Если вы нашли ошибку на странице, выделите ее мышкой и щелкните по этой ссылке, или нажмите Ctrl+Alt+E

Русскій Порталъ- Церковный календарь- Русская Библія- Осанна- Святоотеческое наслѣдіе- Наслѣдіе Святой Руси- Слово пастыря- Литературное наслѣдіе- Новости

О старомъ стилѣ
-
Гостевая книга
-
Новости
-
Написать письмо
-
Поискъ

Православный календарь

Мѣсяцесловы

С. В. Булгакова
-
Прот. Алексія Мальцева

Житія святыхъ

Свт. Димитрія Ростовскаго
-
Д. И. Протопопова
-
Избранныя житія

Житія русскихъ святыхъ

Архим. Игнатія (Малышева)

Патерики

Аѳонскій
-
Кіево-Печерскій
-
Новгородскій
-
Троицкій

Новости сайта



Сегодня - пятница, 20 октября 2017 г. Сейчасъ на порталѣ посѣтителей - 15.

ЖИТІЯ СВЯТЫХЪ

Святитель Димитрій, митр. Ростовскій († 1709 г.)

Святитель Димитрий, митрополит Ростовский, чудотворецСвт. Димитрій, митрополитъ Ростовскій, чудотворецъ, родился въ 1651 г. въ мѣстечкѣ Макаровѣ, Кіевской губерніи. Въ мірѣ Даніилъ, сынъ казачьего сотника Туптало. Окончивъ Богоявленскую школу (Могилянскую Духовную Академію), принялъ въ 1668 г. постригъ въ Кіевскомъ Кирилловомъ монастырѣ. Въ 1675 г. — іеромонахъ. Былъ игуменомъ въ нѣсколькихъ монастыряхъ монастыряхъ. Архимандритъ Черниговскаго Елецкаго монастыря и Новгородсѣверскаго Преображенскаго монастыря. Въ 1701 г. поставленъ митрополитомъ Тобольскимъ; по болѣзни остался въ Москвѣ и занялъ освободившуюся въ 1702 г. каѳедру въ Ростовѣ. Много потрудился въ установленіи церковного благочестія и въ дѣлѣ обличенія старообрядцевъ. Подвизался въ подвигахъ поста, молитвы, милосердія. Двадцать лѣтъ трудился надъ составленіемъ Четьихъ-Миней, которыя началъ писать въ 1684 г. въ Кіево-Печерскомъ монастырѣ. Свт. Димитрій мирно скончался 28 октября 1709 г. и былъ погребенъ, по его завѣщанію, въ соборной церкви Ростовскаго Спасо-Яковлевскаго монастыря. Обрѣтеніе мощей — 21 сентября 1752 г. Прославленіе — 22 апрѣля 1757 г. Перенесеніе мощей въ новую раку — 25 мая 1763 г.

Житія святыхъ свт. Димитрія, митр. Ростовскаго

Житія святыхъ, на русскомъ языкѣ
изложенныя по руководству Четьихъ-миней св. Димитрія Ростовскаго.

Мѣсяцъ Апрѣль.
День пятый.

Страданіе святыхъ мучениковъ Агаѳопода и Ѳеодула.

Въ царствованіе нечестивыхъ римскихъ императоровъ Діоклитіана и Максиміана [1], въ Ѳессалоникіи [2] проживали двое богоугодныхъ служителя Церкви Божіей, Агаѳоподъ и Ѳеодулъ. Агаѳоподъ былъ саномъ діаконъ, имѣлъ уже преклонный возрастъ и проводилъ жизнь цѣломудренную. Ѳеодулъ же былъ чтецомъ. Сынъ благочестивыхъ родителей-христіанъ, онъ былъ молодъ и красивъ лицомъ и проводилъ жизнь безпорочную. У Ѳеодула были три брата по плоти: Капитонъ, Митродоръ, и Филосторгій, проводившіе такую же благочестивую жизнь, какъ и онъ самъ.

Блаженный Ѳеодулъ еще раньше своего страдальческаго подвига воспріялъ отъ Бога залогъ, имѣвшаго дароваться ему вѣнца мученическаго. Почивая однажды ночью, Ѳеодулъ въ сонномъ видѣніи намѣревался получить отъ нѣкоего почтеннаго человѣка въ свою руку нѣкую вещь. Пробудившись отъ сна, Ѳеодулъ дѣйствительно нашелъ въ своей рукѣ весьма красивый, неизвѣстно изъ чего сдѣланный, перстень съ печатію, имѣющею изображеніе святаго креста. Это было знаменіемъ страданій святаго Ѳеодула за Христа, Бога нашего, пострадавшаго ради насъ на крестѣ. Святый юноша Ѳеодулъ исцѣлялъ впослѣдствіи этимъ перстнемъ всякія болѣзни между людьми. Кого бы ни встрѣчалъ онъ изъ больныхъ, имѣя при себѣ сей перстень, — немедленно страждущаго оставляла болѣзнь и онъ становился здоровымъ, такъ что даже многіе эллины видя это, обращались ко Христу.

