Если вы нашли ошибку на странице, выделите ее мышкой и щелкните по этой ссылке, или нажмите Ctrl+Alt+E

Русскій Порталъ- Церковный календарь- Русская Библія- Осанна- Святоотеческое наслѣдіе- Наслѣдіе Святой Руси- Слово пастыря- Литературное наслѣдіе- Новости

О старомъ стилѣ
-
Гостевая книга
-
Новости
-
Написать письмо
-
Поискъ

Православный календарь

Мѣсяцесловы

С. В. Булгакова
-
Прот. Алексія Мальцева

Житія святыхъ

Свт. Димитрія Ростовскаго
-
Д. И. Протопопова
-
Избранныя житія

Житія русскихъ святыхъ

Архим. Игнатія (Малышева)

Патерики

Аѳонскій
-
Кіево-Печерскій
-
Новгородскій
-
Троицкій

Новости сайта



Сегодня - пятница, 20 октября 2017 г. Сейчасъ на порталѣ посѣтителей - 9.

ЖИТІЯ СВЯТЫХЪ

Святитель Димитрій, митр. Ростовскій († 1709 г.)

Святитель Димитрий, митрополит Ростовский, чудотворецСвт. Димитрій, митрополитъ Ростовскій, чудотворецъ, родился въ 1651 г. въ мѣстечкѣ Макаровѣ, Кіевской губерніи. Въ мірѣ Даніилъ, сынъ казачьего сотника Туптало. Окончивъ Богоявленскую школу (Могилянскую Духовную Академію), принялъ въ 1668 г. постригъ въ Кіевскомъ Кирилловомъ монастырѣ. Въ 1675 г. — іеромонахъ. Былъ игуменомъ въ нѣсколькихъ монастыряхъ монастыряхъ. Архимандритъ Черниговскаго Елецкаго монастыря и Новгородсѣверскаго Преображенскаго монастыря. Въ 1701 г. поставленъ митрополитомъ Тобольскимъ; по болѣзни остался въ Москвѣ и занялъ освободившуюся въ 1702 г. каѳедру въ Ростовѣ. Много потрудился въ установленіи церковного благочестія и въ дѣлѣ обличенія старообрядцевъ. Подвизался въ подвигахъ поста, молитвы, милосердія. Двадцать лѣтъ трудился надъ составленіемъ Четьихъ-Миней, которыя началъ писать въ 1684 г. въ Кіево-Печерскомъ монастырѣ. Свт. Димитрій мирно скончался 28 октября 1709 г. и былъ погребенъ, по его завѣщанію, въ соборной церкви Ростовскаго Спасо-Яковлевскаго монастыря. Обрѣтеніе мощей — 21 сентября 1752 г. Прославленіе — 22 апрѣля 1757 г. Перенесеніе мощей въ новую раку — 25 мая 1763 г.

Житія святыхъ свт. Димитрія, митр. Ростовскаго

Житія святыхъ, на русскомъ языкѣ
изложенныя по руководству Четьихъ-миней св. Димитрія Ростовскаго.

Мѣсяцъ Декабрь.
День шестой.

Чудеса святителя Николая, бывшія по кончинѣ его.

При греческомъ царѣ Львѣ и при патріархѣ Аѳанасіи совершилось слѣдующее преславное чудо святаго Николая [1]. Великій Николай, архіепископъ Мѵрскій, въ полночь явился въ видѣніи нѣкоему благочестивому старцу, нищелюбивому и страннопріимному, именемъ Ѳеофану, и сказалъ:

— «Пробудись, Ѳеофанъ, встань и иди къ иконописцу Аггею и вели ему написать три иконы: Спаса нашего Іисуса Христа Господа, сотворившаго небо и землю и создавшаго человѣка, Пречистой Госпожи Богородицы, и молитвенника за родъ христіанскій, Николая, архіепископа Мѵрскаго, ибо мнѣ подобаетъ явиться въ Константинополѣ. Написавъ сіи три иконы, представь ихъ патріарху и всему собору. Иди скорѣе и не ослушайся».

Сказавъ сіе, святый сталъ невидимъ. Пробудившись отъ сна, боголюбивый тотъ мужъ Ѳеофанъ устрашился видѣнія, тотчасъ пошелъ къ иконописцу Аггею и молилъ его написать три великихъ иконы: Спаса Христа, Пречистой Богородицы и святителя Николая. Изволеніемъ милостиваго Спаса, Пречистой Его Матери и святаго Николая, Аггей написалъ три иконы и принесъ ихъ Ѳеофану. Тотъ взялъ иконы, поставилъ ихъ въ горницѣ и сказалъ женѣ:

— «Сотворимъ трапезу въ домѣ своемъ и помолимся Богу о своихъ прегрѣшеніяхъ».

