Если вы нашли ошибку на странице, выделите ее мышкой и щелкните по этой ссылке, или нажмите Ctrl+Alt+E

Русскій Порталъ- Церковный календарь- Русская Библія- Осанна- Святоотеческое наслѣдіе- Наслѣдіе Святой Руси- Слово пастыря- Литературное наслѣдіе- Новости

О старомъ стилѣ
-
Гостевая книга
-
Новости
-
Написать письмо
-
Поискъ

Православный календарь

Мѣсяцесловы

С. В. Булгакова
-
Прот. Алексія Мальцева

Житія святыхъ

Свт. Димитрія Ростовскаго
-
Д. И. Протопопова
-
Избранныя житія

Житія русскихъ святыхъ

Архим. Игнатія (Малышева)

Патерики

Аѳонскій
-
Кіево-Печерскій
-
Новгородскій
-
Троицкій

Новости сайта



Сегодня - четвергъ, 19 октября 2017 г. Сейчасъ на порталѣ посѣтителей - 10.

ЖИТІЯ СВЯТЫХЪ

Святитель Димитрій, митр. Ростовскій († 1709 г.)

Святитель Димитрий, митрополит Ростовский, чудотворецСвт. Димитрій, митрополитъ Ростовскій, чудотворецъ, родился въ 1651 г. въ мѣстечкѣ Макаровѣ, Кіевской губерніи. Въ мірѣ Даніилъ, сынъ казачьего сотника Туптало. Окончивъ Богоявленскую школу (Могилянскую Духовную Академію), принялъ въ 1668 г. постригъ въ Кіевскомъ Кирилловомъ монастырѣ. Въ 1675 г. — іеромонахъ. Былъ игуменомъ въ нѣсколькихъ монастыряхъ монастыряхъ. Архимандритъ Черниговскаго Елецкаго монастыря и Новгородсѣверскаго Преображенскаго монастыря. Въ 1701 г. поставленъ митрополитомъ Тобольскимъ; по болѣзни остался въ Москвѣ и занялъ освободившуюся въ 1702 г. каѳедру въ Ростовѣ. Много потрудился въ установленіи церковного благочестія и въ дѣлѣ обличенія старообрядцевъ. Подвизался въ подвигахъ поста, молитвы, милосердія. Двадцать лѣтъ трудился надъ составленіемъ Четьихъ-Миней, которыя началъ писать въ 1684 г. въ Кіево-Печерскомъ монастырѣ. Свт. Димитрій мирно скончался 28 октября 1709 г. и былъ погребенъ, по его завѣщанію, въ соборной церкви Ростовскаго Спасо-Яковлевскаго монастыря. Обрѣтеніе мощей — 21 сентября 1752 г. Прославленіе — 22 апрѣля 1757 г. Перенесеніе мощей въ новую раку — 25 мая 1763 г.

Житія святыхъ свт. Димитрія, митр. Ростовскаго

Житія святыхъ, на русскомъ языкѣ
изложенныя по руководству Четьихъ-миней св. Димитрія Ростовскаго.

Мѣсяцъ Декабрь.
День двадцать второй.

Страданіе святой великомученицы Анастасіи Узорѣшительницы, Хрисогона учителя ея, Ѳеодотіи и другихъ съ нею пострадавшихъ.

Когда Анастасія закончила свое ученіе у Хрисогона, ее единогласно стали прославлять, какъ мудрую и прекрасную дѣву.

Между тѣмъ, отошла отъ этой жизни блаженная мать Анастасіи, Фавста. Отецъ же святой противъ ея желанія выдалъ ее за нѣкоего Помплія, происходившаго также изъ сенаторскаго рода и исповѣдавшаго эллинскую вѣру; и была Анастасія отведена въ домъ къ жениху, вѣрная къ невѣрному, агница Христова къ волку. Но Богъ, къ Которому возносились ея рыданія, предъ Которымъ она молилась день и ночь, сохранилъ ее. Святая не лишилась своего дѣвства, и нечистый мужъ не осквернилъ ея чистаго тѣла. Анастасія притворилась, что у нея постоянная и неисцѣлимая женская болѣзнь, и говорила, что не можетъ быть женою своему мужу. Иногда, мужъ насильно, борьбой, хотѣлъ добиться отъ нея удовлетворенія своей нохоти; но Анастасія, съ невидимою помощію ангела-хранителя, вырывалась изъ его рукъ, — и такъ осталась она непорочною дѣвою.

Часто, снявъ свои роскошныя одежды и драгоцѣнныя украшенія и надѣвъ тайно нищенское рубище, Анастасія выходила изъ дому, невѣдомо для всѣхъ, кромѣ одной рабыни, которая неотлучно сопровождала ее. Съ этой рабыней Анастасія обходила всѣ темницы, золотомъ покупая себѣ у стражи входъ въ нихъ, посѣщала страждущихъ ради Христа, служила имъ съ благоговѣніемъ и усердіемъ, сколько могла. Она умывала руки и ноги заключенныхъ, очищала ихъ спутанные волосы, полные сора, отирала кровь ихъ, обвязывала ихъ раны чистымъ полотномъ, подавала каждому пищу и питье. Потомъ, достаточно послуживъ имъ, она возвращалась домой.

Въ этихъ занятіяхъ часто приходилось ей выходить изъ дому, и не скрылось это отъ ея мужа. Онъ узналъ, что Анастасія посѣщаетъ узниковъ, и еще больше разгнѣвался на нее, тѣмъ болѣе что и прежде онъ былъ раздраженъ на святую за ея отказъ вести съ нимъ супружескую жизнь, и много ей за то досаждалъ. А о дѣлахъ Анастасіи онъ узналъ отъ сопровождавшей ее рабыни; эта вѣроломная женщина разсказала ему все.

Жестоко избивъ Анастасію, беззаконный мужъ ея заключилъ святую въ отдѣльной комнатѣ, приставивъ къ ней стражу, такъ что она не могла выйти изъ комнаты. И скорбѣла духомъ святая объ узникахъ за Христа, что не посѣщаетъ ихъ, не служитъ имъ, не снабжаетъ ихъ всѣмъ нужнымъ. Особенно же болѣло сердце Анастасіи по учителѣ ея святомъ Хрисогонѣ, что не видитъ она его. Уже два года святый Хрисогонъ претерпѣвалъ много различныхъ мукъ, пребывая въ темницѣ. Находясь на свободѣ, Анастасія часто приходила къ нему. Теперь же, пребывая въ заключеніи и подъ бдительнымъ надзоромъ, она не могла навѣщать своего учителя.

