Если вы нашли ошибку на странице, выделите ее мышкой и щелкните по этой ссылке, или нажмите Ctrl+Alt+E

Русскій Порталъ- Церковный календарь- Русская Библія- Осанна- Святоотеческое наслѣдіе- Наслѣдіе Святой Руси- Слово пастыря- Литературное наслѣдіе- Новости

О старомъ стилѣ
-
Гостевая книга
-
Новости
-
Написать письмо
-
Поискъ

Православный календарь

Мѣсяцесловы

С. В. Булгакова
-
Прот. Алексія Мальцева

Житія святыхъ

Свт. Димитрія Ростовскаго
-
Д. И. Протопопова
-
Избранныя житія

Житія русскихъ святыхъ

Архим. Игнатія (Малышева)

Патерики

Аѳонскій
-
Кіево-Печерскій
-
Новгородскій
-
Троицкій

Новости сайта



Сегодня - среда, 23 августа 2017 г. Сейчасъ на порталѣ посѣтителей - 10.

ЖИТІЯ СВЯТЫХЪ

Святитель Димитрій, митр. Ростовскій († 1709 г.)

Святитель Димитрий, митрополит Ростовский, чудотворецСвт. Димитрій, митрополитъ Ростовскій, чудотворецъ, родился въ 1651 г. въ мѣстечкѣ Макаровѣ, Кіевской губерніи. Въ мірѣ Даніилъ, сынъ казачьего сотника Туптало. Окончивъ Богоявленскую школу (Могилянскую Духовную Академію), принялъ въ 1668 г. постригъ въ Кіевскомъ Кирилловомъ монастырѣ. Въ 1675 г. — іеромонахъ. Былъ игуменомъ въ нѣсколькихъ монастыряхъ монастыряхъ. Архимандритъ Черниговскаго Елецкаго монастыря и Новгородсѣверскаго Преображенскаго монастыря. Въ 1701 г. поставленъ митрополитомъ Тобольскимъ; по болѣзни остался въ Москвѣ и занялъ освободившуюся въ 1702 г. каѳедру въ Ростовѣ. Много потрудился въ установленіи церковного благочестія и въ дѣлѣ обличенія старообрядцевъ. Подвизался въ подвигахъ поста, молитвы, милосердія. Двадцать лѣтъ трудился надъ составленіемъ Четьихъ-Миней, которыя началъ писать въ 1684 г. въ Кіево-Печерскомъ монастырѣ. Свт. Димитрій мирно скончался 28 октября 1709 г. и былъ погребенъ, по его завѣщанію, въ соборной церкви Ростовскаго Спасо-Яковлевскаго монастыря. Обрѣтеніе мощей — 21 сентября 1752 г. Прославленіе — 22 апрѣля 1757 г. Перенесеніе мощей въ новую раку — 25 мая 1763 г.

Житія святыхъ свт. Димитрія, митр. Ростовскаго

Житія святыхъ, на русскомъ языкѣ
изложенныя по руководству Четьихъ-миней св. Димитрія Ростовскаго.

Мѣсяцъ Августъ.
День двадцать седьмой.

Житіе преподобнаго отца нашего Пимена Великаго.

Спустя нѣсколько лѣтъ послѣ этого, мать сихъ братьевъ, по чувству естественной любви матери къ дѣтямъ, отправилась къ нимъ, желая видѣть ихъ; однако не могла ихъ видѣть и потому встала около храма, въ ожиданіи ихъ прихода въ храмъ на молитву. Когда они направлялись къ храму, мать подошла къ нимъ, но они побѣжали отъ нея назадъ и, войдя въ келлію, закрыли отъ нея двери; подойдя къ дверямъ, она начала стучать и призывать сыновей своихъ, стоя внѣ келліи и плача со умиленіемъ. Но иноки не только не открывали дверей келліи, но даже ничего не отвѣчали. Между тѣмъ въ то время, когда та женщина плакала долгое время, стоя у дверей келліи, авва Анувій, услышавъ обо всемъ, вошелъ иными дверями къ инокамъ и сказалъ Пимену:

— «Что же мы сдѣлаемъ съ этою старицею? Вотъ она уже долгое время горько плачетъ, не отходя отсюда».

Тогда Пименъ, вставъ, подошелъ къ дверямъ и спросилъ:

— «О чемъ ты плачешь, старица?»

Она же, услышавъ его голосъ, но не видя его самого, такъ какъ двери были затворены, сказала:

— «Я хочу видѣть васъ, дѣти мои! Не моими-ли сосцами я питала васъ? Не я-ли выростила васъ? И вотъ нынѣ я нахожусь уже въ преклонныхъ лѣтахъ; я весьма страдаю сердцемъ, слыша голосъ дѣтей своихъ, но не видя ихъ. Я весьма хочу видѣть васъ, дѣти мои, прежде, нежели умру».

Пименъ сказалъ:

— «Гдѣ желаешь ты видѣть насъ: здѣсь, или въ той, будущей жизни?»

Она отвѣчала:

— «Увижу ли я васъ тамъ, чада мои, если не буду видѣть здѣсь?»