Она согласилась съ радостію. Ѳеофанъ пошелъ на рынокъ, купилъ пищи и питія на тридцать златниковъ и, принеся домой, устроилъ для патріарха трапезу благолѣпно. Затѣмъ онъ пошелъ къ патріарху и просилъ его и весь соборъ, чтобы онъ благословилъ домъ его и вкусилъ брашна и питія. Патріархъ согласился пришелъ съ соборомъ въ домъ Ѳеофана и, войдя въ горницу, увидѣлъ, что тамъ стоятъ три иконы: на одной изображенъ Господь нашъ Іисусъ Христосъ, на другой Пречистая Богородица, а на третьей святый Николай. Подойдя къ первой иконѣ, патріархъ сказалъ:

— «Слава Тебѣ, Христе Боже, создавшему всю тварь. Достойно было написать образъ сей».

Затѣмъ, подойдя ко второй иконѣ, сказалъ:

— «Хорошо, что написанъ и сей образъ Пресвятой Богородицы и молитвенницы за весь міръ».

Подойдя къ третьей иконѣ, патріархъ сказалъ:

— «Это образъ Николая, архіепископа Мѵрскаго. Не слѣдовало бы изображать его на такой великой иконѣ. Вѣдь онъ былъ сынъ простыхъ людей, Ѳеофана и Нонны, происходившихъ изъ поселянъ».

Призвавъ господина дома, патріархъ сказалъ ему:

— «Ѳеофанъ, не вели писать Аггею образъ Николая въ такомъ большомъ размѣрѣ».

И велѣлъ онъ вынести образъ святителя, говоря:

— «Неудобно ему стоять врядъ со Христомъ и Пречистою».

Благочестивый мужъ Ѳеофанъ вынеся съ великою печалью икону святаго Николая изъ горницы, поставилъ ее въ клѣти на почетномъ мѣстѣ и, избравъ отъ собора клирошанина, мужа дивнаго и разумнаго, именемъ Каллиста, упросилъ его стать предъ иконою и величать святаго Николая. Самъ же онъ весьма былъ опечаленъ словами патріарха, велѣвшаго вынести изъ горницы икону святаго Николая. Но въ Писаніи сказано: прославляющія Мя прославлю (1 Цар. 2, 30). Такъ сказалъ Господь Іисусъ Христосъ, Коимъ, какъ увидимъ, прославится самъ святитель.

Прославивъ Бога и Пречистую, патріархъ сѣлъ за столъ со всѣмъ соборомъ своимъ, и была трапеза. Послѣ нея патріархъ всталъ, возвеличилъ Бога и Пречистую и, выпивъ вина, веселился вмѣстѣ со всѣмъ соборомъ. Каллистъ же въ это время славилъ и величалъ великаго святителя Николая. Но вотъ недостало вина, а патріархъ и сопровождавшіе его хотѣли еще пить и веселиться. И сказалъ одинъ изъ собравшихся:

— «Ѳеофанъ, принеси еще вина патріарху и сдѣлай пиръ пріятнымъ».

Тотъ отвѣчалъ:

— «Нѣтъ больше вина, господинъ мой, а на рынкѣ уже не торгуютъ, и купить его негдѣ».

Запечалившись, онъ вспомнилъ о святомъ Николаѣ, какъ тотъ явился ему въ видѣніи и велѣлъ написать три иконы: Спасителя, Пречистой Богоматери и свою. Тайно войдя въ клѣть, онъ палъ предъ образомъ святителя и говорилъ со слезами:

— «О святый Николай! Рожденіе твое чудно и житіе свято, ты исцѣлилъ много недужныхъ. Молю тебя, яви нынѣ чудо у меня худого, прибавь мнѣ вина».

Сказавъ сіе и благословившись, онъ пошелъ туда, гдѣ стояли сосуды отъ вина; и молитвою святаго чудотворца Николая тѣ сосуды были полны виномъ. Взявъ вино съ радостію, Ѳеофанъ принесъ его къ патріарху. Тотъ выпилъ и похвалилъ, говоря:

— «Не пивалъ я такого вина».

И говорили пившіе, что Ѳеофанъ сохранилъ лучшее вино къ концу пира. А тотъ утаилъ предивное чудо святаго Николая.

