Если вы нашли ошибку на странице, выделите ее мышкой и щелкните по этой ссылке, или нажмите Ctrl+Alt+E

Русскій Порталъ- Церковный календарь- Русская Библія- Осанна- Святоотеческое наслѣдіе- Наслѣдіе Святой Руси- Слово пастыря- Литературное наслѣдіе- Новости

О старомъ стилѣ
-
Гостевая книга
-
Новости
-
Написать письмо
-
Поискъ

Православный календарь

Мѣсяцесловы

С. В. Булгакова
-
Прот. Алексія Мальцева

Житія святыхъ

Свт. Димитрія Ростовскаго
-
Д. И. Протопопова
-
Избранныя житія

Житія русскихъ святыхъ

Архим. Игнатія (Малышева)

Патерики

Аѳонскій
-
Кіево-Печерскій
-
Новгородскій
-
Троицкій

Новости сайта



Сегодня - четвергъ, 21 сентября 2017 г. Сейчасъ на порталѣ посѣтителей - 17.

ИЗБРАННЫЯ ЖИТІЯ СВЯТЫХЪ

Избранныя житія святыхъ.

Мѣсяцъ Іюль.
День двадцать седьмой.

I. Жизнь и страданія св. великомученика Пантелеимона [1].

Мать Пантелеимона, жена Евсторгія, Еввула, была глубоко-вѣрующей христіанкой. Евсторгій далъ своему сыну имя Пантолеонъ, что означаетъ — подобный льву. Эллинъ хотѣлъ, чтобы его сынъ явился въ возрастѣ сильный мужествомъ, доблестный героизмомъ. Но послѣ Пантолеонъ переименованъ былъ Пантелеимономъ, что значитъ — всемилостивый, потому что онъ выражалъ свою милость ко всѣмъ: исцѣлялъ даромъ больныхъ, и всѣмъ нуждавшимся щедро раздавалъ доставшееся ему отъ отца богатство.

Ребенкомъ мать воспитала его въ христіанскомъ благочестіи, учила его знать единаго истиннаго Бога, Господа нашего Іисуса Христа, возбуждала въ сердцѣ младенца вѣру въ Него, и наставляла сына своего угождать Христу добрыми дѣлами и отвращаться отъ ложныхъ боговъ идолопоклонниковъ.

Ребенокъ слушалъ мать и проникался ея наставленіями, насколько пониманіе глубокаго ученія было доступно его дѣтскому уму. Но его мать еще въ молодыхъ лѣтахъ скончалась, оставивъ сына не пришедшимъ въ совершенное развитіе.

Послѣ ея смерти мальчикъ легко пошелъ въ слѣдъ отеческаго заблужденія. Евсторгій посѣщалъ съ нимъ храмы своихъ боговъ и, принося торжественно съ роскошными процессіями и таинственными обрядами жертвы идоламъ, училъ сына нечестію боговъ.

Отецъ отдалъ его въ грамматическое ученіе. И когда онъ изучилъ греческую литературу и научился всей внѣшней мудрости, тогда отдалъ его отецъ учиться врачебному искусству къ одному знаменитому врачу Евфросину.

Способный и даровитый юноша быстро усвоилъ себѣ науку Гиппократа и скоро превзошелъ своихъ товарищей, готовый сравняться съ своимъ славнымъ учителемъ. Кромѣ всего этого Пантолеонъ имѣлъ добрый нравъ, былъ краснорѣчивъ и обладалъ прекраснымъ лицомъ. Его всѣ любили и онъ сдѣлался извѣстенъ самому императору Максиміану.

Всѣмъ православнымъ людямъ знакомъ и дорогъ образъ Пантелеимона, этотъ лучезарный, чудный образъ, который внѣдрился въ сердцѣ каждаго сына Православной Церкви. Православные привыкли видѣть и въ церковной стѣнописи и на иконахъ этотъ ликъ Пантелеимона, который они созерцаютъ и въ серцахъ своихъ. Этотъ образъ сроднился, соединился съ ними. Православные молятся Пантелеимону, — и предъ ихъ глазами и въ сердцахъ возстаетъ образъ Пантелеимона, прекрасный, отрадный. Могучимъ взоромъ глядятъ черные, громадные глаза, вдохновенно и свѣтло высокое чело, дивнаго овала лицо обрамлено кудрями темныхъ волосъ, тонкія руки его держатъ ящичекъ съ врачебными веществами, стройную фигуру облекаетъ длинная древне-эллинская одежда (въ какой онъ являлся въ видѣніяхъ, разсказанныхъ въ описаніи чудесъ его), словно изваянныя уста его крѣпко сомкнуты, но они будто сейчасъ готовы раскрыться, сказать чудодѣйное слово утѣшенія страдающему и улыбнуться, улыбнуться исцѣляющей, отрадной улыбкой...

Таковъ образъ Пантелеимона, извѣстный и дорогой каждому православному.

Знаменитый врачъ Евфросинъ часто приходилъ къ императору Максиміану и придворнымъ его, потому что онъ былъ придворнымъ медикомъ. Онъ бралъ и приводилъ съ собой во дворецъ и Пантолеона. И всѣ удивлялись красотѣ юноши и его свѣтлому разуму. Императоръ все разспросилъ о юношѣ и велѣлъ Евфросину скорѣе докончить его ученье, потому что онъ захотѣлъ, чтобы Пантолеонъ былъ всегда при немъ, какъ достойный находиться при императорѣ и служить ему.

Тогда жилъ въ Никомидіи пресвитеръ, старый лѣтами, по имени Ермолай. Онъ скрывался съ немногими христіанами изъ страха гоненія въ одномъ небольшомъ простомъ домѣ.

Пантолеонъ возвращался разъ отъ своего учителя и ему пришлось идти мимо дома, гдѣ скрывался Ермолай. Пресвитеръ поглядѣлъ на него въ окно (онъ и прежде часто видѣлъ проходившаго юношу, узнавалъ изъ его яснаго, чуднаго взора добронравіе его и, озаряясь высшимъ пониманіемъ, уразумѣлъ духомъ, что этотъ юноша сдѣлается избраннымъ сосудомъ Божіимъ), вышелъ изъ дома и пошелъ навстрѣчу юношѣ. Онъ остановилъ Пантолеона и просилъ, чтобы тотъ ненадолго зашелъ къ нему.

Смиренный и покорный юноша послушалъ старца.

Войдя въ комнату, Ермолай посадилъ его рядомъ съ собой и сталъ спрашивать о родѣ, родителяхъ, о вѣрѣ и о всей жизни.

Пантолеонъ все разсказалъ и объ умершей матери-христіанкѣ, и о живомъ отцѣ-язычникѣ.

А ты, доброе дитя мое, — спросилъ его Ермолай, — какую вѣру избираешь, отца или матери?

Когда моя мать была жива, — отвѣчалъ юноша, — она учила меня своей вѣрѣ, и я полюбилъ вѣру ея; но теперь отецъ принуждаетъ меня къ законамъ языческимъ и хочетъ меня помѣстить во дворецъ въ число приближенныхъ лицъ императора.

Какое ученіе преподаетъ тебѣ учитель — спросилъ старецъ.

Ученіе Асклепія, Гиппократа и Галена — отвѣчалъ юноша, — такъ хочетъ отецъ. Но и учитель мой говоритъ, что, если я всецѣло изучу ихъ науку, то буду мочь свободно лѣчить болѣзни въ людяхъ.

Повѣрь мнѣ, юноша, — сказалъ Ермолай, — я говорю тебѣ истину. Искусство Гиппократа и Галена мало и немного можетъ пособить употребляющимъ его. Къ тому же и боги, которыхъ почитаетъ императоръ, твой отецъ и другіе эллины, суть миѳъ и заблужденіе малоумныхъ. Есть одинъ Богъ, Богъ истинный, всесильный, вѣчный — Іисусъ Христосъ. Если ты повѣришь въ Него, то однимъ призваніемъ пресвятого имени Его будешь исцѣлять всякія болѣзни.

И Ермолай сталъ говорить юношѣ о Спасителѣ міра, пришедшемъ спасти погибающихъ людей, и о Его чудесахъ, какъ исцѣлялъ Онъ всякія болѣзни.

Невозможно пересказать, — продолжалъ старецъ, — всѣ чудесныя дѣла Спасителя. Какъ невозможно сосчитать звѣздъ небесныхъ и капель океана, такъ нельзя выразить чудесъ Божіихъ. Онъ, Господь нашъ, Христосъ Богъ и теперь есть крѣпкій помощникъ своихъ рабовъ, утѣшитель печальныхъ, врачъ больныхъ, избавитель отъ всякихъ бѣдъ и страданій. Онъ не дожидается, чтобы кто-либо умолялъ Его, но самое движеніе сердца опережаетъ. И любящимъ Его Онъ даетъ даръ творить чудеса. Но Онъ и больше силы чудодѣйственной даетъ имъ. Онъ даетъ имъ безконечную жизнь въ вѣчной славѣ своего небеснаго Царства.

Все это слыша, Пантелеонъ вѣрилъ этимъ словамъ, какъ истиннымъ, и, скрывая въ сердце своемъ, сладостно стремился къ нимъ мыслію.

Все это, — сказалъ онъ старцу, — я много разъ слышалъ отъ моей матери и видѣлъ ее часто молящейся и зовущей того Бога, о Которомъ ты говоришь мнѣ.

Съ этого дня Пантолеонъ приходилъ къ старцу каждый день и наслаждался его богодухновенными бесѣдами и наставлялся на познаніе истиннаго Бога. Когда онъ возвращался отъ учителя своего Евфросина, то всегда послѣ входилъ въ свой домъ, посѣтивъ прежде старца.

Однажды Пантолеонъ шелъ отъ своего учителя и, уклонясь отъ прямого пути, увидалъ мертваго мальчика, ужаленнаго ехидною, и ехидну, которая лежала близъ умершаго.

Пантолеонъ остановился и подумалъ:

Теперь удобный случай мнѣ испытать и узнать, истинны ли слова Ермолая.

И, взглянувъ на небо, юноша сказалъ:

Господи Іисусе Христе, я недостоинъ призывать Тебя, но, если Ты хочешь, чтобы я сдѣлался рабомъ Твоимъ, покажи силу Твою и сдѣлай, чтобы во имя Твое ожилъ мальчикъ этотъ, а ехидна умерла. И тотчасъ мальчикъ всталъ, точно воспрянувъ отъ сна, а ехидна стала мертвой.

Тогда вѣра во Христа проникла все сердце Пантолеона и, поднявъ свои душевныя и тѣлесныя очи къ небу, онъ со слезами радости благословлялъ Бога и благодарилъ, что Онъ извелъ его изъ тьмы въ свѣтъ познанія Своего. И, быстро придя къ Ермолаю, упалъ къ ногамъ его, прося святого крещенія.

Юноша разсказалъ ему о случившемся, какъ мертвый мальчикъ ожилъ силою имени Христова, а ядовитая ехидна умерла.

Ермолай всталъ и пошелъ вмѣстѣ съ нимъ поглядѣть на умершую ехидну. И, увидѣвъ, прославилъ Бога о сотворенномъ чудѣ, которымъ въ познаніе Себя привелъ Пантолеона. Возвратясь домой, старецъ крестилъ юношу во [имя] Отца, и Сына, и Святаго Духа, и, совершивъ литургію въ своей внутренней комнатѣ, причастилъ Пантолеона божественныхъ Таинъ Тѣла и Крови Христовыхъ. Послѣ крещенія юноша пробылъ у пресвитера семь дней, поучаясь изъ глаголовъ Божіихъ, разсказываемыхъ ему старцемъ. Пантолеонъ словно пилъ живую воду и окрылялся душой, содѣлывая ее плодоносной для сбора духовныхъ плодовъ благодатію Христовою. Черезъ недѣлю онъ возвратился домой.

Дитя мое, сказалъ ему отецъ: гдѣ ты замедлилъ столько дней; я такъ печалился изъ-за тебя.

Я былъ съ учителемъ во дворцѣ у царя; отвѣчалъ Пантолеонъ: мы лѣчили больного, любимца царя, и не отходили отъ него всю недѣлю до тѣхъ поръ, пока сдѣлали его здоровымъ.

Онъ говорилъ это не ради лжи, но какъ въ притчѣ высказывалъ истину загадочно и таинственно. Юноша мысленно называлъ своимъ учителемъ Ермолая, дворецъ царя представлялъ той внутренней комнатой, въ которой совершалась божественная тайна, а больнымъ душу свою, любимую небеснымъ Царемъ, которую врачевали семь дней духовнымъ лѣкарствомъ.

Утромъ, когда онъ пришелъ къ Ефросину, тотъ спросилъ его:

Гдѣ былъ ты столько дней?

Отецъ мой купилъ село, отвѣчалъ юноша: и послалъ меня его принять, и я замедлилъ, высматривая, все-ли тамъ хорошо: за дорогую цѣну куплено оно.

Это онъ загадочно говорилъ о святомъ крещеніи, которое принялъ, и о томъ, что узналъ и прочія таинства христіанской вѣры, которыя являются цѣнами безцѣнными, превосходящими всякія богатства, потому что получены кровію Христа.

Услышавъ отвѣтъ юноши, Евфросинъ пересталъ больше спрашивать.

Пантолеонъ исполнился благодати Божіей, неся внутри себя сокровище вѣры. Но онъ очень печалился объ отцѣ своемъ и всячески старался, какъ бы вывести его изъ тьмы идолослуженія, и привести въ свѣтъ Христова познанія. И юноша каждый день мудро, просто и ласково говорилъ съ отцомъ притчами и вопросами.