Пименъ отвѣчалъ:

— «Если ты благодушно потерпишь и не увидишь насъ здѣсь, то мы надѣемся, что, по человѣколюбію Божію, ты непремѣнно увидишь насъ тамъ».

Внимая тому, что было сказано, она отвѣтила:

— «Дѣйствительно, я предпочитаю видѣть васъ тамъ, нежели здѣсь».

Потомъ отошла съ великою надеждою, весьма радуясь, ибо желала видѣть дѣтей своихъ лучше въ будущей жизни, нежели въ жизни временной.

Блаженный Пименъ, проводя дни и годы въ трудахъ постническихъ и непрестанно пребывая въ молитвахъ, преуспѣвалъ въ добродѣтеляхъ иноческихъ и, при помощи Божіей, мужественно ополчился на невидимаго супостата; онъ умерщвлялъ свою плоть, воевавшую на духъ, истощалъ ее, какъ нѣкоего плѣнника, великими трудами и покорялъ ее на служеніе духу; такимъ образомъ, онъ восшелъ на вершину безстрастія и сталъ славнѣйшимъ изъ всѣхъ пустынныхъ отцевъ, какъ наиболѣе совершенный въ добродѣтеляхъ.

Спустя нѣкоторое время правитель страны той пожелалъ видѣть преподобнаго отца нашего Пимена и послалъ къ нему вѣстника съ просьбою дозволить ему придти къ преподобному. Старецъ же весьма опечалился, размышляя въ себѣ такъ:

— «Если вельможи будутъ приходить ко мнѣ, дабы оказать мнѣ честь, то и изъ народа многіе будутъ приходить ко мнѣ и безпокоить меня; они помѣшаютъ моему безмолвію, и я лишусь благодати смиренія, которую я при помощи Божіей стяжалъ съ юности великими трудами; тогда я легко могу впасть въ гордость».

Разсудивъ въ себѣ такъ, преподобный отказался видѣть князя и просилъ его черезъ того же вѣстника не приходить къ нему, — такъ какъ, — сказалъ преподобный, онъ не увидитъ его; напротивъ, отгонитъ его съ мѣста того.

Услыхавъ такой отвѣтъ, князь весьма опечалился и сказалъ:

— «Это за грѣхи мои я не удостоился видѣть человѣка Божія».

Однако весьма желая видѣть какъ-нибудь святаго старца, придумалъ такую хитрость: взялъ, какъ-бы за нѣкоторый проступокъ, сына сестры старца и заключилъ его въ темницу, надѣясь, что старецъ будетъ ходатайствовать предъ нимъ за своего племянника; такимъ путемъ думалъ онъ увидать святаго. Посему князь сказалъ своимъ слугамъ:

— «Если придетъ авва Пименъ, то тотчасъ же выпущу юношу на свободу; а если не придетъ, — то не оставлю безъ наказанія провинившагося: ибо проступокъ его весьма великъ».

Когда мать юноши (сестра Пимена) услышала объ этомъ, то тотчасъ же отправилась въ пустыню къ брату; придя къ его отшельнической келліи, она начала стучать въ дверь, слезно моля его пойти къ князю и походатайствовать за ея сына, дабы онъ былъ освобожденъ.

Старецъ же не только не открылъ ей двери, но и ничего не отвѣтилъ.

Однако сестра долгое время продолжала со слезами упрашивать старца, стуча въ дверь; но такъ какъ она не получила отвѣта, то начала съ укоризнами и гнѣвомъ говорить старцу:

— «Немилосердый, безчувственный, жестокій, безбожный и звѣронравный! Неужели тебя не трогаютъ слезы мои? вѣдь сынъ мой, который у меня только одинъ, находится въ смертной опасности!»

Старецъ же послалъ ученика сказать ей:

— «Иди отсюда: Пименъ не имѣетъ дѣтей и потому онъ не печалится».

Сестра возвратилась съ горькимъ плачемъ, укоряя брата.

Когда князь услышалъ обо всемъ происшедшемъ, то сказалъ своимъ друзьямъ:

— «Скажите старцу, — пусть напишетъ ко мнѣ письмо съ ходатайствомъ объ освобожденіи, и тогда я отпущу изъ темницы племянника его».

И многіе совѣтовали старцу написать письмо князю. Старецъ написалъ такъ:

— «Прикажи властію своею хорошенько изслѣдовать преступленіе провинившагося юноши, и если будетъ найдено что-либо достойное смерти, то пусть онъ умретъ, дабы временною казнію избѣгнуть мукъ вѣчныхъ; если же провинившійся не окажется достойнымъ смерти, то, наказавъ его, какъ требуетъ законъ, отпусти».

Когда князь прочиталъ такое посланіе старца, то удивился уму и добродѣтели мужа, понявъ, что то былъ истинный угодникъ Божій; князь отпустилъ юношу; преподобный же Пименъ, избѣгая суетной славы и почестей людскихъ, ушелъ въ другое мѣсто и скитался по разнымъ странамъ долгое время. Потомъ поселился снова въ египетской пустынѣ и пребывалъ въ ней до старости, угождая Богу трудами постническими; и многихъ иноковъ отцемъ былъ сей святый Пименъ.