Когда вышеупомянутые языческіе цари воздвигли гоненіе на христіанъ, то повсюду разослали свои приказы, — принуждать всѣхъ людей къ поклоненію дѣлу рукъ человѣческихъ — идоламъ, а не къ поклоненію Единому Богу, Создателю всѣхъ [3]. Такого рода царскій приказъ пришелъ и въ Ѳессалоникію, гдѣ были выставлены на показъ всѣмъ орудія мученій, уготовленныя для неповинующихся царскому повелѣнію [4]. Многіе изъ вѣрующихъ бѣжали отсюда, стараясь скрыться, кто гдѣ могъ; другіе мужественно отдавали себя на мученія и, наконецъ, третьи, будучи малодушными и слабыми, убоявшись мученій и смерти, переходили на сторону язычниковъ и вкушали вмѣстѣ съ послѣдними идольскія жертвы, предпочитая такимъ образомъ настоящую суетную жизнь жизни безсмертной. Но они, избѣгая кратковременныхъ мученій, пріуготовляли тѣмъ самымъ себѣ вѣчную смерть и погибель. Таковымъ радовался діаволъ, но великодушными и мужественными воинами Христовыми онъ всегда бывалъ побѣждаемъ и посрамляемъ, какъ напримѣръ сими двумя святыми Агаѳоподомъ и Ѳеодуломъ. Эти послѣдніе во время наступившаго лютаго гоненія не убѣжали, не скрылись, но непрестанно пребывали въ дому Божіемъ, день и ночь молясь Богу о святой Его Церкви, подвергшейся такимъ бѣдствіямъ, и день и ночь ожидая начала своихъ страданій.

Дѣйствительно, когда о святыхъ узнали языческіе воины, они тотчасъ схватили ихъ и бросили въ темницу. Въ то время начальникомъ въ Ѳессалоникіи былъ Фавстинъ. Возсѣвъ на своемъ судилищномъ мѣстѣ, онъ приказалъ привести къ себѣ на допросъ исповѣдниковъ Христовыхъ, — Агаѳопода и Ѳеодула. Какъ бы позванные на пиршество, съ радостію отправились они, держась руками другъ за друга и мужественно восклицая:

— «Мы христіане!»

Когда святые предстали предъ судилищемъ мучителя, то онъ, желая прежде всего уловить своими обольщеніями младшаго, приказалъ всѣмъ удалиться, а Агаѳопода отвести въ другое мѣсто. Затѣмъ, подозвавъ къ себѣ поближе Ѳеодула, онъ ласково сказалъ ему:

— «Смирись, юноша, умоляю тебя, отвергни свое новое лжеученіе христіанское и приступи къ выполненію законовъ и обычаевъ, установленныхъ древностію, если не хочешь въ мученіяхъ окончить жизнь свою».

Святый же Ѳеодулъ отвѣчалъ ему:

— «Я давно уже оставилъ заблужденіе и обманъ и боюсь за тебя, такъ преданнаго суетѣ, дабы ты не подвергнулся смерти вѣчной».

Судія не обидѣлся на эти слова святаго, но снова всячески сталъ соблазнять его приступить къ принесенію жертвъ идоламъ, обѣщая ему и подарки и почести. Находившійся здѣсь по-близости жрецъ Зевса [5], по имени Ксеносъ, сказалъ святому:

— «Если почести и подарки не убѣждаютъ тебя къ принесенію жертвы, то пусть мученія убѣдятъ тебя повиноваться царскимъ повелѣніямъ!»

— «Ужасы мученій ни въ какомъ случаѣ не смогутъ запугать меня, — отвѣчалъ мученикъ жрецу, — и никогда не склонятъ къ исполненію вашей воли».

На слова говорившаго, затѣмъ, Фавстина о томъ, что жизнь почетная лучше мучительной смерти, святый Ѳеодулъ отвѣчалъ:

— «Дѣйствительно, я сознаю, что жизнь лучше смерти, и потому-то я и рѣшилъ въ умѣ своемъ презрѣть сію земную и кратковременную жизнь, дабы мнѣ содѣлаться участникомъ въ безсмертной жизни и вѣчныхъ небесныхъ благахъ. Итакъ, замучь меня ранами и огнемъ и ты увидишь, что мучимое тѣло мое подвержено тлѣнію и гибели, разумная же душа моя, будучи нетлѣнною, послѣ мученій тотчасъ же освободится отъ узъ тѣла и будетъ веселиться въ жизни безконечной».