Отецъ, говорилъ Пантолеонъ: для чего боги стоящіе, какъ были поставлены въ первый разъ, такъ стоятъ и до сихъ поръ, никогда не садясь, а тѣ которые сдѣланы сидящими, сидятъ доселѣ и никогда не встаютъ?

Дитя мое, отвѣчалъ ему отецъ: я не совсѣмъ понимаю этотъ вопросъ, и не могу на него отвѣчать.

Пантолеонъ постоянно и много другихъ, тому подобныхъ, вопросовъ предлагалъ отцу, и достигъ того, что отецъ сталъ сомнѣваться въ богахъ своихъ и понемногу узнавать обманъ и заблужденіе язычества. Онъ пересталъ почитать своихъ боговъ такъ, какъ чтилъ ихъ прежде, принося имъ много жертвъ и поклоняясь каждый день, пересталъ имъ поклоняться и началъ презирать ихъ. Пантолеонъ, все это видя, радовался, что хоть въ сомнѣніе о богахъ ввелъ отца, если и не совсѣмъ его отвратялъ отъ нихъ. Нѣсколько разъ Пантолеонъ хотѣлъ разбить идоловъ своего отца, которыхъ было много въ домѣ ихъ, но удерживалъ себя, во-первыхъ, чтобы не разсердить отца, котораго по заповѣди Божіей должно почитать, во-вторыхъ дожидался, пока самъ отецъ, познавъ истиннаго Бога, захочетъ своею рукою разбить ихъ.

Въ это время привели къ Пантолеону слѣпого. Онъ просилъ исцѣленія и говорилъ:

Умоляю тебя, сжалься надо мной слѣпымъ и не видящимъ сладостнаго свѣта; всѣ врачи нашего города лѣчили меня, но не принесли мнѣ никакой пользы. И послѣдній проблескъ свѣта, который я еще видѣлъ, отняли у меня со всѣмъ моимъ имѣніемъ. Я много истратилъ, платя имъ, и не выздоровленіе, но скорѣе вредъ и ущербъ я получилъ отъ нихъ.

Если ты все свое имѣніе отдалъ тѣмъ врачамъ, — сказалъ Пантолеонъ, — отъ которыхъ не получилъ пользы, то, если я вылѣчу тебя, что дашь мнѣ?

Все послѣднее, что у меня осталось, съ радостію отдамъ тебѣ.

Даръ прозрѣнія отвѣчалъ юноша: даетъ тебѣ Отецъ свѣта, Богъ истинный, мною, недостойнымъ рабомъ Своимъ. А ты обѣщанное мнѣ, — не мнѣ дай, но раздай бѣднымъ.

Евстрогій, услышавъ это, сказалъ сыну:

Дитя мое, не берись за такое дѣло, которое не можешь совершить, чтобы не быть тебѣ осмѣяннымъ. Вѣдь ты не сильнѣе лучшихъ тебя врачей, лѣчившихъ его и бывшихъ не въ состояніи вылѣчить.

Ни одинъ изъ тѣхъ врачей не знаетъ такого лѣкарства, которое нужно примѣнить къ этому человѣку, кромѣ меня, — потому что большое различіе между ними и учителемъ, который научилъ меня этому. Отецъ, думая, что сынъ говоритъ объ Евфросинѣ, сказалъ ему:

Я слышалъ, что и учитель твой лѣчилъ этого слѣпого, но ничего не могъ сдѣлать.

Подожди немного, отецъ, отвѣчалъ Пантолеонъ: и увидишь силу моего лѣченья.

И онъ коснулся пальцами глазъ слѣпого, говоря:

Во имя Господа моего Іисуса Христа, просвѣщающаго слѣпыхъ, прозри и гляди!

И тотчасъ освѣтились очи слѣпого, и онъ прозрѣлъ.

Тогда Евсторгій, отецъ Пантолеона, повѣрилъ во Христа вмѣстѣ съ прозрѣвшимъ человѣкомъ.

Они были крещены пресвитеромъ Ермолаемъ. Благодать Христова наполнила ихъ духовной радостію, и они восхищались всемогуществомъ Его.

Евсторгій сталъ разбивать и уничтожать всѣхъ идоловъ, которыхъ онъ пріобрѣлъ для своего дома. Ему помогалъ и сынъ его Пантолеонъ. Раздробивъ ихъ на части, они бросили ихъ въ одинъ глубокій ровъ и засыпали землею. Послѣ всего этого отецъ Пантолеона, Евсторгій, проживъ немного времени, преставился ко Господу.

Пантолеонъ, богатый наслѣдникъ отцовскаго имѣнія, по смерти отца своего прежде всего далъ свободу рабамъ и рабынямъ и, отпуская ихъ, щедро награждалъ каждаго. А свое громадное богатство сталъ раздавать нуждающимся, убогимъ, нищимъ, вдовамъ, сиротамъ.

Онъ обходилъ темницы и посѣщалъ страдающихъ въ оковахъ, утѣшалъ лѣченіемъ и подачей всего необходимаго.

Пантолеонъ былъ врачъ не только ранъ, но и нищеты человѣческой.

Всѣ убогіе принимали отъ него щедрую милостыню и обогащались щедротами его, въ лѣченіяхъ же помогала ему благодать Божія. Ему былъ данъ свыше даръ исцѣленій, и онъ лѣчилъ не столько лѣкарствами, сколько призываніемъ имени Іисуса Христа, и даромъ врачевалъ всякія болѣзни. Онъ являлся Пантелеимономъ, то-есть всемилостивымъ, имененемъ и дѣломъ показывая всѣмъ милость. Онъ никогда не отпускалъ отъ себя никого безъ помощи и утѣшенія, недостаточнымъ — деньги, больнымъ же — исцѣленіе подавая безвозмездно. Тогда весь городъ обратился къ нему съ больными своими, оставивъ всѣхъ своихъ врачей.

Ни отъ одного врача такъ скоро и совершенно никто не вылѣчивался, какъ отъ Пантелеимона, который дѣйствительно исцѣлялъ ихъ и ни отъ кого не бралъ платы.

И вотъ стало извѣстнымъ, гремѣло и прославлялось имя безмезднаго врача во всемъ народѣ. Другіе же врачи были осмѣяны и пренебрежены.

Поэтому поднялась сильная зависть и вражда отъ тѣхъ врачей на Пантелеимона еще съ того времени, когда вышесказанный слѣпой прозрѣлъ.

Врачи стали слѣдить за Пантолеономъ, чтобы найти за нимъ вину и погубить его, и, видя его посѣщающимъ въ тюрьмахъ христіанъ, донесли о немъ царю. Они просили Максиміана, чтобы для полнаго удостовѣренія и доказательства его вины приказалъ онъ призвать къ себѣ слѣпого, исцѣленнаго Пантолеономъ. Когда слѣпого привели къ царю, и онъ отвергъ боговъ, исповѣдуя Христа, давшаго ему прозрѣніе, царь велѣлъ убить его мечомъ.

Ему отсѣкли голову, и онъ пошелъ созерцать въ немерцающемъ свѣтѣ Того, Кого исповѣдалъ на землѣ, когда получилъ тѣлесное прозрѣніе.

Пантелеимонъ выкупилъ у палачей его тѣло и похоронилъ тамъ же, гдѣ былъ погребенъ Евсторгій.

Потомъ императоръ велѣлъ призвать къ себѣ Пантолеона.

Веденный воинами къ царю, онъ пѣлъ сто осьмой псаломъ: Боже, хвалы моя не премолчи!..

Представъ предъ царемъ онъ мысленно уносился къ небесному Царю.

Максиміанъ, ласково глядя на него, сталъ кротко увѣщевать его принести жертвы богамъ.

Я взялъ тебя во дворецъ, говорилъ царь: такъ обличи клевету, которую говорятъ на тебя врачи.

Дѣламъ больше, чѣмъ словамъ, надо вѣрить, отвѣчалъ Пантолеонъ: отъ дѣлъ узнается правда, поэтому вѣрь, императоръ, слышаннымъ тобою обо мнѣ словамъ, что я презираю Асклепія и другихъ боговъ, прославляю же Христа. Отъ дѣлъ Его я позналъ, что Онъ есть единый истинный Богъ. Если хочешь видѣть силу Христа, ты ее сейчасъ же увидишь въ дѣйствительности. Вели принести сюда больного, лежащаго въ постели, отъ котораго отказались врачи. Пусть придутъ ваши жрецы и призовутъ боговъ своихъ, призову и я своего Бога. И тотъ Богъ, который исцѣлитъ больного, пусть будетъ исповѣданъ, а другіе отвержены.

Царю понравился этотъ совѣтъ, и онъ велѣлъ найти безнадежнаго больного.

И вотъ принесли на постели больного, который много лѣтъ страдалъ разслабленіемъ, такъ что всѣ члены его одеревенѣли.

Пришли и жрецы, извѣстные въ врачебномъ искусствѣ. Они сказали Пантелеимону, чтобы прежде призвалъ Бога своего.

Нѣтъ, отвѣчалъ тотъ: если Богъ мой исцѣлитъ разслабленнаго, тогда ваши боги кого же будутъ исцѣлять? Призовите сначала вашихъ боговъ, и, если они исцѣлятъ больного, то къ чему мнѣ будетъ и призывать моего Бога?

И жрецы начали призывать боговъ, и долго молили ихъ, но все было напрасно.

Пантолеонъ, видя безполезный трудъ ихъ, засмѣялся. Тогда царь велѣлъ ему призвать своего Бога.

Святой подошелъ къ одру больного и сталъ молиться словами сто перваго псалма, потомъ произнесъ изъ глубины сердца:

Яви, Господи, Царь силъ, не знающимъ Тебя, всемогущую Твою силу! Все возможно для Тебя!..

Онъ взялъ за руку разслабленнаго и сказалъ:

Во имя Господа Іисуса Христа, встань и будь здоровъ.

Разслабленный тотчасъ всталъ, крѣпкій всѣмъ тѣломъ, и сталъ ходить взадъ и впередъ, полный радости. Потомъ взялъ постель свою и понесъ въ свой домъ.

Это чудо многіе видѣли и увѣровали во Христа, жрецы же приходили въ бѣшенство и говорили царю:

Если этотъ будетъ живъ, уничтожатся жертвы богамъ, и христіане станутъ смѣяться надъ нами. Погуби же его скорѣе!

Императоръ сталъ принуждать Пантолеона принести жертву богамъ.

Но онъ говорилъ:

Умершіе за Христа не погибли, но живутъ въ вѣчной жизни. Я вмѣняю себѣ за потерю не умереть за Христа. А умереть за Него — пріобрѣтеніе.

Тогда императоръ велѣлъ раздѣть его, повѣсить на принесенномъ «мучилищномъ древѣ», которое походило на висѣлицу и имѣло длинныя и высокія перекладины. Максиміанъ приказалъ палачамъ желѣзными ногтями строгать тѣло Пантолеона и опалять его ребра горящими свѣчами.

Терзаемый невыносимыми страданіями, Пантолеонъ сказалъ взглянувъ на небо:

Господи Іисусе Христе! предстань мнѣ въ часъ этотъ, и дай мнѣ терпѣніе, чтобы я могъ до конца перенесть муки.

И явился ему Господь въ образѣ Ермолая пресвитера и сказалъ:

Не бойся: Я съ тобою.

Вдругъ изнемогли руки палачей, помертвѣли, выпали изъ нихъ орудія мученій, а свѣчи погасли. Царь велѣлъ снять святого съ мучилища и спросилъ его.

Скажи мнѣ, въ чемъ заключается сила твоихъ чаръ?

Мое волшебство — есть Христосъ, отвѣчалъ мученикъ: Его всемощная сила все совершаетъ.

Что сдѣлаешь ты, сказалъ царь: когда я еще увеличу муки твои?

Въ бо́льшихъ мученіяхъ, — отвѣчалъ Пантолеонъ, — Христосъ покажетъ Свою бо́льшую силу, и дастъ бо́льшее терпѣніе на твое посрамленіе. А я, чѣмъ сильнѣе буду страдать за Него, тѣмъ больше получу отъ Него воздаяніе. Высшее же воздаяніе любящихъ Христа, которое имъ сладостнѣе всѣхъ благъ и сокровищъ рая, есть безконечная любовь Христа и вѣчная жизнь въ единеніи съ Нимъ. Это безпредѣльное блаженство.

Царь велѣлъ въ громадномъ желѣзномъ котлѣ растопить олово и бросить въ него мученика.

Къ котлу привели мученика. Пары густыми волнами поднимались изъ гигантскаго котла, шипя и клубясь.

Святой сталъ молиться словами шестьдесятъ третьяго псалма. Во время его молитвы опять явился ему Господь въ образѣ Ермолая и, взявъ его за руку, вошелъ съ нимъ въ котелъ: И тотчасъ угасъ огонь, олово остыло, и дымъ, свившись, поползъ по землѣ.

Мученикъ воскликнулъ и запѣлъ двадцать третій псаломъ.

Народъ удивлялся совершившемуся.

Что́ дѣлаетъ этотъ волшебникъ, — сказалъ Максиміанъ, — какой мукой замучимъ его?

Пусть будетъ брошенъ въ море, сказали окружающіе Максиміана.

И императоръ приказалъ палачамъ исполнить это.

Они привели мученика къ морю и посадили въ лодку. Потомъ навязали ему тяжелый камень на шею и, отвезя далеко отъ берега, бросили въ море, а сами возвратились на сушу.