Поучая учениковъ своихъ смиренномудрію, такъ какъ и самъ былъ смиренномудръ, преподобный приводилъ ученикамъ въ образецъ сказаніе о нѣкоемъ старцѣ (быть можетъ, о себѣ самомъ), говоря такъ:

— «Еще не такъ давно одинъ монахъ египтянинъ жилъ близъ Царьграда на нѣкоемъ пустынномъ мѣстѣ, имѣя небольшую келлію. Случилось одинъ разъ проходить мѣстомъ тѣмъ благочестивому царю Ѳеодосію (Младшему) [3]; услышавъ объ инокѣ, жившемъ тамъ, царь оставилъ всѣхъ своихъ спутниковъ и, принявъ видъ одного изъ простыхъ воиновъ, направился къ дверямъ келліи старца. Когда царь постучалъ въ двери, инокъ открылъ келлію, но не узналъ въ пришедшемъ царя, а принялъ его за простого воина. Сотворивъ молитву, оба сѣли. Потомъ царь спросилъ:

— «Какъ подвизаются отцы, обитающіе въ Египтѣ?»

— «Всѣ молятъ Бога о спасеніи вашемъ».

Осмотрѣвъ кругомъ всю келлію старца, царь не нашелъ въ ней ничего, кромѣ корзины, висѣвшей на стѣнѣ, а въ ней немного сухого хлѣба; потомъ сказалъ старцу:

— «Отче! Благослови меня вкусить немного».

И тотчасъ старецъ налилъ воду въ сосудъ, насыпалъ соли и положилъ куски сухого хлѣба; и ѣли оба вмѣстѣ; затѣмъ старецъ принесъ кувшинъ съ водою и далъ пить царю. Послѣ трапезы царь спросилъ старца:

— «Знаешь ли ты, кто я?»

Онъ отвѣчалъ:

— «Не знаю, господинъ, Богъ знаетъ тебя».

Тогда старецъ сказалъ ему:

— «Я — царь Ѳеодосій».

И тотчасъ старецъ поклонился ему.

Потомъ царь сказалъ:

— «Блаженны вы, иноки, такъ какъ вы свободны отъ заботъ суетнаго міра сего и проводите жизнь безмолвную, заботясь лишь о томъ, какъ получить жизнь небесную, вѣчную и блага небесныя. Воистину говорю тебѣ, что я, рожденный въ своемъ царствѣ и сейчасъ состоящій царемъ, никогда не вкушалъ съ такою сладостію хлѣба и не пилъ воды, какъ нынѣ вкусилъ и пилъ съ большимъ удовольствіемъ».

Старецъ же отвѣчалъ:

— «Это потому, что мы, монахи, вкушаемъ пищу съ молитвою и благословеніемъ; по этой причинѣ и самая простая пища бываетъ вкусною. Въ вашихъ же домахъ приготовленіе кушаній совершается безъ молитвы, но со многими ссорами и разговорами праздными; по сей причинѣ ваша пища не получаетъ благословенія, которое могло бы усладить ее».

Воздавъ цѣлованіе старцу, царь отошелъ оттуда и съ тѣхъ поръ весьма почиталъ того монаха.

Между тѣмъ старецъ, боясь погибельнаго самопревозношенія и гордости, дабы не потерять дара смиренія своего изъ-за почитанія людскаго и дабы не лишиться благодати Божіей, вставъ, бѣжалъ оттуда и потомъ опять пришелъ въ Египетъ».

Такое сказаніе повѣдалъ ученикамъ своимъ святый Пименъ, желая научить ихъ смиренію; этимъ сказаніемъ святый Пименъ хотѣлъ научить учениковъ своихъ уклоняться отъ суетныхъ похвалъ и почестей, которыя приносятъ инокамъ не пользу, а вредъ.

Святый Пименъ поучалъ учениковъ своихъ и прочимъ добродѣтелямъ; наставленія его были всегда дѣйствительными, ибо онъ могъ всякаго научить пути спасительному; подобно тому какъ жизнію своею онъ являлъ равноангельскій образецъ добродѣтели, такъ и слово его было всѣмъ на пользу. И приходили къ нему не только новоначальные, но и состарѣвшіеся въ подвигахъ иноческихъ и спрашивали его о томъ, что полезно для спасенія души; всѣ, приходившіе къ преподобному, получали отъ него богомудрые и богодухновенные отвѣты въ назиданіе душъ своихъ; отвѣты тѣ записывались нѣкіими въ Отеческія книги [4]. Нѣкоторые изъ этихъ отвѣтовъ припомнимъ здѣсь.

Нѣкто спросилъ авву Пимена, говоря такъ:

— «Если я увижу брата моего, согрѣшившаго, долженъ ли я скрыть грѣхъ его?»

Пименъ отвѣчалъ:

— «Если мы скроемъ грѣхи братьевъ нашихъ, то и Богъ скроетъ грѣхи наши».

Нѣкоторый братъ сказалъ аввѣ Пимену:

— «Отче! Я нахожусь въ смущеніи и думаю уйти отсюда». Старецъ сказалъ:

— «По какой причинѣ ты хочешь уйти отсюда?»