— «Умоляю тебя, — продолжалъ судія, — сообщи мнѣ, Кто же дастъ тебѣ тѣ великія блага, изъ любви къ Коему ты рѣшилъ презирать нынѣ мученія и самую смерть?»

— «Богъ, — отвѣчалъ святый Ѳеодулъ, — все опредѣлившій законами природы, и Его Сынъ, Іисусъ Христосъ, Слово Отца (ср. Іоан. 1, 1 и слѣд.), крестомъ Котораго назнаменованъ я съ самаго моего младенчества; я не оставлю этого знаменія до конца жизни своей и скорѣе соглашусь лишиться черезъ мученія своего тѣла, нежели отрекусь отъ сего знаменія Христова. Я вѣрный слуга моего Владыки, и ты не побѣдишь меня, ни огнемъ, ни желѣзомъ!»

Игемонъ Фавстинъ, изумившись таковому мужеству и смѣлости святаго юноши Ѳеодула, повелѣлъ отвести его подальше отъ себя въ отдѣльное мѣсто. Затѣмъ, позвавши къ себѣ святаго Агаѳопода, онъ сказалъ ему:

— «Поклонись богамъ нашимъ! Вотъ и Ѳеодулъ, находившійся также въ обманѣ, нынѣ далъ обѣщаніе поклониться имъ и принести вмѣстѣ съ нами жертву».

Уразумѣвши хитрость и обманъ игемона, святый Агаѳоподъ сказалъ ему:

— «И я съ радостію принесу жертву истинному Богу и Его Сыну Іисусу Христу, ибо и Ѳеодулъ обѣщался Сему, а не иному какому богу принести благопріятную жертву».

Фавстинъ же возразилъ ему:

— «Нѣтъ, Ѳеодулъ обѣщалъ принести свою жертву не этому Богу, а двѣнадцати богамъ [6], содержащимъ всю вселенную».

Святый же Агаѳоподъ съ улыбкою отвѣчалъ ему:

— «Для чего ты называешь богами то, что сдѣлано мастеромъ изъ тлѣннаго матеріала? Могутъ ли быть богами тѣ, которые сдѣланы руками людей, покланяющихся своему творенію, какъ будто существамъ лучшимъ и совершеннѣйшимъ? Боги ли тѣ, которые не могутъ оказать сопротивленія желающимъ ниспровергнуть и разбить ихъ и не могутъ ничѣмъ защитить себя, — которые глазами не видятъ, ногами не ходятъ и не имѣютъ въ себѣ ни одного какого бы то ни было чувства? — Боги ли тѣ, про которыхъ эллины говорятъ, что они имѣютъ живую душу и предаются разнаго рода омерзительнѣйшимъ блудодѣяніямъ; а нынѣ мастера, дѣлавшіе ихъ статуи, продаютъ ихъ за одну серебряную монету или за четыре мелкихъ мѣдныхъ монеты? Послѣ всего этого могу ли я честь, подобающую всесильному Богу, воздавать недостойнымъ и мерзкимъ богамъ вашимъ? Могу ли я воспѣвать хвалы и пѣснопѣнія предъ глухими идолами вашими?»

Когда святый говорилъ такія рѣчи, окружавшіе его начальники языческіе убоялись того, какъ бы не утвердились въ вѣрѣ словами Агаѳопода и всѣ прочіе, приведенные для допроса, христіане. Посему они приказали немедленно увести Агаѳопода вмѣстѣ съ Ѳеодуломъ въ темницу.

Въ то время, когда вели святыхъ въ темницу, за ними слѣдовала огромная толпа народа. Одни изъ толпы, сожалѣя юность святаго Ѳеодула, старались многими льстивыми рѣчами поколебать его вѣру во Христа. Другіе, взирая на почтенные сѣдины Агаѳопода, говорили, обратившись къ нему:

— «Агаѳоподъ! Неужели и у тебя дѣтскій умъ, и ты не понимаешь того, что полезно для твоей жизни!»

Но святые шли, ничего не отвѣчая на всѣ, обращенные къ нимъ, слова.

Когда они дошли до темницы, то со смиреніемъ помолились здѣсь Богу и присоединились къ числу содержавшихся здѣсь за различныя преступленія узникамъ.