Брошенному въ море Пантолеону снова явился Христосъ какъ и прежде, въ образѣ Ермолая, и камень, привязанный къ шеѣ мученика, сдѣлался легкимъ, какъ листъ, и плавалъ на поверхности воды, и съ нимъ не потопленный мученикъ ходилъ по водѣ, какъ по сушѣ, водимый десницею Христа, какъ нѣкогда Петръ. Пантолеонъ вышелъ на берегъ, прославляя Бога, и пошелъ и предсталъ предъ императоромъ. Максиміанъ удивился невыразимо и сказалъ:

Какая сила чаръ твоихъ, Пантолеонъ?

Море повинуется Владыкѣ моему, отвѣчалъ святой: и исполняетъ волю Его.

Ты и моремъ владѣешь? спросилъ царь.

Не я, но Христосъ мой, Создатель всей видимой и не видимой твари; Онъ обладаетъ небомъ, землею и моремъ: путь Его въ море, и стезя Его въ водахъ великихъ.

Императоръ велѣлъ устроить на полѣ за городомъ, травлю звѣрей, и отдать мученика на съѣденіе звѣрямъ. И устремился весь городъ къ этому зрѣлищу, желая видѣть прекраснаго и неповиннаго юношу, съѣдаемаго звѣрями.

Императоръ пріѣхалъ на это зрѣлище и сѣвши на приготовленномъ ему мѣстѣ, велѣлъ привести мученика и, указывая ему пальцемъ на звѣрей, сказалъ:

Это для тебя привезены. Послушай меня, пощади красоту твоего тѣла и принеси жертву богамъ.

Я лучше хочу быть съѣденъ звѣрями, отвѣчалъ мученикъ: чѣмъ слушать такой лукавый совѣтъ.

Тогда палачи бросили его къ звѣрямъ.

Господь и тамъ явился ему въ образѣ Ермолая. И дикіе, свирѣпые звѣри стали кротки, какъ ягнята. Они подходили къ мученику и лизали ноги его.

Чудная, ласковая улыбка скользила по устамъ Пантолеона, и онъ гладилъ рукой звѣрей. И каждый изъ нихъ старался быть подъ рукою святого, и одинъ другого толкалъ.

Пораженный народъ, видя это, единодушно и громко воскликнулъ:

Великъ Богъ христіанъ! Пусть будетъ отпущенъ неповинный и праведный юноша.

Неудержимый гнѣвъ охватилъ императора: онъ приказалъ солдатамъ съ обнаженными мечами выйти на тѣхъ, которые славили Христа Бога, и избить многихъ изъ народа, увѣровавшихъ во Христа.

Потомъ онъ велѣлъ убить и звѣрей, при видѣ чего Пантолеонъ воскликнулъ:

Слава Тебѣ, Христе Боже, что не только люди, но и звѣри ради Тебя умираютъ!

И уѣхалъ императоръ съ зрѣлища печальный и негодующій.

Убитые люди были взяты своими и похоронены, а звѣри были оставлены на съѣденіе псовъ и хищныхъ птицъ.

Эти звѣри лежали много дней, но псы и птицы не прикасались къ нимъ. Дивное чудо являлось въ томъ, что они не разложились. Ни малѣйшаго признака тлѣнія и зловонія не было видно и слышно отъ нихъ. Убитые звѣри лежали, какъ убитые.

Народъ съ удивленіемъ ходилъ глядѣть на нихъ, и нѣкоторые донесли объ этомъ царю.

Максиміанъ велѣлъ бросить ихъ въ глубокій ровъ и засыпать землею.

Для мученика же приказалъ онъ приготовить страшное колесо со всѣхъ сторонъ утыканное желѣзными остріями.

Пантолеона привязали къ колесу и палачи стали вертѣть его.

Внезапно колесо раздробилось на части, и многихъ вокругъ стоявшихъ изранило до смерти. А мученикъ сошелъ съ него цѣлъ и невредимъ.

Всѣхъ охватилъ страхъ при видѣ такихъ чудесъ.

Кто научилъ тебя совершать такія чары? — спросилъ удивленный императоръ.

Не волшебству, — отвѣчалъ мученикъ, — но истинному благочестію христіанскому я наученъ святымъ мужемъ Ермолаемъ пресвитеромъ.

Гдѣ твой учитель? — спросилъ царь, — мы хотимъ видѣть его.

Мученикъ понялъ, что уже и къ Ермолаю приблизился мученическій вѣнецъ, и сказалъ Максиміану:

Если велишь, я призову его къ тебѣ.

Императоръ отпустилъ Пантолеона съ тремя солдатами, чтобы онъ привелъ Ермолая. Когда мученикъ пришелъ къ дому, гдѣ жилъ Ермолай, старецъ увидя его, спросилъ:

Зачѣмъ пришелъ, дитя?

Отецъ, — отвѣчалъ тотъ, — царь зоветъ тебя.

Хорошо, что ты пришелъ звать меня, — сказалъ старецъ, — потому что пришло время, моего страданія и смерти. Въ эту ночь явился мнѣ Господь и сказалъ:

Ермолай, тебѣ должно много пострадать ради Меня, какъ и рабу Моему Пантелеимону.

Старецъ пошелъ съ мученикомъ, радуясь, и предсталъ передъ императоромъ.

Максиміанъ спросилъ пресвитера о имени его. Ермолай не утаилъ и громко назвалъ себя христіаниномъ.

Есть-ли кто у тебя твоей вѣры, — спросилъ императоръ.

Есть у меня два служителя, — отвѣчалъ старецъ, — истинные рабы Христа, Ермиппъ и Ермократъ.

Максиміанъ велѣлъ и ихъ привести къ себѣ.

Тогда онъ спросилъ трехъ служителей Христа:

Вы-ли отвратили Пантолеона отъ боговъ нашихъ?

Самъ Христосъ Богъ нашъ, Который знаетъ достойныхъ и призываетъ ихъ къ Себѣ, изводя изъ тьмы идолопоклонничества во свѣтъ познанія Своего.

Оставьте лживыя слова свои, — сказалъ императоръ, — и обратите Пантолеона опять къ богамъ, тогда и первая ваша вина будетъ прощена, и вы удостоитесь отъ насъ почести. Будете первыми друзьями моими въ палатѣ моей.

Какъ мы можемъ сдѣлать это, отвѣчали святые, — когда мы сами хотимъ умереть вмѣстѣ съ нимъ за Христа Бога нашего. Ни онъ, ни мы не отречемся отъ Христа, и не принесемъ жертвы глухимъ и бездушнымъ идоламъ.

Они обратили умъ свой къ Богу и стали молиться, поднявъ очи къ небу.

И явился имъ свыше Спаситель, и тотчасъ сдѣлалось землетрясеніе, и поколебалось мѣсто то.

Видите, — сказалъ Максиміанъ, — боги разгнѣвались на васъ, и трясется земля.

Ты вѣрно сказалъ, — отвѣчали святые, — что отъ Боговъ вашихъ содрогнулась земля. Они упали съ своихъ пьедесталовъ на землю и разбились низверженные силою Бога нашего.

Когда они это говорили, прибѣжалъ изъ храма вѣстникъ къ императору и донесъ, что всѣ боги ихъ упали и разсыпались въ прахъ.

Максиміанъ въ своемъ безумномъ ослѣпленіи все это приписалъ не волѣ Божіей, но чарамъ христіанъ, и сказалъ:

Дѣйствительно, если мы скоро не убьемъ этихъ волшебниковъ, то изъ-за нихъ погибнетъ весь городъ.

И онъ велѣлъ Пантелеимона отвести въ темницу, старца же Ермолая и его двухъ друзей, измучивъ многими страданіями, осудилъ на посѣченіе мечемъ.

Послѣ убійства святыхъ мучениковъ, Максиміанъ велѣлъ привести къ себѣ Пантелеимона.

Вкрадчивымъ голосомъ и со льстивымъ взоромъ императоръ сказалъ ему:

Я многихъ отъ Христа обратилъ къ богамъ нашимъ, только ты одинъ не хочешь послушать меня. И учитель твой Ермолай съ двумя друзьями поклонился богамъ, и жертву принесъ имъ, и я почтилъ ихъ высокими санами въ палатѣ моей. Поступи и ты такъ же, чтобы удостоиться вмѣстѣ съ ними почестей.

Пантелеимонъ же зная духомъ о кончинѣ святыхъ, сказалъ императору:

Вели имъ прійти сюда, чтобы я видѣлъ ихъ предъ тобою.

Ихъ нѣтъ здѣсь, — отвѣчалъ Максиміанъ, — я послалъ ихъ въ другой городъ принять большое богатство.

Ты, и не желая, высказалъ истину, — проговорилъ мученикъ, — ты черезъ смерть услалъ ихъ отсюда, и они ушли въ городъ Христовъ принять богатство, котораго не видѣло око.

Императоръ, видя мученика непреклоннымъ ничѣмъ, велѣлъ жестоко бить его и, наложивъ на него лютыя раны, осудилъ на смерть чрезъ отсѣченіе головы мечемъ. А тѣло послѣ смерти приказалъ сжечь въ огнѣ.

Солдаты взяли его и повели за городъ.

Пантелеимонъ, идя на смерть, пѣлъ псаломъ:

Много тѣснили меня отъ юности моей, но не одолѣли меня...

Пройдя отъ города двѣ стадіи, воины остановились и привязали мученика къ росшей тамъ маслинѣ. Подошелъ палачъ и ударилъ мечемъ по шеѣ святого, но сталь согнулась какъ воскъ, а на тѣлѣ святого не оказалось ни малѣйшей раны.

Пантелеимонъ не окончилъ еще молитвы своей.

Воины ужаснулись и сказали:

Великъ Богъ христіанъ!

Они припали къ ногамъ святого и просили его:

Умоляемъ тебя, рабъ Божій, помолись о насъ, чтобы прощены были намъ грѣхи наши, которые мы совершили передъ тобой, повинуясь приказу царя.

Пантолеонъ молился долго и услышалъ свыше голосъ, который измѣнялъ имя его.

Вмѣсто Пантолеона назвалъ его Господь Пантелеимономъ, явно даруя ему благодать, чтобы миловать всѣхъ прибѣгающихъ къ нему во всѣхъ бѣдствіяхъ и скорбяхъ.

Господь призвалъ его въ небесныя обители. Исполненный радости святой, приказывалъ воинамъ отсѣчь ему голову. Но тѣ не хотѣли: они боялись и трепетали.

Если не сдѣлаете, — сказалъ святой, — того, что я велю вамъ, тогда не получите милости отъ Христа моего.

Боясь ослушаться, солдаты подошли къ Пантелеимону, облобызали все тѣло его, потомъ выбрали одного изъ солдатъ, который отсѣкъ голову мученику. Вмѣсто крови полилось молоко... Маслина же внезапно покрылась плодами отъ самыхъ нижнихъ вѣтвей до самаго верха.

Множество народа пришло глядѣть на смерть мученика. И всѣ, видя это чудо, повѣрили во Христа.

О совершившихся чудесахъ донесли императору и тотъ велѣлъ срубить эту маслину и сжечь вмѣстѣ съ тѣломъ мученика.

Когда угасъ огонь, христіане взяли изъ пепла тѣло святого; оно осталось не повреждено огнемъ. Пантелеимона похоронили христіане съ почестью на ближнемъ помѣстьѣ схоластика Адамантія.

Лаврентій, Вассой и Провіанъ, домашніе мученика, издалека слѣдовавшіе за нимъ и вѣдѣвшіе всѣ его страданія, описали всю жизнь и мученія его, и передали святымъ Церквамъ въ воспоминаніе мученика.


II. Чудеса св. великомученика великомученика Пантелеимона[3].

А. На Востокѣ.
1. Въ Никомедіи.

1.

Султанъ Мурадъ II (1421-1451) проходилъ съ войскомъ мимо Никомедіи. Приблизясь къ городу, онъ увидалъ зданіе древняго монастыря во имя св. Пантелеимона, усѣченнаго здѣсь мечомъ въ 303 г., и спросилъ, что это такое. Султану отвѣчали: Кешишъ-ханэ (монашескій дворъ), но ему ослышалось Хырсысъ-ханэ (разбойничій дворъ). Тогда султанъ велѣплъ его разрушить. Отъ гибели уцѣлѣли только: нѣсколько колоннъ большого храма съ удержавшимся на нихъ чудесно куполомъ, параклисъ (малый храмъ) и гробница св. великомученика.

По разореніи монастыря султанъ сталъ лагеремъ недалеко отъ Никомидіи. Ночью явился ему во снѣ св. Пантелеимонъ и сказалъ:

Зачѣмъ ты разорилъ мой домъ? Если не возстановишь его, то ты и твое войско погибнетъ. Султанъ не обратилъ на сонъ никакого вниманія.

Св. Пантелеимонъ является ему еще два раза.

Пораженный этими видѣніями и угрозами, Мурадъ II спросилъ приближенныхъ:

Какой домъ разорился по моему приказу, не доходя Измида (Никомидіи)?

Ему отвѣчали, какъ и прежде «монашескій дворъ».

Понялъ свою ошибку и боясь исполненія угрозъ св. Пантелеимона, султанъ приказалъ возобновить монастырь въ три дня [4].

2.