Братъ отвѣчалъ:

— «Я слышу дурныя рѣчи объ одномъ изъ числа здѣсь живущихъ братій и соблазняюсь».

Старецъ сказалъ:

— «То, что ты слышалъ, неправда».

Братъ отвѣтилъ:

— «Воистину, отче, то было правдой, потому что передавшій мнѣ о томъ заслуживаетъ всякаго вѣроятія».

Но старецъ сказалъ:

— «Нѣтъ, передавшій тебѣ не заслуживаетъ вѣры, ибо, если-бы онъ заслуживалъ вѣры, то не передалъ бы тебѣ то. Но ты никогда не вѣрь тому, что говорятъ тебѣ, если самъ не видѣлъ того; ибо и Богъ, услышавъ вопль Содомскій, не удостовѣрился, пока не сошелъ Самъ, дабы видѣть все очами Своими [5]: — рече Господь: вопль Содомскій и Гоморрскій умножися ко Мнѣ, и грѣси ихъ велицы зѣло. Сошедъ убо узрю, аще по воплю ихъ грядущему ко Мнѣ совершаются» (Быт. 18, 20-21).

Братъ сказалъ на это:

— «И я, отче, своими собственными глазами видѣлъ, какъ братъ тотъ творилъ грѣхъ».

Услышавъ это, старецъ посмотрѣлъ на землю; потомъ, взявъ съ земли небольшой сучекъ, сказалъ брату:

— «Что это?»

Братъ отвѣчалъ:

— «Это сучекъ».

Потомъ старецъ посмотрѣлъ на верхъ постройки и, указавъ на бревно, на которомъ покоилась крыша зданія, спросилъ:

— «А это что?»

Братъ отвѣчалъ:

— «Это бревно».

И сказалъ старецъ брату:

— «Запомни же въ сердцѣ своемъ, что грѣхи твои подобны сему бревну, грѣхъ же брата, о которомъ ты говоришь, подобенъ сему сучку; тогда ты никогда не будешь приходить въ смущеніе и соблазнъ».

Эти слова святаго Пимена слышалъ авва Сисой, бывшій тогда у него; весьма удивившись слышанному, онъ сказалъ святому Пимену:

— «Какъ восхвалить тебя, авва Пименъ! Поистинѣ слова твои преисполнены благодати и славы, какъ нѣкій камень драгоцѣнный!»

Тогда авва Пименъ сказалъ:

— «Сказано: свидѣтельствуй лишь о томъ, что видѣли очи твои. Но я говорю вамъ, что если вы увидите что и очами своими, не давайте тому вѣры».

И потомъ разсказалъ такой случай.

— «Нѣкій братъ былъ осмѣянъ бѣсомъ таковымъ призракомъ: онъ видѣлъ инаго брата, творившаго грѣхъ съ женщиною; братъ смутился въ мысляхъ и былъ обуреваемъ похотію. Подойдя, онъ толкнулъ ихъ ногою своею, сказавъ:

— «Оставьте; для чего вы согрѣшаете?»

Но оказалось, что то были снопы пшеницы, а не люди.

Посему, — заключилъ Пименъ, — говорю вамъ: не давайте вѣры и тому, что видите очами своими».

Авва Анувій сказалъ святому Пимену:

— «Но какой отвѣтъ ты далъ бы Богу, если бы ты видѣлъ грѣшника и не обличилъ бы его?»

Пименъ сказалъ на это:

— «Я сказалъ бы Богу такъ: Господи! Ты повелѣлъ: изми первѣе бервно изъ очесе твоего, и тогда узриши изъяти сучецъ изъ очесе брата твоего (Матѳ. 7, 5). Я исполнилъ повелѣніе Твое».

Потомъ нѣкій братъ спросилъ авву Пимена, сказавъ такъ:

— «Отче! Я совершилъ тяжкій грѣхъ. Я хочу провести въ покаяніи три года. Но достаточно ли трехъ лѣтъ для покаянія?»

Старецъ отвѣчалъ:

— «Этого много».

Тогда братъ сказалъ:

— «Итакъ ты приказываешь каяться только одинъ годъ?»

На это старецъ отвѣчалъ:

— «И этого много».

Когда объ этомъ услышали другія братія, то сказали:

— «Слѣдовательно каяться слѣдуетъ не болѣе сорока дней?»

Но старецъ на это сказалъ:

— «И этого много».

И потомъ прибавилъ:

— «Я думаю, что, если человѣкъ покается отъ всего сердца своего и положитъ твердое намѣреніе болѣе не возвращаться ко грѣху, то Богъ приметъ и трехдневное покаяніе его».

Иной братъ спросилъ авву Пимена, сказавъ такъ:

— «Какъ должно жить человѣку?»

Старецъ отвѣчалъ:

— «Изъ примѣра Даніила [6] мы видимъ, что его не могли оклеветать ни въ чемъ, кромѣ того, что онъ служилъ Господу Богу своему».

Этими словами святый далъ понять, что человѣку должно жить такъ, чтобы вся жизнь его была ничѣмъ инымъ, какъ только служеніемъ Господу Богу.

Другой инокъ спросилъ:

— «Какимъ образомъ уберечься мнѣ отъ козней врага?»