Въ полночь святые были укрѣпляемы нѣкими божественными видѣніями и были бодры духомъ, съ радостію восхваляя Іисуса Христа. Послѣ сего, чисто вымывши водою свое лицо и руки и преклонивши къ землѣ свои колѣна и головы, они вознесли слѣдующую согласную молитву къ Богу, взывая какъ бы едиными устами:

— «Боже! Творецъ и Промыслитель всего, сотворившій видимый міръ сей, учредившій непрестанное теченіе свѣтилъ небесныхъ для того, чтобы находящееся между ними солнце все просвѣщало въ теченіе дня и способствовало произрастанію плодовъ земныхъ, а луна сіяніемъ своимъ разсѣявала бы темноту ночи. — Боже! Ты, даровавшій землѣ способность производить животныхъ, глубинѣ морской рыбъ и указавшій птицамъ мѣсто въ воздухѣ; — Боже! Ты, повелѣвшій морю служить дарами своими созданному Тобою человѣку. Ты, повелѣвшій птицамъ оглашать воздухъ своимъ пѣніемъ, Ты, повелѣвшій землѣ произращать въ изобиліи различные плоды для потребностей человѣка, дабы она устами людей возсылала Тебѣ благодареніе и хвалу — Тебѣ, Владыкѣ всего міра. Боже! Ты не восхотѣлъ, дабы окончательно погибъ беззаконный и отступившій отъ заповѣдей Твоихъ и предавшійся всякому грѣху родъ нашъ; Ты не попустилъ діаволу совершенно ослѣпить и увлечь за собою въ вѣчную погибель разумную тварь, но предавъ забвенію грѣхи людей, Ты, единственно по милосердію Своему, съ небесъ ниспослалъ къ людямъ Единороднаго Твоего Сына, дабы Онъ, принявъ на Себя естество человѣческое, соединилъ Свое безсмертіе съ нашею смертною природою и дабы, всегда сопребывая съ Тобою, Твое Слово, чрезъ Которое все произошло, снова возвратило заблудившихся въ неправдахъ на путь истины. Ты съ Сыномъ и Духомъ Твоимъ святымъ, промышляя о вселенной преславными Твоими чудесами, привелъ людей бывшихъ ранѣе нечестивыми, къ Своей святой вѣрѣ. Ты, Сынъ Божій со Отцемъ и Духомъ святымъ, побѣдивъ законы естества и смерти, воскресилъ словомъ Своимъ Лазаря четверодневнаго (Іоан. 11, 1-44). Ты, возложеннымъ на глаза бреніемъ просвѣтилъ слѣпого отъ рожденія человѣка (Іоан. 9, 1-38), подобно тому, какъ даровалъ скорое исцѣленіе прикоснувшейся къ Твоей одеждѣ кровоточивой женщинѣ (Матѳ. 9, 20-22), — какъ содѣлалъ здоровымъ разслабленнаго, повелѣвши ему нести постель свою (Матѳ. 9, 2-8). Итакъ и нынѣ Ты, о Боже, окажи милосердіе намъ, укрѣпи насъ силою Твоею свыше, дабы мы, мужественно претерпѣвши, при Твоей помощи, всѣ мученія, какимъ подвергнутъ насъ нечестивые, возмогли достигнуть Царства Небеснаго».

Въ то время какъ святые молились такими словами, содержавшіеся вмѣстѣ съ ними въ темницѣ соузники ихъ, заключенные сюда за убійства или прелюбодѣянія, преодолѣвъ въ себѣ страхъ тѣлесной смерти, поспѣшно припали къ ногамъ святыхъ, испрашивая у нихъ прощенія въ грѣхахъ своихъ и спасенія ихъ души отъ вѣчной смерти. Находившійся же въ это время внѣ темницы народъ, разломавъ темничные двери, вошелъ внутрь темницы и съ умиленіемъ внималъ словамъ, которыя говорили рабы Божіи. Это замѣтилъ ревностный слуга діавола, ѳессалоникійскій главный судья Евпсихій, который поспѣшно побѣжалъ къ военачальнику и сказалъ ему, что если сейчасъ же не будутъ казнены два содержимые въ темницѣ христіанина, то многіе изъ народа оставятъ служеніе идоламъ. Военачальникъ воспылалъ гнѣвомъ и немедленно послалъ воиновъ привести къ нему юношу со старцемъ. И рабы Христовы были немедленно представлены предъ неправеднымъ судіею. Взглянувши на святаго Ѳеодула, военачальникъ спросилъ его:

— «Развѣ ты не знаешь, что ты долженъ исполнять приказанія царей, обладающихъ вселенною?»