Въ веселіи патріархъ и соборъ удалились въ домъ при святой Софіи. Утромъ пришелъ къ патріарху нѣкій вельможа, именемъ Ѳеодоръ, изъ села называвшагося Сіердальскимъ, отъ Мѵрскаго острова, и молилъ патріарха, чтобы тотъ поѣхалъ къ нему, ибо единственная дочь его одержима бѣснымъ недугомъ, и прочелъ надъ главою ея святое Евангеліе. Патріархъ согласился, взялъ четвероевангеліе, вошелъ со всѣмъ соборомъ въ корабль и отплылъ. Когда они были въ открытомъ морѣ, буря подняла сильное волненіе, корабль опрокинулся, и всѣ упали въ воду и плавали, вопія и моля Бога, Пречистую Богородицу и святаго Николая. И умолила Пречистая Богородица Сына Своего, Спасителя нашего Іисуса Христа о соборѣ, чтобы священническій чинъ не погибъ. Тогда корабль выпрямился, и, милостію Божіею, весь соборъ снова вошелъ въ него. Утопая, патріархъ Аѳанасій, вспомнилъ свой грѣхъ предъ святымъ Николаемъ и, вопія, молился и говорилъ:

— «О святитель великій Христовъ, архіепископъ Мѵрскій, чудотворецъ Николай! Согрѣшилъ я предъ тобою, прости и помилуй меня, грѣшнаго и окаяннаго, спаси меня отъ пучины морской, отъ горькаго сего часа и отъ напрасной смерти».

О преславное чудо! — высокоумный смирился, а смиренный чудно возвеличился и честно прославился.

Внезапно явился святый Николай, шествуя по морю, какъ по сушѣ, приблизился къ патріарху и взялъ его за руку со словами:

— «Аѳанасій, или тебѣ понадобилась въ безднѣ морской помощь отъ меня, происходящаго изъ простыхъ людей?»

Онъ же, едва въ состояніи открыть уста свои, истомленный, сказалъ, горько плача:

— «О святый Николай, святитель великій, скорый на помощь, не вспоминай моего злаго высокоумія, избавь меня отъ напрасной сей смерти въ пучинѣ морской, и я буду славить тебя всѣ дни жизни моей».

И сказалъ ему святитель:

— «Не бойся, братъ, вотъ избавляетъ тебя рукою моею Христосъ. Ты же не грѣши больше, чтобы не случилось съ тобою худшее. Войди въ корабль свой».

Сказавъ сіе, святый Николай взялъ патріарха изъ воды и поставилъ его на корабль, со словами:

— «Ты спасенъ, иди опять на свое служеніе въ Константинополь».

И сталъ святый невидимъ. Увидѣвъ патріарха, всѣ возопили:

— «Слава Тебѣ, Христе Спасе, и Тебѣ, Пречистая Царица Госпожа Богородица, избавившіе нашего господина отъ потопленія!»

Какъ бы пробудившись отъ сна, патріархъ спросилъ ихъ:

— «Гдѣ я, братіе?»

— «На своемъ кораблѣ, господинъ, — отвѣчали тѣ, — и мы всѣ невредимы».

Заплакавъ, патріархъ сказалъ:

— «Братіе, согрѣшилъ я предъ святымъ Николаемъ, воистину великъ онъ: ходитъ по морю, какъ по сушѣ, взялъ меня за руку и поставилъ на корабль; поистинѣ онъ скоръ на помощь всѣмъ, призывающимъ его съ вѣрою».

Корабль быстро приплылъ назадъ къ Константинополю. Выйдя изъ корабля со всѣмъ соборомъ, патріархъ со слезами пошелъ въ церковь святой Софіи и послалъ за Ѳеофаномъ, веля ему тотчасъ принести ту чудную икону святителя Николая. Когда Ѳеофанъ принесъ икону, патріархъ палъ предъ нею со слезами и сказалъ:

— «Согрѣшилъ я, о святый Николай, прости меня грѣшнаго».

Сказавъ сіе, онъ взялъ икону на руки, съ честью облобызалъ ее вмѣстѣ съ соборянами и отнесъ въ церковь святой Софіи. На другой день онъ заложилъ въ Константинополѣ каменную церковь во имя святаго Николая. Когда церковь была построена, самъ патріархъ освятилъ ее въ день памяти святаго Николая. А святитель исцѣлилъ въ тотъ день 40 недужныхъ мужей и женъ. Затѣмъ патріархъ далъ на украшеніе церкви 30 литръ золота и много селъ и садовъ. И устроилъ онъ при ней монастырь честенъ. И многіе приходили туда: слѣпые, хромые и прокаженные. Прикоснувшись къ той иконѣ святаго Николая, всѣ они уходили здоровыми, славя Бога и чудотворца Его.