Особенно сталъ притѣснять Анастасію ея мужъ, когда умеръ отецъ сей благочестивой жены, Претекстатъ; все значительное имѣніе Претекстата перешло по наслѣдству къ Анастасіи, какъ къ единственной дочери, ибо у него не было больше ни дѣтей, ни родственниковъ. И тогда Помплій, воспользовавшись смертію своего тестя, изъ ненависти къ Анастасіи за ея несогласіе къ его плотскимъ желаніямъ, замыслилъ уморить ее, чтобы наслѣдовать все ея имѣніе и жить съ другой женою на чужія деньги. Обращаясь со святою, какъ съ плѣнницею и рабою, онъ ежедневно истязалъ и мучилъ ее. Это извѣстно изъ письма ея, тайно написаннаго ею Хрисогону и посланнаго чрезъ одну старицу. Вотъ это письмо:

«Святому исповѣднику Христову Хрисогону отъ Анастасіи».

«Мой отецъ былъ идолопоклонникъ; но мать моя Фавста жила всегда чистою и благочестивою христіанскою жизнію. И она сдѣлала меня христіанкою съ самыхъ младенческихъ пеленъ. Послѣ ея кончины, я приняла на себя тяжкое иго супружества съ язычникомъ. Но, по милосердію ко мнѣ Бога, я успѣшно уклонялась отъ ложа его, притворяясь больною, и теперь во дни и въ ночи объемлю стопы Господа моего Іисуса Христа. Мужъ же мой съ недостойными и скверными идолопоклонниками растрачиваетъ мое наслѣдіе, похваляясь богатствомъ моимъ, какъ бы своимъ; а меня, какъ волшебницу и противницу его языческой вѣры, онъ томитъ въ столь тяжкомъ заключеніи, что мнѣ ничего не остается, какъ только, предавъ духъ Господу, упасть мертвою. Конечно, я должна радоваться, что, пострадавъ за Господа, умру исповѣдуя Его; но я глубоко скорблю о томъ, что вижу, какъ всѣ мои богатства, обѣщанныя Богу, расточаются руками людей нечестивыхъ и богопротивныхъ. Поэтому прошу тебя, человѣкъ Божій, помолись прилежно Владыкѣ Христу, чтобы Онъ мужа моего или оставилъ живымъ, если вѣдаетъ, что тотъ когда-нибудь увѣруетъ, или, если онъ будетъ все продолжать пребывать въ невѣріи, то да повелитъ ему выйти изъ среды живыхъ и дать мѣсто тѣмъ, кто чтитъ Бога. Лучше ему умереть, чѣмъ не исповѣдывать Сына Божія и препятствовать тѣмъ, кто исповѣдуетъ Его. Призываю Христа во свидѣтели, что, если я буду свободна, то проведу жизнь мою въ служеніи святымъ и буду прилежно о нихъ заботиться, какъ я уже и начала дѣлать... Спасайся, мужъ Божій, и помилуй меня».

На это письмо къ святой Анастасіи пришелъ такой отвѣтъ:

«Хрисогонъ — Анастасіи. Къ тебѣ, смущаемой бурею и волненіями міра сего, скоро придетъ Христосъ, ходящій по водамъ, и единымъ словомъ Своимъ утишитъ вздымающіеся на тебя вѣтры навѣтовъ вражіихъ. Находясь посреди возмущеннаго моря, терпѣливо ожидай Христа, Который придетъ къ тебѣ, и неустанно взывай словами пророка: вскую прискорбна еси душе моя, и вскую смущаеши мя? уповай на Бога, яко исповѣмся Ему, спасеніе лица моего, и Богъ мой (Псал. 41, 6) [1]. Ожидай отъ Бога двойнаго воздаянія. Ибо тебѣ будетъ возвращено и временное наслѣдство и даровано будетъ небесное: Господь затѣмъ по временамъ попускаетъ злое и замедляетъ свои благодѣянія, чтобы мы не воздремали въ безопасности. Не смущайся, когда видишь, что бѣды постигаютъ людей, живущихъ въ благочестіи. Господь не отвергаетъ тебя, но испытываетъ. Знай и то, что не прочна защита, подаваемая рукою человѣческой, по слову Писанія: проклятъ человѣкъ, иже надѣется на человѣка, и благословенъ человѣкъ, иже надѣется на Господа (Іер. 17, 5). Крѣпко и бодро охраняй себя отъ всѣхъ грѣховъ и ищи утѣшенія отъ Единаго Бога, соблюдая святыя заповѣди Его. Скоро вернется къ тебѣ мирное время. Какъ послѣ ночной тьмы возсіяваетъ свѣтозарный день, и какъ послѣ жестокой зимы наступаетъ теплая весна, такъ придутъ къ тебѣ золотые и ясные дни, и тогда ты подашь всѣмъ страждущимъ ради имени Христова временное утѣшеніе, а сама несомнѣнно сподобишься вѣчнаго блаженства... Спасайся о Господѣ и молись обо мнѣ».

Вскорѣ Анастасіи суждено было испытать отъ безжалостнаго нечестиваго мужа своего новыя смертельныя обиды, и она опять написала святому Хрисогону письмо. Вотъ что было написано въ немъ:

«Исповѣднику Христову Хрисогону отъ Анастасіи. Помяни меня и помолись за меня, чтобы Господь, по любви къ Коему я терплю муки, о которыхъ разскажетъ тебѣ посланная къ тебѣ старица, принялъ мою душу».

Святый отвѣчалъ ей:

«Хрисогонъ — Анастасіи. Свѣту всегда предшествуетъ тьма, и послѣ болѣзней часто возвращается здоровье, и послѣ смерти обѣщана намъ жизнь. Одинъ и тотъ же конецъ для всякаго, какъ для счастливца, такъ и для страдальца, чтобы скорбящими не овладѣвало отчаяніе, и чтобы въ радости люди не предавались самомнѣнію. Одно море, на которомъ пускаются въ путь челны жизней нашихъ, и съ единымъ Кормчимъ души наши совершаютъ свое плаваніе. Корабли однихъ болѣе крѣпки и безъ вреда проходятъ чрезъ волненія, а у другихъ — утлые челны, которые и въ затишьи близки къ потопленію. Близко время гибели тѣхъ, которые не думаютъ придти къ спасительному пристанищу. А ты, непорочная служительница Христова, прилѣпись всею мыслію ко Кресту Христову и приготовь себя къ дѣлу Господню; и когда ты послужишь Христу по собственному твоему желанію, то отъ мученій съ торжествомъ перейдешь въ блаженную жизнь ко Христу».