— «То, что повелѣваетъ Владыка неба и земли, — отвѣчалъ ему святый Ѳеодулъ, — по истинѣ справедливо и достойно внимательнаго выслушиванія и немедленнаго исполненія. Что же повелѣваютъ временные цари ваши, то изъ ихъ повелѣній должно исполнять лишь тѣ, которыя окажутся справедливыми и не противными Творцу небесному, повелѣнія же несправедливыя ни въ какомъ случаѣ не слѣдуетъ исполнять».

Послѣ сего военачальникъ Фавстинъ спросилъ святаго:

— «Скажи мнѣ, кто сотворилъ небо?»

Святый Ѳеодулъ отвѣчалъ:

— «Его сотворилъ Богъ Вседержитель и Сынъ Божій, Іисусъ Христосъ, Который есть Отчее Слово».

— «Не Тотъ ли, — спросилъ Фавстинъ, — Котораго распяли іудеи, предавъ жесточайшимъ мукамъ?»

— «Да это Тотъ, Котораго распяли іудеи, — отвѣчалъ мученикъ. — Онъ добровольно соизволилъ пострадать за насъ, потомъ силою Своего Божества воскресъ изъ мертвыхъ и былъ видѣнъ возносящимся, какъ побѣдитель смерти, на небо, откуда снова придетъ для обличенія и суда надъ невѣрующими».

— «Почему же ты не желаешь, — снова спросилъ его Фавстинъ, — принести жертвы нашимъ богамъ?»

— «Не лучше ли, — отвѣчалъ святый, — приносить жертву Тому, Которымъ сотворены дѣлатели идоловъ, чѣмъ приносить ее этимъ идоламъ. Поистинѣ Создатель лучше созданія!»

Тогда военачальникъ Фавстинъ приказалъ совлечь съ святаго юноши Ѳеодула одежды и обнажить его для мученій. Въ то же время тлашатай громко выкрикивалъ:

— «Принеси жертву богамъ и будешь освобожденъ!»

Но мученикъ говорилъ мучителю:

— «Ты отнимаешь отъ тѣла моего одежды, но во вѣкъ не сможешь отнять вѣры, которую я имѣю къ Богу моему».

Въ то время какъ святой говорилъ столь дерзновенно, презиралъ мученія и многократно порицалъ мучителей, военачальникъ приказалъ, чтобы предъ глазами Ѳеодула приносили жертву идоламъ тѣ, которые первоначально были христіанами, но, будучи побѣждены мученіями, поклонились идоламъ. Взирая на это зрѣлище, святой Ѳеодулъ болѣлъ сердцемъ за побѣжденныхъ язычниками и отпавшихъ отъ истины и сказалъ военачальнику:

— «Немощныхъ вы побѣдили, а крѣпкихъ воиновъ Христовыхъ ни въ какомъ случаѣ не сможете побѣдить, если даже изобрѣтете и еще бoльшія мученія! Знай же, военачальникъ, что приготовленныя тобою намъ нынѣ мученія ничтожны и достойны смѣха. Изобрѣти болѣе жесточайшія, дабы ты позналъ какова наша вѣра и любовь къ Богу».

Послѣ этого военачальникъ приказалъ Ѳеодулу принести на судилище христіанскія книги. Но святой отвѣчалъ ему на это:

— «Если бы я зналъ, что ты, познавши суету идолопоклоненія, отвергнешь его и пожелаешь утвердиться въ истинномъ благочестіи, то я принесъ бы тебѣ пророческія и апостольскія книги. Но такъ какъ я замѣчаю, что ты помышляешь лукавое, то по сей причинѣ не передамъ Божьяго дара въ твои руки».

— «Если ты тотчасъ же не исполнишь моего повелѣнія, — отвѣчалъ Фавстинъ, — то я не пощажу тебя, разорву на части твое тѣло и выброшу его на съѣденіе звѣрямъ».

— «Вотъ мое тѣло отдается для мученій, — продолжалъ святый, — дѣлай съ нимъ, что хочешь; замучь меня наиболѣе жестокимъ способомъ, но все же я не отдамъ святыхъ книгъ для поруганія нечестивымъ!»

Желая затѣмъ запугать мученика, военачальникъ приказалъ вести его на мѣсто усѣкновенія мечемъ, предполагая, что при видѣ близкой смерти святый побоится и подчинится его волѣ.

И вотъ когда святый былъ приведенъ къ предназначенному для усѣкновенія мѣсту и увидалъ поднятый на себя обнаженный мечъ, онъ воззвалъ къ Богу слѣдующими словами:

— «Слава Тебѣ, Боже, Отче Господа моего, изволившаго пострадать за насъ! Вотъ по благодати Его и я иду къ Тебѣ, съ радостію умирая за Тебя!»