Въ 1807 году, во время войны Турціи съ Россіей, янычары съ оружіемъ въ рукахъ бросились къ монастырю; желая проникнуть внутрь, они стрѣляли въ желѣзную дверь ограды храма, но не могли разбить ея. Видя не успѣхъ, они ночью по лѣстницѣ хотѣли перебраться черезъ стѣну, и послали впередъ дервиша. Тотъ едва успѣлъ взобраться на стѣну, какъ увидалъ св. Пантелеимона; испуганный, онъ упалъ назадъ и сломалъ себѣ руку и ногу. До самой кончины оставался онъ съ переломленной рукою и хромымъ [5].

3.

Въ 1826 году двѣнадцатилѣтняя дѣвочка, дочь турецкаго таможеннаго чиновника, подверглась апоплексическому удару, отъ котораго руку ей пригнуло къ плечу, а ногу къ спинѣ. Были употреблены различныя средства, но облегченія больная не почувствовала.

Двое изъ христіанъ Никомидіи, Сотирій и Панайотъ и Димитрій Авьяриносъ, придя къ чиновнику и узнавъ о жалкомъ положеніи дѣвочки, сказали ему:

Есть въ нашей епархіи одинъ святой врачъ, который исцѣляетъ всякія болѣзни и совершаетъ дивныя чудеса; если бы ты захотѣлъ обратиться къ нему, можетъ быть, онъ не отказалъ бы тебѣ помочь. Турокъ сталъ просить христіанъ походотайствовать передъ святымъ врачемъ объ исцѣленіи его дочери.

Христіане согласились и повезли дѣвочку въ монастырь. Въ монастырѣ она прожила недѣлю, въ теченіе которой очередной священникъ изъ ближняго села [6] о. Василій служилъ молебны и читалъ надъ дѣвочкой молитвы. Черезь недѣлю онъ облилъ дѣвочку водой изъ святаго колодезя, — и больная получила исцѣленіе. Тогда христіане, приведшіе ее, отвезли ее обратно къ отцу, который, въ благодарность за исцѣленіе сдѣлалъ пожертвованіе въ монастырь [7].

4.

Въ 1833 году немой евнухъ султана Махмуда пріѣхалъ въ Никомидію, въ храмъ св. Пантелеимона. Знаками просилъ онъ дать ему воды изъ св. колодезя. Почерпнувъ тамъ воды, ему дали выпить, — и нѣмой получилъ даръ слова [8].

5.

Въ 1833-1834 годахъ Турція воевала съ своимъ вассаломъ, египетскимъ хедивомъ, Магометомъ-Али. Часть турецкаго войска подъ командой Эмина-паши, отправленная на подкрепленіе главной турецкой арміи, пришла въ октябрѣ 1833 г. въ Никомидію. Одинъ отрядъ сталъ лагеремъ на землѣ, принадлежащей церкви св. Пантелеимона, а другой по ту сторону церкви.

Наступилъ уже іюнь 1834 года, приближался день памяти св. Пантелеимона.

Въ такое время, казалось, надо было оставить всякую мысль о торжественномъ празднованіи этого дня.

Но св. Пантелеимонъ самъ позаботился устранить помѣху для торжественнаго празднованія и очистить занятое турецкимъ войскомъ мѣсто.

За десять дней до праздника явился онъ во снѣ пашѣ и сказалъ:

Приближается день моей памяти; здѣсь будетъ совершаться празднованіе; поэтому немедленно уходи отсюда.

Паша не обратилъ на это никакого вниманія. Св. Пантелеимонъ явился ему въ слѣдующую ночь в сказалъ:

Уходи отсюда, не то горько пострадаешь.

Паша не внялъ и этому повелѣнію св. Пантелеимона.

Тогда въ войскѣ распространилась зараза, и турки стали умирать въ огромномъ количествѣ.

Въ третій разъ явился св. Пантелеимонъ уже не ночью, а среди дня. Онъ шелъ черезъ турецкій лагерь въ эллинской одеждѣ, направляясь къ палаткѣ паши.

Войдя къ нему, св. Пантелеимонъ грозно воскликнулъ:

Что же ты не уходишь съ войскомъ? Вѣдь, я объявилъ тебѣ, что хочу совершить праздникъ! За это я погублю тебя съ войскомъ твоимъ.

Паша въ страхѣ упалъ ницъ на землю.

Вразумленный этимъ явленіемъ и смертностью въ арміи, паша отдалъ приказъ сняться съ позиціи и всталъ лагеремъ на разстояніи часа ходьбы отъ прежней стоянки.

Христіане свободно совершили праздаество въ честь св. Пантелеимона, благословляя его покровительство [9].

6.

Въ 1837 году, въ халкидонской епархіи у однихъ родителей женатый сынъ лѣтъ 22 или 23, именемъ Христодулъ, вслѣдствіе сильной болѣзни онѣмѣлъ и пробылъ въ такомъ положеніи четыре года. Родители его трижды пріѣзжали въ Никомидію, служили молебны, давали пить воды изъ колодезя, но сынъ ихъ не получалъ исцѣленія.

Въ послѣдній разъ, возвращаясь въ свою деревню, они ѣхали на лодкѣ по заливу, въ виду храма св. Пантелеимона.

Когда миновали храмъ, чей-то голосъ назвалъ нѣмого по имени.

Христодулъ!

Нѣмой оглянулся и — вскрикнулъ:

Смотрите, птичка, — птичка и св. Пантелеимонъ! Съ этой минуты онъ сталъ говорить ясно.

Онъ упросилъ родителей вернуться въ монастырь и провелъ тамъ сорокъ дней въ благодарственныхъ молитвахъ св. Пантелеимону.

Вернувшись домой здоровымъ, Христодулъ въ теченіе многихъ лѣтъ, до самой смерти, пріѣзжалъ къ празднику св. Пантелеимона [10].

7.

Въ 1842 году пріѣхалъ изъ Константинополя одинъ армянинъ-католикъ съ женою, одержимою бѣснованіемъ. Съ ними былъ католическій священникъ, приглашенный для совершенія молитвъ надъ больной у гробницы св. Пантелеимона. Сколько онъ не читалъ молитвъ, сколько онъ не кропилъ больную водою изъ св. колодезя, — всѣ его дѣйствія оставались безуспѣшны.

Всуе вы трудитесь, сказалъ имъ православный священникъ Григорій, — ничего не получите: святой не принимаетъ вашихъ молитвъ. Попросили бы православнаго священника, — и вѣрую, что больная давно получила бы исцѣленіе черезъ св. Пантелеимона.

Присутствующіе обратились съ просьбой къ нему самому. Тогда о. Григорій, отслуживъ молебенъ, велѣлъ облить больную водою изъ св. колодезя.

Она утихла отъ своихъ неистовствъ, исцѣлилась отъ недуга и стала благодарить св. Пантелеимона.

Мужъ ея пользовался большимъ значеніемъ въ обществѣ; поэтому молва объ этомъ чудѣ распространилась между ихъ иновѣрцами, и съ тѣхъ поръ католики почувствовали благоговѣніе къ св. Пантелеимону, и многіе изъ нихъ стали посѣщать Никомидію [11].

8.

У жившихъ въ Никомидіи болгаръ, Христа и Елены, заболѣлъ сынъ Іоаннъ, шести лѣтъ отъ рода. Четыре года лежалъ онъ безъ движенія, и до того ослабѣлъ и высохъ, что походилъ на живой скелетъ.

Мать его изнывала сердцемъ и не знала покоя.

Однажды въ 1847 году она, положивъ его на носилки, принесла при помощи родныхъ въ храмъ св. Пантелеимона и опустила его къ гробу св. великомученика.

Или возьми его у меня, св. Пантелеимонъ, — молилась она, — или исцѣли его!

Молитва ея была скоро услышана. Внезапно мальчикъ всталъ и поднялся по ступенямъ отъ гроба; домой онъ вернулся вполнѣ здоровымъ.

Благодарный отецъ заказалъ въ ростъ мальчика двѣ восковыхъ свѣчи; когда онѣ были готовы, исцѣленный сынъ его отнесъ ихъ въ храмъ и поставилъ у гроба св. великомученика [12].

9.

У казначея султанскаго монетнаго двора, армянина-католика, была разслаблена жена. Въ 1847 году этотъ армянинъ рѣшилъ отвезти жену ко гробу великомученика.

На пароходъ перенесли ее въ каретѣ особаго устройства, такъ называемомъ форіонѣ. Такимъ же образомъ доставили ее и по пріѣздѣ въ Никомидію.

Очередной священникъ Агапій, отслужилъ молебенъ св. Пантелеимону, облилъ больную водою изъ св. колодезя, и та сейчасъ же получила исцѣленіе. Въ благодарность армянка-католичка пожертвовала въ храмъ 5000 піастровъ (около 50 руб.) [13].

10.

Въ 1851 году, въ окрестностяхъ Никомидіи, саранча опустошила поля и сады, и стала размножаться все болѣе и болѣе. Приближаясь къ самому городу, она насѣла около храма св. Пантелеимона.

Христіане прибѣгли съ молитвой къ святому; священникъ, по окончаніи молебствія, покропилъ водою изъ св. колодезя саранчу около церкви, — и тутъ же саранча, находившаяся возлѣ церкви, подохла, а затѣмъ и вся исчезла. Такимъ образомъ, городъ избавленъ былъ отъ бѣдствія заступленіемъ св. Пантелеимона [14].

11.

У сельскаго священника Никомидійской епархіи. о. Анастасія, была раслабленная жена, которая въ продолженіе восьми лѣтъ неподвижно лежала въ постели.

Въ 1858 году, пріѣхавъ по дѣлу въ Никомидію, священникъ разсказалъ одному учителю о своемъ горькомъ положеніи, которое осложнялось тѣмъ, что за больной некому было ходить, потому что священнику нерѣдко приходилось совершать требы, а его единственный девятилѣтній сынъ не могъ, какъ слѣдовало, служить разслабленной.

Учитель посовѣтовалъ привезти больную въ Никомидію, въ храмъ св. Пантелеимона.

Священникъ устроилъ плетенку, въ которой больную можно было усадить на лошадь; на лошади довезъ ее до моря, а черезъ заливъ переѣхалъ на лодкѣ.

По прибытіи въ храмъ, отслужили молебенъ св. Пантелеимону, дали больной напиться воды изъ св. колодезя и облили ее этой водой.

Разслабленная выздоровѣла.

Священникъ о. Анастасій въ горячей молитвѣ излилъ свою благодарность св. Пантелеимону и принесъ посильное пожертвованіе въ храмъ [15].

12.

Отъ неосторожнаго выстрѣла изъ ружья одинъ турокъ еще въ молодыхъ лѣтахъ оглохъ и прожилъ въ такомъ положеніи около сорока лѣтъ.

Кто-то разсказалъ ему о чудесахъ совершающихся въ Никомидіи, и въ 1860 году онъ пришелъ въ храмъ св. Пантелеимона.

Кандилаптъ (кадиловозжигатель) показалъ ему, какъ спускаться къ св. колодезю; и турокъ сталъ сходить по ступенямъ. Кандилаптъ пошелъ съ нимъ вмѣстѣ, вылилъ на него три ведра воды и влилъ воды также въ ухо.

Въ это время турокъ сказалъ:

Теперь я слышу.

И онъ пошелъ домой, прославляя св. Пантелеимона [16].

13.

Одинъ никомидійскій турокъ, одержимый бѣснованіемъ, заболѣлъ лихорадкой и въ три года высохъ, такъ, что остались только кожа да кости.

Въ 1864 году знакомый грекъ, хлѣбопекъ ремесломъ, тоже жившій въ Никомидіи, пришелъ однажды къ нему и сказалъ:

Не хочешь-ли, я отведу тебя къ св. Пантелеимону, не исцѣлитъ-ли онъ тебя?

Принявъ этотъ совѣтъ, турокъ при помощи домашнихъ, достигъ храма и былъ введенъ туда.

Тамъ проводникъ и совѣтчикъ его вылилъ на него три ведра воды изъ св. колодезя, а турокъ взялъ землицы отъ гроба св. Пантелеимона.

Съ радостью онъ говорилъ хлѣбопеку:

Смотри, я здоровъ!..

Землю онъ взялъ въ полотно для ношенія на шеѣ, въ предосторожность, чтобы не возобновилась болѣзнь.

На другой день онъ отправился къ хлѣбопеку, благодарилъ его за содѣйствіе къ его исцѣленію и спрашивалъ, чтобы такое принести ему въ благодарность св. Пантелеимону.

Хлѣбопекъ посовѣтовалъ поставить у гроба святаго великомученика свѣчу.

Турокъ исполнилъ это. Черезъ двадцать дней по исцѣленіи является ему во снѣ св. Пантелеимонъ и говоритъ:

Зачѣмъ ты держишь землю у себя и не отнесешь ея туда, гдѣ взялъ? Отнеси, или тебѣ худо будетъ.

Такъ было до трехъ разъ.

Въ третій разъ св. Пантелеимонъ сталъ бить какимъ-то бичемъ.

Въ страхѣ турокъ проснулся, взялъ землю и отнесъ ее къ хлѣбопеку, несмотря на позднее время, разсказалъ ему о видѣніяхъ и просилъ положить землю обратно.

Хлѣбопекъ повелъ его въ храмъ св. Пантелеимона и заставилъ его высыпать землю тамъ, гдѣ она была.

Послѣ этого турокъ жилъ спокойно [17].

14.

Въ 1865 году одна женщина, католичка, получила исцѣленіе замѣчательное по роду недуга.

У нея отнялась нога, и притомъ такъ, что этой женщинѣ, когда ей нужно было идти (на костыляхъ, конечно), приходилось связывать свою высохшую ногу веревкой и тащить за собою, какъ ношу.