Этимъ письмомъ святый Хрисогонъ пророчествовалъ о скорой гибели жестокаго мужа ея Помплія. И дѣйствительно, послѣдній вскорѣ былъ отправленъ въ Персію посломъ къ Персидскому царю. Отправляясь въ путь, онъ долженъ былъ плыть по морю; корабль, на которомъ онъ плылъ, во время внезапной бури пошелъ ко дну и утонулъ. Такъ погибъ этотъ окаянный человѣкъ. Святая же Анастасія, сохранивъ свое дѣвство, какъ птица избавилась отъ сѣти ловца. Вмѣстѣ со свободой своей она получила и все наслѣдство, оставшееся ей отъ родителей. И начала она, уже безъ помѣхи отъ кого бы то ни было, обходить заключенныхъ въ темницахъ. Она служила святымъ страстотерпцамъ Христовымъ не однимъ только имѣніемъ своимъ. Наряду съ этимъ она утѣшала ихъ, своими благоразумными рѣчами возбуждала ихъ къ мужественному терпѣнію и къ безбоязненной смерти за Христа.

Въ то время царь Діоклитіанъ находился въ Аквилеѣ [2] и направлялъ всѣ свои заботы на то, чтобы ни одному христіанину не удалось тайно уйти изъ его рукъ. Ему донесли изъ Рима, что темницы наполнены великимъ множествомъ христіанъ, что они, несмотря на разнообразныя мученія, не отрицаются отъ своего Христа, и что во всемъ этомъ ихъ подкрѣпляетъ христіанскій учитель Хрисогонъ, которому они покорны, во всемъ слѣдуя его наставленіямъ. Царь приказалъ предать всѣхъ христіанъ мукамъ и смерти, а Хрисогона послатъ къ нему. Онъ размышлялъ, что если одолѣетъ его упорство, то легко осилитъ и прочихъ христіанъ.

Когда Хрисогона вели къ царю на испытаніе, издалека слѣдовала за своимъ учителемъ и Анастасія.

Увидѣвъ святаго мужа, царь началъ сперва бесѣдовать съ нимъ, съ кротостію увѣщевая его отречься отъ Христа.

— «Прими, Хрисогонъ, мой добрый совѣтъ, — говорилъ беззаконный властитель, — присоединись къ нашей вѣрѣ, сдѣлай угодное богамъ и выбери себѣ пріятное вмѣсто скорбнаго, полезное вмѣсто неполезнаго. Знай, что не только ты избавишься отъ мукъ и получишь столь желанную свободу, но сверхъ того сдѣлаешься начальникомъ великаго города Рима».

Святый отвѣчалъ на это:

— «Я позналъ Единаго Бога, и Онъ для меня дороже всякаго свѣта и вожделѣннѣе всякой свободы. Онъ мнѣ дороже всей жизни, полезнѣе всѣхъ сокровищъ. Въ Него одного вѣрую я сердцемъ, исповѣдую Его устами, чту Его душою и передъ очами всѣхъ преклоняю Ему мои колѣна. Чтить же многихъ твоихъ боговъ, въ которыхъ живутъ бѣсы, я не буду; я мыслю о нихъ такъ же, какъ и Сократъ [3], который говоритъ о нихъ: «Нужно всячески удаляться отъ нихъ, потому что они соблазняютъ людей и суть извѣстные душегубцы». Дары же и честь, которые ты мнѣ предлагаешь, я цѣню не больше, чѣмъ сонъ и мракъ».

Не могъ больше слышать царь такихъ свободныхъ рѣчей Хрисогона, и повелѣлъ воинамъ взять его и, заведя въ пустынное мѣсто, отрубить ему голову. Тѣло святаго было брошено на берегу моря [4], недалеко отъ жилищъ одного пресвитера Зоила, мужа святой жизни, и трехъ дѣвицъ — сестеръ тѣломъ и духомъ, Агапіи, Хіоніи и Ирины [5]. Этотъ пресвитеръ по откровенію отъ Бога узналъ о тѣлѣ святаго Хрисогона, взялъ его вмѣстѣ съ усѣченною главою, и, вложивъ въ ковчегъ, скрылъ у себя дома [6]. По истеченіи же тридцати дней явился ему въ видѣніи святый Хрисогонъ и сказалъ:

— «Знай, что въ теченіе предстоящихъ девяти дней три живущія близъ тебя дѣвицы Христовы будутъ взяты на мученія. Ты же скажи рабѣ Господией Анастасіи, чтобы она заботилась, о нихъ, возбуждая ихъ къ подвигу мужества, пока онѣ не увѣнчаются мученическими вѣнцами. Будь и ты въ благомъ упованіи, что воспріимешь сладкіе плоды твоихъ трудовъ. Вскорѣ и ты освободишься отъ здѣшней жизни и будешь отведенъ ко Христу съ пострадавшими за Него».

Такое же откровеніе было и святой Анастасіи. И вотъ, вдохновляемая Духомъ Божіимъ, она пришла къ дому пресвитера, котораго никогда не знала, и спрашивала у него:

— «Гдѣ тѣ дѣвицы, о мученической кончинѣ которыхъ ему было открыто въ видѣніи».

Потомъ, узнавъ мѣсто ихъ обитанія, она пошла къ нимъ и провела съ ними ночь, бесѣдуя съ ними о любви къ Богу и о спасеніи души. И своею рѣчью увѣщевала ихъ мужественно, до крови, стоять за Христа, Жениха ихъ. У пресвитера же Зоила она увидѣла мощи святаго мученика Христова Хрисогона, своего дорогаго учителя, и много плакала надъ ними теплыми слезами, поручая себя его молитвамъ. Затѣмъ она возвратилась въ Аквилею.

Вскорѣ послѣ того предсказаніе святаго Хрисогона пресвитеру Зоилу исполнилось. Этотъ пресвитеръ, по истеченіи девяти дней, перешелъ къ Господу, а святыя дѣвы Агапія, Хіонія и Ирина были взяты и приведены на допросъ къ царю Діоклитіану. Долго увѣщевалъ онъ ихъ принести жертву идоламъ, прибѣгая то къ ласкамъ, то къ угрозамъ, но не успѣлъ въ томъ и, наконецъ, заключилъ ихъ въ темницу.

Святая же Анастасія, посѣщая по обычаю своему заключенныхъ, пришла къ тѣмъ святымъ дѣвамъ и утѣшала ихъ, возбуждая въ нихъ упованіе на неотступную помощь Христову и надежду на славную побѣду надъ врагами Господа.

Между тѣмъ царю надо было, по государственнымъ дѣламъ, отправиться въ Македонію [7]; поэтому святыя дѣвы были поручены мучителю Дулькицію, который ихъ пыталъ и мучилъ, а затѣмъ передалъ ихъ на истязаніе одному комиту, Сисинію [8]. Послѣдній бросилъ святую Агапію и Хіонію въ огонь. Здѣсь онѣ и предали духъ свой Богу, оставивъ тѣла свои въ огнѣ цѣлыми и неповрежденными. А святую Ирину одинъ изъ воиновъ Сисинія ранилъ стрѣлою изъ тугого лука, послѣ чего святая скончалась. Чистыя тѣла ихъ взяла святая Анастасія, обвила бѣлыми плащаницами съ ароматами и благоговѣйно положила на избранномъ мѣстѣ, ублажая ихъ страданія.