Въ Константинополѣ жилъ нѣкій мужъ, именемъ Николай, кормившійся рукодѣліемъ. Будучи благочестивъ, онъ положилъ завѣтъ никогда не проводить дни, посвященные памяти святителя Николая, безъ воспоминанія объ угодникѣ Божіемъ. Сіе неослабно соблюдалъ онъ, по слову Писанія: чти Господа отъ праведныхъ твоихъ трудовъ (Прит. 3, 9), и всегда твердо сіе помнилъ. Такъ онъ достигъ глубокой старости и, не имѣя силъ работать, впалъ въ нищету. Приближался день памяти святаго Николая, и вотъ, размышляя о томъ, какъ ему поступить, старецъ сказалъ женѣ своей:

— «Настаетъ день чтимаго нами великаго архіерея Христова Николая; какъ же намъ бѣднымъ, при нашей скудости, отпраздновать день сей?»

Благочестивая жена отвѣчала мужу своему:

— «Ты знаешь, господинъ мой, что насталъ конецъ жизни нашей, ибо и тебя и меня постигла старость; если даже и нынѣ пришлось бы окончить намъ жизнь, ты не измѣняй твоего намѣренія и не забывай о твоей любви къ святому».

Она показала мужу коверъ свой и сказала:

— «Возьми коверъ, пойди и продай его и купи все необходимое для достойнаго празднованія памяти святаго Николая. Другого ничего у насъ нѣтъ, а сей коверъ намъ не нуженъ, ибо мы не имѣемъ дѣтей, которымъ его можно было бы оставить».

Услышавъ сіе благочестивый старецъ похвалилъ жену свою и, взявъ коверъ, пошелъ. Когда онъ шелъ по площади, гдѣ стоитъ столпъ святаго царя Константина Великаго, и миновалъ церковь святаго Платона, его встрѣтилъ всегда готовый на помощь святый Николай, во образѣ честнаго старца, и сказалъ несшему коверъ:

— «Другъ милый, куда ты идешь?»

— «Нужно мнѣ на рынокъ», — отвѣчалъ тотъ.

Подойдя ближе, святый Николай сказалъ:

— «Доброе дѣло. Но скажи мнѣ, за сколько ты хочешь продать коверъ сей, ибо я хотѣлъ бы купить твой коверъ».

Старецъ сказалъ святому:

— «Коверъ этотъ былъ въ свое время купленъ за 8 златниковъ, теперь же я возьму за него, сколько ты мнѣ дашь».

Святый сказалъ старцу:

— «Согласенъ ли ты взять за него 6 златниковъ?»

— «Если ты даешь мнѣ столько, — сказалъ старецъ, — я возьму съ радостію».

Святый Николай опустилъ руку въ карманъ своей одежды, вынулъ оттуда злато и, давъ 6 великихъ златниковъ въ руки старцу, сказалъ ему:

— «Возьми это, другъ, и дай мнѣ коверъ».

Старецъ съ радостію взялъ злато, ибо коверъ стоилъ дешевле сего. Взявъ коверъ изъ рукъ старца, святый Николай удалился. Когда они разошлись, присутствовавшіе на площади сказали старцу:

— «Не привидѣніе ли ты видишь, старецъ, что ты одинъ разговариваешь?»

Ибо они видѣли только старца и слышали его голосъ, святый же былъ невидимъ и неслышимъ для нихъ. Въ это время святый Николай пришелъ съ ковромъ къ женѣ старца и сказалъ ей:

— «Мужъ твой — мой старинный другъ; встрѣтивъ меня, онъ обратился ко мнѣ съ такою просьбою: любя меня, отнеси сей коверъ моей женѣ, ибо мнѣ нужно отнести одну вещь, ты же сохрани его, какъ свой».

Сказавъ сіе, святитель сталъ невидимъ. Видя честнаго мужа, сіяющаго свѣтомъ, и взявъ отъ него коверъ, женщина отъ страха не смѣла спросить, кто онъ. Думая, что мужъ ея забылъ слова, сказанныя ею, и свою любовь къ святому, женщина разгнѣвалась на своего мужа и сказала:

— «Горе мнѣ бѣдной, мужъ у меня законопреступный и исполненъ лжи!»

