Руси- Слово пастыря- Литературное наслѣдіе- Новости

О старомъ стилѣ
-
Гостевая книга
-
Новости
-
Написать письмо
-
Поискъ

Православный календарь

Мѣсяцесловы

С. В. Булгакова
-
Прот. Алексія Мальцева

Житія святыхъ

Свт. Димитрія Ростовскаго
-
Д. И. Протопопова
-
Избранныя житія

Житія русскихъ святыхъ

Архим. Игнатія (Малышева)

Патерики

Аѳонскій
-
Кіево-Печерскій
-
Новгородскій
-
Троицкій

Новости сайта



Сегодня - пятница, 20 октября 2017 г. Сейчасъ на порталѣ посѣтителей - 11.

ЖИТІЯ СВЯТЫХЪ

Святитель Димитрій, митр. Ростовскій († 1709 г.)

Святитель Димитрий, митрополит Ростовский, чудотворецСвт. Димитрій, митрополитъ Ростовскій, чудотворецъ, родился въ 1651 г. въ мѣстечкѣ Макаровѣ, Кіевской губерніи. Въ мірѣ Даніилъ, сынъ казачьего сотника Туптало. Окончивъ Богоявленскую школу (Могилянскую Духовную Академію), принялъ въ 1668 г. постригъ въ Кіевскомъ Кирилловомъ монастырѣ. Въ 1675 г. — іеромонахъ. Былъ игуменомъ въ нѣсколькихъ монастыряхъ монастыряхъ. Архимандритъ Черниговскаго Елецкаго монастыря и Новгородсѣверскаго Преображенскаго монастыря. Въ 1701 г. поставленъ митрополитомъ Тобольскимъ; по болѣзни остался въ Москвѣ и занялъ освободившуюся въ 1702 г. каѳедру въ Ростовѣ. Много потрудился въ установленіи церковного благочестія и въ дѣлѣ обличенія старообрядцевъ. Подвизался въ подвигахъ поста, молитвы, милосердія. Двадцать лѣтъ трудился надъ составленіемъ Четьихъ-Миней, которыя началъ писать въ 1684 г. въ Кіево-Печерскомъ монастырѣ. Свт. Димитрій мирно скончался 28 октября 1709 г. и былъ погребенъ, по его завѣщанію, въ соборной церкви Ростовскаго Спасо-Яковлевскаго монастыря. Обрѣтеніе мощей — 21 сентября 1752 г. Прославленіе — 22 апрѣля 1757 г. Перенесеніе мощей въ новую раку — 25 мая 1763 г.

Житія святыхъ свт. Димитрія, митр. Ростовскаго

Житія святыхъ, на русскомъ языкѣ
изложенныя по руководству Четьихъ-миней св. Димитрія Ростовскаго.

Мѣсяцъ Январь.
День второй.

Житіе святаго отца нашего Сильвестра, папы Римскаго.

Святый Сильвестръ родился въ Римѣ. Онъ былъ воспитанъ во святой вѣрѣ и учился у пресвитера Квирина, какъ наукамъ, такъ и доброй нравственности. Достигши совершеннолѣтія, онъ сталъ великимъ страннолюбцемъ и, изъ любви къ Богу и ближнимъ, вводилъ въ свой домъ странниковъ, и омывъ имъ ноги, угощалъ ихъ, доставляя имъ полное успокоеніе. Когда изъ Антіохіи пришелъ въ Римъ святый мужъ и исповѣдникъ Христовъ [1] епископъ Тимоѳей, чтобы проповѣдать здѣсь Евангеліе Царствія Христова, то Сильвестръ принялъ его въ свой домъ и, видя его святое житіе и слушая его ученіе, еще болѣе преуспѣлъ въ добродѣтеляхъ и вѣрѣ. Пробывъ въ домѣ Сильвестра годъ и нѣсколько мѣсяцевъ, Тимоѳей обратилъ изъ идолопоклонства къ истинному Богу многихъ Римлянъ, за что и взятъ былъ городскимъ префектомъ [2] Тарквиніемъ въ темницу. Послѣ долговременнаго пребыванія въ узахъ и темницѣ, онъ былъ подвергнутъ біенію, но и послѣ того отказался принести жертву идоламъ, за что былъ усѣченъ мечемъ и пріялъ мученическую кончину. Блаженный Сильвестръ, взявъ ночью его святыя мощи, похоронилъ ихъ съ подобающими погребальными пѣснопѣніями въ своемъ домѣ. Впослѣдствіи одна благочестивая женщина, по имени Ѳеонисія, на свои средства построила храмъ въ честь святаго Тимоѳея, съ благословенія римскаго епископа Мелхіада [3], который и перенесъ въ этотъ храмъ мощи святаго мученика. Городской же префектъ Тарквиній, призвавъ Сильвестра, требовалъ у него имущества, оставшагося послѣ Тимоѳея, и принуждалъ его принести жертву идоламъ, угрожая за неповиновеніе страшными муками. Сильвестръ же, предвидя неожиданную скорую смерть префекта, сказалъ ему евангельскими словами:

Въ сію нощь душу твою истяжутъ от тебе [4], а что ты угрожаешь сдѣлать со мною, то не сбудется.

Разгнѣвавшись на эти слова, префектъ повелѣлъ заключить святаго въ желѣзныя оковы и бросить въ темницу; самъ же сѣлъ обѣдать. Во время обѣда, въ горлѣ у него остановилась рыбья кость, которую не могли извлечь никакими средствами, даже при помощи врачей; промучившись съ обѣда до полночи, Тарквиній умеръ, согласно предсказанію святаго, и на утро родные отнесли тѣло его съ плачемъ на мѣсто погребенія. Сильвестра же вѣрующіе съ радостію вывели изъ темницы, и онъ сталъ почитаемъ съ этого времени не только вѣрующими, но и невѣрующими, ибо многіе изъ служителей со двора префекта, видя, какъ исполнилось предсказаніе Сильвестра, убоялись и припадали къ ногамъ его, опасаясь, чтобы и съ ними не случилось какого-либо несчастія, какъ съ ихъ господиномъ; другіе же, будучи убѣждены тѣмъ чудомъ, прямо обратились ко Христу. Вскорѣ послѣ того святый Сильвестръ былъ принятъ въ клиръ Римской Церкви и принялъ санъ пресвитера отъ папы Марцеллина [5]. Послѣ кончины папы Римскаго Мелхіада, онъ былъ избранъ единодушно всѣми папою [6], и восшелъ на епископскій престолъ. Онъ поставленъ былъ на видъ всѣхъ, какъ ярко горящая свѣча на свѣщникѣ, и пасъ стадо Христово, какъ новый апостолъ, словами и дѣлами своими направляя его на спасительную пажить.