Потомъ Анастасія стала переходить изъ города въ городъ и изъ страны въ страну; святая вездѣ служила христіанамъ, содержимымъ въ узахъ, доставляла на свои средства узникамъ пищу и питье, одежду и все необходимое и оказывала больнымъ врачебную помощь. Она была отрадою для всѣхъ тяжко испытуемыхъ и изнемогающихъ тѣломъ людей, и золотомъ покупала имъ облегченіе отъ долговременныхъ тяжкихъ узъ. Вотъ поэтому Анастасія и была названа Узорѣшительницею, такъ какъ своимъ тайнымъ попеченіемъ она многимъ разрѣшила узы. Однимъ она принесла облегченіе; другихъ, врачуя собственными руками, она вылѣчила отъ неисцѣлимыхъ ранъ, иныхъ, бывшихъ полумертвыми, оживила своимъ уходомъ, давъ имъ здоровье и силы на ожидавшія ихъ новыя мученія.

Желая помогать больнымъ и несчастнымъ, она выучилась врачебному искусству и сама лѣчила раненыхъ. Не глушалась она на рукахъ своихъ носить тѣхъ, которые не могли владѣть ни руками своими, ни ногами, перебитыми или изъявленными за Христа, — и сама влагала имъ въ уста пищу, поила ихъ, обчищала ихъ гной, обвязывала струпья. И въ томъ только было ея веселье и радость, чтобы послужить Самому Христу въ лицѣ тѣхъ, кто страждетъ за исповѣданіе сладчайшаго имени Христова. Объ этомъ заботилась она всѣми силами, къ этому стремилась всѣми способами и, трудясь въ этомъ дѣлѣ всею душой, она побѣждала природную немощь свою, отличаясь великодушіемъ и мужественностію, любовію къ Богу и ближнимъ и заботами о святыхъ страдальцахъ, которые всегда близки къ Богу и о которыхъ она говорила вмѣстѣ съ Давидомъ: мнѣ зѣло честни быша друзи Твои, Боже (Псал. 138, 17)!

Будучи въ Македоніи и занимаясь тамъ обычнымъ своимъ дѣломъ, святая Узорѣшительница Анастасія познакомилась съ одною очень молодою вдовою Ѳеодотіею, которая была родомъ изъ страны Виѳинской, изъ города Никеи [9]. По смерти мужа она осталась съ тремя младенцами-сыновьями и жила въ Македоніи, проводя дни своего вдовства въ усердномъ исповѣданіи христіанства и въ благочестивыхъ подвигахъ. Блаженная Анастасія часто жила у той вдовы, любила ее, какъ вѣрную рабу Христову, и утѣшалась сладкою бесѣдой съ нею о сладчайшей любви къ Богу, изъ-за которой столько святыхъ положили свои души. Съ теченіемъ времени о Ѳеодотіи узнали, что она христіанка, и честная вдова была схвачена и приведена къ царю на допросъ.

Когда она стояла на этомъ нечестивомъ судилищѣ, одинъ изъ окружавшихъ царя, именемъ Левкадій, прельстился ея красотой, такъ какъ она была красива и благолѣпна. Онъ просилъ царя не убивать Ѳеодотію, но дать ее ему, чтобы онъ могъ на ней жениться. Царь согласился, надѣясь, что мужъ скорѣе обратитъ ее въ идолопоклонство.

Левкадій взялъ Ѳеодотію съ дѣтьми къ себѣ въ домъ, и чего только ни дѣлалъ и ни говорилъ, упрашивая ее, увѣщевая, лаская и грозя, чтобы она отверглась Христа и стала его женою. Ѳеодотія отвѣчала ему:

— «Если ты хлопочешь, чтобы я была твоей женой изъ-за того, что желаешь моихъ богатствъ и имѣній, — то я добровольно отдаю тебѣ все; оставь же меня работать Христу, чтобы мнѣ вмѣсто всѣхъ богатствъ наслѣдовать одного Христа. Если же ты желаешь меня изъ влеченія къ красотѣ моей, и думаешь отвратить меня отъ моего Христа, то знай, что ты стремишься къ невозможному. Ибо легче ты обратишь красоту мою въ безобразіе и жизнь въ смерть, чѣмъ отторгнешь отъ Христа мой умъ и вынудишь у меня согласіе на бракъ съ тобою».

Въ то время Левкадію нужно было сопровождать царя, который куда-то отправлялся. И онъ уѣхалъ, оставивъ Ѳеодотію въ своемъ домѣ, и долго не возращался. Ѳеодотія же, нѣсколько облегченная, служила, вмѣстѣ со святою Анастасіею узникамъ, исцѣляла больныхъ, погребала мертвыхъ, укрѣпляла живыхъ къ большимъ подвигамъ. И вотъ, Діоклетіану снова доносятъ, что темницы по городамъ наполнены христіанами, и что негдѣ помѣщать другихъ узниковъ. Тогда нечестивый мучитель велѣлъ умертвить всѣхъ заключенныхъ различными казнями, чтобы темницы, освободившись, могли вмѣстить другихъ христіанъ. Была назначена для того одна ночь, во время которой великое множество мучениковъ было призвано къ немерцающему Дню — Христу Господу. Одни скончались отъ меча, другихъ потопила вода, нѣкоторыхъ сожгли огненныя печи, а другихъ живыми приняли нѣдра земли: глубокіе рвы и ямы были наполнены людьми и засыпаны землею и камнями.

На утро христолюбивая и блаженная Анастасія, по обычаю своему, пришла въ одну изъ темницъ и, не найдя никого изъ честныхъ страдальцевъ, наполнила воздухъ жалостными криками и рыданіями. Когда случившіеся тамъ воины спросили ее, зачѣмъ она такъ рыдаетъ, она отвѣчала:

— «Ищу рабовъ Бога моего, которые вчера были въ этой темницѣ, а теперь не знаю, гдѣ находятся».

Воины, видя, что она христіанка, тотчасъ взяли ее и отвели къ начальнику Иллирійской области Флору [10]. Когда святую привели къ игемону, тотъ спросилъ ее:

— «Ты христіанка?»

Святая Анастасія отвѣчала:

— «Воистину я христіанка. Что тебѣ кажется мерзостнымъ, то мнѣ дорого. А имя христіанки, которое у васъ считается позоромъ, для меня честно и славно».

Тогда игемонъ сталъ разспрашивать Анастасію объ ея происхожденіи и, узнавъ, что она изъ извѣстнаго римскаго рода, съ удивленіемъ спросилъ:

— «Что побудило тебя къ тому, что ты, оставивъ Римъ, славное отечество твое, пришла сюда?»