Говоря сіи слова и подобныя имъ, она не хотѣла и глядѣть на коверъ, горя любовію къ святому.

Не вѣдая о случившемся, мужъ ея купилъ все необходимое для празднованія дня памяти святаго Николая и шелъ къ хижинѣ своей, радуясь продажѣ ковра и тому, что ему не придется отступить отъ своего благочестиваго обычая. Когда онъ пришелъ домой, разгнѣванная жена встрѣтила его злыми словами:

— «Отнынѣ уйди отъ меня, ибо ты солгалъ святому Николаю. Истинно сказалъ Христосъ, Сынъ Божій: никтоже, возложь руку свою на рало, и зря вспять, управленъ есть въ Царствіи Божіи» (Лук. 9, 62).

Сказавъ сіи слова и подобныя имъ, она принесла коверъ къ мужу своему и сказала:

— «Вотъ возьми, меня же ты больше не увидишь; ты солгалъ святому Николаю и, поэтому потеряешь все, чего достигъ празднованіемъ его памяти. Ибо написано: аще сотворитъ человѣкъ все оправданіе, согрѣшитъ же во единомъ, всѣмъ есть повиненъ».

Услышавъ сіе отъ жены своей и видя свой коверъ, старецъ удивлялся и не находилъ словъ отвѣтить женѣ своей. Долго стоялъ онъ и понялъ наконецъ, что святый Николай сотворилъ чудо. Вздохнувъ изъ глубины сердца и исполнившись радости, онъ поднялъ руки свои къ небу и сказалъ:

— «Слава Тебѣ, Христе Боже, творящему чудеса черезъ святаго Николая!»

И сказалъ старецъ женѣ своей:

— «Ради страха Божія, скажи мнѣ, кто тебѣ принесъ коверъ сей, мужъ или женщина, старецъ или юноша?»

Жена ему отвѣчала:

— «Старецъ свѣтлый, честный, одѣтый въ свѣтлыя одежды, принесъ намъ коверъ сей и сказалъ мнѣ: мужъ твой — другъ мнѣ, поэтому, встрѣтивъ меня, онъ упросилъ донести коверъ сей къ тебѣ, возьми его. Взявъ коверъ, я не смѣла спросить пришедшаго, кто онъ, видя его, сіяющаго свѣтомъ».

Слыша это отъ жены, старецъ дивился и показалъ ей оставшуюся у него часть злата и все купленное имъ для празднованія дня памяти святаго Николая: яства, вино, просфоры и свѣчи.

— «Живъ Господь! — воскликнулъ онъ. — Мужъ, купившій у меня коверъ и снова принесшій въ домъ къ намъ убогимъ и смиреннымъ рабамъ, воистинну есть святый Николай, ибо говорили видѣвшіе меня въ бесѣдѣ съ нимъ: не привидѣніе ли ты видишь? Они меня одного видѣли, а онъ былъ невидимъ».

Тогда оба, старецъ и жена его, воскликнули, вознося благодареніе Всемогущему Богу и хвалу великому архіерею Христову Николаю, скорому помощнику всѣмъ, призывающимъ его съ вѣрою. Исполнившись радости, они тотчасъ пошли въ церковь святителя Николая, неся злато и коверъ, и повѣдали въ церкви о случившемся всему клиру и всѣмъ, бывшимъ тамъ. И всѣ люди, услышавъ разсказъ ихъ, прославили Бога и святаго Николая, творящаго милосердіе съ рабами своими. Затѣмъ они послали къ патріарху Михаилу [2] и повѣдали ему все. Патріархъ повелѣлъ дать старцу пособіе отъ имѣнія церкви святой Софіи. И сотворили они праздникъ честенъ, съ вознесеніемъ хвалы и пѣснопѣніями.


Жилъ въ Константинополѣ благочестивый мужъ, именемъ Епифаній. Былъ онъ очень богатъ и почтенъ великою честію отъ царя Константина [3] и имѣлъ много рабовъ. Однажды онъ захотѣлъ купить отрока въ слуги себѣ и въ третій день декабря мѣсяца, взявъ литру злата въ 72 златника, сѣлъ на коня и поѣхалъ на рынокъ, гдѣ купцы, пріѣзжіе съ Руси, продаютъ рабовъ. Купить раба не удалось, и онъ возвратился домой. Сойдя съ коня, онъ вошелъ въ палатку, вынулъ изъ кармана злато, которое онъ бралъ на рынокъ, и, положивъ его гдѣ-то въ палатѣ, забылъ о мѣстѣ, куда его положилъ. Сіе ему случилось отъ исконнаго злаго врага, діавола, который непрестанно воюетъ съ родомъ христіанскимъ, чтобы умножить честь на землѣ. Не терпя благочестія мужа того, онъ задумалъ ввергнуть его въ бездну грѣха. Утромъ вельможа призвалъ отрока, служившаго ему, и сказаіъ:

— «Принеси мнѣ злато, которое я тебѣ далъ вчера, мнѣ надо ѣхать на рынокъ».