Замѣтивъ, что нѣкоторые члены клира забыли объ обязанностяхъ своего служенія и занялись свѣтскими житейскими дѣлами, онъ снова заставилъ ихъ возвратиться на служеніе Церкви и при этомъ издалъ постановленіе, чтобы никто изъ посвященныхъ не занимался торговыми дѣлами. Онъ же установилъ для римскихъ христіанъ новыя названія дней седмицы. Римляне въ то время первый день, который мы называемъ недѣлей, называли днемъ солнца, а остальные дни именовались у нихъ днями Луны, Марса, Меркурія, Зевса, Венеры, Сатурна [7]. Гнушаясь нечестивыми именами языческихъ боговъ, Сильвестръ повелѣлъ называть первый день днемъ Господнимъ [8], потому что въ этотъ день совершилоеь преславное Воскресеніе Господа нашего изъ мертвыхъ, прочіе же дни такъ, какъ и нынѣ именуютъ ихъ римскіе христіане [9]. Сдѣлалъ также онъ постановленіе о томъ, чтобы христіане держали постъ только въ одну субботу, въ которую Христосъ умеръ и сошелъ во адъ, чтобы разорить его и извести оттуда прародителя нашего Адама вмѣстѣ съ другими праотцами; въ прочія же субботы поститься запретилъ [10].

Въ то время въ Римѣ, въ глубокой пещерѣ, подъ Тарпейскою скалой [11], гнѣздился огромный змѣй, йЪторому язычники всякій мѣсяцъ приносили жертвы, какъ богу; когда же этотъ змѣй выходилъ изъ пещеры, онъ отравлялъ своимъ ядовитымъ дыханіемъ воздухъ, и многіе изъ живыхъ вблизи того мѣста умирали, чаще всего дѣти. Святый Сильвестръ, желая избавить людей отъ пагубнаго змѣя и обратить ихъ отъ безбожія [12] къ Истинному Богу, созвалъ жившихъ въ городѣ христіанъ и заповѣдалъ имъ три дня поститься и молиться, при чемъ самъ постился и молился больше всѣхъ. Въ одну ночь явился ему въ видѣніи святый Апостолъ Петръ и повелѣлъ, чтобы онъ взялъ съ собою нѣсколько священниковъ и діаконовъ и пошелъ безъ страха къ пещерѣ, гдѣ жилъ змѣй. При входѣ въ пещеру, Сильвестръ долженъ былъ совершить божественную службу, потомъ войти внутрь пещеры и, призвавъ имя Господа Іисуса Христа, заключить тамъ змѣя, чтобы онъ уже никогда не выходилъ оттуда. Святый, по повелѣнію Апостола, пошелъ къ пещерѣ и, по совершеніи Божественной службы, вошелъ туда и, найдя въ ней какія-то двери, затворилъ ихъ, говоря:

Да не открываются сіи двери до дня Втораго Пришествія Христова!

Такъ, заключивъ въ пещерѣ змѣя, онъ лишилъ его выхода на вѣки. Язычники же думали, что Сильвестръ со своимъ клиромъ будетъ пожранъ змѣемъ. Но когда они увидѣли его вышедшимъ безъ всякаго вреда для него, то удивились; видя, что змѣй уже больше не выходитъ съ тѣхъ поръ, многіе познали силу Истиннаго Бога и присоединились къ вѣрующимъ.

Въ то время царствомъ Римскимъ правилъ Константинъ Великій, который еще не принялъ Святаго Крещенія, хотя и увѣровалъ всѣмъ сердцемъ во Христа. Онъ издалъ указъ о томъ, чгобы никто не дерзалъ хулить Христа и преслѣдовать христіанъ, приказалъ запереть идольскіе храмы и прекратить языческія жертвоприношенія, а христіанъ, находящихся въ изгнаніи, выпустилъ на свободу и освободилъ заключенныхъ въ темницѣ. Вмѣстѣ съ тѣмъ царь былъ внимателенъ къ просителямъ и исполнялъ всякую справедливую просьбу; изъ имѣнія своего онъ раздавалъ щедрую милостыню нищимъ. Въ Римѣ и за предѣлами его, по имперіи, Константинъ велѣлъ воздвигать христіанскіе храмы. Церковь Христова день ото дня возрастала и умножалась въ числѣ своихъ чадъ, а идолопоклонство умалялось. Это привело въ радость вѣрующихъ, которыхъ въ Римѣ было уже такъ много, что они хотѣли изгнать изъ города всѣхъ, не желавшихъ стать христіанами. Царь, однако, запретилъ это народу, сказавъ:

Богъ нашъ не хочетъ, чтобы кто нибудь обращался къ Нему, будучи принужденъ къ этому; а кто по своему расположенію и съ добрымъ намѣреніемъ приступаетъ къ Нему, къ тому Онъ благоволитъ и милостиво его принимаетъ. Итакъ, кто какъ хочетъ, такъ пусть и вѣруетъ, съ полною свободою, и пусть одинъ не преслѣдуетъ другаго.

Отъ этого царскаго слова народъ еще больше возрадовался, видя, что царь представляетъ каждому жить по своей вѣрѣ, какъ кому желательно.

Радовались вѣрующіе не только въ Римѣ, но и по всей имперіи, ибо повсюду вѣрные, мучимые за Христа, были выпускаемы изъ узъ и темницъ, возвращались изъ заточенія исповѣдники Христовы, безбоязненно возвратились домой христіане, скрывавшіеся въ пустыняхъ изъ страха предъ мучителями, и гоненіе повсюду прекратилось.

Но исконный врагъ христіанства — діаволъ, не вынося такого зрѣлища церковнаго мира и распространяіощагося свѣта благочестія, внушилъ евреямъ мысль обратиться къ достохвальной Еленѣ, матери царя, жившей тогда въ своемъ отечествѣ, Виѳиніи [13].

Хорошо поступилъ царь, сынъ твой, — сказали они Еленѣ, — что оставилъ нечестіе и ниспровергъ идольскіе храмы; но нехорошо, что онъ увѣровалъ въ Іисуса и чтитъ Его, какъ Сына Божія и Истиннаго Бога, тогда какъ Онъ былъ еврей и волшебникъ, прельщавшій людей разными привидѣніями, которыя Онъ вызывалъ Своею волшебною силой; Его, какъ преступника, Пилатъ, послѣ мученій, повѣсилъ на крестѣ. Итакъ ты, царица, должна вывести царя изъ такого заблужденія, чтобы Богъ не прогнѣвался на него и чтобы съ нимъ не приключилось какого-нибудь несчастья.