Святая отвѣчала ему:

— «Не что иное, какъ только гласъ Господа моего, призывавшаго меня къ Себѣ. Внимая этому гласу, я оставила отечество и друзей, взяла Крестъ Христа моего и бодро и радостно пошла вслѣдъ за Христомъ».

Игемонъ сказалъ на это:

— «Гдѣ тотъ Христосъ, Котораго ты исповѣдуешь?»

Анастасія отвѣчала:

— «Нѣтъ мѣста, въ которомъ бы не было Христа. Онъ — на небѣ, въ морѣ, и на землѣ, Онъ пребываетъ во всѣхъ призывающихъ и боящихся Его, просвѣщая ихъ разумъ и всегда находясь съ ними».

Игемонъ спросилъ:

— «Гдѣ же находятся люди, боящіеся твоего Христа, о которыхъ ты говоришь? Скажи намъ, чтобы мы узнали ихъ».

Святая отвѣчала:

— «Доселѣ они были съ нами на землѣ, живя въ тѣлѣ, теперь же, оставивъ дольній міръ, они на небѣ и съ высоты смотрятъ на насъ. Это блаженство доставила имъ смерть, принятая за Христа. И я желаю быть въ ихъ числѣ и пойти тѣмъ же путемъ, что и они».

Игемонъ ничего не могъ сдѣлать со знатною римлянкою, прежде чѣмъ о ней не узнаетъ царь, и потому онъ, описавъ все касающееся Анастасіи, отправилъ это въ особомъ донесеніи Діоклитіану. Діоклитіанъ знавалъ родителей Анастасіи и мужа ея, равно какъ и ее самое. Понявъ, что она тратитъ на бѣдныхъ христіанъ свое имѣніе, полученное ею отъ родителей, онъ приказалъ привести святую къ себѣ и, увидѣвъ ее, сталъ разспрашивать объ ея состояніи, такъ какъ больше любилъ богатство, чѣмъ своихъ боговъ.

— «Гдѣ твои богатства, оставшіяся тебѣ послѣ отца?»

Святая мужественно отвѣчала:

— «Если бъ у меня оставалось еще что-нибудь изъ сокровищъ и имѣній, которыми бы я могла еще послужить рабамъ моего Христа, то я не предала бы себя въ руки людей, ищущихъ христіанской крови. Но теперь я уже истощила все имущество свое, которое принесла въ жертву Христу, и у меня осталось одно лишь мое тѣло; поэтому я стремлюсь и его принести въ даръ моему Богу».

Видя, какъ святая свободно говоритъ, и провидя ея мужество, царь потерялъ надежду одолѣть ее словами и получить что-нибудь изъ богатствъ ея, объ истощеніи которыхъ онъ только что слышалъ. Онъ боялся вступать съ нею въ дальнѣйшую бесѣду, чтобъ она не пристыдила его своими премудрыми словами, и велѣлъ отвести ее къ областеначальнику, сказавъ при этомъ:

— «Не подобаетъ царскому величеству бесѣдовать съ безумной женщиной».

Областеначальникъ ласково спросилъ святую Анастасію:

— «Зачѣмъ не хочешь ты принести богамъ жертвы, какъ приносилъ ихъ твой отецъ; зачѣмъ оставила ихъ и почитаешь Христа? Вѣдь ты не знаешь Его: Онъ родился среди іудеевъ и ими же убитъ, какъ злодѣй».

Анастасія отвѣчала:

— «И у меня въ домѣ были боги и богини, золотые, серебряные и мѣдные. Я видѣла, какъ они праздно стояли, служа только сѣдалищемъ для птицъ, жилищемъ для пауковъ и мухъ. Поэтому я бросила боговъ и богинь въ огонь, освобождая ихъ отъ безчестія, которые имъ наносили птицы, пауки и мухи. И изъ огня они вышли у меня монетами золотыми, серебряными и мѣдными. На тѣ деньги я напитала многихъ голодныхъ, одѣла нагихъ, помогла немощнымъ, удовлетворила нуждающихся. И такъ изъ тѣхъ боговъ, которые стояли безъ дѣла и безъ пользы, я извлекла пользу для многихъ».

Услышавъ такія слова областеначальникъ съ яростію воскликнулъ:

— «Я и слышать не хочу о твоемъ безбожномъ поступкѣ».

Тогда святая съ усмѣшкой отвѣтила:

— «Удивляюсь твоему разуму, судья. Какъ ты можешь называть мой поступокъ — безбожнымъ поступкомъ. Если бъ въ тѣхъ бездушныхъ идолахъ было хоть одно чувство или одна какая-нибудь сила, то что помѣшало бы имъ освободиться изъ рукъ разрушителей ихъ, или отомстить разрушителямъ, или, наконецъ, кричать и просить помощи отъ васъ? А они даже не знаютъ сами о себѣ, не знаютъ, что съ ними дѣлается».

Прерывая рѣчь святой, судья сказалъ:

—«Божественный царь нашъ повелѣлъ тебѣ — отложивъ всѣ лишніе разговоры, сдѣлать одно изъ двухъ: или согласиться на жертвоприношеніе богамъ или погибнуть злою смертію».

Святая отвѣчала на это, что умереть за Христа не значитъ погибнуть, но — войти въ жизнь вѣчную.

Увидѣвъ, послѣ долгаго разговора, что святая непреклонна, областеначальникъ доложилъ объ этомъ царю. Діоклитіанъ въ великомъ гнѣвѣ сталъ раздумывать, что бы сдѣлать со святою Анастасіею. Кто-то изъ приближенныхъ посовѣтовалъ царю передать ее Ульпіану, жрецу Капитолійскому [11], чтобы онъ уговорилъ ее отречься отъ Христа, или принудилъ муками, или, если она не покорится, казнилъ бы ее смертію, и если послѣ нея останется какое имущество, взялъ бы его въ Капитолій. Этотъ совѣтъ понравился царю, и онъ передалъ святую Анастасію Ульпіану, верховному жрецу всѣхъ боговъ.