Такъ страдала она въ продолженіе трехъ или четырехъ лѣтъ. Услыхавъ о чудесахъ св. Пантелеимона, она пріѣхала въ Никомидію и съ парохода прямо отправилась въ храмъ. Она хотѣла было опуститься по ступенямъ къ гробу и св. колодезю, но не въ силахъ была это сдѣлать. Тогда кандилаптъ принесъ ее на рукахъ ко гробу св. Пантелеимона, изъ-подъ котораго досталъ ей земли. Она начала тереть этой землей больную ногу, не переставая взывать къ св. Пантелеимону о помощи.

Такъ дѣлала она съ полчаса.

Вдругъ ощутивъ жизненность въ ногѣ, больная подозвала кадиловозжигателя и объявила ему, что теперь чувствуетъ жизнь въ ногѣ и владѣетъ ею.

И она сама, безъ посторонней помощи, поднялась по ступенямъ, прославляя св. великомученика [18].

2. На Аѳонѣ.

15.

Въ двадцатыхъ годахъ нынѣшняго [XIX] столѣтія былъ въ Руссикѣ (Русскомъ Пантелеимоновскомъ монастырѣ) сильный пожаръ, угрожавшій опасностью всей обители. Онъ произошелъ отъ того, что въ близкомъ разстояніи отъ монастыря стали выжигать дернъ; неожиданно поднявшійся вѣтеръ разнесъ пламя на большое пространство, огонь охватилъ лѣсъ и окружилъ обитель.

Братія поспѣшили было принять необходимыя мѣры, чтобы помѣшать распространенію огня, но онъ принялъ такую силу, что ничего уже нельзя было сдѣлать.

Въ это время всеобщей тревоги одинъ іеромонахъ о. Кириллъ, войдя въ церковь, упалъ передъ иконою св. великомученика Пантелеимона и сталъ молиться ему о сохраненіи обители отъ огня...

Не успѣлъ еще іеромонахъ кончить молитву, какъ внезапно показалось большое облако, несшееся къ свирѣпствовавшему пламени; полилъ сильный дождь, продолжавшійся болѣе часа.

Пожаръ прекратился. Этимъ чудомъ поражены были не только христіане, но и турки, случившіеся сдѣсь въ числѣ 10 человѣкъ [19].

16.

Въ 1859 году Русскій Пантелеимоновъ монастырь долженъ былъ приступить къ постройкѣ въ Карѣе [20] подворья и церкви во имя св. великомученика Георгія, потому что бывшія тамъ прежде постройки отъ ветхости обрушились, и братіямъ, находившимся тамъ, негдѣ было совершать церковной службы.

Монастырь не обладалъ средствами для построекъ, но имѣлъ въ виду вспомоществованіе и, въ силу необходимости, приступилъ къ работамъ.

Надежда на помощь, однако, не оправдалась.

Между тѣмъ, постройка приведена была къ окончанію, и мастерамъ по условію требовалось уплатить за все три тысячи рублей. Срокъ уплаты наступилъ, а въ монастырѣ денегъ не было.

Обитель была поставлена въ самое затруднительное положеніе.

Въ эту трудную минуту, когда ни откуда нельзя уже было ожидать содѣйствія и помощи, вдругъ получается пакетъ изъ консульства въ Константинополѣ, гдѣ находилось увѣдомленіе, чтобы явился изъ монастыря довѣренный монахъ для полученія трехъ тысячъ рублей, присланныхъ неизвѣстнымъ жертвователемъ для поминовенія поименованныхъ при семъ усопшихъ.

Извѣстіе это было получено въ монастырѣ наканунѣ Свѣтлаго Христова Воскресенія.

Особенно поразительно, что пожертвованіе получено обителью въ самое трудное ддя нея время, и при томъ ровно въ такой суммѣ, какая требовалась для уплаты рабочимъ [21].

17.

Старецъ Кесарій, схимонахъ Ксенофскаго монастыря, однажды, работая въ зимнее время на рѣзкомъ сквозномъ вѣтру, сильно простудилъ голову; у него стали болѣть уши, и онъ оглохъ.

Сначала онъ надѣялся, что болѣзнь скоро пройдетъ; но боль не уменьшалась, а глухота оставалась прежняя. Онъ лѣчился домашними средствами, чѣмъ кто скажетъ, но все это было безполезно.

Въ такомъ тяжеломъ положеніи прошло полтора года, въ теченіе которыхъ Кесарій достаточно убѣдился, что человѣческія средства не помогутъ ему, а потому оставилъ лѣченіе, возложивъ все упованіе на Бога. У него явилась мысль обратиться къ св. Пантелеимону; придя въ Руссикъ и помолившись св. великомученику, онъ просилъ экклисіарха дать ему отъ мощей св. Пантелеимона ваты, которую просилъ обмакнуть въ масло отъ неугасимой лампады при иконѣ св. великомученика.

Получивъ просимое, Кесарій ушелъ.

Вернувшись въ свой монастырь, Кесарій отправился къ вечернѣ. Тутъ онъ въ первый разъ ощутилъ у себя возвращеніе способности слуха.

Онъ боялся повѣрить собственному слуху, — но уже слышалъ все ясно, какъ поютъ и читаютъ, — и радовался этому.

Неизвѣстно, обращался ли онъ съ благодарственной молитвой къ св. Пантелеимону, — только слухъ его вскорѣ сталъ притупляться, и черезъ пятнадцать дней Кесарій оглохъ попрежнему.

Тогда онъ снова обратился къ св. Пантелеимону съ усердной молитвой объ исцѣленіи и обѣщалъ сдѣлать къ иконѣ серебряныя привѣски, изображающія уши.

Когда эти уши были готовы, Кесарій попросилъ одного монаха сходить въ Руссикъ и привѣсить тамъ уши къ иконѣ св. Пантелеимона и опять взять ваты съ масломъ изъ лампады передъ иконой св. великомученика.

Когда посланный принесъ ваты, Кесарій сталъ слышать вновь, только не такъ ясно и полно, какъ въ первый разъ, хотя и достаточно для того, чтобы слышать все читаемое на церковныхъ службахъ.

Это исцѣленіе совершилось въ іюлѣ 1863 года [22].

3. Въ Македоніи.

18.

Въ 1830 году небольшое судно изъ Руссика, подъ начальствомъ одного греческаго старца, отправилось къ Каламаріи, мѣстности вблизи Салоникъ, принадлежащей Аѳонскимъ монастырямъ, чтобы доставить туда необходимыя для монастырскихъ подѣлокъ доски.

Внезапно поднялась сильная буря; при томъ, при наступившей ночи и густомъ туманѣ, берега македонскаго материка скрылись изъ вида.

Старецъ, не видя другихъ средствъ къ спасенію, обратился съ молитвою къ покровителю монастыря св. Пантелеимону, — и св. великомученикъ незамедлилъ явить имъ свою обычную милость.

Во время самой молитвы старецъ увидѣлъ, что на кормѣ, вмѣстѣ съ лоцманомъ монахомъ, сидитъ какой-то молодой человѣкъ и управляетъ рулемъ.

Пораженный этимъ видѣніемъ, старецъ, держась за веревку, протянутую вдоль судна, прошелъ кое-какъ отъ носа до кормы, но никого, кромѣ лоцмана, не нашелъ у руля.

Едва старецъ разсказалъ объ этомъ видѣніи рулевому, какъ оба они увидѣли этого юношу, стоящемъ на носу судна.

Старецъ оставилъ рулевого, поспѣшилъ опять къ носу судна спросить у юноши, кто онъ и какъ очутился съ ними на кораблѣ.

Но, придя туда, къ величайшему изумлевію, не нашелъ никого, а взглянувъ на корму, снова увидѣлъ, что онъ сидитъ возлѣ рулевого и правитъ рулемъ.

Тогда же и всѣ братіи увидали этого юношу.

Ободримся, братія, воскликнулъ старецъ, — съ нами св. великомученикъ Пантелеимонъ; онъ управляетъ нашимъ судномъ, — мы спасены!

Всѣ стали молиться и прославлять своего покровителя…

Между тѣмъ буря мало-по-малу утихла, и подулъ попутный вѣтеръ.

Братія скоро достигли Каламаріи, гдѣ они разсказывали всѣмъ бывшимъ объ удивительномъ спасеніи своемъ при помощи св. Пантелеимона [23].

19.

Когда византійская имперія подпала владычеству турокъ, нѣкоторые храмы обращены были въ мечети.

Въ числѣ ихъ былъ и храмъ во имя св. Пантелеимона, въ Салоникахъ.

Но на минаретѣ, построенномъ при бывшемъ храмѣ этомъ, ни одинъ муэззинъ не могъ свободно сзывать мусульманъ къ молитвѣ: кто осмѣливался на это, тотъ или оставался нѣмъ на всю жизнь, или обрушивался вмѣстѣ съ минаретомъ.

При томъ христіане, жившіе въ находящемся вблизи отъ минарета домѣ, никогда не страдали.

Вразумленные этимъ турки надолго оставляли свои покушенія; но новое поколѣніе забывало уроки св. Пантелеимона или даже вовсе не вѣрило этому, считая происшедшее за вымыселъ, — снова возводило минаретъ и снова отказывалось отъ своихъ покушеній, испытавая на себѣ грозное вразумленіе.

Въ сороковыхъ годахъ нынѣшняго столѣтія это испыталъ на себѣ паша Муса, стоявшій съ войскомъ въ Салоникахъ. Онъ хотѣлъ непремѣнно возобновить минаретъ и отпереть мечеть, оставленную уже турками.

По его желанію, минаретъ былъ отстроенъ, но въ слѣдующую же ночь, когда муэззинъ сталъ выкликать свой призывъ («нѣтъ Бога, кромѣ Бога, и Магометъ пророкъ Его!»), верхъ минарета упалъ и глубоко упалъ въ землю.

Не понимая совершившагося чуда, турки приписали это злонамѣренности архитектора-грека и хотѣли было его повѣсить; но потомъ, по предложенію кого то изъ турокъ, снова заставили этого грека строить минаретъ и какъ можно прочнѣе, въ противномъ случаѣ угрожая ему смертью.

Онъ приступилъ къ дѣлу, на этотъ разъ подъ строгимъ надзоромъ турокъ, которые слѣдили за всѣмъ; но онъ не стѣснялся этимъ, потому что и прежде производилъ работу добросовѣстно.

Въ ночь, слѣдующую за окончаніемъ работъ, опять упалъ верхъ минарета со шпилемъ, когда муэззинъ началъ свой призывъ.

Пораженный этимъ, паша оставилъ свое упорство.

Минаретъ послѣ этого оставался въ полуразваленномъ видѣ, а мечеть была заперта.

Но вотъ одинъ юродивый началъ раскидывать минаретъ и кричать:

Раскидаемъ этотъ минаретъ и устроимъ храмъ св. великомученику Пантелеимону!

Турки пришли къ заключенію, что эта же мысль таится въ умахъ другихъ христіанъ и потому, какъ бы въ издѣвательство, воздвигли минаретъ, отперли мечеть и изрѣдка стали собираться, — но безъ призыва муэззиновъ, которые болѣе не отважились на это.

Нѣсколько разъ помѣщали они на мечети свой полумѣсяцъ, но всегда послѣ этого находила туча и первый же ударъ молніи направлялся на минаретъ, разбивая въ дребезги символическій знакъ мусульманъ, такъ что они болѣе не ставили на мечети полумѣсяца и прекратили тамъ свою службу.

Самая мечеть, оставленная въ забвеніи, стала съ теченіемъ времени обрушиваться.

Зимніе дожди смывали штукатурку стѣнъ, изъ подъ которой начили показываться лики святыхъ.

Турки начали уничтожать или искажать ихъ; но это кощунство было строго наказано: всѣ, издѣвавшіеся надъ изображеніями святыхъ, были поражены скоропостижной смертью, и даже семейства ихъ повымерли, такъ что къ половинѣ шестидесятыхъ годовъ не осталось въ окрестностяхъ мечети ни одного турецкаго дома, — всѣ почти заняты христіанами, а нѣкоторые пустовали, потому что случайно не нашлось покупателя христіанина [24].

20.

Въ 1847 году въ городѣ Сересѣ, не далеко отъ Аѳона, произошелъ страшный пожаръ, во время котораго, кромѣ множества зданій, сгорѣло пятнадцать церквей. Но церковь св. великомученика Пантелеймона, къ величайшему удивленію христіанъ и турокъ сохранилась въ самомъ близкомъ сосѣдствѣ отъ сгорѣвшихъ зданій.

Во время разлившагося пламени многіе изъ христіанъ и даже турокъ видѣли молодого всадника, который разъѣзжалъ кругомъ церкви.

Этимъ всадникомъ, по вѣрѣ христіанъ, былъ самъ св. Пантелеимонъ [25].

4. Въ Константинополѣ.

21.

Въ 1806 г. въ Константинополѣ находился для сбора пожертвованій на возстановлевіе пришедшаго въ упадокъ Руссика, старецъ Савва.

Сборъ былъ весьма незначителенъ, и старецъ находился въ глубокой скорби, не зная, что предпринять.

Тогда-то св. Пантелеимонъ самъ принялъ участіе въ дѣлѣ построенія и проявилъ свою чудодѣйственную помощь игумену Саввѣ.

Незадолго передъ тѣмъ заболѣлъ великій драгоманъ порты, князь Скарлатъ Каллимахъ; болѣзнь его усилилась и признана была врачами за неизлѣчимую.