Услышавъ сіе, отрокъ испугался, ибо господинъ не давалъ ему злата, и сказалъ:

— «Ты не давалъ мнѣ злата, господинъ».

Господинъ сказалъ:

— «О, злая и лживая голова, скажи мнѣ, куда ты положилъ злато, данное тебѣ мною?»

Тотъ, не имѣя ничего, клялся, что не понимаетъ, о чемъ говоритъ его господинъ. Вельможа разгнѣвался и приказалъ слугамъ связать отрока, бить его безъ милосердія и заковать въ оковы.

Самъ же сказалъ:

— «Рѣшу его участь, когда пройдетъ праздникъ святаго Николая», — ибо праздникъ сей долженъ былъ быть на другой день.

Заключенный одинъ въ храминѣ, отрокъ со слезами возопилъ ко всемогущему Богу, избавляющему находящихся въ бѣдѣ:

— «Господи Боже мой, Іисусе Христе, Вседержителю, Сыне Бога Живаго, живый во свѣтѣ неприступнѣмъ! Вопію къ Тебѣ, ибо Ты знаешь сердце человѣческое, Ты — помощникъ сиротамъ, Избавленіе находящихся въ бѣдѣ, Утѣшеніе скорбящимъ: избавь меня отъ невѣдомой мнѣ сей напасти. Сотвори милостивое избавленіе, чтобы и господинъ мой, избавившись отъ грѣха и неправды, причиненной мнѣ, прославилъ Тебя съ веселіемъ сердца, и чтобы я, худый рабъ Твой, избавившись отъ сей напасти, неправедно постигшей меня, вознесъ Тебѣ благодареніе за человѣколюбіе Твое».

Говоря со слезами сіе и подобное сему, прилагая молитву къ молитвѣ и къ слезамъ слезы, отрокъ возопилъ къ святому Николаю:

— «О, честный отче, святый Николай, избавь меня отъ бѣды! Ты знаешь, что я невиненъ въ томъ, что говоритъ господинъ на меня. Завтра настанетъ твой праздникъ, а я нахожусь въ великой бѣдѣ».

Настала ночь, и утомленный отрокъ уснулъ. И явился ему святый Николай, всегда скорый на помощь всѣмъ, призывающимъ его съ вѣрою, и сказалъ:

— «Не тужи: Христосъ избавитъ тебя мною, рабомъ Своимъ».

Тотчасъ спали съ ногъ его оковы, и онъ всталъ и вознесъ хвалу Богу и святому Николаю. Въ тотъ же часъ святитель явился и господину его, и упрекалъ его:

— «Зачѣмъ неправду сотворилъ ты рабу своему, Епифаній? Ты виноватъ самъ, ибо ты забылъ, гдѣ положилъ злато, отрока же мучилъ безъ вины, а онъ вѣренъ тебѣ. Но такъ какъ ты не самъ замыслилъ сіе, а тебя научилъ исконный злой врагъ діаволъ, то я и явился, чтобы не изсякла любовь твоя къ Богу. Встань и освободи отрока: если же ослушаешься меня, то тебя самого постигнетъ великое несчастіе».

Затѣмъ, указывая перстомъ мѣсто, гдѣ лежало злато, святый Николай сказалъ:

— «Встань, возьми свое злато и освободи отрока».

Сказавъ сіе, онъ сталъ невидимъ.

Вельможа Епифаній пробудился въ трепетѣ, дошелъ до мѣста, указаннаго ему въ палатѣ святымъ, и нашелъ злато, положенное имъ самимъ. Тогда, одержимый страхомъ и исполненный радости, онъ сказалъ:

— «Слава Тебѣ, Христе Боже, Надежда всего рода христіанскаго; слава Тебѣ, Надежда безнадежныхъ, отчаявшихся скорое Утѣшеніе; слава Тебѣ, показавшему свѣтило всему міру и скорое возстаніе падшихъ во грѣхѣ, святаго Николая, который исцѣляетъ не только тѣлесные недуги, но и душевные соблазны».