Ульпіанъ съ честію привелъ ее къ себѣ въ домъ, разсчитывая уловить ее скорѣе лестью, чѣмъ угрозами. Послѣ долгихъ ласковыхъ уговоровъ онъ предложилъ ей на выборъ противоположные предметы, заключавшіе въ себѣ все великолѣпіе міра и всевозможныя орудія мученій, размѣстивъ все это другъ противъ друга: съ одной стороны — драгоцѣнные камни, а съ другой — обоюдоострые мечи; здѣсь — золотыя ложа, украшенныя драгоцѣнной хрустальной отдѣлкой, а тамъ — желѣзные раскаленные одры, наполненные горящими угольями; здѣсь — монисты [12], серьги, разные золотые и жемчужные уборы, а тамъ — оковы, вериги и желѣзныя узы. Здѣсь — свѣтлыя зеркала и всевозможные женскіе наряды, а тамъ — желѣзные гребни и рогатины, назначенные для того, чтобы рвать тѣло. Съ одной стороны — драгоцѣнныя одѣянія, съ другой — осколки и деревянные опилки, которыми мучители обыкновенно растравляли раны, нанесенныя мученикамъ. Къ чему поступилъ такъ этотъ коварный и лукавый человѣкъ? Къ чему положилъ онъ противъ предметовъ роскоши — предметы истязаній и мукъ, противъ радующихъ — наводящіе уныніе и противъ ласкающихъ — предметы ужасные? Для того, чтобы одними прельстить или другими устрашить невѣсту Христову. Но она ни на что не обращала вниманія: не желала она ничего, что тѣшитъ, не боялась и не хотѣла бѣжать отъ предметовъ, наводящихъ скорбь и уныніе, и съ большею охотою смотрѣла на орудіе мучительства, чѣмъ на женскіе уборы. Такимъ образомъ, съ окаяннымъ случилось то, что говоритъ пророкъ: солга неправда себѣ (Псал. 36, 12), — и коварный жрецъ, не предчувствуя, устроилъ все на свое посрамленіе и стыдъ; ибо Анастасія показала тогда еще большее мужество и любовь ко Христу, такъ что обнаружилась вся суетность коварнаго умысла языческаго жреца, и тщетность его лукавства. Когда онъ сказалъ святой: «выбери себѣ съ обѣихъ сторонъ то, что хочешь», — она, посмотрѣвъ на разложенные предъ нею предметы роскоши и драгоцѣнности, сказала:

— «Все это, діаволъ, твое и работающихъ на тебя, съ которыми ты и будешь преданъ вѣчной погибели».

Посмотрѣвъ же на вериги и орудія мукъ, святая Анастасія произнесла:

— «Окруженная этими предметами, я стану прекраснѣе и угоднѣе вожделѣнному Жениху моему — Христу. Это я выбираю, а то отвергаю, это люблю ради возлюбленнаго Господа моего, а то ненавижу».

Тогда жрецъ, щадя ее и не теряя надежды, что она измѣнитъ свое желаніе, далъ ей три дня на размышленіе. Но мученица, опечалившись, сказала:

— «Зачѣмъ отлагать? Отчего ты не хочешь мучить меня теперь же? Ничего другого ты отъ меня не услышишь, какъ только то, что я говорю теперь: я не принесу жертвы твоимъ богамъ, не исполню воли твоей и твоего царя; а принесу жертву хвалы Царю вѣковъ, Единому безсмертному Богу моему, за Котораго я полагаю мою душу. Мученія же, которыми ты грозишь, презираю, такъ какъ ничего не желаю пріобрѣсть, какъ только одного Христа, въ Которомъ — жизнь вѣчная».

Жрецъ спросилъ ее:

— «Неужели и ты избираешь себѣ смерть, подобную Христовой?»

Мученица, услышавъ о смерти Христовой, исполнилась радости и сказала:

— «Аминь, аминь! Да будетъ такъ со мною, Христосъ, Царь мой!»

Жрецъ спросилъ:

— «Что значитъ это слово — «аминь»?

Святая отвѣчала:

— «Ты не достоинъ ни понимать, ни произносить это слово [13]. Никто изъ разумныхъ людей не вливаетъ драгоцѣнное мѵро въ гнилой сосудъ».

Тогда Ульпіанъ приказалъ отвести святую Анастасію на три дня къ знакомымъ ей женщинамъ, бывшимъ когда-то ея сосѣдками и подругами, чтобы онѣ уговорили ее вернуться къ отеческимъ богамъ. Чего только ни дѣлали тѣ лукавыя и нечестивыя женщины! Какихъ совѣтовъ, какихъ ласковыхъ и пріятныхъ для женщинъ словъ не нашептывали онѣ Анастасіи, напоминая ей о красотѣ и сладости міра! Но святая была какъ глухая, которая не слышитъ, и какъ нѣмая, не отверзающая устъ своихъ. Въ тѣ три дня она не приняла ни пищи, ни питія въ уста свои, но непрестанно въ сердцѣ своемъ взывала къ Жениху своему Христу. Черезъ три дня верховный жрецъ Ульпіанъ, видя, что святая Анастасія была тверда въ исповѣданіи вѣры, какъ столпъ непоколебимый и гора неподвижная, осудилъ ее на муки. Но сперва этотъ окаянный человѣкъ, уязвленный ея красотою, желалъ осквернить чистую голубицу Христову своею нечистотою. Однако, когда сей нечестивецъ хотѣлъ прикоснуться къ ней, онъ вдругъ ослѣпъ, страшная боль сжала ему голову и, какъ безумный, онъ вопилъ и взывалъ къ своимъ богамъ, прося помощи. Онъ приказалъ нести себя въ идольскій храмъ, надѣясь получить помощь отъ тѣхъ, кому служилъ, но, вмѣсто помощи, получилъ большій вредъ, и вмѣсто жизни — смерть; ибо онъ извергъ свою злобную душу и преселился къ своимъ богамъ — въ адъ. Слухъ объ этомъ чудѣ распространился среди многихъ, а святая мученица Анастасія осталась свободною. Выйдя оттуда, она отправилась къ вышеупомянутой духовной сестрѣ своей Ѳеодотіи, все еще пребывавшей въ домѣ градоначальника Левкадія, и разсказала ей подробно обо всемъ, что она претерпѣла, и о томъ чудѣ, которое чрезъ нее совершилъ Богъ, показавъ надъ ней милость Свою. Вскорѣ послѣ того возвратился и Левкадій изъ Виѳиніи. Онъ опять принялся за старое и по-прежнему старался то ласками, то угрозами склонить Ѳеодотію къ двумъ беззаконіямъ — поклониться его нечестивымъ богамъ и вступить съ нимъ въ постыдный и ненавистный для нея бракъ. Наконецъ, истощивъ всѣ свои усилія и видя, что ни въ чемъ успѣть не можетъ по причинѣ пребыванія здѣсь Анастасіи, жестокій воспылалъ еще большимъ гнѣвомъ: онъ сковалъ и предалъ Анастасію суду, а Ѳеодотію съ ея дѣтьми послалъ связанной въ Виѳинію къ анѳипату Никитію [14], разсказавъ ему въ письмѣ все касающееся Ѳеодотіи.

Когда блаженная Ѳеодотія была приведена къ этому проконсулу, то послѣдній, при допросѣ, сталъ грозить ей муками. На это старшій сынъ Ѳеодотіи, по имени Еводъ, небольшой мальчикъ, сказалъ проконсулу:

— «Мы, судья, не боимся мукъ, которыя даютъ тѣлу нетлѣніе, а душѣ безсмертіе. Боимся же мы Бога, Который можетъ и душу и тѣло погубить въ гееннѣ огненной».