Въ эти тяжелыя минуты умирагощаго посѣтилъ игуменъ Савва и, по просьбѣ семейства князя, отслужилъ молебенъ св. Пантелеимону, окропилъ болящаго св. водой и далъ ему выпить отваръ аѳонскихъ травъ съ св. водой.

На другой день князь Каллимахъ былъ здоровъ.

Князь исполнилъ данный имъ въ болѣзни обѣтъ и помогъ много возстановленію Русской обители св. Пантелеимона на Аѳонѣ [26].

22.

Въ предмѣстьѣ Константинополя, называемомъ Каракіой (черное село), турокъ Меметъ заболѣлъ и четыре года лежалъ въ параличѣ. Родственники привезли его къ источнику св. Пантелеимона, находящемуся на азіатской сторонѣ Босфора, въ Кесъ Кенджикѣ, въ часѣ разстоянія отъ главной части города, облили больного водой изъ св. источника, — и турокъ получилъ тутъ же исцѣленіе.

Это было въ 1835 году.

Съ тѣхъ поръ онъ ежегодно привозилъ въ часовню по шести фунтовъ восковыхъ свѣчей, питая благоговѣйное усердіе къ св. великомученику [27].

23.

Въ 1840 году чудодѣйственно былъ исцѣленъ отъ опасной болѣзни логоѳетъ (секретарь) великой Константинопольской церкви.

Лучшіе медики отказались отъ лѣченія.

Логоѳетъ просилъ привезти ему изъ Кесъ-Кенджика образъ св. Пантелеимона и воды изъ источника.

Священникъ прибылъ къ нему изъ Неохори (предмѣстье Константинополя на европейской сторонѣ) отслужилъ молебенъ и далъ выпить св. воды.

Умирающій Логоѳетъ получилъ исцѣленіе.

Онъ поѣхалъ въ часовню, излилъ благодарность въ молитвѣ и заказалъ серебряную ризу на икону св. Пантелеимона [28].

24.

Въ сороковыхъ годахъ текущаго столѣтія, у одного армянина, жившаго въ Орта-Кіойѣ, предмѣстьѣ Константинополя, жена лѣтъ пять страдала чахоткой. Она не могла уже ходить, и лежала неподвижно на постелѣ.

Положеніе ея было безутѣшно.

Тогда мужъ ея рѣшилъ пригласить на домъ священника съ иконой св. Пантелеимона.

Постоянное стеченіе богомольцевъ препятствовало этому. Наконецъ, уступивъ его усердной просьбѣ, отпустили одного іерея съ иконой съ тѣмъ, чтобы онъ вернулся въ тотъ же день.

По совершеніи молебствія, священникъ хотѣлъ отправиться обратно, но его упросили подождать, что будетъ съ больной, такъ какъ она впала въ глубокій сонъ.

Около полуночи больная стала просить ѣсть.

Въ изумленіи всѣ поспѣшили къ ней и увидали, что она совсѣмъ здорова.

Въ благодарность армянинъ сдѣлалъ значительное пожертвованіе въ часовню св. Пангелеимона и подарилъ священнику 3000 левовъ (180 рублей) [29].

25.

Въ началѣ пятидесятыхъ годовъ при источникѣ св. Пантелеимона совершилось поразительное чудо.

Въ селеніи Ривы жилъ одинъ турокъ, разбитый параличомъ уже двадцать лѣтъ.

Потерявъ всякую надежду на излѣченіе отъ докторовъ, онъ попросилъ родныхъ отнести его въ Кесъ-Кенджикъ.

Тамъ его положили возлѣ источника.

Священникъ помогъ ему встать; подвелъ его къ источнику и облилъ св. водой.

Турокъ получилъ полное исцѣленіе [30].

26.

Десятилѣтній мальчикъ христіанинъ, жившій въ Константинополѣ, вслѣдствіе болѣзни онѣмѣлъ и оглохъ.

Въ такомъ положеніи онъ пробылъ четыре года. Родные прпвезли его въ Кесъ-Кенджикъ, гдѣ у источника св. Пантелеимона просили служить молебны, поили св. водой, — но мальчикъ оставался по-прежнему нѣмъ и глухъ.

Въ это время пришелъ архимандритъ и далъ ему самъ воды изъ св. источника; потомъ повелъ его наверхъ, потребовалъ ключъ отъ часовни св. Пантелеимона, вложилъ его въ ротъ мальчика и, когда повернулъ, какъ бы отпирая, мальчикъ что-то неясно пробормоталъ и сталъ слышать.

Когда его привезли домой онъ сталъ вполнѣ владѣть языкомъ [31].

5. Въ Яссахъ.

27.

Молдавскимъ господаремъ Іоанномъ Николаи, свидѣтельствуется, что въ іюлѣ 1744 года въ Яссахъ свирѣпствовала чума, которая совершенно прекратилась, когда туда была принесена честная глава св. Пантелеимона и совершено было на площади молебствіе съ освященіемъ воды.

Въ память этого событія и въ знакъ благодарности за исцѣленіе, господарь даровалъ грамоту монастырю вмѣстѣ съ щедрымъ пожертвованіемъ [32].

28.

Страшная холера тридцатыхъ годовъ опустошительно дѣйствовала во всей Молдавіи и особенно въ ея столицѣ, въ Яссахъ.

Тогда благочестивые жители Яссъ рѣшили въ эту годину общественнаго бѣдствія обратиться съ молитвой къ св. Пантелеимону, и по ихъ просьбѣ св. глава великомученика была принесена въ Яссы.

Жители столицы, собравшись на площадь, просили совершить молебствіе предъ св. мощами.

Это благочестивое усердіе гражданъ не осталось безъ милостиваго воздаянія со стороны св. Пантелеимона. Холера въ тотъ же день прекратилась.

Это событіе совершилось въ 1830 году при игуменѣ Руссика Герасимѣ, который былъ лично съ мощами св. Пантелеимона въ Яссахъ [33].

Б. Въ Россіи.
Въ Москвѣ.

1.

12 августа 1879 года, при посѣщеніи Аѳонскимъ іеромонахомъ Арсеніемъ игуменіи Московскаго Алексѣевскаго монастыря Антоніи (скончавшейся въ октябрѣ 1897 года) зашелъ разговоръ объ исцѣленіяхъ, получаемыхъ отъ св. Пантелеимона. Находившаяся при этомъ Екатерина Васильевна Ушакова, сестра почившаго преосвященнаго архіепископа, Леонида высказала видѣнный ею въ 1862 году чудный сонъ.

По просьбѣ іеромонаха Арсенія она его записала.

«Въ 1862 году, — писала она, — въ началѣ великаго поста, тогдашній викарій московскій, епископъ Дмитровскій Леонидъ, находился въ совершенномъ здравіи, и ничто не предвѣщало въ немъ болѣзни. Сестра его Ушакова, теперь живущая въ Московскомъ Алексѣевскомъ монастырѣ, а тогда бывшая классной дамой въ Николаевскомъ Сиротскомъ институтѣ, горячо его любившая, молила безпрестанно и усердно Бога о здравіи и сохраненіи дней ея брата. Въ одну ночь, послѣ слезной и горячей молитвы о немъ, она заснула спокойно и вдругъ была встревожена страшнымъ для нея сновидѣніемъ. Ей привидѣлось, что младшій братъ ея вошелъ къ ней, блѣдный и растроенный, и, сѣвъ противъ нея на стулъ, долго не могъ выговорить слова и печально на нее смотрѣлъ, а она въ испугѣ торопила его говорить. Наконецъ, онъ сказалъ: одѣвайся скорѣе, поѣдемъ, владыко нашъ боленъ при смерти, и доктора не могутъ ему помочь. Она громко и отчаянно зарыдала, выбѣжала съ нимъ изъ комнаты и сѣла въ сани. Была ночь, она видѣла звѣздное небо, слышала скрипъ полозьевъ и все рыдала и, поднявши руки и глаза къ звѣздному небу, молила Господа сжалиться надъ ними.

Вдругъ высокая стѣна преградила дорогу; они вышли изъ саней, недоумѣвая, куда итти. Тутъ въ стѣнѣ отворилась маленькая желѣзнал дверь и открыла лѣстницу вверхъ, въ церковь, всю освѣщенную. Она пошла одна по лѣстницѣ дивясь, что ночью совершается богослуженіе, и продолжала плакать, рыдать и кричать: Господи, Господи, помоги, помоги! и увидѣла возлѣ себя старца согбеннаго, который отвѣчалъ: Никто, никто помочь не можетъ. Она опять воскликнула: неужели никто? Тогда старецъ сказалъ: есть одно средство, одно единственное, заступничество великомученика Пантелеимона; молись ему, онъ вымолитъ у Господа исцѣленіе брату твоему. При этомъ она проснулась въ страхѣ и трепетѣ, и долго припоминала: точно-ли здоровъ владыка. Первымъ дѣломъ было отслужить молебенъ св. Пантелеимону и написать самому владыкѣ все, что она о немъ видѣла, потомъ говорила она всѣмъ знакомымъ и писала отсутствующимъ объ этомъ вѣщемъ снѣ, и всѣ служили молебны, всѣ просили Господа отвратить болѣзнь и опасность отъ владыки, но то, чему суждено было исполниться, — сбылось. Недѣли черезъ двѣ, во второй половинѣ поста, владыка сильно занемогъ; жаръ, ознобъ, спазмы груди и другіе изнурительные припадки смѣнялись день и ночь. Доктора, несмотря на все усердіе, не могли исцѣлить.

Тогда-то полились мольбы св. великомученику; всѣ почитавшіе архипастыря вспомнили знаменательный сонъ и молились, — и молитва вѣры спасла болящаго, и Богъ возставилъ его ходатайствомъ святаго Своего. Владыка взялъ къ себѣ ту икону св. Пантелеимона, которая была пріобрѣтена тотчасъ послѣ сна; всегда молился образу св. врача и посылалъ его къ знакомымъ больнымъ. Эта икона и теперь хранится у сестры его, видѣвшей чудесный сонъ этотъ» [34].

2. Въ Тамбовской губерніи.

2.

Въ 1872 году, въ январѣ, съ дочерью крестьянина деревни Васильевки, Григорія Леонтьева Васильева, дѣвицей Пелагіей, вдругъ сдѣлался припадокъ съ конвульсіями, вслѣдствіе чего она, какъ помѣшанная, лежала въ постелѣ около восьми мѣсяцевъ, ничего не говорила не могла ни пить, ни ѣсть.

Однажды родители Пелагеи дали обѣтъ сходить на хуторъ Трехъ Лощинъ [35] для отслуженія молебна св. Пантелеимону о здравіи больной дочери и, выбравъ удобное время, отправились въ воскресный день, отслужили молебенъ, взяли масла изъ лампады предъ иконой и вернулись домой.

Но какова же была ихъ радость, когда они, возвращаясь въ домъ свой, увидали, что дочь ихъ Пелагія стала ходить.

Съ этихъ поръ она стала поправляться и выздоровѣла [36].

3.

Въ томъ же году, въ іюлѣ, у отставного каптенармуса Ивана Ѳедорова, ночью вдругъ сильно заболѣла жена его, Анна Степановна. Она почувствовала внутри и во всемъ тѣлѣ нестерпимое жженіе, почему она и просила поливать себя холодной водой.

Она приходила въ безсознательное состояніе и намѣревалась даже броситься въ прудъ.

Когда же приходила въ себя, то взывала къ св. Пантелеимону, прося его помощи и исцѣленія.

На разсвѣтѣ Иванъ Ѳедоровъ пошелъ къ священнику, чтобы просить его пріобщить больную, а вмѣстѣ съ тѣмъ въ храмъ помолиться св. Пантелеимону.

Помолившись, онъ отправился домой вмѣстѣ съ священникомъ; больная пришла въ это время въ полное сознаніе.

Священникъ пріобщилъ ее св. Христовыхъ Таинъ, и она крѣпко уснула и проспала до вечера. Послѣ этого она совершенно выздоровѣла [37].

4.

Крестьянка деревни Минаева, Ольга Ѳедорова Казначеева десять лѣтъ страдала истерическими припадками, во время которыхъ билась, кричала и походила на сумасшедшую. Въ 1882 году, 9 ноября, ее привезли въ церковь св. Пантелеимона и, по отслуженіи молебна съ акаѳистомъ хотѣли подвѣсти къ иконѣ его, но она упала на полъ, рвала на себѣ волосы, билась и кричала.

Тогда икону св. великомученика возложили на нее, при чемъ въ ротъ влили немного масла изъ лампады.

Вскорѣ послѣ этого она пришла въ себя, встала и сдѣлалась здоровой [38].

5.

Въ 1883 году крестьянинъ-собственникъ деревни Васильевки, Алексѣй Максимовъ Кулаковъ, былъ болѣнъ пятнистымъ тифомъ, особорованъ и пріобщенъ св. Христовыхъ Таинъ. Надежды на его выздоровленіе не было никакой. Но 2 декабря взята была въ его домъ икона св. Пантелеимона, и отслуженъ былъ молебенъ.

3 декабря больной всталъ, могъ ходить и скоро выздоровѣлъ [39].

6.

Въ деревнѣ Васильевкѣ, жена унтеръ-офицера, Параскева Евѳимова Васянина, около трехъ лѣтъ страдала головной болью и стрѣльбою въ ушахъ.