Выслушавъ это, Елена увѣдомила о томъ письменно сына своего, Константина. Прочитавъ письмо, онъ отвѣтилъ своей матери также чрезъ письмо, чтобы іудеи, сообщившіе ей это, явились съ нею въ Римъ и, чтобы здѣсь вступили въ состязаніе о вѣрѣ съ христіанскими епископами; какая сторона одолѣетъ, той, значитъ, и вѣра правильнѣе. Когда царица объявила объ этомъ повелѣніи царя іудеямъ, тотчасъ собралось множество ученыхъ евреевъ, изучившихъ свой законъ, знавшихъ и ученіе пророковъ и греческую философію и готовыхъ къ состязанію, и всѣ они съ царицею Еленою отправились въ Римъ. Между ними былъ одинъ мудрѣйшій раввинъ [14], по имени Замврій, который не только изучилъ въ совершенствѣ еллинскую философію и еврейскія книги, но въ тоже время былъ и великимъ волшебникомъ. На него-то евреи возлагали всю свою надежду, думая, что если онъ не одолѣетъ христіанъ въ словесномъ спорѣ, то поразитъ ихъ своими волшебными знаменіями.

Когда насталъ день препирательства евреевъ съ христіанами, царь сѣлъ на престолѣ, окруженный всѣмъ своимъ синклитомъ [15] и предъ нимъ предсталъ святый Сильвестръ съ небольшою дружиною сопровождавшихъ его, въ числѣ которыхъ было и нѣсколько пріѣхавшихъ въ то время въ Римъ епископовъ. Вошли затѣмъ и евреи, въ количествѣ ста двадцати человѣкъ, и тотчасъ началась бесѣда, которую царица Елена слушала, сидя за занавѣсомъ, а царь съ синклитомъ обсуждалъ то, что говорилось съ той и другой стороны. Сначала евреи потребовали, чтобы со стороны христіанъ на преніе съ ними выступили двѣнадцать мудрѣйшихъ христіанъ, но святый Сильвестръ воспротивился имъ, говоря:

Мы полагаемъ надежду не на множество людей, но на Бога, всѣхъ укрѣпляющаго, призывая Котораго на помощь говоримъ: востани, Боже, разсуди дѣло Твое[16]

Это — слова изъ нашего писанія, — возразили іудеи, — ибо нашъ пророкъ написалъ ихъ; тебѣ слѣдуетъ говорить словами своихъ книгъ, а не нашихъ!

Сильвестръ отвѣчалъ на это:

Правда, сначала вамъ сообщено было писаніе Ветхаго Завѣта и проповѣди пророковъ, но они въ тоже время и наши, потому что въ нихъ говорится много о Христѣ, Господѣ нашемъ. Итакъ нашъ споръ долженъ основываться на вашихъ книгахъ, ибо, тогда какъ ваши книги стали и нашими, наши вамъ чужды и вы скорѣе повѣрите книгамъ своимъ, чѣмъ нашимъ. Поэтому мы, на основаніи вашихъ книгъ, покажемъ вамъ истину, коей вы противитесь; такая побѣда будетъ славнѣе и очевиднѣе, когда мы, взявъ оружіе изъ рукъ врага, этимъ оружіемъ и побѣдимъ его!

Сіи слова епископа, — замѣтилъ царь, — справедливы и въ этомъ ему нельзя прекословить; ибо если изъ вашихъ книгъ, іудеи, христіане приведутъ вамъ свидѣтельство о своемъ Христѣ Богѣ, то, конечно, за ними останется верхъ и, вы будете поражены своими же собственными книгами.

Весь синклитъ выразилъ похвалу этому царскому рѣшенію. Тогда евреи начали говорить христіанамъ слѣдующее:

Вседержитель нашъ Богъ въ книгѣ Второзаконія говоритъ: видите, видите, яко Азъ есмь, и нѣсть Богъ развѣ Мене [17]. Какъ же вы называете Богомъ Іисуса, Который былъ простымъ человѣкомъ, и Котораго отцы наши распяли? Какъ вы вводите трехъ боговъ: Отца, въ Котораго и мы вѣруемъ, и Іисуса, называя Его Сыномъ Божіимъ, а третьяго Бога называете Духомъ? Вѣруя такъ, развѣ вы не идете противъ Создателя всего, Бога, учащаго, что другихъ боговъ, кромѣ Него, нѣтъ?

На это богодухновенный Сильвестръ отвѣчалъ:

Если вы безъ всякаго предубѣжденія и раздраженія вникнете умомъ своимъ въ Писанія, то убѣдитесь, что мы не вводимъ ничего новаго, когда исповѣдуемъ Сына Божія и Святаго Духа, ибо это — не наши слова, но откровеніе Божіе, содержащееся въ книгахъ пророковъ Божіихъ. Прежде всего, пророкъ и царь Давидъ, предвозвѣщая возстаніе отцовъ вашихъ на нашего Спасителя, сказалъ: вскую шаташася языцы и людіе поучишася тщетнымъ? собрашася вкупѣ на Господа и на Христа Его [18]? Итакъ здѣсь, называя Его Христомъ и Господомъ, онъ указываетъ не одно лицо, а два. А что Христосъ есть Сынъ Божій, объ этомъ возвѣщаетъ тотъ же Пророкъ такими словами: Господь рече ко Мнѣ, Сынъ Мой еси Ты, Азъ днесь родихъ Тя [19]. Иной родившій и иной — рожденный!

На это іудеи сказали:

Говоря, что Богъ родилъ, ты безстрастнаго дѣлаешь страстнымъ. Какимъ образомъ и Сынъ, рожденный въ йзвѣстное время и имѣвшій временное бытіе, можетъ быть Богомъ? Ибо то слово: днесь указываетъ на извѣстное время и не позволяетъ признавать Сына вѣчнымъ Богомъ.

Сильвестръ отвѣчалъ:

Мы не говоримъ, что въ отношеніи къ Богу имѣло мѣсто рожденіе страстное; мы исповѣдуемъ, что Божество — безстрастно и что рожденіе Сына было такимъ, каково бываетъ рожденіе слова изъ мысли. Мы не вводимъ ученія о временномъ рожденіи Сына отъ Огца, но вѣруемъ въ вѣчное рожденіе Его, неподлежащее условію времени, ибо знаемъ, что Творецъ времени есть Сынъ вмѣстѣ съ Отцомъ и Духомъ, а Творецъ времени Самъ не находится подъ временемъ. Выраженіе же: Азъ днесь родихъ Тя обозначаетъ не горнее и предвѣчное Божественное рожденіе, но дольнее, которое имѣло мѣсто въ извѣстное время и совершилось во плоти, принятой ради нашего спасенія [20]. Пророкъ зналъ, что Христосъ — Богъ предвѣчный, почему и говоритъ: Престолъ Твой, Боже, во вѣкъ вѣка [21]. Предвозвѣщая же имѣвшее совершиться въ послѣдующее время воплощеніе, онъ сказалъ: Сынъ Мой еси Ты, Азъ днесь родихъ Тя. Итакъ, этими словами: Сынъ Мой еси Ты онъ указываетъ не на временное, но на предвѣчное Его рожденіе; а словами: Азъ днесь родихъ Тя обозначаетъ Его рожденіе, совершившееся въ извѣстное время. Сказавъ: Азъ родихъ Тя, Пророкъ показалъ, что и то рожденіе Сына, которое должно было совершиться въ извѣстное опредѣленное время, Отецъ приписываетъ Себѣ Самому, потому что оно должно быть по Его волѣ. Но уже и то даже выраженіе: днесь родихъ Тя указываетъ на вѣчность рожденія Божія, въ которой нѣтъ дѣйствія прошедшаго и будущаго, а всегда только одно настоящее. О Духѣ же Святомъ тотъ же Давидъ свидѣтельствуетъ такими словами: Словомъ Господнимъ небеса утвердишася, и Духомъ устъ Его вся сила ихъ [22]. Итакъ здѣсь упоминаетъ онъ о Трехъ лицахъ: Богѣ — Отцѣ и Сынѣ, Котораго называетъ Словомъ ради Его вышняго и безстрастнаго рожденія, и о Святомъ Духѣ. И въ другомъ мѣстѣ онъ говоритъ: Духа Твоего Святаго не отыми отъ мене [23]. И опять: камо пойду отъ Духа Твоего [24]. Сими словами пророкъ ясно показываетъ, что существуетъ Духъ Святый, Который наполняетъ Собою все. И еще говоритъ: послеши Духа Твоего, и созиждутся [25]. Не Давидомъ ли все это сказано? Но и Боговидецъ Моисей въ книгѣ Бытія приводитъ такія слова Божіи: сотворимъ человѣка по образу Нашему и по подобію [26]. Cъ кѣмъ же тогда говоритъ Богъ, если съ Нимъ не было какого-то другаго Лица? Никто не скажетъ, чтобы это сказалъ Богъ Небеснымъ Силамъ, ибо тѣ самыя слова: по образу Нашему не даютъ никакой возможности такъ думать; не одинъ и тотъ же образъ и подобіе у Бога и Ангеловъ, какъ не одинаково существо и сила ихъ съ Богомъ, но иное — существо Божіе и иное — Ангельское. Итакъ нужно предположить, что былъ Кто-то Иной въ бесѣдѣ, съ Кѣмъ Богъ сказалъ тѣ слова: по образу Нашему. Этотъ Иной долженъ былъ быть такимъ, Который бы имѣлъ одинаковое существо съ говорящимъ Богомъ, совершенно тождественный съ Богомъ по образу и подобію. Кто же это могъ быть, какъ не Сынъ, Который единосущенъ Отцу, равенъ съ Нимъ по славѣ и власти, будучи неизмѣннымъ образомъ Божіимъ? Что же мы вводимъ новаго, когда вѣруемъ и утверждаемъ, что существуютъ Отецъ и Сынъ и Святый Духъ? И если язычникамъ это представляется невѣроятнымъ и неосновательнымъ, то это неудивительно, ибо они не знаютъ Священнаго Писанія. Но почему не вѣруете этому вы, которые изучаете слова святыхъ Пророковъ, изъ коихъ нѣтъ ни одного, который бы не пророчествовалъ о Спасителѣ нашемъ?

Послѣ того святый Сильвестръ хотѣлъ подробнѣе говорить о Пресвятой Троицѣ, но царь, прервавъ его рѣчь, сказалъ іудеямъ:

Тѣ слова, которыя предложилъ намъ изъ Писанія епископъ, такъ ли читаются, іудеи, и въ вашихъ книгахъ?

Они отвѣчали:

Такъ.

Тогда царь сказалъ:

Итакъ, въ томъ спорѣ о Пресвятой Троицѣ, мнѣ кажется, вы побѣждены.

Нѣтъ, добрый царь, — возразили іудеи, — Сильвестръ ни за что не побѣдитъ насъ, если и мы выскажемъ противъ него, что имѣемъ; а мы могли бы сказать многое, но видимъ, что напрасно намъ препираться съ такимъ усердіемъ о Троицѣ. Не о томъ мы пришли говорить, одинъ ли Богъ или три, а о томъ, что Назарянинъ — не Богъ. Ибо если и согласиться съ тѣмъ, что существуютъ три Бога, все-таки изъ этого еще не слѣдуетъ, что нужно вѣровать въ то, что Іисусъ есть Богъ. Онъ былъ не Богъ, а человѣкъ, рожденный отъ людей и жившій съ грѣшными людьми, ѣвшій и пившій съ мытарями и, какъ пишется о немъ въ Евангеліи, онъ былъ искушаемъ отъ діавола, потомъ преданъ ученикомъ, взятъ, осмѣянъ, избитъ, напоенъ желчію и оцтомъ, лишенъ одеждъ, раздѣленныхъ между воинами по жребію, пригвожденъ ко кресту, умеръ и погребенъ. Какъ такой можетъ назваться Богомъ? Объ этомъ то, царь, говоримъ мы теперь противъ христіанъ, что они вводятъ сего новаго Бога. Итакъ, если они могутъ что сказать о Немъ и если у нихъ есть какія-либо свидѣтельства, то пусть скажутъ намъ!

Послѣ этого началъ говорить святый Сильвестръ:

Не трехъ Боговъ мы признаемъ, іудеи, какъ вамъ кажется, но исповѣдуемъ Единаго Бога, Котораго почитаемъ и Которому покланяемся, какъ Сущему въ Трехъ лицахъ или ипостасяхъ. Вамъ бы слѣдовало разсудить о справедливости тѣхъ словъ, какія я привелъ изъ вашихъ же книгъ въ отвѣтъ на первый преддоженный вами вопросъ, и по поводу ихъ вступить въ преніе, но такъ какъ вы отказываетесь теперь говорить о семъ, то побесѣдуемъ о Господѣ нашемъ Іисусѣ Христѣ, чего вы и сами хотите. Начнемъ съ слѣдующаго. Богъ, приведшій все въ бытіе, когда создалъ человѣка и увидѣлъ его склонившимся ко всякому злу, не презрѣлъ погибающаго дѣла рукъ Своихъ, но соблаговолилъ, чтобы Сынъ Его, пребывая нераздѣльно съ Нимъ (ибо Богъ находится вездѣ), сошелъ къ намъ на землю. Итакъ Онъ сошелъ, и, родившись отъ Дѣвы, сталъ подъ Закономъ, да подзаконныя искупитъ [27]. А о томъ, что Онъ имѣлъ родиться отъ Дѣвы, предсказалъ божественный пророкъ Исаія въ такихъ словахъ: се Дѣва во чревѣ зачнетъ, и родитъ Сына, и наречеши имя Ему Еммануилъ [28]. Имя же это, какъ и вы знаете, указываетъ на пришествіе Божіе къ людямъ и въ переводѣ на греческій языкъ значитъ: съ нами Богь. Итакъ пророкъ задолго предсказалъ, что Богъ родится отъ Дѣвы. Іудеи возразили:

Въ нашемъ еврейскомъ текстѣ книга пророка Исаіи не имѣетъ въ себѣ выраженія: дѣва, но упоминаетъ объ отроковицѣ — молодой женщинѣ; вы исказили писаніе, написавъ въ своихъ книгахъ вмѣсто: отроковица слово — дѣва.