Судья, услышавъ такія рѣчи, приказалъ тутъ же, при матери, бить отрока розгами до крови. Мать, смотря на это, радовалась и укрѣпляла своего сына Божественными словами, убѣждая его мужественно претерпѣвать всякое страданіе. Послѣ этого истязанія Ѳеодотію отдали одному безстыдному человѣку, по имени Гиртаку, чтобы тотъ осквернилъ ее. Но едва тотъ, приблизясь къ цѣломудренной рабѣ Божіей, хотѣлъ прикоснуться къ ней, какъ увидѣлъ стоящаго возлѣ нея свѣтлаго юношу, который, грозно на него посмотрѣвъ, ударилъ его въ лицо такъ сильно, что онъ былъ окровавленъ. Это чудо ясно видѣлъ и анѳипатъ; но вмѣсто того, чтобы познать Бога, хранящаго чистоту цѣломудренныхъ, онъ обезумѣлъ еще больше, приписывая это чарамъ волхвованія. Онъ велѣлъ разжечь какъ можно жарче печь и бросить въ нее мать съ тремя дѣтьми. И святая Ѳеодотія съ благословенными плодами чрева своего содѣлалась жертвою благопріятною Богу: она скончалась въ огнѣ [15].

Въ это время святая Анастасія содержалась въ оковахъ у иллирійскаго игемона.

Этотъ человѣкъ былъ корыстолюбивъ, и услышавъ, что Анастасія владѣетъ большимъ богатствомъ, велѣлъ тайно привести ее къ себѣ и сказалъ ей:

— «Я знаю, что ты богата и имѣешь много денегъ и имѣній. При этомъ ты держишься вѣры христіанской, чего и сама не скрываешь. Исполни же заповѣдь своего Христа, Который повелѣваетъ вамъ презирать всѣ богатства и быть нищими. Уступи мнѣ богатство твое и сдѣлай меня наслѣдникомъ твоего имѣнія. Сдѣлавъ такъ, ты получишь двойную выгоду: исполнишь заповѣдь Христа и, освободившись изъ нашихъ рукъ, будешь безбоязненно и невозбранно служить своему Богу».

Премудрая Анастасія благоразумно отвѣтила на это:

— «Въ Евангеліи есть слово Господа моего: продай имѣніе твое и даждь нищимъ, и имѣти имаши сокровище на небеси (Матѳ. 19, 21). Кто будетъ настолько безуменъ, чтобы дать тебѣ, богатому человѣку, то, что принадлежитъ нищимъ? Кто будетъ настолько не разсудителенъ, чтобы дать тебѣ, утопающему въ роскоши и живущему въ сладостяхъ и въ самоуслажденіи, пищу нищихъ? Если я увижу тебя алчущимъ и жаждущимъ, нагимъ и больнымъ и брошеннымъ въ темницу, тогда я сдѣлаю для тебя, какъ надобно, все повелѣнное намъ Христомъ (ср. Матѳ. 25, 34-45): напитаю тебя, напою, одѣну, посѣщу, послужу, помогу, подавая тебѣ все нужное».

Разгнѣвался игемонъ на эти слова и въ ярости повелѣлъ заключить святую въ мрачную темницу и морить ее тридцать дней голодомъ. Но она питалась надеждою своею — Христомъ Господомъ: Онъ былъ ей сладкою пищею и утѣшеніемъ въ скорби. Всякую ночь являлась ей святая мученица Ѳеодотія, наполняла радостію ея сердце и укрѣпляла ее. Анастасія о многомъ говорила съ блаженною, о многомъ разспрашивала ее. Между прочимъ, она спросила ее:

— «Какъ ты приходишь ко мнѣ по смерти?»

Ѳеодотія объяснила ей, что душамъ мучениковъ дарована отъ Бога особая благодать, чтобы и по своемъ отшествіи отъ земли, они могли приходить, къ кому пожелаютъ, бесѣдовать съ ними и утѣшать ихъ.

По истеченіи тридцати дней, игемонъ, видя, что Анастасія не изнемогла отъ голода, и остается здоровой и свѣтлой лицомъ, разъярился противъ стражей, думая, что они доставляли ей пищу. Наконецъ, онъ приказалъ посадить ее въ болѣе крѣпкую темницу, запечаталъ входъ въ нее своею печатью и, приставивъ самую вѣрную стражу, морилъ святую Анастасію голодомъ и жаждою еще тридцать дней. И святая мученица за это время день и ночь питалась одними только слезами и усердно молилась Богу. По истеченіи другихъ тридцати дней, игемонъ вывелъ Анастасію изъ темницы и, увидѣвъ, что она опять не измѣнилась лицомъ, осудилъ ее на смерть вмѣстѣ съ другими приговоренными къ казни за различныя злодѣянія. Всѣхъ ихъ опредѣлено было потопить въ морѣ.

Среди приговоренныхъ былъ одинъ благочестивый мужъ, именемъ Евтихіанъ; лишенный ради Христа всего своего имѣнія, онъ осужденъ былъ на ту же смерть. И вотъ ихъ всѣхъ посадили на корабль и отплыли съ ними въ море. Достигнувъ глубины, воины просверлили нѣсколько отверстій въ кораблѣ, а сами пересѣли въ лодку, нарочно для того приготовленную, и поплыли къ берегу. И когда корабль уже долженъ былъ погрузиться, внезапно находящіеся на немъ увидѣли святую мученицу Ѳеодотію, управляющую парусами и ведущую корабль къ берегу, котораго онъ вскорѣ и достигъ. Всѣ осужденные, видя свое спасеніе отъ потопленія, изумились и, припавъ къ ногамъ двухъ христіанъ Евтихіана и Анастасіи, умоляли просвѣтить ихъ вѣрою Христовою.

Выйдя на берегъ неврежденными, они приняли ученіе вѣры отъ Евтихіана и Анастасіи и крестились. Всѣхъ душъ, спасшихся отъ потопленія и увѣровавшихъ во Христа, было сто двадцать.

Игемонъ, вскорѣ узнавъ объ этомъ, разгнѣвался и издалъ приказъ схватить ихъ и казнить всевозможными казнями, мученицу же Анастасію растянуть между четырьмя столбами и сжечь. Такъ блаженная Узорѣшительница совершила страдальческій свой подвигъ: разрѣшилась отъ узъ плоти и отошла къ небесной желанной свободѣ [16]. Честное же тѣло ея, неповрежденное огнемъ, было выпрошено у жены игемона одною благочестивою женою, Аполлинаріею, которая похоронила его съ честію въ своемъ виноградникѣ. Со временемъ, когда гоненіе на Церковь прекратилось, она воздвигла надъ могилою мученицы церковь.