Отвѣчалъ отецъ:

— «Когда котелъ, разжигаемый снизу, кипитъ, то ни муха, ни какое другое насѣкомое не можетъ коснуться его; когда же онъ остынетъ, то на него садятся и мухи, и насѣкомыя. Подобно сему и къ иноку, со усердіемъ подвизающемуся въ дѣлахъ добродѣтели, врагъ не смѣетъ приступить и увлечь его въ свои сѣти; къ человѣку же, проводящему жизнь въ безпечности и лѣности, врагъ приступаетъ съ легкостію и увлекаетъ ко грѣху, какъ хочетъ».

Нѣкто спросилъ старца о томъ, какъ можно избавиться отъ навязывающихся уму злыхъ помысловъ. Старецъ отвѣчалъ на это:

— «Случай этотъ подобенъ человѣку, имѣющему по лѣвую сторону отъ себя огонь, а по правую сосудъ съ водою; если человѣкъ загорится отъ огня, то возьметъ воду изъ сосуда и загаситъ огонь. Огонь —это помыслы злые, которые врагъ нашего спасенія влагаетъ въ сердце человѣку, какъ искру въ нѣкую храмину, дабы человѣкъ распалился пожеланіемъ грѣховнымъ; вода же — это молитвенное устремленіе человѣкомъ себя къ Богу».

Опять спросилъ старца Пимена авва Аммонъ о помыслахъ злыхъ, исходящихъ отъ сердца, и о суетныхъ пожеланіяхъ. И отвѣчалъ старецъ отъ святаго Писанія, сказавъ такъ:

— «Какую славу можетъ получить топоръ, безъ сѣкущаго имъ? и можетъ ли хвалиться пила, не имѣя работника? Такъ и ты не посылай на помощь злымъ помысламъ своего соизволенія, и всѣ эти помыслы разсѣятся».

Авва Іосифъ спросилъ авву Пимена о постѣ, сказавъ такъ:

— «Какъ подобаетъ поститься?»

Старецъ отвѣчалъ:

— «Я каждодневно вкушаю немного пищи, не насыщаясь вполнѣ».

Авва Іосифъ спросилъ:

— «А когда ты былъ юношей, то не постился ли ты по два дня?»

Отвѣчалъ Пименъ:

— «Поистинѣ постился и не только по два дня, но и по три, и по цѣлой недѣлѣ; но святые отцы, испытавшіе то и другое, нашли, что лучше вкушать каждодневно, но понемногу; ибо это царскій путь (ко спасенію), болѣе легкій и удобный, дабы не превозносился умъ».

Игуменъ монастыря Великаго спросилъ авву Пимена, сказавъ такъ:

— «Какимъ образомъ я могу стяжать умиленіе?»

Старецъ отвѣчалъ:

— «Развѣ можетъ быть умиленіе въ томъ сердцѣ, которое помышляетъ о сырахъ, сосудахъ съ масломъ и иныхъ житейскихъ дѣлахъ?»

Иной спросилъ старца:

—«Что лучше: говорить, или молчать?»

Старецъ отвѣчалъ:

— «Кто говоритъ Бога ради, тотъ хорошо дѣлаетъ; также и тотъ, кто молчитъ Бога ради, хорошо поступаетъ».

Такіе мудрые отвѣты давалъ старецъ на вопросы; кромѣ того въ Отечникахъ находятся многія мудрыя изреченія святаго Пимена. Вотъ нѣкоторыя изъ нихъ.

Авва Пименъ говорилъ:

— «Когда человѣкъ намѣревается строить домъ, то собираетъ многіе предметы, изъ которыхъ можно построить домъ; подобно сему и мы легко созиждемъ въ себѣ домъ духовный, если возьмемъ по небольшой частицѣ отъ каждой добродѣтели».

Сказалъ еще:

— «Человѣку необходимо соблюдать три главныхъ правила: бояться Бога, часто молиться и творить добро ближнему».

Говорилъ также авва Пименъ:

— «Нестяжаніе, терпѣніе и разсудительность — вотъ три основы иноческаго житія; ибо написано: аще будутъ сіи тріе мужи, Ное, и Даніилъ, и Іовъ, тіи спасутся (Іез. 14, 14). Ной — образецъ нестяжательности, Іовъ — терпѣнія, Даніилъ же разсудительности; если въ инокѣ окажутся сіи три добродѣтели, то Богъ, спасающій Его, возобитаетъ въ немъ».

Говорилъ еще старецъ:

— «Если инокъ возненавидитъ два предмета, то можетъ быть свободнымъ отъ соблазновъ міра сего».

Братъ спросилъ старца:

— «Какіе же это предметы?»

На это старецъ отвѣтилъ:

— «Покой плоти и тщеславіе».

Потомъ старецъ сказалъ:

— «Въ Евангеліи написано: «имѣющій одежду, пусть продастъ ее и купитъ ножъ» (Лук. 22, 36); это значитъ: имѣющій покой плоти своей, пусть оставитъ его и начнетъ проводить жизнь суровую, вступивъ на путь тѣсный».