22 октября 1883 года взята была въ ея домъ икона св. великомученика Пантелеимона, отслуженъ молебенъ, и она, приложившись къ иконѣ, тотчасъ же почувствовала, что стрѣльба въ ушахъ прекратилась — и стала выздоравливать [40].

7.

Въ 1884 году съ шестидесятилѣтнимъ крестьяниномъ деревни Васильевки, Степаномъ Ананьевымъ Кулаковымъ, сдѣлался апоплексическій ударъ, вслѣдствіе чего онъ пересталъ владѣть лѣвой рукой и правой ногой, лежалъ въ постели и не могъ встать. Въ такомъ положеніи онъ находился три мѣсяца.

16 ноября этого года, когда взята была въ его домъ икона св. Пантелеимона, и отслуженъ былъ молебенъ, онъ всталъ, приложился къ иконѣ и сталъ ходить [41].

8.

Въ 1885 году, 6 января, въ храмъ св. Пантелеимона привезенъ былъ больной горячкой семилѣтній мальчикъ Николай, сынъ крестьянина деревни Васильевки, Адріана Семенова Погаишева, который, прежде поѣздки на хуторъ Трехъ Лощинъ, лежалъ безъ памяти болѣе двухъ недѣль.

Когда этого мальчика пріобщили св. Христовыхъ Таинъ, и, по отслуженіи молебна, приложили къ иконѣ св. Пантелеимона, ему тотчасъ же сдѣлалось лучше. На другой день онъ совершенно выздоровѣлъ [42].

9.

Въ 1885 году, во время масляницы, съ четырнадцатилѣтней дочерью крестьянина села Незвановки, Варварою, случилось нервное страданіе. Болѣзнь эта усиливалась постепенно.

На третьей недѣлѣ Великаго поста больная совсѣмъ слегла въ постель. Въ Лазарево воскресенье ее привезли въ храмъ св. Пантелеимона, отслужили молебенъ, дали ей выпить масла изъ лампады передъ иконою, и она тотчасъ почувствовала облегченіе, а на другой день совершенно выздоровѣла [43].

3. На Алтаѣ.

10.

Въ Николаевскомъ женскомъ миссіонерскомъ монастырѣ, близъ Улалы, проживала нѣсколько лѣтъ молодая крестьянская дѣвушка, въ сильной степени одержимая бѣснованіемъ.

Въ особенности страшно бѣсновалась она и изрыгала богохульныя слова въ церкви и вообще въ присутствіи святыни.

Ни лѣкарства, ни молитвы добрыхъ сестеръ и оо. миссіонеровъ не помогали больной.

Когда св. икону великомученика привезли въ первый разъ изъ Улалы [44] въ женскій монастырь, то на встрѣчу ей вывели и бѣсноватую, которая ужасно билась и изрыгала богохульства.

Увидѣвъ издалека икону, она перестала богохульствовать и кричала:

Горю, горю: онъ сожжетъ меня!

Страдалицу повели вслѣдъ за крестнымъ ходомъ.

Отецъ архимандритъ изрѣдка осѣнялъ ее крестнымъ знаменіемъ, чего она не могла видѣть, идя впереди, но каждый разъ, хватаясь за затылокъ, громко вскрикивала:

Больно, жжетъ!

Наконецъ, больную удалось подвести къ иконѣ и насильно приложить къ св. мощамъ.

Въ эту минуту она пришла въ себя, помолилась св. Пантелеимону, потомъ говѣла, исповѣдывалась и пріобщалась св. Христовыхъ таинъ.

Съ этихъ поръ бѣснованіе ея прекратилось [45].

11.

Въ Бѣло-Ануйское селеніе Черно-Ануйскаго отдѣленія миссіи была принесена въ томъ же 1879 году эта икона св. Пантелеимона.

Въ этомъ селеніи жило одно раскольничье семейство.

Когда крестный ходъ съ иконой приближался къ деревнѣ, и всѣ жители спѣшили на встрѣчу святынѣ, мать-старуха упомянутаго семейства смѣялась надъ усердіемъ православныхъ и кощунственно произнесла:

Вотъ кого бѣгутъ встрѣчать! На него и смотрѣть-то нельзя: это — антихристъ!

Въ тотъ же вечеръ она ослѣпла.

Великомученикъ покаравъ ее, показалъ ей и ея единомышленникамъ, что дѣйствительно нельзя смотрѣть на его икону, но только кощунственными и дерзкими очами; а православныхъ онъ событіемъ этимъ еще болѣе утвердилъ въ той отрадной для христіанина увѣренности, что дивенъ Богъ во святыхъ своихъ.

Односельчане вразумленной раскольницы сообщили потомъ, что съ этихъ поръ она начала усердно молиться св. Пантелеимону, прося прощенія въ своемъ невѣріи и кощунствѣ, и исцѣленіи своихъ ослѣпшихъ глазъ.

Черезъ полтора года послѣ описаннаго событія она начала нѣсколько видѣть, но неясно [46].

4. Въ разныхъ мѣстахъ.

12.

Г-жа Образцова изъ г. Перми, въ письмѣ своемъ отъ 8 октября 1865 года, пишетъ [47]:

«Лѣтомъ, почти два мѣсяца, старшая дочь моя Ольга была больна при смерти. Она находилась въ тифозной горячкѣ; отъ роду ей двѣнадцать лѣтъ. Еще до болѣзни дочери, давши обѣщаніе помочь вашей обители по силѣ своей, я тѣмъ болѣе рѣшилась исполнить его при такомъ обстоятельствѣ. Я помолилась св. великомученику Пантелеимону, прося у него помощи страдающей, и повторила свой обѣтъ, что если дочь моя поправится, то послать непремѣнно въ вашу обитель свое пожертвованіе. Это было въ іюлѣ, — и что же? на самый день памяти многоцѣлебника Пантелеимона дочери стало полегче; потомъ она и выздоровѣла совершенно. И я вѣрую въ душе и признаю выздоровленіе ея исцѣленіемъ отъ св. цѣлителя Пантелеимона».

13.

Города Тюмени, Тобольской губерніи, священникъ Вознесенской церкви о. Іоаннъ Тихомировъ въ письмѣ, отъ 21 декабря 1865 года, свидѣтельствуетъ о совершившемся чудѣ отъ св. Пантелеимона.

«Одна изъ прихожанокъ моего прихода, Маріамна, девять лѣтъ будучи одержима бѣснованіемъ, обратилась съ вѣрою и усердною молитвою къ св. Пантелеимону, отслужила ему молебенъ и, къ великой радости своей и утѣшенію своихъ родныхъ, получила совершенное исцѣленіе отъ своей болѣзни. Чувствуя надъ собой явную милость Божію и св. Пантелеимона, она приноситъ черезъ меня недостойнаго въ обитель св. Цѣлителя посильное свое пожертвованіе» [48].

14.

Ѳ. Корниловъ, житель города Козлова, Тамбовской губ., въ письмѣ отъ 21 января 1866 года, пишетъ:

«Я былъ опасно болѣнъ и стоялъ уже на краю гроба, ожидая неминуемой смерти: но обратившись съ усердною молитвой къ Господу, Царицѣ небесной и скорому въ скорбяхъ и болѣзняхъ Помощнику, св. великомученику Пантелеимону, получилъ исцѣленіе отъ смертной болѣзни» [49].

15.

Павелъ Николаевичъ и Надежда Александровна Колѣнкины въ письмѣ своемъ отъ 11 апрѣля 1866 года, пишутъ [50].

«Удостоившись получить отъ св. великомученика Пантелеимона исцѣленіе, я и жена моя препровождаемъ по обѣщанію нашему, въ храмъ сего великаго угодника на свѣчи и масло посильное пожертвованіе. Жена моя была нѣсколько лѣтъ постоянно нездорова внутренней болѣзнью, и много употребляла средствъ къ излѣченію, но пользы она ни отъ чего не получила. Наконецъ, видя безуспѣшность земныхъ лѣченій, мы обратились съ мольбой къ св. страстотерпцу Пантелеимону и дали упомянутое выше обѣщаніе. Скорый на помощь призывающимъ его, св. Пантелеимонъ благоволилъ избавить ее отъ страданія, и она въ настоящее время не ощущаетъ уже никакой болѣзни».

16.

Изъ города Б., отъ 25 мая 1866 года, одна боголюбивая особа извѣщаетъ, что мужъ ея исцѣлился отъ страсти къ винопитію.

«Я къ вамъ писала въ ноябрѣ и просила отслужить молебенъ цѣлителю Пантелеимону, съ молитвою къ нему объ исцѣленіи отъ пьянства и буйной жизни мужа моего, и вотъ, вслѣдствіе молитвъ вашихъ, онъ видимо перемѣнился: прежде думала, что совсѣмъ пропаду съ мужемъ моимъ: просто, такой было сталъ, какъ некрещенный!.. Но теперь, благодаря Господа и великаго угодника Его Пантелеимона за исцѣленіе и васъ за молитвы, — пить пересталъ и буйство неукротимое прошло» [51].

17.

Параскева Михайловна Куколевская, изъ Павловска, отъ 14 іюля 1866 года, пишетъ между прочимъ:

«Дѣвица Екатерина (дочь государственнаго крестьянина Острогожскаго уѣзда, слободы Старой Калитвы), болѣла глазами и совсѣмъ потеряла зрѣніе. Когда прочли ей книгу о чудесахъ св. Пантелеимона, дѣвица попросила отслужить молебенъ великомученику и вслѣдъ затѣмъ прозрѣла» [52].


III. Мѣста нахожденія мощей св. Пантелеимона.

Части мощей св. великомученика находятся въ разныхъ мѣстахъ Востока и Россіи, но преимущественно на Аѳонѣ.

1. Въ Никомидіи.

Часть мизинца св. Пантелеимона.

2. На Аѳонѣ.

Въ Руссиконѣ (Русскомъ Пантелеимоновомъ монастырѣ) — честная глава св. Пантелеимона.

Въ Хиландарѣ — правая нога; въ Ватопедѣ — часть правой руки; въ Иверѣ — также рука; въ Ксенофѣ — часть перста.

Разныя части находятся въ слѣдующихъ Аѳонскихъ монастыряхъ: въ Дохіарѣ, Зографѣ, Есфигменѣ, Пандократорѣ, Григоріатѣ, Кутлумушѣ, Ксиропотамѣ, Симонопетрѣ.

Въ слѣдующихъ скитахъ, на Аѳонѣ же:

Въ Ильинскомъ, Андреевскомъ, св. Анны, св. Предтечи, Пресв. Богородицы, Ксилургу.

3. Въ Россіи.

Разныя части имѣются:

Въ Москвѣ — въ Аѳонской часовнѣ; въ патріаршей ризницѣ; въ храмѣ Іерусалимскаго патріаршаго подворья.

Въ С.-Петербургѣ — въ св. Александро-Невской Лаврѣ.

Въ Троице-Сергіовой Лаврѣ.

Въ селѣ Садинкахъ, Сосницкаго уѣзда, Черниговской губерніи.

Въ м. Улалѣ, Томской губерпіи.


IV. Св. великомученику Пантелеимону.


Тропа́рь, гла́съ 3:

Страстоте́рпче святы́й и цѣле́бниче Пантелеи́моне, моли́ ми́лостиваго Бо́га, да прегрѣше́ній оставле́ніе пода́стъ душа́мъ на́шимъ.

Конда́къ, гла́съ 5:

Подража́тель сы́й Ми́лостиваго, и исцѣле́ній благода́ть отъ Него́ пріе́мъ, страстоте́рпче и му́чениче Христа́ Бо́га, моли́твами Твои́ми душе́вныя на́ша неду́ги исцѣли́, отгоня́ при́сно борца́ собла́зны отъ вопію́щихъ вѣ́рно: спаси́ ны, Го́споди.

Молитва:

О, вели́кій Христо́въ уго́дниче и пресла́вный цѣле́бниче, великому́чениче Пантелеи́моне! Душе́ю на небеси́ Престо́лу Бо́жію предстоя́й и тріѵпоста́сныя Его́ сла́вы наслажда́яйся, тѣ́ломъ же и ли́комъ святы́мъ на земли́ въ Боже́ственныхъ хра́махъ почива́яй и да́нною ти свы́ше благода́тію разли́чная источа́яй чудеса́, при́зри ми́лостивымъ твои́мъ о́комъ на предстоя́щія лю́ди и честнѣ́й твое́й ико́нѣ уми́льно моля́щіяся и прося́щія отъ тебе́ цѣле́бныя по́мощи и заступле́нія: простри́ ко Го́споду Бо́гу на́шему те́плыя своя́ моли́твы и испроси́ душа́мъ на́шимъ оставле́ніе согрѣше́ній. Се́ бо мы, за беззако́нія на́ша не смѣ́юще возвести́ оче́съ на́ша къ высотѣ́ небе́снѣй, ниже́ вознести́ гласъ моле́бный къ Его въ Божествѣ́ непристу́пнѣй сла́вѣ, се́рдцемъ сокруше́ннымъ и ду́хомъ смире́ннымъ тебе́, хода́тая ми́лостива ко Влады́цѣ и моли́твенника за ны, грѣ́шныя, призыва́емъ, я́ко ты прія́лъ еси́ благода́ть отъ Него́ неду́ги отгоня́ти и стра́сти исцѣля́ти. Тебе́ убо про́симъ: не пре́зри насъ, недосто́йныхъ, моля́щихся тебѣ́ и твоея́ по́мощи тре́бующихъ. Бу́ди намъ въ печа́лѣхъ утѣ́шитель, въ неду́зѣхъ лю́тыхъ стра́ждущимъ врачь, напа́ствуемымъ ско́рый покрови́тель, очеса́мъ неду́гующимъ прозрѣ́нія да́тель, ссу́щимъ и младе́нцемъ въ ско́рбехъ гото́вѣйшій предста́тель и исцѣли́тель: исхода́тайствуй всѣ́мъ вся́, я́же ко спасе́нію поле́зная, я́ко да твои́ми ко Го́споду Бо́гу моли́твами получи́вше благода́ть и ми́лость, просла́вимъ всѣх́ъ благи́хъ исто́чника и даропода́теля Бо́га, Еди́наго въ Тро́ицѣ Святѣ́й сла́вимаго, Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́нѣ и при́сно, и во вѣ́ки вѣко́въ. Ами́нь.