Сказавши это, онъ склонилъ голову свою подъ мечъ, но усѣченъ не былъ. Военачальникъ замѣтивъ, что святый Ѳеодулъ желаетъ какъ бы торжественнаго вѣнца для себя, приготовясь къ усѣкновенію мечемъ, приказалъ вернуть его невредимымъ, а самъ въ это время производилъ допросъ святому Агаѳоподу. Онъ спросилъ его:

— «Какой образъ жизни твоей?»

— «Тотъ же, — отвѣчалъ святый, — какъ и у Ѳеодула».

— «Что общаго у тебя съ Ѳеодуломъ, — спросилъ военачальникъ — не соединяетъ ли васъ родство?»

— «Мы не родственники по плоти между собою, — отвѣчалъ святый Агаѳоподъ, — но мы соединены вѣрою и убѣжденіями и поскольку различаемся родствомъ, постольку соединяемся духомъ».

Тогда военачальникъ сказалъ:

— «Я замѣчаю, что вы оба поспѣшаете къ одному и тому же мученію — это обнаруживаютъ рѣчи твои», — сказалъ на сіи слова святаго военачальникъ.

Святый Агаѳоподъ отвѣтилъ на это:

— «Если мы путемъ одинаковаго мученія освободимся отъ настоящей жизни, то мы сподобимся и одинаковаго воздаянія у Бога нашего!»

— «Не стыдно ли тебѣ, — сказалъ Фавстинъ, — уже старцу, — обольщаться какъ юношѣ и добровольно предаваться явной гибели?»

— «Я нисколько не обольщаюсь, — отвѣчалъ святый Агаѳоподъ, — и не терплю ущерба отъ надежды на Христа моего; наоборотъ, если я старъ годами, то тѣмъ бoльшее долженъ оказывать усердіе въ служеніи Богу своему; и я восхваляю Ѳеодула, столь мужественно въ юношескомъ возрастѣ стоящаго за почитаніе Единаго Истиннаго Бога нашего».

Взглянувши въ это мгновеніе на Ѳеодула, военачальникъ Фавстинъ сказалъ, обратясь къ нему:

— «Юноша! Не обольщайся рѣчами сего старика, — безразсудно не предавай себя смерти. Онъ вѣдь уже старикъ: неудивительно посему, что онъ желаетъ смерти; ты же, будучи молодымъ и еще столь юнымъ, ради чего желаешь понапрасну лишиться сей сладкой жизни?»

Святый Ѳеодулъ отвѣчалъ ему:

— «Ты не предполагай, что я болѣе слабъ, чѣмъ старецъ и не могу перенести одинаковыхъ съ нимъ мученій. Я хотя и юноша лѣтами, тѣмъ не менѣе, я одинаково съ старцемъ признаю Единаго Бога Творца всего существующаго и вмѣстѣ со старцемъ готовъ пострадать за Него».

Послѣ того какъ святые окончили рѣчь свою, они, по повелѣнію мучителя, были связаны и снова отведены въ темницу. Между тѣмъ святые славили Бога, при помощи Котораго побѣдили діавола. Ихъ знакомые, собравшись къ нимъ, съ плачемъ окружили ихъ.

— «Зачѣмъ вы здѣсь собрались, — спрашивалъ ихъ святый Ѳео-дулъ, — и о чемъ вы плачете».

— «О вашемъ несчастіи плачемъ», — отвѣчали они.

— «Для чего вы, — отвѣчалъ улыбаясь святый, — вмѣсто того, чтобы плакать о вашихъ собственныхъ бѣдствіяхъ, плачете о бѣдствіяхъ нашихъ, которыя ведутъ насъ къ лучшему».

Въ то время когда святый говорилъ это, въ темницу пришелъ посланный военачальникомъ воинъ, который, связавши обоихъ святыхъ желѣзными цѣпями, заключилъ ихъ во внутреннее отдѣленіе темницы и заперъ ихъ здѣсь, дабы никто не приходилъ къ нимъ.