Святый епископъ Сильвестръ отвѣчалъ:

Если въ вашихъ книгахъ написано не дѣвица, а отроковица, то не все ли одно и тоже, что отроковица, что дѣвица? Когда Пророкъ Исаія отъ лица Божія сказалъ Ахазу: проси себѣ знаменія у Господа Бога твоего въ глубину или въ высоту [29], то Ахазъ сказалъ: не буду просить и не стану искушать Господа [30]. Тогда Пророкъ сказалъ: сего ради дастъ Господь Самъ вамъ знаменіе. Какое же? Се Дѣва во чревѣ зачнетъ. Если же вы говорите, что пророкъ говорилъ не о дѣвѣ, а объ отроковицѣ и, что отроковица — не дѣва [31], то и обѣщанное пророкомъ знаменіе не можетъ называться знаменіемъ, ибо если отроковица, вышедшая замужъ, родитъ, то тутъ нѣтъ никакого чуда, но дѣло обычное. Родить же, не входя въ общеніе съ мужемъ, есть дѣйствительно чудо; это дѣло необыкновенное, превышающее естества уставы. Итакъ Та Отроковица, о Которой у васъ написано, была Дѣвою, потому что Господь обѣщалъ чрезъ Нее дать знаменіе и именно такое знаменіе, что Она, не познавши мужа, родитъ сверхъестественно Сына. И мы не исказили Писанія, написавъ вмѣсто отроковицы дѣву, но, скорѣе, точно выразили его мысль, чтобы яснѣе можно было увидѣть въ семъ оное пречудное Божественное знаменіе, превосходящее естество человѣческое. Кто же изъ людей родился безъ сѣмени мужескаго, кромѣ Адама, созданнаго изъ земли, и Евы, сотворенной изъ ребра его? И гдѣ женщина родила, не входя въ общеніе съ мужемъ? Итакъ не было бы никакого знаменія, которое обѣщалъ дать Богъ — именно если бы та отроковица зачала во чревѣ не сверхъ естества, а по естеству соединившись съ мужемъ, — но было бы обычное для природы человѣческой дѣло. А такъ какъ Дѣва чистая зачала безъ мужа отъ Святаго Духа, то это и должно считаться Божіимъ новымъ и преславнымъ знаменіемъ, и съ нами теперь Богъ, согласно обѣщанію, сверхъ естества рожденный отъ чистой Дѣвы.

Но такъ какъ рожденный отъ Маріи названъ не Еммануиломъ, а Іисусомъ, — возразили іудеи, — то, значитъ, онъ не тотъ, котораго обѣщалъ Богъ чрезъ пророка, а другой?

Святый Сильвестръ отвѣчалъ:

Въ Священномъ Писаніи иногда вмѣсто имени указывается на дѣятельность того или другаго лица, какъ напримѣръ: нарцы имя ему: скоро плѣни, нагло расхити [32]. Если въ самомъ дѣлѣ никогда не было того, кто назывался бы такимъ именемъ, то все-таки, такъ какъ Христосъ долженъ былъ побѣдить враговъ и взять у нихъ добычу, вмѣсто имени Его пророкомъ указаны тѣ дѣла Его, которыя Онъ долженъ былъ совершить. Въ какомъ смыслѣ тоть же пророкъ говоритъ и объ Іерусалимѣ: наречешися градъ правды [33]! Хотя никто никогда не звалъ тотъ городъ городомъ правды, а всѣ зовутъ его обычнымъ ему именемъ — Іерусалимъ, но такъ какъ въ то время Іерусалимъ исправился предъ Богомъ, то, поэтому, отъ событія, въ немъ совершившагося, ему дано въ пророчествѣ имя — городъ правды [34]. И еще въ Писаніи могутъ встрѣтиться мѣста, гдѣ указывается вмѣсто имени на какое либо событіе. А что Богъ имѣлъ пребывать съ людьми, послушай о томъ пророчествующаго Варуха: сей Богъ нашъ, не вмѣнится инъ къ Нему, изобрѣте всякъ путь хитрости, и даде ю Іакову отроку Своему, и Израилю возлюбленному отъ Него. Посемъ же на земли явися, и съ человѣки поживе [35]. И о томъ, что Онъ долженъ былъ быть искушаемъ діаволомъ, предсказалъ Захарія: и показа Господь Іисуса, Іерея Великаго, стояща предъ лицемъ Ангела Господня, и діаволъ стояше одесную Его, еже противитися ему. И рече Господь къ діаволу: да запретитъ Господь тебѣ, діаволе [36]. О взятіи же Его предсказано въ книгѣ Соломоновой: рекоша въ себѣ помышляющій неправо. Уловимъ же (лестію) праведнаго, яко непотребенъ намъ есть, и противится дѣломъ нашимъ [37]. А то, что Онъ имѣлъ быть преданъ Своимъ ученикомъ, предсказалъ Псалмопѣвецъ: ядый хлѣбы Моя, возвеличи на Мя запинаніе [38]. И о лжесвидѣтеляхъ сказалъ: восташа на Мя свидѣтеле неправедніи [39]. О распятіи же Его сказалъ: ископаша руцѣ Мои и нозѣ Мои, исчетоша вся кости Моя [40]. Тотъ же пророкъ предсказалъ и о раздѣленіи ризъ Христовыхъ: раздѣлиша ризы Моя себѣ, и о одежи Моей меташа жребій [41]. И о напоеніи оцтомъ съ желчію онъ же сказалъ: даша въ снѣдь Мою желчь, и в жажду Мою напоиша Мя оцта [42]. И далѣе о погребеніи Его онъ предвозвѣстилъ: положиша Мя въ ровѣ преисподнемъ [43]. И Іаковъ, вашъ праотецъ, провидя сіе духомъ, сказалъ: возлегъ уснулъ еси яко левъ, и яко скименъ [44].

Приводя эти и многія другія свидѣтельства святыхъ пророковъ о Христѣ Господѣ, святый Сильвестръ побѣдилъ евреевъ, ибо, такъ какъ Самъ Духъ Святый говорилъ его устами, онъ ясно доказалъ, что Христосъ есть истинный Богъ, рожденный отъ Дѣвы.

Тогда евреи сказали:

Какая нужда была Богу родиться во плоти человѣческой? Развѣ Онъ не могъ иначе спасти человѣческій родъ?