Приложеніе.
V. Медицина у Грековъ и Римлянъ.

Начало врачебнаго искусства теряется въ древности.

Родилось оно на Востокѣ, но никогда не имѣло тамъ большого значенія; и до нашихъ дней у различныхъ народовъ находится оно на низшихъ ступеняхъ развитія.

Изъ Ассиріи и Египта искусство медицины перешло въ Грецію за нѣсколько сотъ лѣтъ до Р. X.

Здѣсь, подъ чуднымъ небомъ Эллады, среди природы, чуждой, колоссальной или уродливой растительности, которая присуща или черезъ-чуръ жаркимъ, или чрезмѣрно холоднымъ странамъ, медицина нашла въ изобиліи цѣлебныхъ травъ и въ мягкости климата благопріятную почву для своего развитія.

Заимствованіе медицины греками отъ семитовъ лучше всего доказывается тѣмъ обстоятельствомъ, что они, какъ идолопоклонники, тотчасъ поставили медицину подъ покровительство бога Асклепія (откуда римское названіе того же бога=Эскулапіи).

Асклепій же находится въ тѣсной связи, по своимъ качествамъ и культу, съ финикійскимъ и ассирійскимъ божествомъ Эшмуновъ. Эмблемой его была змѣя, обвившаяся вокругъ жезла. Тожество именъ и сущности божествъ трехъ народовъ обнаруживается въ текстѣ трехъ-язычной подписи на бронзовомъ алтарѣ найденномъ въ Паули-Джерреи, на островѣ Сардиніи, и посвященномъ Эшмуну управляющимъ соляными варницами въ память своего выздоровленія. Имя божества — по-финикійски Эшмунъ — передано по-гречески черезъ Асклепій, а по-латыни черезъ Асколапій (Ascolapios) — старинная форма вмѣсто позднѣйшаго (Aesculapius).

Но медицинское знаніе не остановилось въ Греціи на магическихъ формулахъ, заклинаніяхъ и наговорахъ, какъ на Востокѣ; хотя оно и здѣсь не называлось, какъ у насъ, наукой, и носило наименованіе искусства (или правильнѣе, занятія, ремесла), однако, не слѣдуетъ принимать въ разсчетъ этого названія безъ оговорокъ. Дѣло въ томъ, что собственной наукой у грековъ называлось знаніе отвлеченное, теоретическое; медицина же, по характеру своей практической дѣятельности не могла пользоваться этимъ названіемъ и причислена была къ знанію прикладному, или практическому, къ каковому относилась тогда и живопись, и скульптура, и поэзія, и стратегія, и риторика, и архитектура, грамматика, и много другихъ теперешнихъ наукъ и искусствъ.

Въ науку медицина развилась гораздо позднѣе, въ относительно недавнее время, въ періодъ новой исторіи...

Впрочемъ успѣхи, сдѣланные въ V вѣкѣ до Р. X. Косскимъ врачемъ Гиппократомъ (460-370), а позднѣе, во II вѣкѣ по Р. X. римскимъ врачемъ Галеномъ (131-200), не только обезсмертили въ памяти исторіи ихъ имена, но и заставили, съ открытія ихъ трудовъ, смотрѣть на медицину древнихъ съ уваженіемъ. Она далека отъ знахарства и шаманства теперешнихъ некультурныхъ народовъ.

Первое, что роднитъ ее съ медициной нашего времени, — это твердая постановка діагностики (искусства распознаванія болѣзней), что могло быть обосновано только на точномъ знаніи болѣзненныхъ симптомовъ и бодѣзнетворныхъ началъ.

На довольно широкое по тому времени развитіе медицины указываетъ и спеціализація врачей. Такъ, въ эпоху Римской имперіи мы встрѣчаемъ врачей-спеціалистовъ по разнымъ отрослямъ медицины: клиниковъ — частныхъ практикантовъ, дѣлавшихъ визиты больнымъ по приглашенію; хируговъ — операторовъ; ятралиптовъ — нашихъ массажистовъ; окуларіевъ (ocularius) — окулистовъ, глазныхъ врачей, зубныхъ врачей; ветеринаровъ (veterinarius), при чемъ они также раздѣлялись, по спеціальностямъ, на: medicus equarius, mulomedicus, medicus pecorum, — т. е. врачи для лошадей, муловъ, рогатаго скота и т. д.

Къ нимъ примыкали seplasiarii — дрогисты и аптекаря. Изъ бывшихъ въ ходу инструментовъ мы можемъ назвать: зондъ для желудка, инструментъ для трепанаціи черепа (terebra), клистиръ, инструментъ для распиливанія костей (modiolus), пинцетъ для придерживанія и отворачиванія краевъ ранъ (volsella), скалпель (scalprum, scalpellum), хирургическій зондъ для ушей (auriscalnium), щипцы для извлеченія зубныхъ корней, для самихъ зубовъ (dentarpaga), для извлеченія наконечниковъ стрѣлъ или копій изъ головы (forceps).

Изъ медикаментовъ преимущественную роль играли мази, пилюли (pastillus) и пластыри, особенно сухой, похожій на современный англійскій пластырь.

При лѣченіи ранъ хирурги употребляли корпію (turunda), весьма недавно въ нашей медицинѣ замѣненную дренажными трубками.

Д-ръ Риттманъ въ своемъ сочиненіи: «Культурныя болѣзни народовъ» прямо утверждаетъ, что основные элементы современной медицины были установлены Гиппократомъ. При немъ только медицина стала точнымъ знаніемъ и получила право на наименованіе искусства, которымъ былъ очезпеченъ успѣшный ходъ лѣченія разныхъ болѣзней. Въ своихъ сочиненіяхъ Гиппократъ обнаруживаетъ полное знакомство съ формами заболѣванія сифилисомъ, тифомъ, дизентеріей, холерой, оспой и другими эпидемическими болѣзнями. Въ своей книгѣ «о женскихъ болѣзняхъ» онъ описываетъ всѣ формы истеріи, всѣ неправильности менструацій, всѣ обстоятельства беременности и безсилія. Въ седьмой книгѣ «о діэтѣ при острыхъ заболѣваніяхъ» онъ перечисляетъ множество болѣзней отъ разстройства пищеваренія.

Почти полстолѣтіе спустя послѣ смерти Гиппократа наступилъ расцвѣтъ александрійской школы. Двѣ важныя ея заслуги состоятъ въ занятіяхъ анатоміей и въ изслѣдованіяхъ въ области патологіи.

Среди александрійскихъ врачей выдаются: Герофилъ, основатель ученія о пульсѣ; Эразистратъ, основатель патологической анатоміи; Никандръ, основатель токсикологіи.

Изъ Александріи медицина перешла въ Римъ. Изъ числа римскихъ знаменитыхъ врачей мы можемъ указать на Цельза, Плинія, Александра тралльскаго, Павла эгинскаго.

Но самымъ знаменитымъ былъ Галенъ (131-200), при которомъ медицина достигла самой высокой степени развитія.

Но вскорѣ послѣ этого стали обнаруживаться признаки ея паденія, обусловленные наводненіемъ имперскихъ земель варварскими ордами и пониженіемъ общаго уровня образованія въ народахъ, населяющихъ имперію.

Къ концу четвертаго вѣка по Р. X. искусство медицины заглохло и вскорѣ совершенно исчезло въ Европѣ на долгое время.

Примѣчанія:
[1] Составлено по Минеямъ Читьямъ, см. подъ 27 іюля. См. также «Житіе, страданія и чудеса св. Пантелеимона». М. 1888, изд. 9-е.
[2] Виѳинія — небольшая провинція въ сѣверо-западномъ углу Малой Азіи. Никомидія — главный городъ Виѳиніи — въ описываемое время была столицей Діоклетіана, не любившаго жить въ Римѣ. Діоклетіана не было въ Никомидіи во время страданій св. Пантелеимона: онъ съ февраля по ноябрь 303 года жилъ въ Римѣ, а восточной половиной имперіи управлялъ, живя въ Никомидіи, Максиміанъ.
[3] Всемогущій Богъ, даровавъ св. Пантелеимону при жизни благодать чудотворенія, прославлялъ и прославляетъ св. великомученика и по смерти. Въ книгѣ: «Житіе, страданіе и чудеса св. великомученика и цѣлителя Пантелеимона, въ 2 частяхъ, изд. 9, Аѳонскаго русскаго Пантелеимоноваго монастыря», М. 1888, VIII+439+XI стр. приведено болѣе 200 чудесныхъ исцѣленій отъ болѣзней. Мы беремъ изъ нихъ нѣкоторыя, и притомъ въ сокращенномъ изложеніи. У христіанъ востока изъ древнихъ чудесъ не записано ни одного, остались только неясныя преданія. Въ новое время всѣ чудеса стали старательно записываться; поэтому почти всѣ приведенныя нами чудесныя исцѣленія относятся къ XIX столѣтію (1806-1885 г.).
[4] См. «Житіе, страданія и чудеса св. Пантелеимона», М. 1888, изд. 9, часть 2, стр. 191-193.
[5] См. тамъ же, стр. 194.
[6] Храмъ св. Пантелеимона находится въ вѣдѣніи митрополита Никомидійскаго, засѣдающаго въ патріаршемъ синодѣ въ Константинополѣ; онъ не имѣетъ особаго причта, и въ немъ служатъ по очереди священники изъ городской церкви и изъ церквей окрестныхъ селъ.
[7] См. Житіе и пр. ч. 2, стр. 197-198.
[8] Тамъ же, стр. 199.
[9] Тамъ же, стр. 199-201.
[10] Тамъ же, стр. 201-202.
[11] Тамъ же, стр. 202-203.
[12] Тамъ же, стр. 203-204.
[13] Тамъ же, стр. 206.
[14] Тамъ же, стр. 208.
[15] Тамъ же, стр. 209-210.
[16] Тамъ же, стр. 213-214.
[17] Тамъ же, стр. 216-217.
[18] Тамъ же, стр. 220-221.
[19] См. Житіе и пр., часть 1, стр. 49-50.
[20] Карея — городокъ въ южной части Аѳона. Тамъ живетъ турецкій ага (турки не живутъ болѣе нигдѣ на Аѳонѣ, этой странѣ монаховъ) и засѣдаетъ протатъ (синодъ аѳонскихъ монастырей), членомъ коего состоитъ и уполномоченный Русскаго Пантелеимонова монастыря.
[21] См. Житіе и пр., часть 1, стр. 79-81.
[22] Тамъ же, стр. 104-106.
[23] Тамъ же, стр. 51-53.
[24] Св. Житіе и пр., часть 2, стр. 240-245.
[25] Тамъ же, стр. 245.
[26] См. Житіе и пр., часть 1, стр. 40-44.
[27] См. Житіе и пр., часть 2, стр. 223-224.
[28] Тамъ же, стр. 225-226.
[29] Тамъ же, стр. 231-232.
[30] Тамъ же, стр. 233-234.
[31] Тамъ же, стр. 236-237.
[32] См. Житіе и пр., часть 1, стр. 39.
[33] Тамъ же, стр. 50-51.
[34] См. Житіе и пр., часть 2, стр. 291-293. Ср. также «Душеполезныя размышленія» 1879.
[35] Хуторъ Трехъ Лощинъ находится въ 35 верстахъ отъ Тамбова. Въ мѣстномъ храмѣ стоитъ присланная съ Ааѳна икона св. Пантелеимона.
[36] См. Житіе и пр., часть 2, стр. 281.
[37] Тамъ же, стр. 281-282.
[38] Тамъ же, стр. 282-283.
[39] Тамъ же, стр. 285.
[40] Тамъ же, стр. 286.
[41] Тамъ же, стр. 286-287.
[42] Тамъ же, стр. 287.
[43] Тамъ же, стр. 288.
[44] Въ Улалу (Томской епархіи) прислана была въ 1879 году съ Аѳона икона св. великомученика Пантелеимона съ частицей его мощей.
[45] Житіе и пр., часть 2, стр. 268-269.
[46] Тамъ же, стр. 269-270.
[47] См. Житіе и пр., часть 1, стр. 135.
[48] Тамъ же, стр. 146.
[49] Тамъ же, стр. 150.
[50] Тамъ же, стр, 156-157.
[51] Тамъ же, стр. 158.
[52] Тамъ же, стр. 159.

Источникъ: Жизнь, страданія и чудеса святаго великомученика Пантелеимона, безмезднаго врача (память 27 іюля). Составилъ Леонидъ Денисовъ. — Изданіе второе Торговаго Дома Евдокія Коновалова и К°. — М.: Типо-литографія Торговаго Дома Евдокія Коновалова и К°, 1912. — 48 с.

/ Къ оглавленію /


Цитата «Торжество Православія»


Наверхъ / Къ титульной страницѣ

0