Потомъ еще сказалъ:

Когда Давидъ боролся со львомъ или медвѣдемъ, то умерщвлялъ звѣря, взявъ его за гортань (1 Цар. 17, 34-35); подобно сему и мы съ Божіею помощію побѣдимъ льва,—діавола и медвѣдя, — плоть нашу, если наложимъ узду воздержанія на гортань и чрево наше».

Еще старецъ сказалъ:

— «Если бы Навузарданъ, — начальникъ надъ поварами царя вавилонскаго, не пришелъ въ Іерусалимъ, храмъ Господень не былъ бы сожженъ; подобно сему и въ насъ не воспалится огонь вожделѣнія грѣховнаго, а также и умъ нашъ, борящійся со врагомъ, никогда не потерпитъ пораженія, — если мы не будемъ преданы объядѣнію и нѣгѣ».

Говорилъ еще старецъ:

— «Подобно тому, какъ пчелы бѣгутъ отъ дыма, позволяя людямъ пользоваться сладкими плодами ихъ работы, такъ покоемъ тѣла отгоняется отъ души нашей страхъ Господень и она (душа) лишается всякаго добраго дѣла».

Затѣмъ еще сказалъ:

— «Подобно тому, какъ всякій оруженосецъ царскій стоитъ близъ царя, будучи всегда готовымъ къ защитѣ его, такъ и душѣ нашей должно быть всегда готовой на борьбу съ бѣсомъ блудодѣянія».

Однажды авва Пименъ услышалъ о братѣ нѣкоемъ, постившемся по шести дней и вкушавшему немного пищи только на седьмой день, но вмѣстѣ съ тѣмъ гнѣвавшемся на брата своего. Авва Пименъ сказалъ о таковомъ:

— «Научился поститься шесть дней, а отъ гнѣва не можетъ воздержаться и одинъ день».

Пресвитеръ одного монастыря, услыхавъ о нѣкіихъ братіяхъ, ходившихъ часто въ городъ, мывшихся въ банѣ, не прилежавшихъ къ спасенію своему, — разгнѣвался на нихъ и, придя въ монастырь, снялъ съ нихъ одѣяніе монашеское; но потомъ раскаялся, пошелъ къ аввѣ Пимену и разсказалъ ему о всемъ, что онъ сдѣлалъ съ тѣми братіями. Старецъ же сказалъ ему:

— «Не имѣешь ли и ты въ себѣ чего-либо отъ ветхаго человѣка; или, быть можетъ, ты окончательно совлекся его?» [7].

Пресвитеръ услышавъ отъ старца такія слова, умилился, призвалъ тѣхъ братій, которыхъ огорчилъ, раскаялся имъ и снова облекъ ихъ въ одѣяніе монашеское.

Однажды пришелъ къ аввѣ Пимену авва Исаакъ и, увидавъ, что онъ возливалъ на ноги свои небольшое количество воды, сказалъ ему:

— «Какъ жестоко иные удручаютъ тѣло свое!»

Старецъ же сказалъ ему:

— «Мы не научены быть тѣлоубійцами».

И потомъ сказалъ:

— «Бываетъ иногда, что человѣкъ кажется молчащимъ; но если сердце его осуждаетъ другихъ, то онъ говоритъ всегда. И есть такіе, которые съ утра до вечера говорятъ языкомъ, но въ то же время соблюдаютъ молчаніе (ибо не осуждающій ближняго — тоже, что молчащій)».

Авва Іосифъ разсказалъ, повѣствуя такъ:

— «Когда однажды мы сидѣли у аввы Пимена, среди насъ былъ юный братъ Агаѳонъ; желая что-то сказать сему Агаѳону, старецъ (Пименъ) назвалъ его аввою, сказавъ такъ: — авва Агаѳонъ. — Но мы сказали старцу: — этотъ братъ еще юнъ; почему ты называешь его аввою? Старецъ же отвѣчалъ: — уста его молчаливыя заставляютъ меня называть его аввою».

Потомъ говорилъ еще авва Пименъ:

— «Братъ, находящійся вмѣстѣ съ ближнимъ своимъ, долженъ уподобиться истукану каменному; будучи обижаемъ, онъ не долженъ гнѣваться; будучи хвалимъ, онъ не долженъ превозноситься».

Еще сказалъ:

— «Зломъ никогда не побѣдить зла; если кто-либо причиняетъ тебѣ зло, то окажи таковому добро; тогда твоя добродѣтель препобѣдитъ его злобу».

Этой добродѣтели (какъ и другимъ добродѣтелямъ) преподобный Пименъ поучалъ и самымъ дѣломъ; ибо до его прибытія изъ скита въ Египетъ, въ Египтѣ жилъ нѣкій старецъ, почитаемый всѣми. Когда на то мѣсто пришелъ авва Пименъ, то многіе, оставивъ того старца, начали приходить къ Пимену; по сей причинѣ тотъ старецъ началъ гнѣваться на пришедшаго авву (Пимена), сталъ завидовать ему и говорить о немъ дурное. Когда авва Пименъ услыхалъ объ этомъ, то опечалился и сказалъ своимъ братіямъ:

— «Что теперь дѣлать намъ, ибо люди эти повергли насъ въ скорбь, оставивъ столь святаго и добродѣтельнаго старца и прійдя къ намъ, незначащимъ ничего? Какимъ образомъ мы устранимъ гнѣвъ великаго отца того? Приготовимъ немного пищи, возьмемъ немного вина, пойдемъ къ старцу, вкусимъ съ нимъ; быть можетъ такимъ образомъ мы умилостивимъ сердце его».