Весь въ слезахъ, палъ онъ предъ честнымъ образомъ святителя Николая и сказалъ:

— «Благодарю тебя, отче честный, ибо ты спасъ меня недостойнаго и грѣшнаго и пришелъ ко мнѣ, худому, очищая меня отъ грѣховъ. Что я тебѣ воздамъ за то, что ты призрѣлъ на меня, придя ко мнѣ».

Сказавъ сіе и подобное сему, вельможа пришелъ къ отроку и видя, что оковы спали съ него, впалъ еще въ большій ужасъ и весьма упрекалъ себя. Тотчасъ онъ велѣлъ освободить отрока и всячески успокоить его; самъ же всю ночь бодрствовалъ, благодаря Бога и святаго Николая, избавившаго отъ такого грѣха. Когда зазвонили къ утренѣ, онъ всталъ, взялъ злато и пошелъ съ отрокомъ въ церковь святаго Николая. Здѣсь онъ съ радостію повѣдалъ всѣмъ, какой милости удостоилъ его Богъ и святый Николай. И всѣ прославили Бога, творящаго таковыя чудеса угодниками Своими. Когда отпѣли утреню, господинъ сказалъ въ церкви отроку:

— «Чадо, не я грѣшный, но Богъ твой, Творецъ небу и земли, и святый угодникъ Его, Николай, да освободятъ тебя отъ рабства, чтобы и мнѣ когда-нибудь была прощена неправда, которую я, по невѣдѣнію, сотворилъ тебѣ».

Сказавъ сіе, онъ раздѣлилъ золото на три части: первую часть онъ далъ въ церковь святаго Николая, вторую роздалъ нищимъ, а третью далъ отроку, говоря:

— «Возьми это, чадо, и ты не будешь долженъ никому, кромѣ единаго святителя Николая. Я же буду пещись о тебѣ, какъ чадолюбивый отецъ».

Возблагодаривъ Бога и святаго Николая, Епифаній удалился въ домъ свой съ радостію.


Однажды въ Кіевѣ, въ день памяти святыхъ мучениковъ Бориса и Глѣба, множество людей стеклось изъ всѣхъ градовъ и селъ на праздникъ святыхъ мучениковъ. Нѣкій кіевлянинъ, имѣвшій великую вѣру къ святому Николаю и къ святымъ мученикамъ Борису и Глѣбу, сѣлъ въ ладью и поплылъ къ Вышгороду поклониться гробу святыхъ мучениковъ Бориса и Глѣба [4], взявъ съ собою свѣчи, ѳиміамъ. и просфоры — все необходимое для достойнаго празднованія. Поклонившись мощамъ святыхъ и возрадовавшись духомъ, онъ отправился восвояси. Когда онъ плылъ по рѣкѣ Днѣпру, жена его, державшая на рукахъ ребенка, задремала и уронила ребенка въ воду, и тотъ утонулъ. Отецъ сталъ рвать волосы на головѣ своей, восклицая:

— «Горе мнѣ, святый Николай, для того ли я имѣлъ великую вѣру къ тебѣ, чтобы ты не спасъ мое дитя отъ потопленія! Кто будетъ наслѣдникомъ моего имѣнія; кого научу я творить въ память тебя, заступника моего, свѣтлое торжество? Какъ повѣдаю твое великое милосердіе, которое ты излилъ на весь міръ и на меня бѣднаго, когда утонуло дитя мое? Я хотѣлъ воспитать его, просвѣщая его чудесами твоими, чтобы по смерти хвалили меня за то, что плодъ мой творитъ память святому Николаю. Но ты, святитель, не мнѣ только даровалъ печаль, но и себѣ, ибо вскорѣ должно прекратиться самое воспоминаніе о тебѣ въ домѣ моемъ, ибо я старъ и жду кончины. Если бы ты хотѣлъ спасти дитя, ты могъ бы спасти его, но ты самъ попустилъ утонуть ему и не избавилъ единородное чадо мое отъ морской пучины. Или ты думаешь, что я не вѣдаю чудесъ твоихъ? Имъ нѣтъ числа, и языкъ человѣческій не можетъ передать ихъ, и я, отче святый, вѣрую, что тебѣ все возможно, что ты захочешь сотворить, но беззаконія мои превозмогли. Теперь я понялъ, терзаемый печалью, что, если бы я сохранилъ заповѣди Божіи непорочно, мнѣ бы вся тварь покорялась, какъ Адаму въ раю, до грѣхопаденія. Нынѣ же вся тварь возстаетъ на меня: вода потопитъ, звѣрь растерзаетъ, змій поглотитъ, молнія сожжетъ, птицы исклюютъ, скотъ разсвирѣпѣетъ и потопчетъ все, люди умертвятъ, хлѣбъ, данный намъ въ пищу, не насытитъ насъ и, по волѣ Божіей, будетъ намъ въ погибель. Мы же, одаренные душою и разумомъ и сотворенные по образу Божію, не исполняемъ, однако, какъ надлежитъ, волю Творца своего. Но не прогнѣвайся на меня, святый отче Николае, что я столь дерзновенно говорю, ибо я не отчаяваюсь въ своемъ спасеніи, имѣя тебя помощникомъ».