Святый отвѣчалъ:

Для Бога нѣтъ ничего невозможнаго, но діавола долженъ былъ побѣдить тотъ, кто былъ имъ прежде побѣжденъ. Имъ побѣжденъ былъ человѣкъ, — человѣкъ рожденный не обычнымъ порядкомъ естества, не отъ сѣмени мужескаго, но созданный изъ земли и притомъ изъ земли чистой и непорочной, какъ дѣва — ибо она еще не была тогда проклята Богомъ и ее еще не осквернила ни кровь убитаго брата, ни умерщвленіе животныхъ, такъ что она еще не заражена была тлѣющими тѣлами, не осквернена какими-либо нечистыми и непотребными дѣлами. Изъ такой земли была создана для нашего прародителя плоть, которую оживотворило божественное дуновеніе. Но если всезлобный діаволъ побѣдилъ такого человѣка, то нужно было, чтобы и самъ онъ былъ побѣжденъ такимъ же человѣкомъ. А таковъ и есть Господь нашъ Іисусъ Христосъ, рожденный не по обычаю и закону естества, но изъ чистой и святой дѣвической утробы, подобно тому, какъ Адамъ произошелъ изъ незараженной грѣхомъ земли. И какъ Адамъ былъ оживленъ дуновеніемъ божественнымъ, такъ и Сей воплотился подъ дѣйствіемъ Духа Святаго, сошедшаго на Пресвятую Дѣву и сталъ совершеннымъ Богомъ и совершеннымъ человѣкомъ — во всемъ, кромѣ грѣха, имѣющимъ два естества — Божеское и человѣческое, но въ одномъ лицѣ; и поэтому человѣческая природа страдала за насъ, а Божество оставалось безстрастнымъ.

При этомъ святый привелъ такой примѣръ:

Когда дерево, озаренное лучами солнца, посѣкается топоромъ, то съ посѣкаемымъ деревомъ лучъ солнечный не посѣкается. Такъ и человѣчество Христово, соединенное съ Божествомъ, если и претерпѣло страданія, то эти страданія не коснулись Божества.

Эти доказательства, приведенныя святымъ Сильвестромъ, царь и весь синклитъ одобрили и признали его побѣдителемъ въ спорѣ, потому что евреи не могли уже болѣе сказать что нибудь противъ Сильвестра. Тогда волхвъ Замврій сказалъ царю:

Хотя Сильвестръ, и одолѣваетъ насъ своими словами, будучи многорѣчивъ и искусенъ въ бесѣдѣ, но все-таки мы изъ за этого не отступимъ отъ нашего отеческаго Закона и не послѣдуемъ за человѣкомъ, котораго наши отцы, по общему соглашенію, предали на смерть. А что одинъ только есть тотъ Богь, Котораго мы почитаемъ и нѣтъ иного, то я готовъ доказать это не словомъ, какъ дѣлаетъ Сильвестръ, а самымъ дѣломъ; прикажи лишь, царь, привести сюда большаго и свирѣпаго быка и тотчасъ же твое державство и всѣ присутствующіе убѣдятся, что нѣтъ Бога, кромѣ Бога нашего.

Одинъ же изъ присутствовавшихъ сказалъ:

Такой быкъ есть въ моемъ стадѣ, недалеко отъ городскихъ воротъ. На него никто не можетъ возложить ярма, никто не можетъ даже погладить его рукой или дотронуться до него.

Царь тотчасъ же приказалъ привести того быка. Между тѣмъ, продолжая бесѣду, святый Сильвестръ спросилъ Замврія:

Зачѣмъ тебѣ быкъ, и, когда его приведутъ, что ты съ нимъ будешь дѣлать?

Замврій отвѣчалъ:

Хочу доказать силу нашего Бога, ибо если я пошепчу быку на ухо, то онъ тотчасъ издохнетъ. Ибо смертное существо не можетъ стерпѣть имени Божія и не можетъ остаться въ живыхъ тотъ, кто услышитъ сіе имя. И наши отцы, когда быки были приводимы для жертвоприношенія, товорили то имя въ уши быковъ и тѣ тотчасъ же падали съ громкимъ ревомъ и издыхали, будучи, такимъ образомъ, готовыми для жертвоприношенія [45].

Сильвестръ возразилъ:

Но если это имя, по твоимъ словамъ, убиваетъ всякаго, кто его слышитъ, какъ же ты узналъ его?

Замврій отвѣчалъ:

Тебѣ нельзя знать эту тайну, потому что ты — врагъ намъ.

Когда Замврій далъ такой отвѣтъ, царь сказалъ ему:

Если ты не хочешь открыть этой тайны епископу, то открой ее намъ, ибо поистинѣ это дѣло сомнительное, если только не предположить, что то имя можно узнать, прочитавъ, какъ оно написано гдѣ нибудь.

Замврій отвѣчалъ:

Ни кожа, ни хартія, ни дерево, ни камень и ничто иное не можетъ содержать въ себѣ начертанія онаго Имени, ибо тот-часъ же и самъ пишущій и то, на чемъ пишется, погибаютъ.

Скажи же, — замѣтилъ царь, — какъ самъ ты узналъ его? Ибо нельзя узнать его, если оно не передается въ словахъ, не начертывается въ письмени?

Я, царь, — отвѣчалъ Замврій, — семь дней постился, потомъ въ новую серебряную умывальницу налилъ чистой проточной воды и сталъ молиться; тогда невидимымъ перстомъ на водѣ написаны были слова, которыя и сдѣлали мнѣ извѣстнымъ имя Божіе.

Премудрый же Сильвестръ сказалъ:

Если ты дѣйствительно узналъ то имя такимъ способомъ, какъ ты говоришь, то все-таки, когда ты говоришь его кому нибудь на ухо, развѣ ты не слышишь самъ того имени такъ же, какъ слышитъ его тотъ, кому ты его говоришь? Какъ и самъ ты, слыша его, не умираешь?

Волхвъ отвѣчалъ:

Я уже сказалъ, что тебѣ не слѣдуеть знать этой тайны, такъ какъ ты намъ врагъ. Да и какая нужда въ словахъ, когда лучше всего на дѣлѣ доказать то, что говоришь? Выбери одно изъ двухъ: или ты, призвавъ имя своего Назарянина, умертви быка, чтобы и мы могли увѣровать въ того Назарянина, или я скажу на ухо быку Имя нашего Бога и умерщвлю быка, такъ что ты тогда долженъ будешь увѣровать въ нашего Бога.

Всѣ присутствовавшіе, услышавъ это, одобрили рѣшеніе Замврія; христіане же пришли въ колебаніе, хотя святый епископъ успокоивалъ ихъ.

Царь же сказалъ Замврію:

Тебѣ слѣдуетъ сначала исполнить обѣщаніе, ибо ты обѣщалъ однимъ словомъ убить быка.

Волхвъ отвѣчалъ:

Если ты приказываешь это мнѣ сдѣлать, царь, то смотри на силу моего Бога!