Взявъ немного пищи и вина, они отправились къ тому старцу постучали въ двери келліи его. Ученикъ того старца, услышавъ стукъ, спросилъ:

— «Кто это?»

Ему отвѣтили:

— «Скажи аввѣ твоему, что Пименъ съ братіею своею пришелъ, дабы принять отъ твоего аввы благословеніе».

Ученикъ пошелъ и разсказалъ объ этомъ старцу. Старецъ же, выслушавъ, сказалъ:

— «Пойди и скажи имъ: идите отсюда, ибо у меня нѣтъ времени видѣть васъ».

Когда ученикъ сказалъ такъ пришедшимъ, то сіи послѣдніе отвѣтили ему:

—«Мы не уйдемъ отсюда до тѣхъ поръ, пока не сподобимся поклониться старцу».

И стояли на зноѣ солнечномъ при дверяхъ келліи.

Видя смиреніе и терпѣніе пришедшихъ, старецъ умилился, открылъ имъ двери и принялъ ихъ съ лобзаніемъ; сѣвши, всѣ бесѣдовали съ любовію и вкусили принесеннаго. Потомъ старецъ тотъ сказалъ:

— «Поистинѣ не только справедливо то, что я слышалъ о васъ, но я вижу въ васъ добрыя дѣла во стократъ большія».

Съ того времени старецъ сталъ миролюбиво относиться къ аввѣ Пимену.

Такъ умѣлъ преподобный Пименъ устранять злобу враждующаго на него и давалъ примѣръ этого другимъ.

Преподобный Пименъ умѣлъ врачевать иныхъ и молчаніемъ своимъ, какъ словомъ.

Однажды пресвитеры страны той посѣтили монастырь, въ которомъ пребывалъ преподобный; авва Анувій, желая хотя нѣсколько угостить ихъ, вошелъ къ преподобному Пимену и сказалъ ему объ этомъ. Однако Пименъ не далъ отвѣта, но пребывалъ въ молчаніи долгое время; и отошелъ отъ него авва Анувій съ печалію.

Потомъ братія, бывшіе у него, спросили его (авву Пимена):

— «Почему ты не далъ отвѣта аввѣ Анувію?»

Старецъ же отвѣчалъ имъ:

— «Я не имѣлъ для сего орудія (т.-е. языка); ибо я мертвъ; мертвый же не говоритъ; посему не считайте меня пребывающимъ съ вами».

Такъ поступилъ старецъ для того, чтобы его не звали къ тѣмъ новопришедшимъ братіямъ на трапезу; ибо о немъ повѣствуютъ и сіе, что, когда братія призывали его вкусить вмѣстѣ съ ними пищу, онъ шелъ съ плачемъ, какъ бы нехотя; ибо не желалъ насыщать чрева своего, но вмѣстѣ съ тѣмъ не хотѣлъ ослушаться братій, дабы не огорчить ихъ.

Нѣкій инокъ, услышавъ о добродѣтельномъ житіи преподобнаго Пимена, пришелъ къ нему изъ далекой страны, дабы видѣть его и поучиться отъ него; старецъ принялъ инока съ честію; облобызавъ другъ друга, сѣли; инокъ началъ бесѣдовать со старцемъ отъ божественнаго Писанія, о вещахъ трудноуразумѣваемыхъ, о которыхъ говорится въ Писаніи, и о предметахъ небесныхъ. Отецъ же Пименъ, отвернувъ лице свое, молчалъ и не давалъ никакого отвѣта пришельцу. Инокъ тотъ долгое время говорилъ отъ Писанія, но не получалъ отвѣта отъ старца, ибо онъ молчалъ; потомъ инокъ вышелъ изъ келліи съ печалію и сказалъ ученику старца:

— «Понапрасну я предпринялъ столь великій и трудный путь; я пришелъ сюда ради него (аввы Пимена), но онъ не сказалъ мнѣ ни одного слова».

Потомъ, войдя къ старцу, тотъ ученикъ сказалъ ему:

— «Отче! Ради тебя пришелъ сей честный мужъ, славный среди иноковъ страны своей: почему же ты не сказалъ ему ничего?»

Старецъ отвѣчалъ:

— «Онъ отъ вышнихъ, — и говоритъ о предметахъ небесныхъ, а я отъ нижнихъ, — и могу говорить только о земномъ. Если бы братъ, пришедшій къ намъ, говорилъ о душевныхъ страстяхъ, о плотскихъ немощахъ, то я отвѣчалъ бы ему; а такъ какъ онъ говоритъ о предметахъ небесныхъ, то о нихъ я ничего не могу сказать».

Ученикъ, выйдя отъ старца, пошелъ къ тому иноку и сказалъ ему:

— «Знай, отче, что старецъ не охотно бесѣдуетъ отъ божественнаго Писанія, но если кто-либо начинаетъ говорить съ нимъ о страстяхъ душевныхъ, тогда старецъ отвѣчаетъ».