Жена же его терзала свои волосы и била себя по ланитамъ. Наконецъ, доѣхали они до города и скорбные вошли въ домъ свой. Настала ночь, и вотъ скорый на помощь всѣмъ призывающимъ его, архіерей Христовъ Николай совершилъ дивное чудо, какого не было въ прежнее время. Ночью онъ взялъ изъ рѣки утонувшее дитя и положилъ на хорахъ храма святой Софіи, живымъ и невредимымъ. Когда настало время утренней молитвы, вошелъ въ церковь пономарь и услышалъ дѣтскій плачь на хорахъ. И долго онъ стоялъ въ раздумьѣ:

— «Кто это пустилъ на хоры женщину?»

Онъ пошелъ къ завѣдывавшему порядкомъ на хорахъ и началъ выговаривать ему; тотъ говорилъ, что ничего не знаетъ, но пономарь упрекалъ его:

— «Ты уличенъ на дѣлѣ, ибо дѣти кричатъ на хорахъ».

Завѣдывающій хорами испугался и, подойдя къ замку, увидалъ его нетронутымъ и услышалъ дѣтскій голосъ. Войдя на хоры, онъ увидѣлъ предъ образомъ святаго Николая ребенка, всего вымокшаго въ водѣ. Не зная, что и думать, онъ повѣдалъ о семъ митрополиту. Отслуживъ утреню, митрополитъ послалъ собрать людей на площадь и спросить ихъ, чье дитя лежитъ на хорахъ въ церкви святой Софіи. Всѣ граждане пошли въ церковь, дивясь, откуда это взялось на хорахъ дитя, мокрое отъ воды. Пришелъ и отецъ ребенка, чтобы подивиться чуду, и, увидавъ, узналъ его. Но, не вѣря себѣ, онъ пошелъ къ женѣ своей и разсказалъ ей все по ряду. Она же тотчасъ стала укорять мужа своего, говоря:

— «Какъ это ты не понимаешь, что сіе — чудо, сотворенное святымъ Николаемъ?»

Поспѣшно пошла она въ церковь, узнала дитя свое, и, не трогая его, пала предъ образомъ святаго Николая и молилась, съ умиленіемъ и слезами. Мужъ ея, стоя вдали, проливалъ слезы. Услышавъ о семъ, всѣ люди стеклись посмотрѣть на чудо, и собрался весь городъ, славя Бога и святаго Николая. Митрополитъ же сотворилъ честный праздникъ, какой творится въ день памяти святаго Николая, прославляя Святую Троицу, Отца и Сына, и Святаго Духа. Аминь.

Примѣчанія:
[1] Это было въ половинѣ VIII вѣка, при царѣ Львѣ Исаврянинѣ.
[2] Михаилъ Керулларій — съ 1043 по 1058 годъ.
[3] Разумѣется Константинъ Мономахъ, царствовавшій съ 1042 по 1060 годъ.
[4] Мощи святыхъ Бориса и Глѣба находились тогда еще въ Вышгородѣ Кіевскомъ. Чудо, о которомъ идетъ рѣчь, было между 1087 и 1091 годами.

Источникъ: Житія святыхъ, на русскомъ языкѣ изложенныя по руководству Четьихъ-миней св. Димитрія Ростовскаго съ дополненіями, объяснительными примѣчаніями и изображеніями святыхъ. Книга четвертая: Мѣсяцъ Декабрь. — Изданіе второе. — М.: Синодальная Типографія, 1906. — С. 199-211.

/ Къ оглавленію /


Цитата «Торжество Православія»


Наверхъ / Къ титульной страницѣ

0