Сказавъ это, онъ подошелъ къ быку, котораго едва могли вести сильные люди, зацѣпивъ крѣпкія веревки за его рога. Подойдя къ быку, Замврій пошепталъ ему что-то на ухо и быкъ тотчасъ же, испустивъ сильный ревъ, затрясся и палъ мертвымъ [46]. Всѣ, видѣвшіе это, весьма изумились, а іудеи возопили громкимъ голосомъ, хлопая въ ладоши:

Побѣдили мы, побѣдили!

Тогда Сильвестръ просилъ царя приказать, чтобы всѣ замолчали, и когда воцарилось молчаніе, епископъ сказалъ іудеямъ:

Не въ вашихъ ли книгахъ написано, что сказалъ всемогущій Богь: Азъ убію, и жити сотворю: поражу, и Азъ исцѣлю [47]?

Они же отвѣчали:

Да, это такъ написано.

Тогда Сильвестръ сказалъ:

Если Замврій именемъ Божіимъ убилъ быка, то пусть онъ и воскреситъ его тѣмъ же именемъ. Ибо Богъ есть Богъ творящій добро, а не зло, и, по существу Его, Ему свойственно дѣлать добро, а творить зло — противно Его существу; воля Его, всегда благая, хочетъ творить всегда доброе. Случается иногда, что Онъ какимъ либо зломъ накажетъ кого нибудь для пользы другихъ, но это бываетъ не потому, чтобы Онъ хотѣлъ этого, но потому, что къ сему побуждается Онъ нашими злодѣяніями. Итакъ если Замврій легко сдѣлалъ то, къ чему Богъ не благоволитъ по самому Существу Своему, то тѣмъ легче онъ можетъ сдѣлать то, что Богу естественно. Пусть онъ оживитъ быка тѣмъ же Божіимъ Именемъ, которымъ умертвилъ его, и я обращусь въ его вѣру.

Царь! — возразилъ Замврій — Сильвестръ опять хочетъ вести словесный споръ, но какая надобность въ словахъ, когда совершилось явное дѣло?

Обращаясь потомъ къ Сильвестру, онъ продолжалъ:

Если и ты, епископъ, владѣешь какой нибудь силою, то сотвори и ты чудо именемъ твоего Іисуса!

Если хочешь, — отвѣчалъ святый Сильвестръ, — я покажу тебѣ силу моего Христа въ томъ, что чрезъ призываніе Его святаго имени я воскрешу того быка, котораго ты убилъ».

Напрасно ты, Сильвестръ, хвалишься, — возразилъ Замврій, — не можетъ того быть, чтобы быкъ ожилъ!

Тогда царь сказалъ Замврію:

Итакъ если то, что по твоимъ словамъ невозможно, епископъ все-таки сдѣлаетъ, увѣруешь ли ты въ его Бога?

Замврій отвѣчалъ:

Клянусь тебѣ, царь, что если увижу быка ожившимъ, то исповѣдую, что Христосъ есть Богъ и пріиму Сильвестрову вѣру.

Тоже сказали и всѣ іудеи. Тогда епископъ, преклонивъ колѣна, помолился усердно и со слезами Богу, а потомъ, вставши и поднявъ руки къ Небу, произнесъ въ слухъ всѣхъ:

Господи Іисусе Христе, Сыне Божій и Боже, Ты, Который можешь умерщвлять и оживлять, поражать и исцѣлять, благоволи чрезъ призваніе Пресвятаго и Животворящаго имени Твоего оживить того быка, котораго Замврій умертвилъ чрезъ призваніе бѣсовъ, ибо наступило время совершиться чудесамъ Твоимъ для спасенія многихъ; услышь меня, раба Твоего, въ сей часъ, чтобы прославилось пресвятое имя Твое!

Послѣ молитвы онъ подошелъ къ быку и громко произнесъ:

Если проповѣдуемый мною Іисусъ Христосъ, рожденный отъ Дѣвы Маріи, есть Истинный Богъ, то поднимись и стань на ногахъ своихъ, и, оставивъ прежнюю свою свирѣпость, будь кротокъ!

Лишь только святый произнесъ это, какъ быкъ тотчасъ ожилъ, всталъ и стоялъ тихо и спокойно. Святый приказалъ снять веревки съ роговъ его и сказалъ:

Ступай туда, откуда пришелъ, и никому не причиняй вреда, но будь тихъ; такъ повелѣваетъ тебѣ Іисусъ Христосъ, Богъ нашъ!

И быкъ ушелъ тихо, хотя прежде былъ крайне свирѣпъ. Увидѣвъ это, всѣ воскликнули какъ бы въ одинъ голосъ:

Великъ Богъ, Котораго проповѣдуетъ Сильвестръ!

Іудеи же вмѣстѣ съ Замвріемъ, подбѣжавъ ко святому и, обнявъ его честныя ноги, просили его помолиться. за нихъ Богу и принять ихъ въ христіанскую вѣру. Также и блаженная Елена, поднявъ завѣсу, за которой сидѣла, слушая пренія и взирая на бывшее при этомъ, вышла оттуда и припала къ ногамъ святаго, исповѣдуя Христа истиннымъ Богомъ. Всѣ бывшіе здѣсь іудеи во главѣ съ Замвріемъ и безчисленное множество народа обратились къ истинному Богу и присоединились къ Христовой Церкви.

Послѣ сего торжества святой вѣры христіанской, святый Сильвестръ провелъ остатокъ дней своей жизни въ непрестанныхъ трудахъ и заботахъ о Церкви Христовой, послѣ чего, добрѣ управивъ ввѣренное ему словесное стадо, и достигнувъ глубокой старости [48], отошелъ ко Господу. На епископскомъ престолѣ онъ пробылъ двадцать одинъ годъ и одиннадцать мѣсяцевъ. Нынѣ же въ безконечной жизни онъ вмѣстѣ съ Ангелами прославляетъ Отца и Сына и Святаго Духа, Единаго въ Троицѣ Бога, Ему же и отъ насъ да будетъ слава во вѣки, аминь.