Между тѣмъ святые мученики съ наступленіемъ поздняго вечера помолились Богу, дабы Онъ до конца укрѣпилъ ихъ въ ихъ подвигѣ, и опочили. Промышляющій же о преподобныхъ Своихъ Господь нашъ Іисусъ Христосъ, послалъ имъ во снѣ одинаковое видѣніе (такъ какъ они пребывали единодушными и единомысленными) по поводу имѣвшей постигнуть ихъ кончины. Это видѣніе было слѣдующее: святымъ казалось, будто они оба вошли въ одинъ и тотъ же наполненный многими людьми корабль и очутились съ кораблемъ посрединѣ моря; корабль качался изъ стороны въ сторону, такъ какъ море волновалось сильною бурей; сокрушаемый и разбиваемый волнами корабль погружался уже въ воду, причемъ одни изъ бывшихъ съ ними на кораблѣ людей утопали, другіе — плавали, третьи приближались къ камнямъ и гибли. Себя же самихъ, между тѣмъ, святые видѣли управленіемъ кормчаго избавляемыми отъ потопленія одѣтыми въ свѣтлыя одежды и приставшими къ какой-то высокой горѣ, по которой они восходили до неба. Пробудившись отъ сна, святые пересказали другъ другу видѣніе и удивлялись, что у нихъ обоихъ оно было одинаковое. Изъ этого они уразумѣли, что имъ обоимъ будетъ дарована одна благодать отъ Христа, а именно, — что они спасительно перейдутъ море мученичества, въ которомъ потонули многіе, и взыдутъ для полученія вѣчнаго воздаянія на небеса. Послѣ этого видѣнія надежда и упованіе святыхъ укрѣпились еще болѣе, и они, въ горячей благодарности своему доброму Кормчію — Богу, пали ницъ и воскликнули:

— «Кто когда ожидалъ такового благодѣянія, каковое Ты, о Боже, даровалъ намъ ради вочеловѣчившагося Сына Твоего, Господа нашего Іисуса Христа?! Кто настолько неразуменъ, чтобы, созерцая Твои великія благодѣянія къ роду человѣческому, предпочелъ добродѣтель суетной жизни? Кто настолько же поспѣшенъ на добрыя дѣла, какъ Сынъ Твой, Который открылъ намъ въ видѣніи объ имѣющей излиться на насъ Своей благодати, а также показалъ намъ вѣнцы, которыми мы будемъ увѣнчаны и укрѣпилъ насъ черезъ это на предстоящій намъ подвигъ!»

Когда они до утра такимъ образомъ молились и возсылали благодареніе къ Богу, съ настунленіемъ дня вошелъ къ нимъ темничный стражъ, сообщившій имъ, что Ѳеодула и Агаѳопода призываетъ къ себѣ военачальникъ. Оградившись крестнымъ знаменіемъ, въ цѣпяхъ они вышли изъ темницы и послѣдовали за воинами. Множество собравшихся тамъ ихъ знакомыхъ подняли о нихъ плачъ, сознавая, что имъ предстоитъ уже смерть. Святый же Ѳеодулъ съ свѣтлымъ лицомъ обратился къ плачущимъ и сказалъ:

— «Если вы плачете по любви къ намъ, то вамъ надлежитъ лучше радоваться за насъ, что мы претерпѣваемъ подвигъ за почитаніе Истиннаго Бога. Всли же вы плачете отъ діавольской зависти, то о себѣ болѣе плачьте, чѣмъ о насъ, потому что вы совратились съ пути праведнаго и устремляетесь къ погибели».

Когда послѣ сего святые въ третій разъ были представлены къ допросу и были снова допрашиваемы военачальникомъ Фавстиномъ, то они не отвѣчали уже ничего кромѣ словъ:

— «Мы христіане и за Христово имя готовы претерпѣть всякаго рода страданія».

Тогда военачальникъ съ удрученнымъ грустію лицомъ издалъ относительно ихъ смертный приговоръ, гласившій:

— «Ѳеодулъ и Агаѳоподъ, не пожелавшіе принести жертвы богамъ, да будутъ потоплены въ морѣ».

Послѣ сего воины повели ихъ къ морю; связавъ имъ руки назадъ и повѣсивши имъ на шею тяжелые камни, воины посадили ихъ на корабль. Въ это время на берегу моря собралось особенно много друзей, сосѣдей и знакомыхъ святыхъ мучениковъ, изъ которыхъ одни въ виду имѣющей постигнуть святыхъ кончины рыдали, другіе же ублажали мужественныхъ Христовыхъ воиновъ похвалами за то, что они побѣдили діавола и съ радостію умирали за благочестіе.

Между тѣмъ военачальникъ, сожалѣя о святыхъ, послалъ къ нимъ нарочнаго посла Фульвія сказавъ, что, если они принесутъ богамъ лишь куреніе ѳиміама, то будутъ освобождены отъ смерти. Но святые не переставали призывать Христа и отвергать суетныхъ боговъ языческихъ. Наконецъ послѣ долгихъ увѣщаній нечестивые, видя, что рабы Христовы ни въ какомъ случаѣ не склонятся къ поклоненію идоламъ, приготовились бросить въ море святаго Агаѳопода. Послѣдній, устремивъ взоръ свой къ небу, громкимъ голосомъ воззвалъ:

— «Смотрите! Симъ вторичнымъ крещеніемъ омываются всѣ наши прегрѣшенія и мы отходимъ чистыми ко Христу Іисусу!»