Прошло еще много лѣтъ, и честныя мощи святой Анастасіи прославились. Тогда съ великою почестію онѣ были перенесены въ царствующій городъ Константинополь, на защиту и спасеніе городу, во славу Христа Бога нашего, со Отцемъ и Святымъ Духомъ, во единомъ Божествѣ прославляемаго во вѣки. Аминь.

Примѣчанія:
[1] По-русски это мѣсто читается такъ: «Что унываешь ты, душа моя, и что смущаешься? Уповай на Бога, ибо я буду еще славить Его, Спасителя моего и Бога моего».
[2] Аквилея — городъ въ Верхней Италіи, образовавшійся изъ римской колоніи. Онъ находился при рѣчкѣ Натисонѣ, въ небольшомъ разстояніи отъ Адріатическаго моря. Вскорѣ же послѣ возникновенія своего Аквилея сдѣлалась большимъ торговымъ городомъ, чрезъ который проходили военныя дороги на сѣверъ и въ восточныя страны, вокругъ Адріатическаго моря. Во времена имперіи она составляла преддверіе Италіи, и потому здѣсь часто собирались войска. Впослѣдствіи городъ былъ совершенно разрушенъ дикимъ варварскимъ народомъ — гуннами, и часть жителей его бѣжала въ лагуны рѣки По, гдѣ приняла участіе въ основаніи Венеціи.
[3] Сократъ — древній греческій мудрецъ-философъ, жившій въ Аѳинахъ въ V и началѣ IV в. до Рожд. Хр. Отличался возвышеннымъ міровоззрѣніемъ, значительно опередившимъ современниковъ. Между прочимъ, онъ не вѣровалъ во многихъ языческихъ боговъ и былъ монотеистомъ, т. е. утверждалъ, что существуетъ только Единый Богъ. Въ виду этого Сократъ былъ обвиненъ въ безбожіи и за это, а также за то, что онъ будто бы развращалъ юношей (что было несправедливо), осужденъ былъ на смерть чрезъ отравленіе. Въ маѣ 399 г. до Рожд. Хр. Сократъ выпилъ кубокъ цикуты и скончался, окруженный учениками и почитателями. Изъ учениковъ этого философа наиболѣе извѣстенъ Платонъ, который, подобно своему учителю, былъ тоже монотеистомъ.
[4] Здѣсь разумѣется Адріатическое море, которое представляетъ собою заливъ Средиземнаго и находится между Италіей и Балканскимъ полуостровомъ.
[5] Память святыхъ трехъ дѣвъ сестеръ: Агапіи, Ирины и Хіоніи — совершается апрѣля мѣсяца въ 16-й день.
[6] Впослѣдствіи честная глава св. Хрисогона была перенесена въ Римъ, гдѣ уже при папѣ Симмахѣ (498-514 г.) существовала церковь во имя мученика и тамъ хранилась глава его. Тѣло же святаго находится въ Венеціи.
[7] Македоніей называлась страна, находившаяся на сѣверѣ отъ Эллады (Греціи), между морями Адріатическимъ и Архипелагомъ.
[8] Комитами назывались спутники (свита) высшей чиновной особы въ провинціяхъ, а позднѣе и спутники императоровъ.
[9] Виѳинія — сѣверо-западная область Малой Азіи, лежавшая по берегамъ Чернаго моря, Босфора и Константинопольскаго пролива. Никея — городъ, находившійся въ этой области.
[10] Иллирія занимала восточное побережье Адріатическаго моря, ограничиваемое на сѣверо-западѣ рѣкою Савою, а на юго-востокѣ — Дриною. Въ настоящее время здѣсь находятся Далмація и Боснія съ Герцеговиной, а также незначительная часть Албаніи. Иллирія находилась рядомъ съ Македоніей, такъ что св. Анастасія, благотворя заключеннымъ въ темницахъ по Македоніи, могла зайти и въ иллирійскіе предѣлы, почему она и была отведена къ иллирійскому игемону.
[11] Капитолій — центральная крѣпость Рима, находившаяся на Капитолійскомъ холмѣ, гдѣ сосредоточены были высшія правительственныя учрежденія имперіи. Здѣсь находился храмъ Юпитера Капитолійскаго, который считался главнымъ святилищемъ Рима и въ которомъ часто происходили засѣданія сената, какъ по религіознымъ, такъ и по государственнымъ дѣламъ. Храмъ этотъ дважды былъ истребляемъ, и оба раза возобновлялся съ большимъ великолѣпіемъ. Въ послѣдній разъ онъ былъ возобновленъ императоромъ Домиціаномъ (въ 69 или 70 г. по Рожд. Хр.). Верховный жрецъ при храмѣ Юпитера Капитолійскаго въ языческомъ Римѣ пользовался большимъ почетомъ и громаднымъ значеніемъ въ государствѣ.
[12] Монисто — шейное украшеніе, состоявшее изъ цѣпочки или шнура, съ монетами въ видѣ ожерелья. Любопытный образецъ монисты находимъ въ Равеннѣ (въ Италіи), въ церкви святаго Виталія, на мозаикѣ, изображающей императрицу Ѳеодору въ сопровожденіи женщинъ; на всѣхъ женщинахъ надѣты монисты, болѣе или менѣе богатыя и состоящія изъ нѣсколькихъ рядовъ украшеній.
[13] Аминь — слово еврейское и значитъ: истинно, вѣрно, да будетъ. Это слово часто встрѣчается въ священныхъ книгахъ, какъ Ветхаго, такъ и Новаго Завѣта, и одинъ разъ оно прилагается даже къ Самому Сыну Божію, Который есть вѣчная истина (Апок., 3, 14). Съ древнѣйшихъ временъ, слово «аминь» употребляется и въ христіанскомъ богослуженіи.
[14] Анѳипатъ — наименованіе высшаго областного начальника, подъ властію котораго находилось нѣсколько провинцій съ ихъ правителями, называемыми игемонами.
[15] Мѣстомъ страданій и мученической кончины св. Ѳеодотіи съ ея сыновьями былъ городъ Никея, въ Виѳиніи.
[16] Это было около 304 года, декабря въ 22-й день.

Источникъ: Житія святыхъ, на русскомъ языкѣ изложенныя по руководству Четьихъ-миней св. Димитрія Ростовскаго съ дополненіями, объяснительными примѣчаніями и изображеніями святыхъ. Книга четвертая: Мѣсяцъ Декабрь. — Изданіе второе. — М.: Синодальная Типографія, 1906. — С. 595-614.

/ Къ оглавленію /


Цитата «Торжество Православія»


Наверхъ / Къ титульной страницѣ

0