Примѣчанія:
[1] Исповѣдниками назывались въ древней Церкви тѣ христіане, которые во время гоненій открыто объявляли себя христіанами и претерпѣвали мученія, но оставались въ живыхъ. Такія лица пользовались особеннымъ уваженіемъ въ христіанскомъ обществѣ.
[2] Префектъ — градоначальникъ.
[3] Св. Мелхіадъ — папа Римскій съ 311-314-й годъ.
[4] Еванг. отъ Луки гл. 12, ст. 20.
[5] Св. Марцеллинъ — папа Римскій съ 296-304-й годъ.
[6] Въ древности въ избраніи епископа участвовалъ народъ.
[7] Все это были боги, которыхъ чтили Римляне, и которые считались покровителями того или другаго дня.
[8] Такъ называется воскресный день уже въ Апокалипсисѣ Іоанна Богослова (гл. 1, ст. 10).
[9] Въ Римской Церкви съ давняго времени дни недѣли называются феріями, т. е. богослужебными днями, что, по словопроизводству съ латинскаго, указываетъ на обязанность христіанина ежедневно совершать служеніе Богу. Понедѣльникъ — ферія первая, вторникъ — ферія вторая и т. д. Суббота удержала у римскихъ христіанъ свое еврейское названіе, а воскресенье называется древнимъ именемъ — день Господень (Доминика).
[10] То же самое о субботѣ сказано еще въ правилахъ св. Апостоловъ (64-е правило). Вальсамонъ въ толкованіи на это правило замѣчаетъ, что въ субботу мы не постимся, чтобы не показаться іудействующими, но если постъ запрещается въ субботу, то это значитъ только, что въ субботу не слѣдуетъ хранить полное воздержаніе отъ пищи до вечера, какъ полагается въ Великую Субботу, но не указываетъ на то, что во всѣ субботы, кромѣ Великой, нужно ѣсть скоромную пищу. По Церковному Уставу въ субботу, прямо послѣ Литургіи, можно вкушать вино, елей и ту пищу, которая полагается по церковнымъ правиламъ, т. е. въ мясоѣдѣ — скоромную, въ посты — постную.
[11] Тарпейская скала — южная, крутая скала Капитолійскаго холма. Тарпейской она названа потому, что съ нея Сабиняне сбросили Тарпею, дочь коменданта Капитолія, когда ими была взята эта крѣпость. Высота ея — 160 футовъ надъ уровнемъ моря.
[12] У язычниковъ было много божествъ, но истиннаго Бога они не вѣдали, почему св. ап. Павелъ называетъ ихъ безбожными (Ефес. 2, 12).
[13] Сѣверо-западная провинція Малой Азіи.
[14] Раввинъ — почетный титулъ въ Палестинѣ, даваемый выдающимся учителямъ и толкователямъ Закона ветхозавѣтнаго.
[15] Синклитъ — правительство воинское и гражданское изъ самыхъ важныхъ царскихъ совѣтниковъ и сановниковъ.
[16] Нѣсколько измѣненное выраженіе Псал. 34, ст. 23.
[17] Кн. Второзак. гл. 32, ст. 39.
[18] Псаломъ 2, ст. 1-2.
[19] Псаломъ 2, ст. 7.
[20] Почти всѣ св. отцы относятъ это выраженіе къ временному рожденію Сына Божія во плоти человѣческой.
[21] Псаломъ 44, ст. 7.
[22] Псаломъ 32, ст. 6.
[23] Псаломъ 50, ст. 13.
[24] Псаломъ 138, ст. 7.
[25] Псаломъ 103, ст. 30.
[26] Кн. Быт. гл. 1, ст. 26.
[27] Посл. къ Галат. гл. 4, ст. 4 и 5.
[28] Кн. прор. Исаіи гл. 7, ст. 14.
[29] Въ глубину, т. е. на землѣ или изъ-подъ земли; въ высоту, т. е. съ неба.
[30] Ахазъ не вѣрилъ пророку, но прямо сказать объ этомъ ему не рѣшался и потому лицемѣрно привелъ въ свое оправданіе слова Закона Моисеева, запрещавшаго евреямъ искушать Господа требованіемъ чудесъ (Исх. гл. 17).
[31] Отроковица, т. е. молодая женщина вообще — можетъ быть замужняя, можетъ быть еще дѣвица, толковали іудеи. Это толкованіе неправильно. Слово, употребленное здѣсь въ еврейской библіи (алма), можетъ означать, по словопроизводству, только дѣвицу очень молодую, еще подростающую. Притомъ во всемъ Ветхомъ Завѣтѣ это слово никогда не употребляется въ приложеніи къ замужней женщинѣ.
[32] Кн. прор. Исаіи гл. 8, ст. 3.
[33] Кн. прор. Исаіи гл. 1, ст. 26.
[34] Т. е. потому, что тамъ родился Спаситель міра, Котораго св. Ап. Павелъ именуетъ Царемъ правды (Евр. 7, 2).
[35] Кн. Прор. Варух. гл. 3, ст. 36-38. Обрѣте всякъ путь хитрости, т. е. дѣйствуетъ всегда съ высшею мудростью и знаетъ лучшіе пути, ведущіе к цѣли.
[36] Кн. Прор. Захар. гл. 3, ст. 1-2. Первосвященникъ іудейскій Іисусъ, на котораго клеветалъ предъ Господомъ діаволъ, признается у многихъ отцовъ Церкви прообразомъ Іисуса Христа, Который также терпѣлъ разныя нападенія отъ діавола и слугъ его.
[37] Кн. Прем. Солом. гл. 2, ст. 1 и 12.
[38] Псаломъ 40, ст. 10.
[39] Псаломъ 26, ст. 12.
[40] Псаломъ 21, ст. 17 и 18. Ископаша — пронзили. Исчетоша кости Моя — т. е. въ тѣлѣ Христовомъ, когда оно висѣло на крестѣ, кости такъ выдались, что ихъ можно было пересчитать.
[41] Псаломъ 21, ст. 19.
[42] Псаломъ 68, ст. 22. Желчь — горечь; оцетъ — уксусъ. Эти вещества, по толкованію блаж. Ѳеодорита, были прибавлены къ питью, чтобы сдѣлать его горькимъ и непріятнымъ.
[43] Псаломъ 87, ст. 7.
[44] Кн. Быт. гл. 49, ст. 9. Іаковъ здѣсь собственно говорилъ о сынѣ своемъ Іудѣ, но все сказанное объ Іудѣ, по изъясненію отцовъ Церкви, должно относить въ лучшемъ смыслѣ и къ Господу Іисусу Христу, Котораго Іуда былъ прообразомъ.
[45] Это было ложной выдумкой Замврія. Быки, какъ сказано въ Законѣ (Кн. Лев. 1, и слѣд. главы), были закалаемы священниками.
[46] Св. Сильвестръ относитъ это дѣло къ помощи бѣсовъ, которые, по ученію древнихъ отцовъ и учителей Церкви, употребляли въ тѣ времена всѣ средства къ тому, чтобы полагать препятствія усиленію религіи христіанской.
[47] Кн. Второзак. гл. 32, ст. 39.
[48] Св. Сильвестръ, папа Римскій, скончался въ 335 году. Мощи его были погребены на Салорійской дорогѣ, въ катакомбахъ св. Прискиллы, въ одной милѣ отъ Рима.

Источникъ: Житія святыхъ, на русскомъ языкѣ изложенныя по руководству Четьихъ-миней св. Димитрія Ростовскаго съ дополненіями, объяснительными примѣчаніями и изображеніями святыхъ. Книга пятая, часть первая: Мѣсяцъ Январь. — М.: Синодальная Типографія, 1904. — С. 121-139.

Во славу Божію помощь въ подготовкѣ электронной публикаціи оказалъ: р. Б. Андрей.

Назадъ / Къ оглавленію / Впередъ


Цитата «Торжество Православія»


Наверхъ / Къ титульной страницѣ

0