Съ сими словами святый былъ вверженъ въ море, а вслѣдъ за нимъ былъ брошенъ въ море и святый Ѳеодулъ.

Такъ окончили свой страдальческій подвигъ святые мученики и отъ руки Господа получили вѣнецъ побѣды. Море, принявъ въ себя тѣла святыхъ, въ тотъ же часъ выбросило ихъ безъ цѣпей и камней на берегъ. Родственники и знакомые, взявъ тѣла святыхъ мучениковъ, съ честію похоронили ихъ.

По прошествіи нѣкотораго времени святый Ѳеодулъ явился имъ съ пресвѣтлымъ лицомъ, въ бѣлой одеждѣ и повелѣлъ раздать нищимъ, сиротамъ и вдовамъ все свое имущество.

Святые мученики скончались въ пятый день мѣсяца апрѣля [7], прославляя на небесахъ Отца и Сына и Святаго Духа, Единаго Бога, въ Троицѣ славимаго. Аминь.

Примѣчанія:
[1] Діоклитіанъ, съ именемъ котораго связывается представленіе о послѣднемъ жестокомъ гоненіи язычниковъ на христіанъ, вступилъ на римскій престолъ въ 284 г. и царствовалъ до 305 г. Въ 285 г. онъ, сознавая трудность управленія одному обширною имперіею, выбралъ себѣ соправителемъ одного изъ своихъ полководцевъ, храбраго Максиміана (Геркулеса), вручивши ему съ титуломъ Августа западную половину имперіи. Въ 292 г. онъ избралъ еще двухъ помощниковъ въ управленіи съ титуломъ кесарей — Констанція Хлора для Британіи, Галліи и Испаніи и Галерія для Иллиріи. Діоклитіанъ перенесъ свой дворъ изъ Рима въ Никомидію (этотъ городъ находилоя на азіатскомъ берегу Пропонтиды — Мраморнаго моря), вслѣдствіе чего старый Римъ постепенно терялъ свое значеніе. Преимущественно по вліянію кесаря Галерія, Діоклитіанъ издалъ четыре эдикта или указа противъ христіанъ и былъ однимъ изъ самыхъ жесточайшихъ ихъ гонителей.
[2] Ѳессалоники или Солунь — родина просвѣтителей славянъ святыхъ Кирилла и Меѳодія — городъ въ Македоніи, при Эгейскомъ морѣ.
[3] Въ 394 году былъ изданъ Діоклитіаномъ четвертый эдиктъ, которымъ всѣ христіане поголовно осуждались на пытки и мученія съ цѣлью принудить ихъ къ отреченію отъ христіанства и принесенію жертвъ идоламъ.
[4] Современникъ настоящаго гоненія Евсевій, епископъ Кесарійскій, въ своей Церковной исторіи разсказываетъ подробно о всѣхъ ужасахъ, сопровождавшихъ преслѣдованіе христіанъ въ разныхъ областяхъ и городахъ имперіи.
[5] Именемъ «Зевса», (сынъ Кроноса и Реи) назывался у древнихъ грековъ богъ неба. У него было много прозваній, которыя или произошли отъ названій различныхъ мѣстностей, гдѣ воздавалось ему почитаніе, или служили для выраженія какого-либо изъ многообразныхъ свойствъ этого божества.
[6] Двѣнадцать высшихъ или главнѣйшихъ боговъ, по представленію грековъ, обитали въ воздушномъ пространствѣ, между землей и небомъ, а резиденція ихъ была въ великолѣпныхъ палатахъ на вершинѣ горы Олимпа. Отъ того эти боги называются также Олимпійскими богами. Это были боги: Зевсъ, Гера, Посейдонъ, Деметри, Аполлонъ, Артемида, Гефестъ, Паллада-Аѳина, Арей, Афродита, Гермесъ и Гестія.
[7] Кончина святыхъ мучениковъ послѣдовала между 303 г. и 305 г.

Источникъ: Житія святыхъ, на русскомъ языкѣ изложенныя по руководству Четьихъ-миней св. Димитрія Ростовскаго съ дополненіями, объяснительными примѣчаніями и изображеніями святыхъ. Книга восьмая: Мѣсяцъ Апрѣль. — М.: Синодальная Типографія, 1906. — С. 74-86.

/ Къ оглавленію /


Цитата «Торжество Православія»


Наверхъ / Къ титульной страницѣ

0