Умилившись, инокъ тотъ вошелъ къ старцу и спросилъ его:

— «Авво! Что дѣлать мнѣ, ибо я во власти страстей?»

Тогда, посмотрѣвъ на него съ радостнымъ лицемъ, старецъ сказалъ:

— «Хорошо сдѣлалъ ты, что пришелъ; теперь я открою уста свои и наполню ихъ благими рѣчами».

И бесѣдовалъ съ нимъ достаточное время о томъ, какъ побѣждать востающія на насъ похоти. Весьма насладившись богодухновенными словами старца, инокъ тотъ возблагодарилъ Бога за то, что Онъ сподобилъ его видѣть таковаго старца и слышать его бесѣду; и возвратился къ своимъ, радуясь, что получилъ великую пользу для души.

Потомъ иной инокъ, авва Исаакъ, пришелъ къ отцу Пимену и нашелъ его сидящимъ молча и какъ бы находящимся въ изступленіи. Подождавъ достаточное время, но не видя, чтобы старецъ пришелъ въ себя, инокъ тотъ сдѣлалъ земной поклонъ старцу, сказавъ:

— «Скажи мнѣ, отче, гдѣ былъ ты умомъ своимъ?»

Онъ же, былъ вынужденъ на отвѣтъ усиленною просьбою, отвѣтилъ:

— «Мой умъ былъ тамъ, гдѣ плакала Пречистая Дѣва Марія Богородица, стоя при крестѣ; и я хотѣлъ бы такъ всегда плакать».

Таковый великій въ отцахъ, преподобный Пименъ, изучившій всякую добродѣтель, приносившій пользу всѣмъ какъ житіемъ, такъ и словомъ своимъ, имѣлъ столь великое смиреніе во умѣ своемъ, что часто со вздохомъ говорилъ:

— «Я буду брошенъ на то мѣсто, куда будетъ брошенъ сатана!»

Однако Господь вознесъ смиреннаго раба Своего въ мѣста, гдѣ пребываютъ святые ангелы, въ селенія праведныхъ и преподобныхъ; Господь вселилъ его, послѣ земной, исполненной многихъ лѣтъ жизни, въ обители небесныя, гдѣ лѣта не кончаются [8]; тамъ всѣ святые, предстоя престолу славы Божіей, всегда славятъ Отца, и Сына, и Святаго Духа, Единаго Бога въ Троицѣ, Которому и отъ насъ, грѣшныхъ, возсылается слава, нынѣ, всегда и въ безконечные вѣки. Аминь.

Примѣчанія:
[1] Преподобный Пименъ родился около 340 года.
[2] Иночество Пименъ принялъ около 355 года.
[3] Впрочемъ, нѣкоторые разумѣютъ здѣсь императора Ѳеодосія Великаго, царствовавшаго съ 379 г. по 395 г.
[4] Отеческія книги — т. е. Отечники, Патерики.
[5] Выраженіе образное.
[6] Даніилъ — четвертый изъ числа «великихъ» пророковъ (Исаія, Іеремія, Іезекіиль, Даніилъ); происходилъ изъ царскаго рода и еще юношею былъ отведенъ въ Вавилонъ вмѣстѣ съ прочими плѣнными іудеями. Одаренный прекрасными душевными и тѣлесными качествами, онъ научился здѣсь языку и мудрости халдейской и вмѣстѣ съ тремя своими товарищами — Ананіею, Азаріею и Мисаиломъ былъ взятъ на службу при царскомъ дворѣ. Даніилъ истолковалъ царю вавилонскому Навуходоносору его замѣчательные сны и самъ удостоился неоднократныхъ видѣній, въ которыхъ были ему открыты важнѣйшія священныя событія. При восшествіи на престолъ Дарія онъ былъ назначенъ однимъ изъ трехъ правителей имперіи и былъ чудеснымъ образомъ спасенъ отъ львовъ, въ ровъ къ которымъ онъ былъ брошенъ за свою привязанность къ отеческой вѣрѣ (Дан. 6, 10-24). Исторія его жизни и дѣятельности описана имъ самимъ въ священной книгѣ его имени. — Память его празднуется св. Церковію 17-го декабря.
[7] Ветхій человѣкъ — человѣкъ, преданный грѣху, не знающій пути спасенія. Такое наименованіе святый апостолъ Павелъ усвояетъ людямъ, еще не получившимъ новозавѣтной благодати (ср. Ефес. 4, 22; Кол. 3, 9).
[8] Преподобный Пименъ скончался 110-ти лѣтъ отъ рожденія. Кончина его послѣдовала около 450 г.

Источникъ: Житія святыхъ, на русскомъ языкѣ изложенныя по руководству Четьихъ-миней св. Димитрія Ростовскаго съ дополненіями, объяснительными примѣчаніями и изображеніями святыхъ. Книга двѣнадцатая: Мѣсяцъ Августъ. — М.: Синодальная Типографія, 1911. — С. 467-482.

/ Къ оглавленію /


Цитата «Торжество Православія»


Наверхъ / Къ титульной страницѣ

0